Любая ночь кончается...

Следы на песке ведут меня вперед… Я оказался в ловушке, обладая колоссальной властью над магическими силами и могуществом! В ловушке! Я иду по его следам, зная, что каждая проходящая секунда уже когда-то была. Я иду по его следам навстречу его судьбе. Я слышу эхо собственных слов еще до того, как открою рот. Я встречаю людей, которых никогда не видел, но я знаю их. Даламару было страшно. Внезапный приступ кашля заставил его наставника покачнуться. Маг дернулся всем телом, а потом упал. Черные полы мантии взметнулись, словно черные крылья, и опали. Эльф метнулся к наставнику, замершему на полу, словно мертвец, и, подхватив его за плечи, заглянул в побледневшее лицо. На мгновение ему показалось, что тьма, затаившаяся в слабо освещенном зале, колюче впилась в него сотней глаз, с ненавистью выжигая остатки самообладания. Даламар вынул из кармана платок и вытер, выступившую на губах Маджере, кровь. Маги в суматохе гомонили. Ни для кого не осталось незамеченным страшное видение, на мгновение застившее потолок. Взгляд Бездны. Акульи глаза, устремленные из преисподней на тех, кто осмеливался жить, зная, что их смертный удел всего лишь ее прихоть... Кто-то из тех, кто оказался на заседании, применил магию. И это были явно не алые или белые маги. Никто не увидел, кроме оглядывающегося по сторонам Даламара, как из зала попытался выскользнуть человек в черном. Эльф, не раздумывая, швырнул в него парализующее заклинание, прошептав пару слов и сложив пальцы в нужный жест. У него нет времени отвлекаться на погоню... Но это не значит, что кто-то может покинуть зал, пока не найдется виновный... В том, что это не просто обычный приступ, Даламар был не просто уверен. Он чувствовал примененное заклятье, повисшее, над лежащим на холодном каменном полу человеком, высасывающее из хрупкого тела жизнь... - Тихо! - голос Пар Селиана, тихий, но властный, все же перекрыл общий гвалт и заставил всех собравшихся пристыженно замереть, - Прекратите этот беспорядок... - произнес Белый маг. Даламар, тем временем, поднял бесчувственное тело и устроил наставника в кресле, встревоженно осматривая Рейстлина. Его не отпускало смутное ощущение, что о чем-то таком он слышал. - Что с Маджере? - донеслись до эльфа не слишком полные энтузиазма вопросы, - Неужели мертв? - с плохо скрываемой радостью вторил кто-то из магов. Темный эльф пробежался по ним взглядом, ища и запоминая в толпе лица тех, кто так открыто радовался случившемуся. Тем временем кто-то из магов поднял парализованное тело мага в черном, который пытался сбежать. - Даламар, что с ним? - Пар Селиан подошел ближе, но наткнулся на острый взгляд эльфа, который явно не слишком желал, чтобы кто-то сейчас подходил к его наставнику. Однако, мгновение спустя, взгляд карих глаз слегка смягчился. - Это проклятие. Достаточно сильное. Вы видели это, не хуже меня... - тихо произнес эльф, - И отчего-то мне кажется, что вот он, - кивок в сторону, медленно отходящего от заклятия, беглеца, - знает, что это за проклятие... - хрипло произнес Даламар. Пар Селиан кивнул. Похоже, разбираться придется долго, а Рейстлину, меж тем, нужна срочная помощь... - Я прошу разрешения у вас пригласить в башню жрецов, - решившись произнес эльф. Он знал, что, скорее всего, то, что он задумал, очень опасно. Но другого способа он не видел. - Жрецов? - поинтересовался Пар Селиан, вздернув бровь. Эльф сжал губы в тонкую линию, как часто делал его наставник. - А точнее - жрицу, - выдохнул он, - Жрицу из Палантаса. Вы знаете, о ком я говорю, - решительно произнес он. Пар Селиан задумчиво посмотрел на него, а потом очень медленно кивнул, соглашаясь с учеником темного мага. В глазах старого мага эта преданность, с которой Даламар всегда относился к своему наставнику, была дикой. Непонятной. Необъяснимой, в конце концов. Рейстлин искалечил его тело, Рейстлин заставил его предать его перед Конклавом. Но... Это говорило явно лишь о том, что Рейстлин верил ему. Верил, зная, что тот из себя представляет. И хотя у Даламара было столько возможностей убить Маджере, остановить его... Он не сделал этого. Пар Селиан прикрыл глаза, проводя ладонью по лицу. - Хорошо. Я пошлю за нею, - кивает он. - Спасибо, - Даламар кивнул, а за тем тяжело вздохнул, - Мне... Думается, что лучше будет, если вы не станете ей говорить о шалафи... - произнес он, - Я сам ей все расскажу... И, нам придется временно остаться здесь, я боюсь, что его нельзя сейчас куда-то перемещать. Это может дурно сказаться на ослабшем здоровье... - хмуро добавил эльф. Комната, которую отвели для черных магов, была довольно просторна. Даламар настоял, чтобы никто не входил, пока не прибудет жрица. Значит, он должен будет пробыть здесь один на один со своим волнением и переживанием несколько часов... А то и дней... Конечно же, при помощи магии, Крисанию могут доставить сюда куда быстрее... Но уповать на это не стоит. Не стоит доверяться магам, что были отправлены за жрицей. Ведь, все же, никто из них не будет огорчен, если шалафи ... Нет. Не так. Никто, кроме Даламара, не огорчится, если его шалори не станет. Даламар сидел у постели и чувствовал себя так, словно вернулся в то время - два месяца назад. Маджере, словно мертвый, лежал на подушках, лишь изредка вздрагивал, да слабо стонал. Даламар смотрел на его резко побледневшее лицо и... Не знал что делать. Он сходил с ума от беспокойства. И не мог унять панически колотящееся сердце. Это его плата. Плата за веру в то, что он начал справляться... Плата за самоуверенность, за то, что решил, будто одолел Такхизис в ее собственной игре. Она вновь обошла его. Оставила тело, похитив душу. Останется только ждать, что выяснит Пар Селиан... Сам Даламар опасался покидать наставника. Крисания прибыла через день. Ей потребовалось срочно завершить несколько дел, прежде,чем она смогла оставить храм в Палантасе. Но, все же, это было значительно быстрее, чем если бы Крисания добиралась обычным путем. Даламар, получив известие о ее прибытии, едва удержался, чтобы не помчаться ей на встречу. Страх, накопившийся за сутки беспробудного сна Рейстлина рисовал ему самые пессимистичные картины. Но эльф держался только на своей вере. Вере в то, что он должен суметь вернуть Маджере. Еще раз. И узнать, что это было. Пар Селиан так ни разу его и не навестил. Не сообщил о произошедшем. Но Крисанию привел именно он. Дверь в комнату открылась, и в нее впорхнула светлая жрица, ведомая под руку белым магом. - Даламар, у меня дурные вести, - тихо произнес он, - Тот маг... Которому ты не дал уйти... Госпожа Крисания говорит, что он не просто не из магов, как мы установили, что порождает вопрос о том - как он проник на заседание. Он - жрец Такхизис... - произнес Пар Селиан. И у эльфа сердце рухнуло куда-то в желудок, забултыхавшись там. Панический страх на мгновение плеснулся в его глазах, но Пар Селиан либо предпочел сделать вид, что не заметил этого, либо и впрямь не заметил. - Ясно, - кивнул эльф, - Значит, я был вдвойне прав, попросив помощи госпожи Крисании... - жрица выпрямилась, расправив плечи. - Кому нужна помощь, Даламар? - тихо спросила она. - Я оставлю вас, - Пар Селиан бросил на эльфа пронизывающий взгляд и скользнул к двери, - Я зайду чуть позже... Эльф подошел к слепой жрице, взял ее за руку и тихо произнес, чувствуя, как где-то внутри что-то ломается. Он не хотел этой встречи Рейстлина и Крисании. Боялся ее. И вот сейчас, эта встреча - шанс спасти Рейстлина. - Этот человек... Был проклят... - тихо произнес эльф, - Это - Рейстлин Маджере, - полушепотом сказал он и увидел, как жрица побледнела, вскрикнула и вдруг залилась слезами.