Любая ночь кончается...

Развеянный по ветру Пепел презрения, В чем наше спасение? Кругом только пыль руин. Не остановить игру Темного гения, Рабов поколения И темная ночь за ним. "Esse" Дорога без возврата Маг бежал с площади Палантаса. "О, Темная Владычица, я сделал, как ты хотела..." - мысленно взывал Аций к своей Госпоже и Владычице. О да, у Такхизис есть власть над ним. Она сможет убить его в любой момент, если пожелает. Проклятие пусть и перешло к Даламару, но все еще тяготеет над самим Ацием. Богиня никогда не станет делать все проще, чем могут вообразить мелкие смертные. Это очевидно. Для Всебесцветной вся эта возня, пусть и интересна, но лишь до той поры, пока это приносит ей удовольствие и пользу. Черный маг привалился плечом к стене в каком-то грязном, плохо освещенном переулке. И зашипел от боли, едва не позабыв о том, что рукав полностью пропитан кровью и на коже жуткая рана. Нужно бы попросить помощи. Это нужно как-то вылечить. Проклятый эльф силен. Даже умирая умудрился проклясть его так, что он едва способен шевелить рукой. Боль сводит судорогой пальцы и сейчас он вряд ли сможет выплести хоть что-то из мало-мальски простых заклинаний. Аций с трудом перевел дыхание. Богиня молчала, не отвечая. Что ж, видимо, первая часть сделки выполнена. Он может позволить себе немного передохнуть. Гавань вновь встретила дождем. Аций шипел, осторожно отдирая присохшую к коже в кровавой каше мантию. Самое неприятное заключалось в том, что кровотечение из раны так и не остановилось. Пять маленьких отверстий совершенно не желали подчиняться законам природы и хотя бы перестать кровоточить. Что ж, на дорогу до Гавани ушло приличное количество времени. Но только здесь он может чувствовать себя хоть в относительной безопасности и не бояться, что его убьют... Хоть некоторое время не бояться. Комната встретила темнотой, тишиной и прохладой. Маг открыл окно и принялся за перевязку. Серые тяжелые капли дождя разбивались о подоконник, выстукивая странный рваный ритм. Магу казалось, что это чем-то напоминает его собственный сбитый ритм сердцебиения. Черная мантия с шелестом упала на пол. Изодранная и грязная, окровавленная и запыленная. Аций схватил бинт и принялся промывать рану. Кровь даже не думала останавливаться. Белый бинт почти сразу же темнел от крови. Маг распахнул шкаф, схватил первую попавшуюся рубашку и, накинув ее на плечи, вышел в рабочий кабинет. Нужно было собраться с мыслями. В комнате успело стемнеть. Задернутые шторы полностью закрывали окна и не пропускали свет. Аций пробормотал несколько нечленораздельных слов и зажег толстую оплывшую восковыми слезами свечу, развеявшую мрак в темноте дрожащим лепестком пламени. Аций несколько секунд смотрел на дрожащее пламя. А затем устало опустился в кресло. Он устал. Очень устал, а впереди еще самое сложное. Королева велела ждать ее указаний. И он покорно будет ждать их. Как тонка струйка света, разгоняющая тьму. Так же призрачна, как его мечта, касающаяся тонкой фигурки в белой мантии, так не кстати появившейся тогда в его жизни. Золотистым водопадом струящиеся косы и смех, серебром отзвучавший в этой комнате... Он никогда не забудет их. Аций не заметил, как погрузился в раздумья и потому не услышал тихий шорох, с которым откинулась тяжелая штора за его спиной. - Неплохая работа, - скупо похвалили его из темноты. Аций вздрогнул, чувствуя, как пол уходит из под ног. Маг медленно обернулся через плечо, услышав тонкий вскрик. Взгляд сразу же зацепился за выступившую из за тяжелой портьеры фигуру жреца, Госпожи и... Перед глазами поплыло. Белая мантия в темноте, золотистые локоны, блеснувшие в дрожащем свете свечи. - Эльтина... - невольно прошептал он, отступая на шаг назад и роняя задетую на столе какую-то книгу, с грохотом упавшую на пол. Кажется, он впервые назвал ее по имени. Осмелился. Девушка выглядела напуганной. Серые глаза были покрасневшими от слез, припухшими. Тонкую скулу украшал синяк, на руках виднелись ссадины, мантия была порвана в нескольких местах. Она несколько секунд смотрела ему в глаза, а затем, губы ее задрожали, и девушка, не промолвив ни слова опустила ресницы. Узнала. Она не могла не узнать его. - О, я смотрю, вы знакомы, - издевательски произнес жрец, - Королева держит свое слово, - жрец швырнул девицу через всю комнату прямо к магу. Девушка упала, больно ударившись о ручку кресла, не успев подставить руки. Когда Аций помог ей подняться, повинуясь порыву и схватив за руки, как в тот раз случайно встретившись с ней взглядом, он успел отметить разбитую губу. Ударилась лицом. Безумно хотелось ущипнуть себя и проснуться, обнаружив, что ее здесь нет... Но она здесь. И он чувствует слабую дрожь, пробегающую по ее телу. Она боится. - Королева держит свое слово, - повторил жрец, с наслаждением глядя на испуганного мага. - Зачем ты привел ее? - хрипло прошептал Аций, - Я ведь сделал то, чего ты хотел... Я провел тебя, я сделал все, чего от меня требовали... - чувствуя, как пульс бешено стучит в висках, - Я ведь поклялся, что выполню ее указания и... касаемо Маджере, - жалким, срывающимся голосом прошептал Аций, чувствуя, как теперь его самого прошибает нервная дрожь. Эльтина поднимает на него полный изумления взгляд. На ее губах застывает вопрос, который она так и не задаст никогда. Магесса с изумлением смотрит в его измученное болью и страхом землисто серое лицо. Для нее заметны тонкие морщины, прорезавшие его лоб. Заметна и пара седых волос у виска. Он напуган, но все же держится. Что он имеет в виду, говоря о своих обещаниях? Кому? - Королева освобождает тебя от клятвы убить Маджере. Это сделаю я,- равнодушно произнес жрец, а затем, впившись в карие глаза мага произнес: - Королева обещала тебе сохранить ей жизнь, не так ли? - усмехнулся он, с наслаждением наблюдая, как белая магичка бледнеет и становится белее собственных белых одеяний, - Она держит свое слово. Ты получаешь женщину... Но... - хмыкнул жрец, выставляя вперед руку и мерзко ухмыляясь, - За твою слабохарактерность... Ты будешь наказан. Эльтина сжимается, в ужасе. Видно, ей крепко досталось, и Аций рефлекторно прячет ее за спину. Нет, она не может пострадать. Он не имеет права позволить навредить ей. Маг попытался выставить щит... Но это оказалось бесполезно. Жрец все же оказался сильнее вымотанного проклятием мага. Слова, смысла которых он не смог разобрать, пробили тонкий барьер. Аций успел увидеть, как цветными искрами разлетелся его щит, как вцепились в его руку тонкие пальцы Эльтины, попытавшейся помочь ему. Это было последнее, что он увидел. Потом была боль. И темнота... Магесса вскрикнула, чувствуя, как черная вспышка обжигает ее тело, как высокий крик, ее собственный, взлетает под потолок, обрываясь навсегда. Голоса больше нет. По щекам катятся крупные слезы. Она пытается позвать словно окаменевшего мага, но тот напряженно застыл на месте, не решаясь пошевелиться, бездумно глядя в пустоту перед собой. Горло издает только странный сдавленный стон. И Эльтина в ужасе прикрывает рот ладонью, переводя испуганные серые глаза на жреца. - О да... Королева сдержала слово... Женщина теперь твоя, Аций. Вот только если отойти шагов так на десять друг от друга, вы оба умрете... А чтобы интереснее было, дорогой мой друг, - жрец, не снимая глухого капюшона, подошел ближе и с размаху ударил мага кулаком под ребра, заставив того согнуться и закашляться, - Ты теперь не видишь... А она, - он попытался было коснуться лица белой магессы, но та отпрянула, словно от змеи, вызвав у него короткий смешок, - Она теперь будет всегда молчать, Аций. Ты никогда не услышишь ее голоса. Это тебе подарок от Королевы. Благодари, вонючий червь. Тебе сохранили жизнь... - Жрец направился на выход, но все же обернулся, - Ах да... От проклятия ее сможет освободить только твоя смерть. Развлекайтесь, - елейно улыбнулся мужчина в черном балахоне и скрылся за дверью, оставив магов одних. Аций пытался нащупать в темноте хоть что-то, что поможет ему помочь встать, но никак не мог найти ничего ничего подходящего. Пока не ощутил, как чьи-то узкие ладони подхватывают его под локоть, помогая встать. Эльтина. Сердце болезненно сжалось. Он навредил ей. Он сам во всем виноват. Он должен умереть, чтобы она жила нормальной жизнью. И он сделает это, если хватит смелости. - Прости, - тихо шепчет он, но она не ответит. Она молчит. Теперь навсегда. Тонкий пальчик касается его губ, заставляя его замолчать. Аций покорно склоняет голову, но он не может молчать. И не может отпустить ее руку. Страшно. Страшно остаться во тьме. Абсолютной. И не видеть ничего. - Я... Я любил тебя, - тихо прошептал он, сжимая ее точеное запястье. О, он прекрасно помнит и без возможности видеть, какая она. Эльтина вздрагивает. Любил. Глупый маг. Что он наделал? - Я боялся, что она доберется до тебя... И она добралась. Это я виноват, - снова шепчет он. Девушка мотает головой, хмурится, пытается сказать хоть что-то, но вместо этого чувствует лишь, как по щекам катятся слезы бессильной досады. Он не услышит ее. Он не услышит, как она хочет сказать ему, что он не виноват, что она не хочет его смерти, что... Что именно, она боится сказать вслух. Но уже и не скажет. Теперь она может только лишь прикосновениями говорить с ним. Магесса проводит пальцами по его щеке, глядя в его остановившиеся, ослепшие глаза. В черных волосах стало на пару прядей больше серебра. Он еще молод... Ему нет тридцати. Как и ей впрочем. Он недавно прошел испытание... Совсем недавно... И она помнит, как увидела его после своего испытания. Высокий, черноволосый с темными задумчивыми полыхающими каким-то странным жадным огнем глазами. Она помнит, как ей стало трудно дышать, когда она пришла сюда за книгами, и их руки случайно соприкоснулись. Ей так хотелось сказать ему, что он поступил глупо, что она ждала тогда его слов... Мечтала о них... Но вот чем все обернулось. Любовь не совместное соединяет... И всегда служит злу и гордыне... Так говорилось в одной легенде. Но она не позволит этому случится. Она не даст ему умереть. Лучше носить проклятие, чем умереть навсегда, потеряв частичку себя. А утром пришли маги. Они пришли за ней, считая, что ее стоит спасти от мага ренегата. Они не желали слушать сбивчивую мольбу оставить ее там, где она есть. Они не верили ему. Они считали, что его рассказ о проклятии ложь. Но вот ведь факт налицо. Магичка в потрепанном белом балахоне с ссадинами на лице, бледная, измученная бессонницей, рвется к нему и не может произнести ни слова, кусаясь, царапаясь и всхлипывая. Кто-то догадался дать ей бумагу и чернила. Аций ждал, что его убьют, чтобы спасти ее, чтобы помочь ей освободиться. Он даже мечтал об этом. Но, вместо этого, их обоих было решено препроводить в башню Вайрет... Не сказала. Она не сказала им, потому они не верят ему. Глупая девчонка. Эльтина уснула у него на плече под плавное покачивание повозки. И на мгновение ему показалось, что он услышал ее тихий вздох: - ... Не оставлю... - однако, едва он хотел переспросить, кто-то из магов рассыпал розовые лепестки, шепча слова сонного заклинания. Жрец с насмешкой наблюдал за процессией, уезжающей из дома Ация. Прекрасно. Теперь он спокойно обчистит его артефакты и выудит из них достаточное количество энергии, чтобы потягаться с Маджере в Нераке. Нужно хорошенько подготовиться. Отличная комедия, которая отвлечет всю эту шоблу от его настоящих дел...