Абсолютная Власть/Imperium

Дом Гарри казался маленькой норой по сравнению с тем богатством, около которого остановилась машина. Планы поменялись, как сказал сразу Гарри, стоило мне сесть в машину, и вечеринка плавно перенеслась в дом Луи Томлинсона. Дом - мягко сказано. Замок? Может быть. Стоило мне просто вздохнуть, как Гарри тут же напрягся: — Если тебе захочется уйти — не стесняйся и скажи об этом, ладно? — попросил он, открывая мне дверь и подавая руку. — Почему ты думаешь, что мне захочется уйти? — я поправила свитер, стряхнула блузку, словно на ней были какие-то крошки (всего лишь доказательство того, что я «немного» волновалась). — Парни — любопытные, за языком особо не следят, так что… — За все то крохотное время, что мы вместе, — Гарри улыбнулся на моих словах, — у меня уже выработался иммунитет к вашим странным манерам общаться. Плюс ко всему, с Найлом я уже знакома. И мне он понравился. Гарри подавил закатывание глаз, сжав губы. Он взял меня за руку: — Ты ему тоже понравилась. Даже слишком, — буркнул он, а потом остановился, вздыхая, — прости. Я согласен со всем, что ты скажешь. Просто, как мне кажется, мне будет спокойнее, если ты дашь мне слово. — Хорошо, — я бодряще кивнула. — В чем заключается твоя просьба? — Чтобы ты ни увидела или ни услышала на этом вечере, специально или случайно, не делай поспешных выводов и не сбегай, если тебя что-то расстроит. Найди меня, если меня не будет рядом, и мы вместе уйдем и разберемся во всем, что тебя тревожит. Договорились? Мне понравилась его просьба. Понравилось ощущение того, что ему не безразлична я или мои мысли о нем. Я кивнула, расплываясь в улыбке. И он, облегченно кивая, поддался вперед и взял мое лицо в руки. Мягкое прикосновение губ оказало сильное воздействие, и я, обняв его за шею, насколько это возможно с клатчем в руке, почти растаяла и блаженно застонала. Прошло не больше мгновения после нежного поцелуя, как давление увеличилось и Гарри сильнее прижал меня к себе, превращая поцелуй в более страстный. Его губы с настойчивость впивались в мои, и когда наши языки соприкоснулись, кто-то позвал Гарри по имени. Нехотя оторвавшись, он посмотрел сначала на меня, а затем, сплетя наши пальцы, направился со мной к огромной мраморной лестнице крыльца, на котором стоял мужчина в костюме. — Мистер Стайлс, — он кивнул, придерживая палец возле уха. — Мисс Уайт, — он поприветствовал меня с не меньшим уважением. Я улыбнулась охраннику: — Здравствуйте. Гарри усмехнулся, открывая передо мной дверь. Звук открывающейся двери и стук моих каблуков на пороге эхом прошелся по большому холлу. Черно-белая плитка на полу отражала всю обстановку. Широкая лестница, поднимающаяся вверх, чуть походя на изогнутую спираль. Огромная хрустальная люстра. И пару дорогих растений в не менее дорогих горшках. В холле появился пожилой мужчина во фраке и с подносом в руках. Заметив нас, он удивленно вскинул брови, а затем, положив поднос на белый комод возле входа, поприветствовал: — Мистер Стайлс, добрый вечер. — Здравствуй, Ричард, — Гарри снял пальто (помог мне снять и мою верхнюю одежду) и передал Ричарду, который, повернувшись ко мне лицом, смотрел на меня и чего-то ждал. — Ричард, это Эмили Уайт. — О! Какая встреча, — Ричард расплылся в улыбке и протянул руку. — Здравствуйте, — кивнула я, пожимая ее. — Господин Томлинсон в главном зале. — Все уже в сборе? — Абсолютно все! — в холле показался Найл с бутылкой вина в руке. Он вышел самым первым, с широкой улыбкой на лице. — Привет, Эмили, как поживаешь? Для меня было облегчением увидеть Найла в джинсах и простой белой футболке. Его внешний вид доказывал правильность моего решения одеться не в платье, а в повседневную одежду, только более элегантную версию. — Привет, — я с не менее широкой улыбкой обняла его, когда поняла, что он собирался заключить меня в объятиях, — отлично. Как у тебя дела? Найл кивнул: — Было бы все замечательно, — сказал он, с озорством глядя на дворецкого, — если бы Ричард дал мне штопор. — Мистер Хоран, вы всегда хвалились тем, что умеете открывать вино без специальных инструментов, — хмыкнул Ричард, направляясь куда-то за лестницу, сопровождаемый взглядом Найла. Найл удивленно улыбнулся вслед старику. Раздался смех из глубин комнат, и с каждой секундой он становился все громче и громче, словно тот, кто смеялся, бежал в холл. Так и оказалось секундой спустя. Девушка в одних носках выбежала в холл и прокатилась до Найла на ступнях, хватаясь за его плечо, чтобы притормозить. Гарри недовольно посмотрел на девушку, качая головой и чуть краснея. — Гарри, наверное, забыл мое имя, — она протянула руку, — я Джемма. Внешнее сходство Гарри с этой девушкой я заметила не сразу, потому что ее светлые волосы немного меняли общий образ, однако, стоило ей вновь улыбнуться, а позже сказать «Я его сестра», как все мои мысли нашли свое подтверждение. Я думала, что здесь будут только коллеги и друзья, но присутствие его сестры меня немного воодушевило. — Привет, — я пожала руку. Не понимая, почему Гарри так напрягся, когда Джемма с улыбкой подхватила его за локоть и повела в сторону комнат что-то сказать. Найл усмехнулся: — Все ли Стайлсы такие бандиты? — Что, прости? — Первый мой вопрос, когда я встретил Гарри и его сестру, был именно такой. Я рассмеялась: — Почему «бандиты»? — Ты только посмотри на их хитрые лица, вечно что-то замышляющие, — рассмеялся Найл, а после повертел бутылку в руках, — любишь красное или белое? — Белое. — Черт, — усмехнулся он, — у тебя очень тонкий вкус, Эмили. Гарри что-то сказал Джемме, а после, взяв меня за руку, направился за ней в глубины комнат. Найл отстал из-за внезапного телефонного звонка, а Джемма с улыбкой поинтересовалась: — Гарри, почему ты так поздно нас знакомишь? — Потому что это не твое дело, Джемма, — просто ответил он, и это не считалось за грубость. Видимо, вопросы и ответы в таком стиле — их фишка или что-то типа того. — Понятия не имею, как ты повелась на этого дурачка, Эмили, — продолжила Джемма, — но он умеет быть хорошим. Я не знала, что стоило отвечать в таком случае, поэтому просто улыбнулась, слишком поздно осознавая, что такой улыбкой сама с лихвой сойду за дурочку. Шум разговоров, смех, какие-то отдельные реплики «Не верь ему, Пейно», «Нет! Не стоило тебе этого делать!» и снова смех, раздавались прямо за углом комнаты, и когда мы вошли, все замолчали. Сидящая на полу девушка с картами в руках тут же поднялась, отряхнула свои джинсы (в той самой манере, как и у меня) и подошла ко мне первая: — Элеанор, приятно познакомиться, — она мило улыбнулась, отходя в сторону. За ней подошел парень, почесывая пальцами челюсть. Зажатую в руках бутылку он передал Гарри, а потом потянулся ко мне: — Лиам Пейн, будем знакомы, — он крепко обнял меня, а после, подхватив Гарри, вышел с ним из комнаты. Растерянность, появившаяся за долю секунды, растаяла, стоило Джемме встать рядом со мной. От нее, как и от ее брата, исходила волна спокойствия, которая так мне была нужна в такой момент. — Софи, — вторая девушка обняла меня, а когда отстранилась, встала по другую сторону от меня, как и Джемма, — надеюсь, тебе понравится рыбная лазанья, потому что именно ей я сейчас и пахну. Я улыбнулась. Вновь. — Я Луи Томлинсон, — ко мне подошел последний человек в комнате, — надеюсь, ты не сбежишь после такого натиска, — он усмехнулся, а затем, обняв, вернулся к дивану, на котором лежал белый кот. — Эль учила меня гадать по картам, — Софи потянула меня за собой, — это, оказывается, просто и очень интересно. Джемма присоединилась: — Да, оказывается дама черви означает вовсе не любовь, а наоборот — сплошные неприятности, — Джемма улыбнулась, — а король пик — гармонию. Такой абсурд! — Не абсурд, а судьба, Джемма, — хихикнула Элеанор, собирая карты. — О да, — Софи с улыбкой глянула на Джемму, а та, недовольно качая головой, посмотрела на меня и сделала вид, чтобы я «не слушала их». — Я Луи один раз нагадала новое знакомство, и знаешь что? — Элеанор обратилась ко мне. — Что? — В тот день он чуть не задавил кота. Девушка рассмеялись, а Луи, сидевший на диване все это время и смотревший футбол, улыбнулся: — Я предполагал встретить человека, а не кота, милая, — сказал он, ставя на паузу матч и погружаясь в нашу беседу. — Все равно, — Элеанор отмахнулась, — я загадывала, что ты встретишь кого-то, ты и встретил нашего будущего кота на улице. — Лучше бы не встречал, — усмехнулся Луи, сталкивая с дивана крупного кота. В комнату вошел Найл с победной улыбкой и штопором. Он присел рядом с Луи, что-то говоря о Ричарде, но я не услышала. Парни полностью погрузились в футбол, девушки — в гадание. — Хочешь Эль тебе по руке погадает? — предложила Джемма. — Я не верю в предсказания, — сказала я, нехотя признаваясь и немного волнуясь. Девушки переглянулись, а потом просто пожали плечами: — Зато честно, — кивнула Элеанор. — А может, просто сказать о тебе, как о личности? — Софи не переставала, и я, вздохнув, согласилась, протягивая правую руку ладонью вверх. Появившийся на пороге комнаты Лиам с удивлением посмотрел на сбор странных девушек на полу, которые все поголовно уткнулись лицами в мою ладонь. — Боюсь спросить тебя, Эмили, ты тоже из числа «этих», что верят в судьбу и бла-бла-бла? — Лиам присоединился к парням на диване. — Не особо, — я пожала плечами, — но интереса ради. — Мне нравится твое пренебрежение во взгляде, — усмехнулся Луи, — не дай им одурачить себя. Если заговорят про линию судьбы… — Не мешай, — шикнула Элеанор. Вошедший Гарри с не меньшим удивлением уставился на меня, расплываясь в улыбке, когда я посмотрела на него. — О, опять внеплановое нашествие гадалок, — он улыбнулся, снимая пиджак и кидая его в сторону кресла. — Посмотри, — сказала Элеанор, — тут линии перпендикулярны друг к другу. Я всмотрелась в свою ладонь и действительно заметила линии. — Знаешь, что это значит? — Что? Софи расплылась в довольной улыбке: — Это значит, что ты склонна к сексуальным извращениям. Джемма рассмеялась, а Элеанор сомкнула губы, чтобы не захохотать. — Чего-чего? — переспросил Гарри. — О господи, — я рассмеялась, чувствуя, как плавно превращалась в томат. — Сексуальные извращения? — Гарри присел рядом, вглядываясь в мою ладонь. — Где это написано? Покажите, где это написано. Все рассмеялись, а я, почувствовав, как Гарри перетягивает меня к себе, прильнула к нему, пытаясь успокоиться. — Да, такое явление называется решетками на холме Венеры, — сказала Софи. — Решетками на холме чего? — Лиам сузил взгляд, улыбаясь и до конца не понимая, о чем шла речь. — Венеры, — повторила Софи. — Это касается только женской ладони. — У тебя эти решетки есть? — спросил Лиам. Софи закатила взгляд, но не ответила. — Все в порядке? — тихо прошептал мне в ухо Гарри. — Вроде да, — я кивнула, наблюдая за тем, как Лиам и Софи обсуждают решетки и ладони. Я понятия не имела, что вечер, которого я так боялась, на самом деле — просто посиделки друзей. Даже с Джеммой, которая шутила не меньше, я сумела пообщаться перед тем, как Ричард позвал всех к столу, и я вдруг подумала, что если сестра Гарри хоть капельку похожа на мать, то я и с ней смогу найти общий язык. — Аппетитно-то как выглядит, — произнесла Джемма, рядом с которой я сидела. — Ричард, как готовится сибас, объясни мне. — Очень долго, мисс Стайлс. В этом блюде не меньше трех литров моего терпения. Ричард разлил всем вина, а после — удалился на кухню. За столом было накрыто на еще одного человека, но после того, как Ричард ушел, я и не знала, для кого оно. Но появившийся на пороге Ричард, позвав Луи по имени (что было вдвойне странно), удалился, а Луи последовал за ним. — Зейн, — произнес Найл, когда молчание за столом стало невыносимым. — Что? — спросил Лиам, не понимая. — Зейн пришел, — Найл сделал глоток вина. Спустя два блюда, которые заменялись другими (откуда-то появившимися) служанками, одно пустое место было занято. Луи вернулся в приподнятом настроении, а когда продолжил разделывать рыбу, произнес: — Зейн был на охоте. Извиняется, что не может сразу к нам придти. — Ничего страшного, — Гарри сделал большой глоток, — если он плохо себя чувствует, пусть не спускается. — Нет, все нормально, — раздался новый голос в столовой, и все синхронно обернулись назад. Я видела Зейна тогда в баре, он быстро поднялся по лестнице и скрылся, но сейчас-то я в точности его узнала. Чуть уставший, с мокрыми волосами и перебинтованной ладонью, он подошел ко мне, и я встала изо стола, протягивая ему руку. — Надо было руку перевязать и немного освежиться после леса, — улыбнулся он, — я Зейн. — Эмили, — кивнула я, — приятно познакомиться. Затем Зейн пошел по кругу, здороваясь с каждым. — Что с рукой? — спросил Найл равнодушно. — Взял ножик не с того конца. — Замечательно, — кивнул Найл. — Кого ловил? — Мангуста. Я немного нахмурилась, когда поняла, что стала свидетельницей легкой перебранки. — И как? Поймал? — Поймал, — отрезал Зейн, присаживаясь. — Убил и тело лежит в грузовичке. Тебе показать? Гарри закашлял, и я тут же перевела внимание на него. Он выставил вперед палец, побуждая всех чуть-чуть подождать, а сам, откашлявшись, сделал глоток воды и выдохнул: — К черту охоту. Найл, расскажи нам о своей победе в турнире по гольфу. Все замолчали, а Найл начал: — Пришел. Увидел. Победил. Луи усмехнулся: — Странно ты победил. Клюшку держал всего пару раз. — Просто кому-то дано играть, а кому-то нет, — зевнул Найл. — Ты видел, как Ричард играет? Он кого хочешь в лепешку сотрет, только дай этому старику клюшку. Появившийся за его спиной Ричард закатил глаза, и все за столом засмеялись. — Можно как-нибудь выбраться за город, поиграть всем вместе в гольф, — предложил Луи. В конце месяца обещают потепление, так что, если планы не изменятся, приглашаю всех в Донкастер. — Замечательно, — потер руки Найл, — только просьба: возьми с собой Ричарда. — Чтобы я, сэр, надрал вам зад? — Ричард налил вино в опустевший бокал Хорана и медленным, но уверенным шагом вышел из столовой. Все вновь рассмеялись, а Найл, кинув взгляд на Ричарда, усмехнулся: — У меня мурашки от твоего дворецкого, — сказал он Луи. — Он женат, приятель, — Луи пошутил и посмотрел на реакцию Найла, который с не меньшим весельем на лице, качал головой и не понимал, что не так с миром вокруг него. За вечер все, что я считала чем-то нереальным, стало более чем реальным. Никаких завышенных самооценок. Никаких тонких намеков. Все открыты и дружелюбны. Ни одного упоминания об их работе, словно их связывала только случайная, но крепкая дружба. Даже тот неприятный момент между Найлом и Зейном был забыт, когда Зейн все-таки показал Найлу мангуста. Хоть я и не вегетарианка, но все равно мне не нравилась мысль о том, что загнанного в угол животного, убивал хладнокровно человек и цивилизация. — Если хочешь, Эмили, то тоже посмотришь, — предложил Найл. Гарри сжал челюсть: — Нет, ей это не нужно. — Да брось, — Найл не унимался, — она все равно когда-нибудь увидит и узнает. — Что узнаю? — спросила я. — Что Гарри — тот еще охотник, — Найл ухмыльнулся.