Глава 4. Таинственный незнакомец
25 июля 2025 г., 21:30
В Москве уже было давно за полночь. На небе светила яркая луна, окружённая множеством мерцающих звёзд, а в воздухе витала приятная весенняя прохлада и ощущался аромат цветения всевозможных растений. Отчего обстановка в большом и довольно шумном в дневное время суток городе была непривычно тихой и умиротворённой. Лишь иногда в одном из районов, расположенных вблизи Третьего Транспортного кольца, раздавались резкие шумы: проносящиеся по шоссе машины, дерущиеся между собой майские коты или же стук колёс поезда по железной дороге, что располагалась неподалёку от жилых домов этого места. Но в целом, атмосфера была довольно спокойной и тихой, отчего создавалось ощущение, будто бы этот огромный и вечно живой мегаполис попросту вымер. Однако это было не так: просто большинство жителей уже давно погрузились в сон и отдыхали перед началом нового трудового или учебного дня.
Казалось бы, ничто не способно было нарушить этот абсолютный покой, но вдруг на улице резко поднялся ветер, и над многочисленными железнодорожными путями начали резко сгущаться, непонятно откуда взявшиеся, тёмные и густые тучи, словно над этим местом локально вот-вот должна была разразиться типичная майская гроза. Но вместо привычного дождя в небе в окружении этих мрачных облаков образовалось нечто очень похожее на чёрную и круглую дыру в пространстве, которая явно была магического происхождения, из неё испускались довольно мощные разряды молний. Этот волшебный портал продолжил расширяться, и спустя несколько мгновений из него показались несколько довольно рослых мужских фигур, которые плавно опустились из этой бреши в пространстве почти на самую землю, и всё же в последний момент они просто рухнули вниз.
Несколько нелепо и не очень грациозно четверо мужчин упали на колени и некоторое время просто не могли даже прийти в себя, словно это телепортационное колдовство далось им не так уж легко, как они сами ожидали, ведь после стольких, и даже пока ещё неизвестно скольких именно, лет заточения мастерство чар у них заметно уже подзабылось. И всё же, немного отдышавшись, они нашли в себе силы подняться на ноги и оглядеться по сторонам, с интересом исследуя глазами окружающую местность и не очень-то понимая, что именно привело их именно сюда, ведь бывшие преступники явно не ожидали того, что они очутятся посреди множества рельс. При всём этом магам Чёрного круга уже не приходилось рассчитывать на благосклонность Судьбы относительно выбора места для их перемещения, ведь та и так уже предоставила им уникальную возможность выбраться из самой охраняемой и защищённой тюрьмы во всём Волшебном Измерении. Потому выбирать им особенно не приходилось, так как даже не они были причиной того странного колдовства, которое и стало причиной их освобождения из Измерения Омега, однако каждого из колдунов всё равно беспокоил вопрос, кому пришло в голову творить магическое заклинание в таком странном месте и с какой целью это было вообще сделано. Но ответов на данные вопросы они так же никак не могли узнать, поскольку того, кто это сотворил, в округе также не наблюдалось, что тоже было весьма странно, ведь обычно любое волшебство имело хоть какую-то цель, и если у того, кто помог охотникам на фей сбежать, была цель дать им второй шанс на жизнь, то он бы наверняка хотел бы лично с ними встретиться, и, тем не менее, никого поблизости не было.
— Знаешь что, Огрон… Портал можно было бы и поаккуратнее схлопывать! — ворчливо заметил Анаган, отряхивая свой боевой костюм от пыли, которая налипла на него при их весьма немягком приземлении, и потирая ушибленные колени, на которые и пришёлся основной удар от падения, после чего он также недовольно добавил: — С тобой можно и переломы получить, а мне этого совсем уж не хочется!
— Боишься, что если у тебя ножки сломаются, то твоя сила окончательно перестанет быть полезной? — насмешливо поинтересовался у того Гантлос, в отличие от своего товарища выглядящий куда менее расстроенным от их неудачного приземления и даже ощущавший себя весьма воодушевлённым от того, что они наконец-то смогли покинуть ту ужасную ледяную планету и переместиться в относительно более приятное место, оттого он также шутливо заметил: — Но да, Огрон, наша посадка могла бы быть и более удачной.
— Лучше скажите спасибо, что вы вообще тут стоите целыми и невредимыми… Да и вообще, я, сам не знаю сколько, не перемещался куда-либо, сами это прекрасно знаете! — раздражённым тоном отозвался сам Огрон, который выглядел из них всех наименее счастливым сложившейся ситуации и даже не смотрел в сторону своих товарищей, а лишь тщательно оглядывал ту местность, в которую их переместил портал, словно пытаясь выследить в ней что-то или кого-то, потому он лишь хмуро изрёк: — Это не совсем то, что я ожидал увидеть по прибытии на Землю.
— Дай угадаю, ты думал, что мы окажемся в одном из вон тех вот зданий, где нас бы ждал какой-нибудь одарённый волшебник, который должен был бы сообщить о том, что это он нашёл способ нас призвать? — полюбопытствовал у их лидера маг разрушения, предварительно перед этим мимолётно считав его мысли, которые похоже весьма его позабавили, оттого его голос прозвучал всё так же насмешливо: — Боюсь, что тут не всё так просто, как может казаться… Хотя место для колдовства и правда специфическое.
— Не так просто? А куда проще-то может быть? Мне кажется, довольно логично звучит то, что кто-то сумел воспользоваться остатками нашей магии, каким-то образом найденными на этой планете, чтобы высвободить нас, — пожав плечами, произнёс Думан, которому вся эта ситуация казалась совершенно логичной и закономерной, хотя по большому счёту ему было абсолютно всё равно на обстоятельства их побега из Измерения Омега, его лишь интересовал сам результат, потому он тоже выглядел более чем довольным, и лишь вдобавок вопросил: — Только вот зачем этому некто было так делать? Возникли проблемы с фейками или же просто так решил побаловаться странной тёмной магией?
— Или же этот кто-то просто нашёл способ выкачивать из Чёрного круга энергию напрямую, но только не учёл того, что её использование непременно освободит и нас — его истинных обладателей! — предположил с какой-то агрессией в голосе маг скорости, подойдя к своим напарникам и лидеру и всем своим видом выражая своё искреннее негодование относительно своей же собственной догадки, а затем он гневно воскликнул: — В таком случае я вообще не удивлён, что эта гнида попросту куда-то съебалась, когда осознала, что высвободила хозяинов украденной магии!
— Все эти предположения, конечно, имеют место быть, господа, и всё же… Почему мы именно здесь? — задал им всем довольно риторический вопрос красноволосый маг, при этом окинув руками пространство вокруг всех четверых мужчин и тем самым заставляя их ещё раз внимательнее оглядеться по сторонам в поисках, возможно, чего-то особенного или хотя бы неординарного для этого урбанистического пейзажа.
— Хах, да уж, этот городок выглядит ещё большей дырой, чем все те места на Земле, в которых нам довелось побывать! — усмехнулся Анаган, с неким отвращением пнув насыпь одних из железнодорожных путей, отчего с неё посыпался гравий, а затем он прошёл ещё несколько шагов в сторону и так же презрительно заключил: — Я даже нисколько не жалею, что мы когда-то пропустили это место во время исследования планеты — мы точно ничего не упустили, только посмотрите на эти жалкие и грязные дома, просто бараки какие-то, и как тут вообще можно жить?! А хотя… Вон те вон башенки вдалеке очень даже ещё ничего! — вдруг отметил он, указав на видневшуюся вдалеке кучку светящихся небоскрёбов, явно сильно выбивающихся на фоне всех прочих менее выразительных и бедно выглядящих зданий, из-за чего создавался некий странный контраст, вызвавший у мага скорости закономерное умозаключение: — Может, это у них что-то типа сердца города или какого-нибудь замка?
— Хм, не знаю, но выглядит, конечно, грандиозно относительно всей этой общей картины, которая, надо признать, весьма удручает, — согласился с ним Гантлос, повернув голову в сторону тех красиво выглядящих зданий, а после вновь окинув печальным взглядом те самые строения, что находились по ту сторону ограждения, словно пытаясь сопоставить между собой, как настолько разная архитектура может быть в одном и том же городе, после чего он с усмешкой сказал: — И всё же эта Москва считается одним из самых богатых и крупных городов восточной Европы, и ещё она — столица большой России.
— Мда уж, для звания столицы, пожалуй, это местечко могло бы хотя бы чуть поменьше вонять… Удивительно, как здесь вообще выживает хоть что-то живое! — громко фыркнув, высказался метаморф, который решил в тот самый момент вдохнуть полной грудью московский воздух, однако, ощутив внутри себя лишь выхлопы и гарь, он сразу же начал откашливаться, словно боясь, что этот грязный воздух его чем-то заразит, отчего добавил: — Я никогда не понимал того, зачем наш «общий знакомый» переехал туда после того, как мы, ну это… Прогнали его из того замка.
— Его жёнушка была родом отсюда… — несколько раздражительно произнёс Огрон, давая всем своим видом понять, насколько ему неприятна эта тема, потому как он бросил на своего товарища свой пронзительный холодный взгляд, после чего он прошёл ещё несколько шагов в сторону, словно всё же пытаясь найти хоть что-то, что могло бы прояснить причину их появления здесь, и задумчиво, потирая пальцами бороду, проговорил: — Но сейчас это неважно, я вообще совсем не это имел в виду, то, что энергия привела нас именно в этот город — это ладно, но почему именно в это самое место? Что здесь такого необычного и магического, это же всего лишь железная дорога, и что могло произойти здесь, в результате чего случился такой большой выброс магии? — поинтересовался он, при этом понимая, что эти вопросы, вероятно, являлись риторическими, ведь лучше него никто среди охотников на фей не разбирался в колдовстве, отчего если он не знал чего-то, то и другие колдуны подавно, потому сам лидер Чёрного круга, по большей части, спрашивал у самого себя.
— Тебе, наверное, как хранителю Чёрного круга, виднее. Но если даже ты не можешь дать ответы на свои же вопросы, то откуда нам могут быть доступны такие знания? — разведя руками, отозвался светловолосый маг в ответ на его попытки вызнать хоть немного информации, что ему самому казалось весьма бесполезным занятием, ведь сейчас было куда важнее не пытаться узнать, кем именно они были освобождены, а понять, что делать дальше, и всё же Гантлос решил подкинуть товарищу пищу для размышлений, сказав: — Может быть, это действительно так твоя эта «Судьба» с нами решила поиграться и дать ещё один шанс на жизнь, а может… Кто его знает, вдруг тут кто-то спасал кого-то из-под поезда, ведь ты знаешь, такое уже случалось однажды, а жизнь имеет свойство повторяться, потому что даже у неё фантазия порой бывает весьма скудна на события, — иронично отметил он под конец своей речи, намекнув своими словами на какое-то событие, о котором оба они были хорошо осведомлены, потому как при упоминании некого подвижного состава Огрон неприязненно поморщился, словно это тоже была весьма щепетильная для него тема.
— Что ты хочешь этим сказать, Гантлос? Ты считаешь, что это колдовство могло произойти случайно? — напряжённо уточнил тот, не понимая, к чему мог клонить этот рослый и мускулистый блондин в шляпе и говорил ли он это вообще сейчас на полном серьёзе или же опять иронизировал, что было для него весьма свойственно, и эта черта зачастую крайне выводила из себя лидера Чёрного круга, да и, впрочем, не только его, но и всех остальных магов.
— Да нет, это я так… предположил, — довольно равнодушно ответил колдун, давая понять, что никакого особого смысла он в свои слова не закладывал, но затем он всё же подошёл к красноволосому магу поближе и, указав пальцем куда-то в сторону, добавил: — Просто вот этот вот обгоревший рычаг ручного переключения стрелки натолкнул меня на мысль о том, что здесь недавно могло происходить нечто весьма интересное.
Огрон обернулся вслед за его указанием и увидел в паре сотен метров от них торчащий металлический стержень, который был вставлен в странное устройство, присоединённое к рельсам, что служило своеобразным переводом стрелки на железнодорожных путях. Он, вероятно, когда-то был окрашен в чёрно-белые полосы, однако теперь выглядел так, словно его чем-то расплавили. Краска слезла, а сам материал, вероятно, сталь, из которого был изготовлен этот рычаг, был сильно изуродован и выгнут, отчего создавалось ощущение, что кто-то сперва накалил его докрасна, а потом просто оставил его таким, тем самым навсегда деформировав его, отчего тот уже вряд ли мог в полной мере выполнять свои функции.
Все эти факты и привлекли внимание лидера Чёрного круга, заставив его отдалиться от своей команды и подойти прямо к этому месту происшествия, потому как он понимал, что такое изменение формы металла не могло произойти вследствие его обычного нагрева на дневном солнце или же по иным естественным причинам. Вполне возможно, что тут не так давно произошло некое странное событие, связанное с колдовством, скорее всего, судя по характеру повреждений объекта, это была какая-то магическая битва, потому красноволосому магу и было интересно выяснить, что же именно здесь могло произойти такого, что вызвало столь мощный выброс магии. Ведь та сила же каким-то образом достигла их четверых в Измерении Омега, а значит, что либо это было чьё-то преднамеренное действие, которым некто желал их освободить, либо же чья-то роковая неосторожность в использовании заклинания, которым неизвестное существо, наделённое волшебной энергией, схожей с их собственной, помогло им выбраться.
Но что же это всё так было, это и желал понять Огрон, потому как он был абсолютно уверен в том, что не оставлял на Земле никаких запасных источников магии охотников на фей, которые бы могли найти другие волшебники или кто-либо ещё из магических обитателей этой планеты. Да и даже если бы таковые всё же существовали, то воспользоваться ими тоже никто не смог, ведь сущность энергии Чёрного круга существенно различалась с тем волшебством, которое творили члены земного магического сообщества, потому как она была противоположна силе веры и в то же самое время сильно схожа с магией тех самых фей, на которых они и вели охоту. Но кому-кому, а крылатым волшебницам с острова Тир Нан Ог уж совершенно точно не было никакого резона высвобождать своих заклятых врагов, разве что только для того, чтобы окончательно свершить над ними своё возмездие, в этом красноволосый маг был более чем уверен.
Он не удержался от того, чтобы потрогать этот оплавленный рычаг, сразу же почувствовав то, как от него буквально разило магическим следом их энергии, при этом создавалось ощущение, будто бы выброс силы произошёл совсем недавно, и всё же металл уже был остывшим, это говорило о том, что колдовство всё же было совершено как минимум несколько часов назад.
«Проклятье! — выругался про себя лидер Чёрного круга, поняв, что даже при должном желании, он не сможет найти того, кто сотворил столь сильные чары с помощью их магии, так как прошло уже достаточно времени, чтобы волшебство рассеялось в воздухе. — Что ж, ладно, разберёмся с этим позднее…».
Но тут его разум словно пронзило нечто тёмное, отчего мужчина испытал далеко не самые приятные чувства, словно у него внезапно началась сильная головная боль, отчего он сморщил лицо и потёр лоб, и в это же время в его ушах прозвучал чей-то чужой голос, будто бы отдавая приказ: «Найди того, кто украл нашу энергию, и как можно скорее!».
— Да понял я, только сейчас это не совсем возможно… — едва слышно прошептал Огрон в ответ на этот странный призыв неизвестного существа, которое звучало совсем рядом, но при этом поблизости кроме других колдунов никого больше не было, и тут же вновь стиснул зубы от очередной болезненной вспышки в голове, потому как неизвестный вновь проговорил ему, только теперь уже было понятно, что его голос звучит из собственного сознания мага, и звучал он как ещё одно весьма жёсткое и не требующее отлагательств указание: «Найди источник энергии Чёрного круга!».
— Ну что, Огрон, нашёл там хоть какую-нибудь разгадку нашего спасения? — с неподдельным интересом в голосе полюбопытствовал у него Гантлос, чьё появление за спиной он даже не заметил и даже не смог услышать его весьма громкую поступь по гравию, так как в тот момент был занят прослушиванием своего «внутреннего голоса», оттого красноволосый колдун даже невольно вздрогнул от раздавшегося за спиной громкого голоса товарища.
— Что… А, да, ты был прав насчёт этого куска железа — это действительно дело рук кого-то, кто умеет колдовать и, вероятно, именно его силами мы были освобождены, — ответил Огрон, повернувшись к нему лицом и сделав самый невозмутимый вид, словно его неожиданное появление его нисколько не застало врасплох, и в подтверждение этому, а также для того, чтобы всё-таки попытаться выполнить этот чей-то суровый приказ, он также спокойно спросил: — Может, ты сможешь применить свою ментальную магию и попробуешь засечь хотя бы какой-то след волшебства нашего «спасителя»?
— Хм, ну, я могу, конечно, но… Если честно, тот бой со змеями вытянул все мои силы, так что, не уверен, что колдовство сработает как надо, — признался маг разрушения, нахмурившись и припомнив своему лидеру то, что он уже израсходовал весь свой запас сил в тот момент, когда решил устроить весьма эффектное землетрясение на ледяной планете-тюрьме, но тот смерил его весьма строгим взглядом, в котором читалось довольно явное требование выполнить данное поручение, потому светловолосому мужчине ничего не оставалось, кроме как, со вздохом сказать: — Ладно, не сверли меня глазами, я попытаюсь.
Гантлос докоснулся до оплавившегося рычага, переводящего стрелку, и сконцентрировался на нахождении волшебного следа некого существа, которое могло сотворить это с довольно прочным куском железа, отчего его глаза засветились лиловым магическим сиянием, а сам колдун выглядел крайне сосредоточенным и отчасти напряжённым, ведь эти чары давались ему действительно не так уж легко. Огрон стоял рядом и терпеливо выжидал вердикта своего товарища, чья роль в Чёрном круге помимо его силы разрушения была также в выслеживании интересующих их существ с помощью своей врождённой силы телепатии, которая была довольно редка как для земных магических обитателей, так и для жителей Волшебного Измерения. Сам лидер охотников на фей также был отчасти наделён даром ментальной магии, однако она заключалась в несколько иных свойствах, которые ограничивали его в некоторых аспектах данного вида колдовства, потому он зачастую и прибегал к помощи своего подчинённого, которого он всегда считал наиболее приближённым к себе и кем-то вроде заместителя или «правой руки».
Дело было даже не в том, что светловолосый мужчина из всех его магов обладал наиболее полезными для него магическими способностями, но и также это, по большей части, было из-за того, что именно Гантлосу он мог больше всех доверять, чего он не мог также сказать об остальных своих приспешниках. Огрон при этих своих мыслях бросил мимолётный взгляд на Думана и Анагана, которые в тот момент выглядели довольно скучающе и ответили ему встречным немым вопросом, застывшим в их глазах, звучавшим буквально как: «Ну и чего мы тут застряли?», оттого ему всё же пришлось поторопить мага разрушения:
— Ну что там? Удалось засечь хоть какой-то слабый след? — беспокойно спросил лидер Чёрного круга, дотронувшись до плеча своего товарища, отчего тот будто бы пришёл в себя, потому как его глаза вдруг перестали излучать магический свет и вновь приобрели свой привычный серо-карий цвет, но сам мужчина лишь ещё раз вздохнул и отрицательно покачал головой, тем самым сильно раздосадовав своего командира.
— Увы, но ничего конкретного мне не удалось засечь, только лишь какие-то абстрактные картины, — необнадёживающе отозвался он, увидев с помощью колдовства лишь какие-то странные и обрывистые куски чьих-то довольно быстрых движений, происходящих где-то рядом с теми бедно выглядящими зданиями, причём походка неизвестного была довольно необычной, словно этот некто хромал, но при этом куда-то торопился и, возможно, убегал от кого-то, но это были лишь собственные предположения Гантлоса, и он, решив их не выражать, дабы лишний раз не будоражить безумное сознание Огрона, лишь коротко изрёк: — След довольно старый и успел развеяться в воздухе, потому он уже не очень информативен.
— Чёрт… Ладно, разберёмся с этим позже, — небрежно бросил тот, сильно неудовлетворённый результатами поискового колдовства его подчинённого, потому как его телепатические навыки весьма могли помочь им разобраться хотя бы с одной проблемой, ведь если кто-то действительно научился пользоваться их энергией для своих личных целей, то это надо было как можно скорее пресечь, потому как магии у самих охотников на фей уже и так осталось совсем немного, и красноволосый маг лишь уточнил: — Но это было не дело рук «тех, кто бы желал нам немедленной смерти»?
— Если ты имеешь в виду наших вновь крылатых знакомых, то, конечно, это очень даже похоже на их колдовство, но только вот не вижу здесь никакого смысла для них содействовать в нашем высвобождении, — хмыкнул в ответ светловолосый мужчина, вероятно, либо прочитав мысли Огрона относительно данной теории, либо самому догадавшись, что схожее колдовство могло быть у тех существ, у которых они отнимали магию и присваивали себе, однако данная версия лишь смутила его самого, оттого он выразился, ещё раз опровергнув мысли своего лидера его же собственными умозаключениями: — Разве только они могли сделать это для того, чтобы избавиться от нас окончательно.
— Думаешь, это может быть какая-то ловушка? — уточнил предводитель магов Чёрного круга, не исключая того, что всё это могло быть лишь способом фей свести с ними счёты, потому как ему до сих пор до конца не верилось, что они вновь оказались на Земле и больше не скованы по рукам и ногам льдами.
— Не-а, навряд ли! — категорично опроверг догадку того Гантлос, издав при этом несдержанный смешок, потому как ему показалась эта мысль весьма забавной и довольно очевидной. Но, увидев вопросительное выражение лица у мужчины, он всё же пояснил: — Если бы это действительно был какой-то злой умысел феечек, то мы бы уже наверняка были ими схвачены. Однако мы до сих пор ещё стоим здесь, а значит, что никто нас не хочет поймать и убить. Так что можешь расслабиться насчёт этого… Пока что.
— Эй, ну вы чего там застряли, а?! — вдруг донёсся до них обоих громкий и вопрошающий возглас Анагана, преисполненный нетерпеливого раздражения, потому как он просто терпеть не мог находиться на одном и том же месте и начинал беситься всякий раз, когда его товарищи где-нибудь тормозили. Потому он также полюбопытствовал: — И какими вообще будут наши дальнейшие действия здесь?
— Наши дальнейшие шаги я бы предпочёл обсудить в другом, более подходящем для этого, месте, а сейчас нам лучше убраться отсюда, — довольно насторожённо произнёс Огрон, оглядываясь по сторонам и пытаясь обнаружить возможную угрозу. Но тем не менее, он не чувствовал даже ни единого намёка на присутствие энергии крылатых волшебниц поблизости. Однако вдруг услышал предупредительный гудок приближающегося издалека поезда, что заставило его нервно выкрикнуть: — И желательно поскорее!
— Ха-ха, кажется, у кого-то тут случился прилив неприятных воспоминаний из Гардении? — издевательски спросил у стоящего рядом мужчины маг разрушения, который заметил, как тот невольно передёрнулся от донёсшегося до них резкого сигнала. Сигнал говорил о том, что скоро здесь, по одним из множества путей, должен был проехать подвижной состав, тем самым ещё раз напоминая их лидеру о неком неприятном инциденте, который произошёл в названом Гантлосом городе, что был тоже связан с поездами и рельсами. Потому он также насмешливо пообещал: — Если что, остановить ради тебя поезд во второй раз я уже не обещаюсь, что смогу, так что просто имей в виду!
— Угх, давай не будем об этом, хорошо? — процедил сквозь зубы красноволосый маг, не желавший поддерживать эту тему разговора, поскольку она была для него явно довольно больной и даже противной, так как он сморщил лицо от одного только упоминания, словно надкусил кислый лимон. После чего он решительно развернулся и направился через железнодорожные пути прямо к ближайшей к ним ограде, в которой углядел плохо прикрытую брешь, лишь небрежно бросив своим охотникам: — Пошли уже!
Остальные мужчины, переглянувшись между собой, всё же повиновались и последовали за своим лидером, который тем временем отогнул в сторону сетчатую ограду и выбрался за неё на какую-то пустынную улицу, освещаемую лишь несколькими тусклыми фонарями, вдоль которой располагались гаражи и промзоны. Дождавшись, пока все маги Чёрного круга преодолеют препятствие в виде забора, Огрон довольно вальяжной походкой пошёл вдоль по дороге, словно бы он знал, куда именно им надо было идти, хотя сам никогда особо не распространялся насчёт того, посещал ли он Россию во время их существования на Земле. Вся их компания, похоже, была единственными бодрствующими людьми на тот момент в этой местности, потому как повсюду царила тишина, которую ненадолго прерывал лишь редкий шум проносящихся вдалеке по какому-то шоссе машин и лай собак, доносящихся откуда-то позади них. Никто из колдунов особо не понимал, куда именно они держат путь, так как всё вокруг казалось хоть и весьма типичным для облика этой планеты, но всё же довольно незнакомым. Но ни один из них не решался задать закономерный вопрос о конечном пункте назначения, пока Думан наконец не подал голос, спросив у того:
— Эм, Огрон, слушай, а ты вообще знаешь, куда нас ведёшь? Ты здесь уже был когда-то тоже или что?
— Возможно, когда-то давно, а что? — довольно уклончиво отозвался Огрон, обернувшись в его сторону и смерив пристальным вопросительным и в то же время раздражённым взглядом, тем самым заставив метаморфа несколько смутиться, потому что он осознал, что вновь ненароком затронул ещё одну тему разговора, вероятно, неприятную для их лидера. Но сам мужчина в следующий миг вновь стал невозмутимым и спокойно ответил: — Если ты интересуешься насчёт того, знаю ли я, куда мы идём, то нет, я просто следую по направлению к тем стеклянным башням, которые, скорее всего, являются центром этого города. Думаю, если всё время идти прямо, то в конце концов, где-то к утру мы достигнем этого места.
— Окей, допустим… Но зачем нам туда? — вновь поинтересовался у того Думан, решительно не понимая, чего их лидер именно хочет, ведь сам маг не видел ничего примечательного в тех высотных постройках, которых он, к слову, не очень припоминал во время своего кратковременного посещения Москвы. Хотя, в целом, пока не очень было даже понятно, сколько времени прошло на Земле с того момента, как они все четверо в последний раз здесь были, так что всё могло поменяться. Потому он лишь предложил: — Может быть, мы сперва передохнём где-нибудь и заодно найдём какой-нибудь календарь или спросим кого-нибудь насчёт того, какой вообще сейчас год. Мне кажется, это сейчас было бы куда более актуально, нежели…
— Что ж, раз уж ты так считаешь, то, может быть, и поведёшь нас туда? — весьма жёстким и даже грубым тоном распорядился Огрон, не дав даже тому договорить, а затем он сам остановился и вытянул одну руку вперёд, словно этим жестом приглашая Думана пойти впереди них и указать тот путь, какой он считает нужным. Однако сам метаморф лишь в ответ молча покачал головой, вызвав этим у их лидера едкий смешок и вопрос: — А что так? Ты же вроде говорил, что уже был здесь, наверняка знаешь этот город куда лучше меня, раз посещал его и даже видел с высоты птичьего полёта!
— Да нет, я так просто заметил… Тебе, конечно же, виднее, куда нам идти, Огрон, — неприязненно протянул в ответ на его насмешливые высказывания мужчина, тем самым показав некую покорность и позволение распоряжаться их совместными действиями, на что красноволосый маг лишь посмотрел на него с прищуром своих холодно-голубых глаз и кривой усмешкой, в которой читалось победное: «То-то же, знай своё место!».
После этого они вчетвером ещё некоторое время прошли молча, пока наконец не вышли к довольно широкой трассе, по которой то и дело проносились транспортные средства вроде автомобилей и мотоциклов. Вероятно, это была та самая неспящая часть населения, которая предпочитала бодрствовать ночью и отсыпаться днём. Недолго думая, Огрон направился вдоль этого шоссе, нацелившись во что бы то ни стало попасть к тем высоткам, которые, по его личным предпочтениям и собственным соображениям, казались более благоприятным местом, нежели этот грязный и бедно выглядевший район, в котором они сейчас всё ещё находились. Однако путь до этого мнимого «сердца Москвы» предстоял весьма неблизким, потому как верхушки этих небоскрёбов виднелись где-то около горизонта, и чтобы добраться до них пешком, необходимо было пройти около пары десятков километров, что, несмотря ни на что, нисколько не пугало красноволосого мага, который задался целью добраться туда. При этом он сам не проронил ни единого слова и даже не удосужился поинтересоваться у остальных магов Чёрного круга, согласны ли они преодолеть столь длительный путь вместе с ним, что было, наверное, очень зря, потому как это его настойчивое решение добраться до возможного центра города вызвало у тех весьма сильную волну возмущений.
— Только не говори, что ты сейчас серьёзно хочешь проделать путь туда пешком! — воскликнул в ответ на упрямое намерение их лидера двигаться вперёд Анаган, вероятно, прикинув в своей голове, какое примерно расстояние было до этих башен и сколько времени должно было у них занять подобное путешествие, оттого он весьма категорично высказался: — Да мы же туда будем тащиться несколько часов точно и будем уже к самому утру — это же ужасно долго и абсолютно не имеет смы…
— А ты так куда-то торопишься? — ледяным тоном поинтересовался у него Огрон, перебив своего товарища, который так упорно продолжал идти вперёд, хоть и сам точно не знал, зачем именно. Возможно, чтобы получить больше информации о произошедших на этой планете за время их отсутствия ключевых событиях или же для того, чтобы найти для себя и для остальных чернокруговцев какое-нибудь более-менее приемлемое пристанище. В любом случае, колдуну не очень хотелось оставаться именно в этой местности, так как она упорно напоминала ему о чём-то таком, что он сам очень желал забыть, но только демонстрировать это нежелание он не очень-то хотел, потому как они уже начали его в чём-то подозревать. Потому он лишь с нотками иронии в голосе проговорил:
— Мне казалось, что тебе не нравится стоять на месте, и, наоборот, ты даже любишь постоянно куда-то перемещаться, потому не понимаю, с чего ты так сильно негодуешь?
— Да нет, дело не в этом, я бы сейчас с радостью и в миг оказался бы там, ты только скажи, но вы же трое, медленных черепах, меня не догоните, — начал оправдываться маг скорости, который, надо было сказать, в данный момент блефовал, так как сам ощущал то, что его магических сил точно не хватит на этот длительный рывок. Потому он прикинул некоторые иные варианты для них четверых: — Почему бы нам просто не долететь туда или же не телепортироваться? Так же намного проще будет для всех и менее затратно по времени!
— Это исключено — я не хочу, чтобы нас из-за использования нашей тёмной энергии ненароком засекли феи, которые наверняка уже смогли научиться вычислять чужую магию на Земле и непременно слетятся сюда, если поймут, что мы освободились, — парировал лидер охотников, сильно не желавший светиться раньше времени, по крайней мере до той поры, пока они вместе не накопят достаточно магии для того, чтобы суметь дать достойный отпор крылатым волшебницам, которые, очень вероятно, будут не рады их внезапному возращению и со своей стороны сделают всё, чтобы им навредить из своего эгоистичного желания мести. Потому он также добавил: — К тому же я не уверен, что наших сил, которые остались в Чёрном круге, хватит на то, чтобы открыть ещё один портал.
— А вот не надо было устраивать этого вашего показушничества на Омеге! — огрызнулся в ответ Анаган, припомнив красноволосому магу то, как он и ещё один их товарищ израсходовали большую часть их общей магической энергии на то, чтобы устроить весьма эффектное зрелище для одоления ледяных змей-стражей, тем самым оставив остальных колдунов без возможности творить сильное колдовство на неопределённое время, из-за чего он язвительно сказал: — Вы с Гантлосом просто два сапога пара, перед кем хотели выебнуться, перед полуживыми змеями? Или нас с Думаном хотели впечатлить вашим обоюдным мастерством «создавать хаос»? Ха-ха, я считаю, мы уже за всю жизнь насмотрелись сполна этих ваших фокусов, уже тошнит!
— Анаган, прекрати истерить, — попытался осадить его Гантлос, который всё это время шёл позади спокойно и молча и скорее всего тоже был не согласен с решениями Огрона относительно того, чтобы посреди ночи тащиться куда-то и предпочёл бы просто где-нибудь передохнуть. Однако, в отличие от своего напарника, он решил не высказывать свои недовольства и подчинился воле их главаря, потому сейчас он испытывал сильное недовольство относительно поведения мага скорости и, подойдя к нему, прорычал: — Ты себя ведёшь хуже баб во время месячных с того самого момента, как мы освободились ото льда, и молчащим в трубочку ты мне куда больше нравился, потому либо заткнись, либо я сам тебе помогу.
— А вот только не надо меня затыкать, слышишь ты, дед в шляпе?! — тут же взвился тот из-за этой угрозы, подскочив вплотную к высокому и весьма накачанному светловолосому мужчине и ткнув пальцем ему прямо в грудь, при этом прекрасно понимая, что если он реально разозлит своего мускулистого товарища, то тот одним лёгким движением и без всякого колдовства отправит его в нокаут. И всё же Анаган, будучи по темпераменту абсолютно несдержанным, решил полезть на рожон и гневно высказался: — Если бы не твоё это «ногой топ, руками хлоп», то мы бы сейчас не были на Земле абсолютно истощёнными и без сил на то, чтобы противостоять даже самым ничтожным и слабым феям!
— Я хотя бы что-то сделал, чтобы отогнать этих тварей от нас, а ты только возмущался и ныл… Как тупой ёбаный малолетка! — с презрением буквально выплюнул в ответ маг разрушения, громко и показательно хрустнув костяшками в знак предупреждения, что если он услышит хотя бы ещё одно оскорбление в свой адрес, то его кулак направится прямиком в его наглое лицо, лишь добавив: — И к твоему сведению, это, как ты выразился, «шоу» было сделано для того, чтобы замести следы нашего побега.
— Ой, да ну, и каким же это, позволь узнать, образом? — с сильным сарказмом в голосе поинтересовался у него маг скорости, которому его высказывание насчёт всеобщей благой цели своих действий показалось весьма смешным и надуманным, отчего он также с издевкой в голосе полюбопытствовал: — Признайся, ты просто придумал это прямо сейчас на ходу, да?
— Кажется, Огрон сказал мне ещё тогда на ледяной планете, что сперва мы должны были выбраться, а уже после разбираться между собой по-мужски… — задумчиво произнёс Гантлос, припоминая то, что произошло между ними совсем недавно, явно намекая на то, что он не намерен терпеть такое неуважительное и панибратское отношение к себе, поэтому он решительно схватил своего явно заговорившего товарища прямо за кофту на груди и, подтащив к себе, процедил: — Как видишь, дорогой друг, с первым пунктом мы покончили, так что хочешь перейти ко второму?
— Эй, вы оба, хватит собачиться между собой! Реально, ребят, достали уже! — внезапно вспылил на них обоих Думан, уставший тупо стоять и созерцать то, как оба его друга ведут себя как какая-то пара глупых подростков, не поделивших девушку, и готовы буквально подраться из-за пустяковых разногласий, поэтому он подошёл к ним и, примирительно положив руку на плечо светловолосого мага, произнёс: — Гантлос, прошу, не надо, отпусти его.
— Хорошо, Думан, как скажешь, — подчинился его уговорам колдун и с усмешкой разжал свою мёртвую хватку, тем самым буквально швырнув Анагана на землю, отчего тот вновь ударился и без того болевшим задом, с громким криком плюхнувшись прямо на асфальт, не менее жёсткий, чем лёд.
— Вы закончили? — сурово и вместе с этим довольно индифферентно уточнил у них троих Огрон, который всё время просто стоял поодаль и с сильным отвращением наблюдал за разборками своих подчинённых. Однако никаких попыток разнять их предпочёл не предпринимать, так как прекрасно знал их натуры за долгие годы совместной работы и понимал, что в случае его вмешательства в конфликт вся их обоюдная агрессия сольётся воедино и выплеснется на него. Потому он таким же сдержанным тоном лишь спросил: — Мы можем продолжать идти?
— Да, Огрон, я закончил, — спокойно произнёс маг разрушения, лишь смерив мимолётным убийственным взглядом всё ещё валявшегося под ним темнокожего мужчину, после чего он обошёл его вокруг и неспешной поступью направился вперёд, лишь бросив через плечо: — Он больше не будет раскрывать свой поганый рот до конца нашего пути, да, Анаган?
— Подонок! Вот ты кто, слышишь?! — прошипел ему вслед маг скорости, но в ответ на это увидел лишь неприличный жест со средним пальцем от Гантлоса, брошенный им даже не глядя в сторону того, который последовал за их лидером дальше и, похоже, уже даже снова не испытывал никаких чувств, выплеснув весь свой негатив, и тем самым ещё больше выбесив своего товарища.
— Эй, слышь, прекращай орать на весь город и вставай давай уже! — поморщившись от воплей своего товарища, весьма требовательно попросил его метаморф, при этом всё же, несмотря на всё его недовольство, протянув руку, чтобы помочь тому встать, на что сам Анаган лишь презрительно хмыкнул, но всё же помощь принял, наконец-то поднявшись на ноги, после чего его друг довольно беспокойно осведомился: — Всё в порядке? Цел?
— Ага, живее всех живых и даже некоторых «мёртвых»! — отозвался темнокожий мужчина, который поспешно стряхнул со своего плаща пыль и отреагировал на его неподдельный интерес относительно физического состояния весьма резко и грубо, тут же выдернув свою руку и быстрым шагом направившись вперёд, вслед за остальными двумя охотниками, перед этим лишь несколько приглушённым голосом добавив: — У этого деда всегда была кишка тонка бить своих, его «отцовские чувства» ему не позволят это сделать, так что мог бы и не вмешиваться. Ладно, пошли уже! — позвал он Думана за собой уже более громким тоном, поманив рукой, на что тот лишь издал сердитый фырк, поняв, что всё равно никакой благодарности не дождётся, и пошёл вперёд.
Некоторое время маги Чёрного круга снова шли молча, двигаясь вдоль трассы по специально отведённой для пешеходов полосе, лишь изредка обмениваясь весьма хмурыми и недоброжелательными взглядами, но продолжая следовать вперёд, по направлению к куче стеклянных небоскрёбов, которые по мере их приближения отнюдь не становились достижимее. По сути, никто из мужчин не знал, что именно им дальше делать. Да, они каким-то чудом, либо же с чьей-то помощью, смогли выбраться из самой охраняемой и защищённой тюрьмы Волшебного Измерения и даже с трудом достигли Земли. Но, оказавшись в незнакомом городе и не имея особой возможности колдовать, они все чувствовали себя неопределённо и даже несколько потерянно. В былые времена, когда в их артефакте была заключена вся магия крылатых волшебниц, они могли без труда перемещаться по всей планете, да и в целом могли запросто взмыть вверх и окинуть взглядом с высоты птичьего полёта всю Москву, в которой они по стечению неких, независящих от них самих, обстоятельств, оказались. Но сейчас у них, во-первых, не было достаточно много волшебной энергии в запасе, ведь большую часть они истратили ещё находясь на Омеге, а восстанавливаться она, без сил фей в Чёрном круге, могла довольно долго, до нескольких дней. А во-вторых, всё же опасения Огрона относительно того, что их уже могли выслеживать, были не безосновательны, ведь все колдуны прекрасно понимали, что их появлению на этой планете много кто окажется не рад, и, в первую очередь, это будут те, кто некогда являлся их добычей. Однако в данный момент было похоже, словно они поменялись ролями со своими врагами, так как они, во время их последней встречи, охотились за магами и жаждали отмщения за всё то, что те сотворили с ними, когда имели магию и власть, и, надо было сказать, это желание было вполне обосновано. Ведь именно охотники на фей в свою очередь доставили крылатым жительницам острова Тир Нан Ог много боли и страданий, заточив их более чем на десяток лет в их же собственном королевстве, при этом наложив на него тёмные чары, дававшие ощущение более замедленного времени. Потому, когда их противницам всё же удалось выбраться из их заключения, они даже первое время думали, что прошло не пятнадцать лет, а несколько веков, потому их ненависть и намерения свершить возмездие можно было даже понять, потому каждый из магов знал и даже не сомневался в том, что даже спустя неизвестное количество лет желания фей остались прежними. И именно поэтому сейчас им никак нельзя было попадаться в их поле зрения, ведь в текущий момент мужчины не могли даже дать своим заклятым врагам достойный отпор, а погибать от их рук, едва ощутив глоток свободы, им тоже вовсе не хотелось. Из-за этого пока любое, даже самое пустяковое, колдовство пока было под запретом, по крайней мере до той поры, пока все маги Чёрного круга не найдут себе пристанище в этом месте и не восстановят хотя бы частично свою энергию, но пока что о том, что о другом приходилось только лишь мечтать и продолжать брести куда-то вперёд.
— Огрон, слушай, я, конечно, могу понять твоё желание поскорее выбраться в цивилизованную часть города, ведь эта Москва выглядит ещё хуже, чем та же Гардения, которую, как ты там назвал тогда… Посредственной? Да, кажется, что так, ну вот, к чему я… — вдруг подал голос Гантлос, шедший чуть поодаль от их лидера, который чуть прибавил шаг в тот момент, чтобы поравняться с ним и быть лучше услышанным. Его голос, как и в большинстве случаев, был невозмутим, однако в нём всё же слышались нотки усталости и ощущалось сбитое дыхание. Но, тем не менее, он всё же продолжил говорить: — Мы все сейчас уже на пределе — как физически, так и морально. Даже я, да и ты, я думаю, тоже, просто не хочешь подавать виду. Может, остановимся всё же где-то здесь пока, а после, может, даже этим же днём найдём способ добраться до этого центра города с меньшими затратами сил и времени?
— Ну уж нет, я больше не собираюсь ютиться на каких-то складах или в бараках… И, тем более, в канализациях! — категорично отрезал Огрон, не останавливаясь и даже не поворачивая ни головы, ни глаз в сторону товарища, а лишь упрямо продолжая идти вперёд, нацелившись во что бы то ни стало добраться до единственного, как он считал, нормального места в этом ужасном городе, чтобы там уже, вероятно, и перевести дух. Хотя, на самом деле, красноволосый мужчина был и сам почти на пределе, ведь без магических сил он чувствовал себя практически так же, как и обычный земной человек, но всё же демонстрировать это он не хотел.
— Да я прекрасно понимаю тебя, сам бы меньше всего хотел сейчас снова оказаться в какой-то помойке, кишащей крысами… Но я сейчас не про это вообще, не о ночлеге или приюте речь, а просто о месте, где можно было бы передохнуть хотя бы ненадолго, — предложил тому маг разрушения, придержав своего лидера за плечо, тем самым всё же остановив его и заставив посмотреть на него, причём тот окинул его устало-заинтересованным взглядом и вопросительно мотнул головой, требуя тем самым пояснить, что именно мужчина имел в виду, отчего тот дополнил: — Ну, мы могли бы где-нибудь посидеть вроде магазина, паба или, как его там… кафе.
— Ты сейчас это несерьёзно ведь, да? — переспросил у него Огрон, изобразив на своём лице искреннее недоумение и насмешливость, за что получил в ответ непонимающий взгляд со стороны Гантлоса, который, похоже, реально не понимал причину такой реакции. Потому лидер охотников на фей со вздохом высказался: — Да очевидно же, что твоя идея нереализуема хотя бы потому, что сейчас ночь и ни одно из перечисленных тобою заведений сейчас не работает, ведь на улице ночь! Да и где ты найдёшь в этой дыре хотя бы один паб? Мы ведь не в Ирландию телепортировались, в конце концов.
— Хм, говоришь, что таких мест тут нет? А что насчёт вон того заведения? — поинтересовался светловолосый мужчина, указав при этом пальцем куда-то тому за спину, заставив его повернуться в ту сторону, где он смог разглядеть некое здание, к которому сбоку был приставлен старый вагон и на крыше которого светилась весьма привлекающая внимание вывеска «Night Train». Эту надпись Гантлос прочитал вслух: — «Ночной поезд», значит… Довольно символично, да и, судя по горящим светом в окнах и шуму, который слышно даже здесь, это заведение как раз сейчас должно работать.
— Это что, ночной клуб какой-то? — недоверчиво осведомился Огрон, пристально глядя на то место, откуда доносилась весьма громкая музыка вперемешку с чьими-то громкими криками, отчего создавалось ощущение, будто бы само строение жило своей странной ночной жизнью и было своеобразным оплотом для тех, кому именно в это время суток хотелось бодрствовать. И всё же колдун, даже несмотря на то, что звучавшие мелодии были ему отчасти по вкусу, покачал головой и произнёс: — Мне кажется, что мы уже староваты для посещения подобных шумных вечеринок, не находишь?
— Нууу… Это не то чтобы прямо клуб, скорее, просто некий ночной бар… для байкеров, — несколько растянуто ответил на это замечание маг разрушения, и, словно в подтверждение его предположения относительно целевой аудитории данного заведения, мимо них четверых по шоссе пронеслись несколько мотоциклистов, которые завернули как раз в сторону этого здания, где и приглушили грохочущие моторы своих верных железных коней.
— Так, это мне сейчас послышалось, или кто-то из вас двоих тут сказал что-то про бар? — неожиданно влез в их разговор Анаган, голос которого прозвучал уже намного более оживлённо и беззлобно, нежели несколькими минутами ранее, словно он, услышав знакомое и весьма приятное уху слово, напрочь позабыл о своих былых обидах и недовольствах. Потому как сам темнокожий мужчина подошёл к ним сзади и, со всей дури хлопнув по их спинам, радостно произнёс при виде того здания: — Оу, ну нифига себе! А эта пивнушка выглядит куда получше этих ваших башенок, пожалуй, я лучше туда пойду!
— Байкерский клуб, значит… Гантлос, а ты уверен, что это хорошая затея? — осведомился у своего подчинённого лидер Чёрного круга, всё ещё с сильным подозрением рассматривая эту самую идею провести в этом месте последующую пару часов, хоть и иных альтернатив не было, а сам он и вовсе желал не останавливаться на отдых нигде, а продолжить свой путь вместо того, чтобы рассиживаться в подобных алкогольных заведениях. Но открыто выразить своё несогласие маг уже не мог, так как всем его охотникам, похоже, подобное времяпровождение было по душе, и они жаждали отдыха. Потому мужчина лишь сухо изрёк: — Просто я сомневаюсь, что мы подходим под основной контингент подобного места, ведь на тех, кто ездит на мотоцикле, мы явно не тянем, так что слиться с толпой уж точно не получится.
— Ой, да ладно, Огрон, я тебя уверяю, если время за полночь, а скорее всего это уже так, то всем присутствующим там давно глубоко наплевать, кто ты и как ты выглядишь! Или ты уже забыл, как оно было во времена нашей молодости? — достаточно уверенным тоном заверил его Гантлос, издав негромкий смешок и при этом вновь припомнив своему главарю какие-то события из прошлого, которые ему показались довольно забавными, а Огрон в ответ лишь скривил кислую мину и покачал головой, ничего не сказав, оттого светловолосый колдун добавил: — Ну и, к слову, выглядим мы вполне так себе подходяще, даже феечки отмечали в битвах с нами то, что мы похожи на компанию «плохо одетых рокеров». Хех, наверное, всё же не зря ты тогда решил облачить нас именно в кожаные боевые костюмы после наших нелепых доспехов… Так что думаешь? — с немного неумело хитрой и от этого несколько страшноватой ухмылкой на своём лице поинтересовался он у их лидера, словно вынашивая этими словами его согласие на посещение этого бара.
— Да ёпт, Гант, чё ты его спрашиваешь, тут и думать нечего! — весьма несдержанно и возмущённо воскликнул Анаган, который уже напрочь позабыл обо всех былых обидах на своего мускулистого товарища и вовсю поддерживал его мысли относительно их отдыха в том заведении, потому как ему уже самому буквально не терпелось поскорее там оказаться и наконец-то расслабиться, потому он с таким же энтузиазмом издал ещё один громкий возглас: — Там же сто проц есть бухло, хороший металл и девки с сиськами — что ещё нужно для хорошего расслабона?! И, между прочим, после всего нашего пиздеца в жизни и многолетнего заточения на Омеге, мы это очень даже заслужили! — добавил маг скорости, вероятно, обращаясь уже к Огрону, потому как в тот момент он бегло глянул прямо тому в глаза.
— Ммм, а к слову, идея отметить тут наше освобождение звучит очень даже заманчиво! — выразил своё мнение до этого момента молчавший Думан, тоже видя в их знаменательном побеге с ледяной планеты повод для того, чтобы немного расслабиться и получить хотя бы какое-то удовольствие от пребывания в этом тухлом городе. Он подошёл к остальным охотникам на фей и, чуть помедлив, вдруг напомнил: — И, кстати говоря, что-то мне помнится, вы обещали мне подробнее рассказать о том, что я упустил за тот… Эммм, месяц? Или сколько я там был под действием проклятья? Короче, неважно, просто хочу знать во всех подробностях, вы… Ну, то есть, мы докатились до жизни такой вот, что теперь и пальцами магически щёлкнуть нельзя без страха, что феи нас найдут! — торопливо проговорил метаморф, который испытывал одновременно неподдельный интерес к тому, что же всё же случилось с его товарищами за то время, пока тот мучился от болезни и пытался выжить в Измерении Омега в одиночку, и в то же время досаду за то, что их некогда непобедимый квартет превратился вот в такое вот, по его мнению, позорище.
— Ооооо, ну если ты действительно хочешь знать всё, то тут потребуется не один стакан пива просадить, прежде чем всю эту хуету, что с нами случилась, описать подробно и понятно! — с сильнейшим сарказмом в голосе рассмеялся в ответ на это требование Анаган, который тем самым так же намекал на то, что им просто необходимо отправиться посидеть в этом баре, а сам он уже предвкушал то, как спустя столько лет заточения во льдах, наконец снова вкусит алкоголь и сможет расслабиться хотя бы ненадолго. Потому он громко поинтересовался у остальных колдунов: — Ну так и чё стоим? Как говорится здесь, на Земле: «Живём один раз», а я всё же хочу влить в себя пару литров чего-нибудь, да покрепче желательно, прежде чем нас, возможно, схватят крылатые и насадят на свои острые колдовские жезлы!
— Ха-ха, тут даже я не могу с тобой не согласиться, — с усмешкой сказал маг разрушения, действительно не зная, что возразить столь вескому аргументу от его обычно безрассудного и ветреного товарища, ведь действительно никто из них не знал наверняка, чем для них обернётся по итогу грядущий день. Быть может, им четверым удастся найти себе здесь временное пристанище, а может случиться и вообще так, что этот день станет для них последним в их жизнях. Потому мужчина был согласен с доводами о том, что жить нужно пока моментом, и лишь окликнул их главаря, чтобы услышать наконец его вердикт: — Огрон?
— Что ты хочешь от меня услышать? Мне кажется, что вы все тут же и без меня давно решили, — выдержано и весьма бесстрастно отозвался Огрон, терпеливо слушавший все эти переговоры своих охотников насчёт их личных перспектив относительно того, как провести этот вечер, и сам он был в корне не согласен с этими планами, потому как испытывал какую-то внутреннюю тревогу, словно его шестое чувство или голос разума говорили ему, что нужно идти как можно подальше от того места и добраться дотуда в Москве, где можно было бы запросто затеряться в толпе простых людей. Он точно не знал, почему ему так хотелось поскорее убраться из этого неблагоприятного промышленного района, может, дело было в тех следах битвы рядом с железнодорожными путями, а может, в том, что красноволосому колдуну попросту не хотелось более обосновываться, даже временно, абы где.
Но всем этим он, конечно же, не стал делиться со своими подчинёнными, потому что знал, что те его не поймут и, скорее всего, поднимут его слова на смех, так же как и его желание добраться до стеклянных башен к утру. Потому лидер Чёрного круга всё же решил сдаться и снисходительным тоном, но при этом с ледяными нотками, позволительно произнёс:
— Ладно, как скажете… Если хотите отдохнуть, то, полагаю, у нас есть на это пара часов.
— О да, заебись! В кои-то веки наш босс дал нормальный приказ, за такое, считаю, надо отдельно выпить! — торжественно провозгласил Анаган и, не дожидаясь чьих-либо дальнейших указаний и без особых опасений, направился прямиком через многоголосую трассу к тому самому бару, что располагался на противоположной стороне этой широкой дороги, по которой хоть и изредка, но всё же проносились транспортные средства. Но это ничуть не смутило темнокожего мужчину, и тот позвал остальных магов за собой: — Пошли уже, ребят, не тормозите!
Гантлос вздохнул, глядя на его очередную бездумную выходку и искренне поражаясь тому, как его товарищ до сих пор ещё ходит по земле живой и здоровый, после чего он покачал головой и всё же решился на то, чтобы последовать за магом скорости, только предварительно оглядевшись по сторонам на предмет пролетающих по шоссе ночных гонщиков. Думан последовал за своим старшим другом, выглядя при этом достаточно довольным и явно предвкушая их долгий разговор обо всех самых важных событиях, чьим свидетелем он, увы, не был. Периодически он останавливался на мгновение, чтобы убедиться в том, свободен ли путь и не желает ли кто-либо налететь на него на полном ходу. Огрон же почему-то остался стоять на том же самом месте, пустив свой взгляд на те самые небоскрёбы, которые по-прежнему лишь виднелись вдали, при этом думая о том, что даже там он не очень-то хотел надолго задерживаться, потому как дело было даже не в том, что ему не нравился конкретно этот район, его просто терзало изнутри желание как можно скорее вообще убраться из этого города. Потому он и стоял, весь задумчивый и довольно равнодушный к происходящим вокруг него событиям, уже даже не противясь воле других охотников на фей, ведь сам красноволосый маг чувствовал себя крайне уставшим от всех произошедших за последние сутки, да и не только, событий, а ещё, при попадании на Землю и конкретно в Москву, его начали терзать те воспоминания и обрывки прошлого, которые он ещё давно и всеми силами пожелал забыть, однако нахождение в этом месте лишь сильнее всколыхнуло его память.
— Эй, Огрон, ты идёшь с нами или как? — вернул лидера Чёрного круга в реальность оклик мага разрушения, который к тому моменту пересёк уже половину трассы и даже перебрался по ту сторону разделяющего противоположные потоки машин ограждения, при этом вопросительно глядя на мужчину, который, похоже, не очень торопился присоединяться к их совместному передыху в компании алкоголя.
— Да-да, сейчас буду… — довольно безучастно потянул Огрон в ответ и всё же направился вслед за остальными чернокруговцами, при этом крепко стиснув зубы от распирающих его разум гневных мыслей, которые ему очень хотелось им всем высказать, однако он всё же держал себя в руках и не хотел лишний раз срываться, дабы не портить и без того шаткие и сложные взаимоотношения со своими подчинёнными.
«Какие же вы глупцы, просто три идиота, думающих даже в самый опасный и тяжёлый момент только о том, чтобы нажраться и не париться о проблемах, которых у нас и без того здесь хватает! — кричал тем временем колдун про себя, хотя визуально он был абсолютно невозмутим и просто своей привычной вальяжной походкой пересекал эту широкую дорогу, но на деле он внутри просто искрил от злости. — А потом же меня будете снова винить в том, если феи вдруг нападут на нас, когда вы будете в стельку бухие… Потому что я, как ваш лидер, должен был вас отговорить и предусмотреть всё, а сами вы, как малые дети, подумать за себя не можете?!».
На самом деле, Огрон сейчас злился даже не на своих подчинённых охотников и их довольно эгоистичное обоюдное желание отметить их возвращение на Землю, а на общую сложившуюся и довольно подвешенную для них всех четверых ситуацию, которая была связана и с их таинственным освободителем, и с феями, которые, возможно, уже могли засечь их появление, и с тем, что, помимо уже упомянутых причин поскорее убраться из Москвы, у красноволосого мужчины было, как минимум, ещё одно веское основание поскорее покинуть этот город.
Всё дело в том, что когда-то, ещё очень давно, он совершил здесь один весьма неприятный и даже во многом ужасный поступок, которых лидер Чёрного круга и без того натворил кучу за свою жизнь, однако именно это деяние было одним из немногих, о совершении которого он искренне жалел. После того, что здесь тогда произошло, он пообещал самому себе больше никогда не возвращаться ни в саму Москву, ни в Россию в целом, потому как всеми силами постарался забыть о том, что случилось тогда, чтобы его не мучали лишние и ненужные воспоминания. И вот теперь судьба вновь привела Огрона в то же самое место, которое в какой-то степени служило ему той самой точкой переломного момента, после которого он в полной мере осознал свою сущность жестокого и бесчеловечного тёмного мага. При этом, даже несмотря на то, что он уже не помнил конкретных мест и адресов, ведь он так старательно желал стереть это всё из своей памяти, само даже пребывание в этом городе пробуждало в нём не самые приятные чувства.
Помимо этого, колдун совершенно не понимал причину, почему их магия пробудилась именно в этом месте, и, даже если кто-то её активировал, то почему именно здесь, да и кто бы это вообще мог быть, ведь он же прекрасно знал, что только сами охотники на фей способны управлять такого рода энергией. А та мимолётная догадка, о которой он на секунду задумался, ещё находясь в Измерении Омега, настолько пугала его и в то же время казалась Огрону совершенно невозможной, что он решил и вовсе о ней не думать, ведь она ещё больше добавляла ему неприятных мыслей относительно совершённой им некогда здесь ошибки. Лидер Чёрного круга вдруг внезапно чувствовал, насколько сильно он вообще вымотан, как оказалось, Гантлос был не так уж и неправ насчёт его усталости, сопоставимой с их, ведь криогенный сон во льдах вряд ли можно было бы назвать полноценным отдыхом, потому как хоть человек или любое другое живое существо во время него находилось в анабиозе, тело всё равно было напряжено. А у красноволосого мага помимо физического изнеможения, ощущалось ещё и моральное истощение, потому как всё то время, пока он был пленником Измерения Омега, он постоянно старался концентрировать свой разум, чтобы не стать таким же безвольным пленником, как и сотни других.
«Что ж, возможно, эти трое всё же в чём-то и правы… Может, нам всем действительно имеет смысл сейчас просто, как оно тут у земных людей говорится, напиться и немного забыться? — признался себе в собственных мыслях Огрон, понимая, что он уже не мог противиться происходящим событиям и отчасти сам нуждался в хоть какой-нибудь передышке, причём не меньше остальных чернокруговцев, потому он с усмешкой про себя произнёс: — Надеюсь, что феи не доберутся до нас именно сегодня… А не то это будет самый большой провал в карьере всех охотников на фей!».
Именно с этими мыслями лидер Чёрного круга и открыл дверь, ведущую в бар, на секунду лишь обернувшись и бросив пристальный взгляд своих льдисто-голубых глаз в небо, где, как ему показалось на мгновение, в темноте засиял какой-то очень яркий огонёк, схожий с чьим-то магическим светом, но это оказалась лишь звезда, мерцающая в ночной темноте. Мужчина криво ухмыльнулся, вспомнив, что однажды он, кажется, уже видел нечто подобное, только не мог тоже понять, когда именно, после чего он всё же переступил порог того заведения, где он и его подчинённые планировали скоротать последующие пару часов и обсудить все события, которые уже произошли с ними, а также обдумать их дальнейшие планы и действия относительно последующего пребывания здесь, на Земле…
***
— Хах, так вот, значит, как оно на самом деле было… Ну и дерьмо! — довольно громко воскликнул Думан, словно вынося свой вердикт только что услышанному рассказу о пропущенных им событиях, который ему вот уже последний час в мельчайших деталях излагали его товарищи, пока все они вчетвером сидели в байкеро-рокерском баре и потягивали одну кружку отборного тёмного пива за другой. В самом заведении, когда маги Чёрного круга только вошли туда, уже царила довольно расслабленно-умиротворённая атмосфера, и, как оказалось на самом деле, Гантлос был всё же прав относительно того, что большинству посетителей не было особо никакого дела до их внешнего вида, так как все они были либо заняты своими делами, либо уже были в таком состоянии, в котором все люди становятся на одно лицо. Впрочем, там и без этих, странно одетых и в целом весьма экстравагантно выглядящих, мужчин хватало, так называемых, фриков: много у кого из присутствующих там земных людей были нетипичного цвета для их расы волосы, помимо этого некоторые из них имели на своём теле различные наколки и пирсинги, а их стиль одежды представлял собой ещё более вычурную смесь рокерской атрибутики, чем боевые костюмы охотников на фей. Потому, можно было даже сказать, что в этом причудливом месте они вполне сходили «за своих», причём даже, можно было отметить, что образы чернокруговцев на фоне всего этого буйства красок и безумия современной моды, выглядели несколько устаревшими и вполне себе приличными. Но это им было даже на руку, ведь сейчас каждому из колдунов меньше всего на свете хотелось хоть как-то выделяться на фоне массы остальных посетителей, потому как всё ещё было непонятно, что произошло на Земле за время их отсутствия на ней. Чтобы быть ещё менее приметными в этом довольно-таки людном месте, Огрон распорядился выбрать для них всех укромное место за самым дальним столиком, после чего все маги расположились там и, заказав напитки у услужливой официантки, одетой в довольно экстравагантный костюм дьяволицы с очень коротким красным платьем, они принялись за весьма неторопливый и подробный рассказ о том, что пропустил их внезапно выживший товарищ. Это дело затянулось у них больше чем на час, потому как лидера Чёрного круга то и дело перебивал или поправлял кто-то из двоих его подчинённых, да и сам метаморф постоянно задавал какие-либо уточняющие вопросы, чтобы выяснить всё то, что произошло с их командой. Если бы их могли в тот момент слышать другие посетители, то они бы наверняка решили, что этот квартет мужчин, одетых довольно старомодно по рокерским меркам, либо был сбежавшими сумасшедшими из психиатрической больницы, либо же они напились настолько, что уже говорили абсолютную чушь и путали реальность с фантазиями. Ведь в речи каждого то и дело проскакивали какие-то слова о феях, магии и волшебных битвах добра и зла, оттого для простых землян весь их диалог мог восприниматься не иначе как бред душевно нездоровых людей, однако это было совсем не так, может быть эти четверо колдунов и были далеко не самыми адекватными личностями, но уж точно знали куда больше обо всём этом, чем другие жители этой планеты. Впрочем, как уже говорилось, большинству присутствующих в баре было абсолютно всё равно на окружающую их обстановку, в том числе и на разговор четверых мужчин, что им самим было лишь только на руку, и оттого их рассказ был наполнен эмоциональной окраской и множеством деталей, которые бы в иной ситуации никто бы из них, конечно же, не стал бы разбалтывать в присутствии немагических обитателей Земли. Потом на сцену, что находилась в отдалении от их столика, поднялись музыканты и начали играть что-то, что весьма смутно напоминало охотникам на фей те композиции, которые и они некогда, будучи намного моложе, чем сейчас, заслушивались, только теперь все эти песни зазвучали на совершенно иной лад, потому как солист той группы начал исполнять их на совершенно ином языке. И всё же, пускай, никто из чернокруговцев отродясь не знал русский, они без особого труда, благодаря наложенному на себя ещё в юности заклинанию речевого восприятия, смогли понять смысл слов композиции, только её перевод для них звучал несколько ломано и порой чересчур дословно, оттого они всё же решили, что оригинальное звучание исполнявшегося трека было куда лучше. Однако они всё же решили не отвлекаться и, в отличие от остальных посетителей, которые лишь заслышав любимые мелодии, тут же ринулись к сцене, толпясь и поднимая ещё больший гул в помещении, продолжили сидеть на своих местах, обсуждая все былые события. Несмотря на то, что всё произошедшее с ними явно было уже давно, воспоминания об этом оставались довольно свежими, словно все битвы с земными феями происходили буквально на днях, оттого каждый из магов мог говорить весьма подробно о случившихся вещах вплоть до подобного описания того, кто конкретно где был в определённый момент, во что был одет и что говорил. Думан же всё внимательно слушал, лишь иногда уточняя некоторые детали, и с каждой новой вызнанной подробностью его выражение лица становилось всё мрачнее и мрачнее, потому как он прекрасно осознавал то, насколько низко все они пали, причём, в буквальном смысле, провалившись в самые недра ледяного Измерения Омеги. Притом, не только его, но и всех магов Чёрного круга, невероятно досадовало то, что всё их былое могущество, все их силы и власть на Земле, были безвозвратно утеряны, оттого некогда великая и непобедимая четвёрка колдунов, сокрушившая целую планету и известная даже в Магиксе, сейчас выглядела куда больше похожей на кучку жалких и отчаявшихся беглецов из тюрьмы. Впрочем, таковыми они и были в данный момент, потому как никаких планов или же хотя бы примерных намёток относительно дальнейших действий ни у кого из четверых мужчин не было, а единственными целями для них было не попасться феям и выжить. Перспектива наглядывалась абсолютно нерадостная, потому как было совершенно точно понятно, что за неизвестное количество лет их отсутствия крылатые волшебницы наверняка успели восстановить своё влияние на Землю и без особого труда в любой момент могли вычислить их местонахождение, оттого Чёрный круг ощущал себя в сильно подвешенном состоянии. Не было даже понятно, куда им сейчас деться, либо остаться в этой протухшей и непривлекательной для жизни Москве, либо найти себе пристанище где-либо ещё, но во втором случае было абсолютно точно необходимо прибегать к заклинанию телепортации, а это было чревато обнаружением их врагами. Но пока никому из чернокруговцев, и даже их лидеру, особо не хотелось думать обо всём этом, и они лишь припоминали былое, наслаждаясь относительно спокойным и безмятежным настоящим и не планируя ничего даже на самое ближайшее будущее, потому как пока оно выглядело весьма абстрактным и бесперспективным… — А что ты ожидал от нас услышать?! Слащавую историю о том, как мы героически уничтожили всех крылатых тварей, заточив их в тёмном измерении, но при этом лишь пожертвовав собственной свободой? — недоуменно и весьма раздражённо поинтересовался у их товарища Анаган, которого довольно сильно задел этот критичный комментарий с его стороны, потому он также недовольно добавил: — Нет уж, всё пошло совершенно не по «идеальному и вылизанному до блеска» плану Огрона, потому сейчас мы реально в полном дерьме! — Спасибо, Анаган, тебе большое за твою «трезвую и весьма уместную в данный момент» критику, — спокойно-ледяным тоном и при этом с большой долей сарказма в голосе произнёс Огрон, смерив того своим пронзительным взглядом холодно-голубых глаз, в которых читались лишь надменность и презрение по отношению к своему подчинённому, после чего он достаточно едко заметил: — Только вот, ты не учитываешь того, что в моём плане участвовал и ты сам, поэтому, чего тут обвинять во всём одного лишь меня? Маг скорости в ответ лишь поморщился и скорчил сердитую физиономию, пробормотав себе под нос нечто невнятное и, вероятно, не очень приличное, а лидер охотников на фей лишь едва заметно усмехнулся и отпил из своей кружки пива, тем самым демонстрируя свою правоту и непричастность к полнейшему провалу собственных тщательно продуманных и спланированных деяний. — Да нет, я не то чтобы ожидал услышать нечто более приятное от вас насчёт всего, что здесь тогда случилось, просто… Кхм, да, по правде говоря, я даже не очень удивлён, особенно зная вас троих, несложно догадаться, что всё в тот день по пиз… — немного нервно крутя в руках свою кружку и вглядываясь в её уже видневшееся дно, проговорил Думан, которому очень хотелось упрекнуть всех своих товарищей насчёт того, до чего они все докатились. Однако, увидев у тех хмурые и весьма презрительные выражения лиц в ответ на его замечание, он запнулся и решил не продолжать травить их и без того истерзанные души, а только лишь уточнил: — Так, значит, этот Набу теперь и правда мёртв? — Хм, ну да, хотя кто его знает, может быть, и он умеет возвращаться, как некоторые, с того света! — с иронией в голосе ответил на его вопрос Анаган, вероятно, до сих пор поражаясь тому, каким чудом метаморф вообще остался в живых, учитывая все те события и факты, указывающие на то, что жизнь самого молодого из чернокруговцев трагически оборвалась на поляне в парке Гардении. Потому он, хмыкнув, с явным укором добавил: — Знаешь что, Дум, если бы ты действительно не желал ему такой участи, то можно было бы и маякнуть как-то насчёт того, что ты сам не помер и мстить за тебя не надо, так что не надо тут корчить сейчас перед нами святошу и главного сострадальца! — Да никого я не корчу, просто это как-то противоречит нашим принципам не вредить кому-либо, кроме земных фей, — раздражительно отозвался на это мужчина, отхлебнув при этом из кружки всё, что в ней оставалось на тот момент. Отставив в сторону опустевшую ёмкость, он вздохнул и с сильной досадой проговорил: — Хотя, и это меня тоже не очень сильно удивляет, ведь тебе, Огрон, не впервые убивать других магов, не так ли? — Кажется, я уже говорил тебе, и не раз, что не желаю обсуждать ни с кем обстоятельства некоторых событий, — таким же безразличным и железным голосом напомнил тому лидер охотников на фей, который прищурил глаза и смерил своего подчинённого очень разгневанным и полным негодования взглядом, словно тем самым говоря ему о том, насколько сильно он переступил черту в их разговоре, когда затронул эту тему. После чего сам красноволосый колдун отвёл глаза в сторону и протянул: — Всё, что тебе стоит знать о смерти того старого мага, так это, что это была не моя инициатива вступить с ним в бой, и он совершил большую ошибку, встав у меня на пути… — Он на секунду замолчал и, нахмурившись, почесал бородку, а затем, явно решив не продолжать развивать обсуждение болезненного для них обоих события, ещё более отстранённо сказал: — Что же касается гибели волшебника по имени Набу, то тут тоже нет ничего личного, так что не думай, что он оказался мёртв только лишь из-за тебя. По факту, в том, что его жизнь оборвалась в тот день, виноват лишь он сам, никто не просил его прерывать наше заклинание, и в результате он за это поплатился. — При этих словах рот Огрона исказился в весьма довольной и кривой усмешке, словно он одновременно испытывал некое садистское удовлетворение, но также был явно не рад самому факту своего деяния, оттого было совершенно непонятно, что он испытывал относительно гибели молодого волшебника. При этом он так же повторил уже сказанное им утверждение: — Опять же, я считаю, что я не убил его, а просто… лишил шансов выжить. — Хм, понятно… — пробормотал Думан, которому на самом деле мотивы их лидера были малообъяснимы и не поддавались всякому логическому обоснованию, впрочем, как и всегда. Потому он решил не допытываться до него дальше, а принять всё сказанное к сведению и наконец оставить в покое эту тему. — Опять же, ты начинаешь жалеть о чьей-то кончине, только после того, как этот человек уже давно гниёт в могиле! — с претензией предъявил ему Анаган, всё время выслушивавший эту долгую тираду из мыслей красноволосого мага относительно своих сомнительных поступков с явной скукой и потягивая пиво из своей кружки. Потому как ему хотелось вставить свою лепту и, когда у него наконец-то выпал такой шанс, он не удержался и с гадкой ухмылкой предложил: — Раз уж тебе так грустно из-за участи дядюшки, то можешь смотаться поплакаться к нему на могилку с цветочками, ведь он же последние пару лет как раз где-то в России провёл, так что отсюда будет недалеко! Если тебя так совесть твоя мучает, что ты его при жизни не простил, то это может помо… — Ой да заткнись, Анаган, твоих советов я точно не спрашивал! — резко перебил его метаморф, издав при этом грозный звероподобный рык, от которого его голос с привычного высокого тембра сорвался на низкий и басистый. При этом смерив друга уничтожающим взглядом своих ярких жёлтых глаз, в которых довольно отчётливо читался призыв закончить говорить о неком покойном и общем их знакомом раз и навсегда. После чего он сердито сгорбился и, сложив руки на груди, пробурчал себе под нос: — Мне уже давно нет дела до этого человека, особенно после его смерти… — Ты вообще-то первый вспомнил о нём, поэтому не надо мне тут рот прикрывать, сам спизданул херню и теперь ещё обижаешься, что тебе по ней что-то отвечают! — возмущённо отреагировал на эту грубость с его стороны маг скорости, но, не услышав от товарища никакого ответа на своё резкое высказывание, он откинулся на спинку стула и залпом опустошил свою кружку с пивом, после чего громко крикнул, обращаясь к стоявшей неподалёку официантке: — Эй, красавица, налей-ка мне ещё тёмного! — Кажется, кому-то самому пора бы хотя бы ненадолго включить свою совесть, чем рассуждать о чужой, — предупредительно отметил Огрон, глядя на своего подчинённого в полоборота и при этом недовольно морщась от его своеволия и неуёмного желания влить в себя как можно больше алкоголя. Потому он довольно риторически поинтересовался: — А ты не подумал о том, кто из нас четверых будет платить за всё это «пивное пиршество»? — Да-да, детка, именно нефильтрованное и побольше, без пенки и прочей лабуды! — в это же время уже успел отдать приказ откровенно одетой девушке с пышными формами темнокожий мужчина, после чего он проводил её пристальным и весьма голодным взглядом, с искренним и немного хищным восхищением оценивающе произнеся: — Ммм, какая фигура, красотка просто, задница, грудь, ножки — всё при ней, ох, я бы ей сейчас… А, чего ты там говоришь? — спохватился он, словно возвращаясь из своих весьма развращённых фантазий в реальный мир от слов своего лидера, после чего он также беспечно и вполне уверенно ответил: — Ой, да пофиг, выкрутимся как-нибудь! До этого же выкручивались без единой бумажки земных денег, сейчас тоже, просто всегда можно улизнуть и не заплатить! — Ну-ну, говори это за себя, мистер «улизнуть и не заплатить»! — хмыкнул на его невозмутимое предложение Гантлос, который до этого не подавал голоса и просто сидел молча в своих собственных размышлениях, смакуя свой напиток, так как он сам прекрасно понимал, что даже несмотря на их сверхъестественные силы, деньги они бы из ниоткуда точно не смогли создать, особенно в данный момент. Потому он, можно сказать, растягивал удовольствие от одной единственной кружки пива и лишь насмешливо отметил: — Хотя, я бы тоже не отказался сейчас от добавки… Или доливки, хах. — Ага, та же фигня! — согласился с ним Думан, покачав пальцем свою опустевшую кружку и печально уставившись на её дно, где плескались лишь жалкие остатки хмельного алкоголя. Но затем он вдруг с задумчивым видом перевёл глаза на противоположную от них стену и вдруг оживлённо воскликнул: — О, смотрите, а там календарь, кажется, висит! Так, погодите, чё там написано, «МотоМосква — открытие сезона, две тысячи», ээээ… Сейчас, секунду, — попросил он, а сам, прищурившись, сконцентрировался на надписи, которая была напечатана на висевшей вдалеке открытке с изображёнными на ней числами месяца, и, после некоторых усилий, метаморф всё же сумел разобрать цифры и выдал: — Две тысячи пятнадцатый год ииии… семнадцатое мая, наверное, хотя может уже и восемнадцатое. Эм, а какой вообще год был, когда мы прибыли в Гардению за Рокси? — вдруг спросил он, осознав, что уже напрочь забыл о том, когда именно происходили последние события в их совместной жизни до их заточения. — Две тысячи восьмой, вроде, — с неким сомнением отозвался маг разрушения, сам почувствовав при этом то же, что и его товарищ, словно некоторые детали из их недавнего и в то же время уже достаточно далёкого прошлого становились всё более размытыми и неконкретными, что говорило лишь о том, что за этот период действительно минул не один год. — Хмм, тогда если сейчас и вправду две тысячи пятнадцатый, то, получается, прошло… семь лет? — уточнил сам у себя Думан, который никогда особо не был абсолютно уверен в своих вычислительных навыках, потому его подсчёты и прозвучали настолько неуверенно. Но он всё же мысленно перепроверил их и иронично произнёс, при этом стараясь звучать позитивно, но это не очень выходило: — Да, так оно и есть, ну что ж… Всё не так уж и плохо, это всего семь лет, это даже не десять! Только вот, это значит, что каждый из нас состарился ровно на это количество лет… И это уже звучит как-то не очень весело, — завершил он далеко не на самой радостной ноте, подсчитав, сколько ему сейчас уже должно быть лет по земным меркам и явно не обрадовавшись получившейся цифре своего возраста. — Ага, да, спасибо, прелесть, кстати, как тебя… Ладно, неважно! А, то ты там сказал? — — Ой да забей и вспомни закон Магикса, который вроде как гласит: «Если вы подверглись действию чужих чар или проклятью, которые оторвали вас на какое-то время от вашей временной параллели, то по окончанию действия наложенного на вас колдовства, вы имеете право не учитывать в возрасте те годы, которые провели вне собственной хронологии», — припомнил ему Анаган некое общепринятое правило для всех жителей Волшебного Измерения, которое было создано ещё много лет назад в связи с тем, что в их скоплении планет были нередки те случаи, когда то или иное магическое существо оказывалось выкинуто в другой мир, где время текло иначе, или же становилось жертвой тёмной магии, будучи обездвиженным, превращённым в неживой объект или же даже погружённым в тот же криогенный сон. Согласно нему пострадавший мог считать для себя и по документам, что ему ровно столько лет, сколько было на момент этого переломного события в жизни. — Тебе ли переживать насчёт этого, Думан, твоя же сила делает тебя неподвластным старению, — усмехнувшись, добавил Гантлос, припомнив своему младшему товарищу то, что магия метаморфосимбиозиса давала ему уникальную возможность всегда выглядеть молодо, отчего того иногда можно спутать с подростком, особенно в совокупности с его панковским стилем. После чего светловолосый мужчина заметил: — Да и в целом, надо признать, что заморозка на Омеге дала хоть какой-то положительный эффект… Внешне мы ни на один день не постарели и каждый из нас выглядит точно так же, как и в последний раз, когда я вас видел, прежде чем стать красивой ледяной статуей, хех. — Ага, а ты как был старым дедом, так им и остался! — поддразнил его маг скорости, скорчив противную гримасу, изображающую ворчливого старика, словно этим он хотел показать своему товарищу, насколько возрастным тот выглядит на фоне всех них, отчего он сам же расхохотался и, показательно подняв свою уже вновь наполненную кружку пива, произнёс весьма странный тост, который пришёл на ум его уже не очень трезвому сознанию: — Так выпьем же за то, дражайшие чернокруговцы, чтобы некоторые вещи оставались такими же непоколебимо стабильными, как вечно угрюмая и страшная рожа Ганта! — Кажется, кому-то из нас точно больше не стоит наливать… — саркастично проговорил на это восклицание сам маг разрушения, лишь в очередной раз покачав головой и задав себе риторический вопрос насчёт того, что вообще творилось в голове у их товарища по жизни. Но спрашивать это вслух он совсем не хотел и потому предпочёл переключить тему, обратившись с вопросом к Огрону: — Ну так, ты говорил насчёт того, что хотел бы обсудить с нами какие-то дальнейшие планы, есть хоть какие-то смутные представления насчёт нашего будущего на Земле? — Да есть, только… Кхм, даже не знаю, с чего именно начать, — с сильным сомнением в голосе и неторопливо начал тот, словно сам колдун при этом абсолютно не знал, о чём именно говорить, хотя это было совсем не так, ведь всё это время он, параллельно с разговорами о прошлом, тщательно обдумывал то, что собирался сделать на этой планете в ближайшее время. Потому он всё же продолжил: — И всё же, если говорить о неотложных делах, то в первую очередь нам необходимо найти хоть какое-нибудь убежище, где бы мы могли впоследствии обосноваться и хоть немного восстановить наши утраченные силы. — У тебя есть идеи, куда можно было бы податься здесь? — уточнил у него Гантлос, который уже давно прекрасно догадался насчёт того, что их лидер посещал город, в котором он сейчас пребывали, и возможно, не раз, оттого он полагал, что, вероятнее всего, тому могли быть известны какие-нибудь укромные места в Москве, где они могли бы спрятаться хотя бы на первое время, чтобы прийти в себя и восполнить энергию Чёрного круга. — Увы, но насчёт этого пока никаких вариантов у меня нет, — отрицательно качнув головой, ответил Огрон, произнеся это с таким обречённым тоном, чтобы его подчинённый сразу понял, что он нисколько не лукавил, а был в данный момент совершенно откровенен с ним. После чего он также весьма категорично проговорил: — Но что я знаю точно, так это то, что я больше не намерен ютиться в каких-либо местах вроде тех, где нам приходилось пребывать, находясь в Гардении, ты знаешь, о чём я. Да и вообще, не уверен, что хочу того, чтобы мы оставались здесь вообще, возможно, куда больше будет иметь смысл постараться вернуться в тот замок нашего «друга», где мы жили раньше… В общем, не знаю я, — всё так же угрюмо и при этом весьма флегматично заключил лидер охотников на фей, который и правда не особо представлял, что именно им делать и куда податься в такой ситуации, и всё же была ещё одна мысль, навязанная ему тем самым неким «внутренним голосом», которая не давала ему покоя, и оттого он всё же высказал её вслух: — Но что ещё немаловажно, так это то, что нам необходимо найти тот самый источник наших сил до того, как он сможет стать для нас проблемой. — В каком это смысле «проблемой»? — непонимающе осведомился у того светловолосый маг, искренне не разделяя той тревоги насчёт некого волшебного существа, которое, своей собственной волей или же неосознанно, стало причиной их высвобождения и перемещения на Землю, ведь у них сейчас было и так полным-полно куда более серьёзных проблем, нежели поиски их неизвестного спасителя. — Да в том, что если этот некто продолжит излучать из себя магическую энергию, схожую с нашей, то феи точно насторожатся и озадачат себя вопросами относительно того, а не вернулись ли случаем те, кто уже однажды лишил их своих блестящих крылышек и свободы, — пояснил Огрон, который осознавал всю серьёзность ситуации с этим странным незнакомцем, которая на первый взгляд казалась не такой уж значительной, особенно на фоне всего прочего, однако могла стать весьма серьёзной для них существенной проблемой, как уже было до этого, когда они недооценили потенциал последней земной феи. Потому он весьма решительно сказал: — Мы должны первыми выяснить то, кто это и каким образом он или она имеет возможность использовать магию Чёрного круга, потому как даже я, являясь хранителем нашего источника сил, не могу объяснить, как такое вообще возможно, ведь никто, кроме нас четверых, не имеет связи с нашим же артефактом, — он чуть помолчал, словно не зная наверняка, стоит ли сейчас высказывать одну свою необычную мысль, которая могла бы стать ответом на этот вопрос, если бы маг смог обсудить это со своими подчинёнными, и всё же не удержался и выразился, протянув: — Хотя, есть у меня одно предположение, правда оно довольно специфическое и может показаться личным для кого-то из вас троих… — И какое же? — с интересом уточнил у мужчины Гантлос, пытаясь хотя бы примерно представить, что именно могло взбрести в голову их весьма специфически мыслящему лидеру, но больше всего его самого по-прежнему озадачивал сам факт, почему именно это в данный момент больше всего беспокоит того, пускай, безусловно, попадание их магии в чужие руки и было далеко не самым приятным фактом, но, помимо выяснения личности этого мага или иного волшебного существа, у них и так хватало неразрешённых вопросов. — Господа, меня всё же очень интересует один момент, о котором мы договаривались ещё много лет назад, когда только прибыли сюда, на Землю, — более громким тоном провозгласил лидер Чёрного круга, обращаясь уже ко всем своим подчинённым с целью всё-таки выяснить волновавшую его деталь, которая могла бы стать ключом к разгадке тайны утечки их магии. Потому он так же чётко и весьма внятно, несмотря на выпитое спиртное, продолжил излагать свою мысль: — Помнится, я вас всех просил о нескольких вещах, которые не стоит делать на этой планете, и одной из них как раз был пункт о том, что нам не нужны «лишние охотники на фей». Поверьте, мне всегда было абсолютно безразлично то, с кем вы предпочитаете заниматься, кхм, интимными отношениями — с феей ли или же простой женщиной, точно так же, как и какими именно способами, но… — Огрон выдержал паузу, чтобы убедиться в том, что он всё же сумел зацепить внимание своих товарищей, и, несмотря на их уже довольно нетрезвое состояние, те всё же отреагировали на сказанные им ключевые слова «интимные отношения», после чего он пояснил: — В связи со сложившейся ситуацией, что наша магия попала в чужие руки, хочу убедиться в том, никто ли из вас за годы до заточения не нарушал ли наш уговор? — Эээ, а чё именно ты хочешь этим всем нам сказать? — насмешливо поинтересовался у него Анаган, который был большую часть этой речи увлечён своими пьяными мыслями и расслышал лишь последние слова, отчего общей картины у него конечно же в голове не сложилось, и он совершенно не догонял того, что именно желал услышать от них троих красноволосый маг. Потому он переспросил: — Напомни-ка, насчёт чего вообще шла речь? — Гхм, духи вселенной, почему просто нельзя всё понять с первого раза?! — несдержанно вопросил тот на подобную реакцию со стороны мага скорости, прекрасно понимая, что он обращается в текущий момент больше к самому себе, отчего лидер охотников на фей едва не сдержался оттого, чтобы стукнуть кулаком по столу и тем самым немного отрезвить умы остальных чернокруговцев, но этот жест мог привлечь излишнее внимание со стороны других посетителей, чего ему вовсе не хотелось. Потому он лишь сквозь зубы произнёс: — Так, хорошо, тогда попробую объяснить это куда более простым языком, чтобы это наконец дошло до ваших примитивных мозгов… Никто из вас троих не успел за то время, когда мы были свободны, заделать с какой-нибудь одной из ваших дам «наследника сил Чёрного круга»?! — Пффф, чего?! Да ты сейчас серьёзно или просто типа прикалываешься? — ошарашенно воскликнул Анаган, от неожиданного вопроса поперхнувшись пивом, из-за чего он ещё некоторое время откашливался и даже немного протрезвел в одночасье, а затем таким же возмущённым тоном добавил: — Нет, конечно, ты издеваешься, лично мне на хрена нужна эта лишняя обуза в лице какого-то мелкого спиногрыза от рандомной бабы? — Вопрос сейчас был не в том, желал ли ты этого, а в том, не допускал ли ты подобного в своих эротических похождениях, — весьма серьёзно отреагировал на это насмешливое замечание Огрон, лишь в очередной раз убедившись в том, что кто-то из его подчинённых, будучи настолько невнимательным к своим действиям, мог совершить подобную оплошность, которая объяснила бы появление на Земле ещё кого-то с их энергией. Потому он настойчиво уточнил: — Так что? — Эй, слышь, Огрон, а тебе не кажется, что такие расспросы с твоей стороны звучат довольно беспардонно и невежливо?! — внезапно взвился из-за этого странного допроса со стороны красноволосого колдуна Думан, который до этого был совершенно спокоен и просто молча слушал всю их болтовню, но подобное вмешательство в персональные дела каждого из них его, потому он негодующе прошипел: — По-моему, в этих же наших условиях совместного сосуществования на этой планете было и то, что мы не лезем в личную жизнь друг друга, а это твоё вызнавание звучит как попытка вторгнуться в чужое приватное пространство! — Ага, мы вообще-то можем задать тебе аналогичный вопрос насчёт того, не шпехал ли ты там кого-то до такой степени, что от этого могли появиться дети! — презрительно вставил маг скорости, который сразу же принял сторону метаморфа в этой их дискуссии и теперь уже сам негодовал относительно этих довольно личных вопросов. И по этой причине он так же с некой плохо прикрытой обидой и некой завистью отметил: — Это же ты тут у нас самый главный соблазнитель земных тёлочек, так что почему бы не начать с себя сперва, а уж потом переводить стрелки на нас? — Потому что я всегда нёс ответственность за свои слова и действия, в отличие от некоторых! — огрызнулся в ответ на претензии обоих подчинённых лидер охотников на фей, будучи и без того на пределе и готовясь вот-вот взорваться и выплеснуть на них двоих весь свой накопившийся гнев. И единственное, что сдерживало его в тот момент от резкого усмирения обоих магов, были присутствующие в баре обычные люди, именно поэтому он, в очередной раз осадив себя и стиснув зубы, прорычал: — Я же тогда предельно чётко дал вам уяснить, что Чёрному кругу не нужны никакие магические отпрыски, потому что чем больше существ будет питаться его силой, тем меньше её будет распределяться в равной степени на каждого из нас! Почему вам так сложно просто взять и ответить мне — да или нет?! — Ну, допустим, мы все скажем тебе, что нет, но как ты проверишь, что это действительно так? — спокойно и весьма рассудительно отозвался Гантлос, который был единственным в тот момент, кто оставался абсолютно невозмутимым и которого совершенно не тревожило, узнает ли кто-либо из его товарищей тайны личной жизни или нет. Оттого он всё также же весьма хладнокровно добавил: — Да и даже если задуматься в целом, то как кто-либо из нас может знать наверняка, случалось ли такое или нет? Посуди логически, Огрон, скольких женщин ты сам лично навестил после того, как они тебе наскучивали? — с усмешкой спросил маг разрушения у мужчины, тем самым несколько осаживая его, за что он получил взгляд, полный гнева и едва сдерживаемой ярости, но, тем не менее, это его нисколько не смутило и он риторически поинтересовался: — Не проще ли сперва самим здесь обустроиться, а после уже разыскать того, кто получил часть наших сил и выяснить, кем он возможно нам приходится? — Вот-вот, Гант дело говорит! Да я и сам хочу начистить рожу тому гадёнышу, который позаимствовал часть нашей магии для своих целей, но всё же сперва надо самим где-нибудь упрятаться и найти возможность использовать нашу энергию, иначе это смысла просто не имеет… — пробурчал Анаган, вдобавок к уже сказанному светловолосым колдуном, после чего он вновь залпом допил ещё одну кружку пива, что ещё совсем недавно была наполнена до краёв, а затем откинулся на спинку стула и задумчиво прикинул: — Хотя, если подумать… Нас всё равно четверо, а он наверняка один, так что можно и без колдовства обойтись. — И всё же, я жду от вас конкретного ответа, — сухо изрёк Огрон, пропустив мимо себя доводы обоих своих подчинённых, которые в иной ситуации возможно показались даже ему вразумительными, однако сейчас он внутри себя буквально полыхал от злости и не мог успокоиться, пока не услышал бы то, что хотел знать, и остальные чернокруговцы это прекрасно понимали, когда услышали от своего лидера повторение его же вопроса: — Такое имеет место быть? — Нет, — совершенно невозмутимо ответил маг разрушения, при этом как-то странно едва заметно улыбнувшись и, вероятно, подумав о чём-то своём, что он конечно же вслух высказывать не решил, потому что знал, что это могло лишь только ещё сильнее выбесить и без того напряжённого красноволосого мужчину. — Нет… — хмуро буркнул Думан, поморщившись и явно испытав при этом весьма сильное унижение, потому как он по жизни предпочитал не делиться никакими подробностями личной жизни и особенно тем, что касалось взаимоотношений с противоположным полом, потому ему и был так противен сам факт того, что кто-то решил влезть в его дела со своими расспросами. — Не-а! — насмешливо сказал маг скорости, которого вся эта сложившаяся ситуация одновременно бесила и забавляла, и от этого всего ему очень хотелось сделать гадко не только себе, но и всем остальным своим товарищам, поэтому он опять-таки не сдержал свой порыв и язвительно выпалил из себя: — Да чё ты так привязался к нам с этой хернёй? Неужто самому всё же есть что скрывать, мм? — Мне кажется, я уже дал тебе ответ на этот вопрос, — довольно жёстко отрезал Огрон, всем своим видом показывая, что он получил от них нужную информацию и более не желал продолжать развивать эту тему, поскольку всё остальное по ней его уже не очень интересовало, а выкладывать аналогичные детали о себе он явно был не намерен. — Да нет уж, скажи давай, а как там у тебя дело обстояло, «осечек» не было? — продолжил настаивать на своём Анаган, почувствовав в этом нежелании поддерживать диалог некую слабую точку, на которую можно было бы надавить и тем самым вызвать у их лидера бурю эмоций, которые тот так старательно в данный момент в себе подавлял, правда, совершенно непонятно было, зачем мужчине было так делать, ведь это уж никому из них четверых пользы бы точно не доставило, но его пьяный мозг уже понесло и было не остановить, потому он нагло огрызнулся: — Так ведь, судя по твоей странной реакции, ты уже здесь был и весьма не рад оказаться тут вновь, что же это так? Неужто ты тут нашёл какую-то мамзель и заделал подменыша? О-о, а может это жёнушка того самого Иг… — Да заткнись ты уже!!! — оглушительно громко рявкнул красноволосый колдун, одновременно с этим вскочив на ноги и со всей силы ударив кулаком по столу, что выглядело достаточно устрашающе, отчего маг скорости аж вздрогнул от неожиданности и чуть не свалился со стула, весьма пожалев о том, что не остановил свой длинный и очень острый язык, но было уже поздно, чаша терпения Огрона была переполнена и теперь она изливалась, отчего он буквально проорал: — Я уже сказал, что не намерен больше обсуждать эту тему! И вообще я не желаю слышать ни единого слова от тебя до конца этого дня, ты меня слышишь?! — при этих словах его глаза из ледисто-голубых сделались лиловыми, а в руках появилось сиреневое свечение, которое он уже совершенно не контролировал и даже в тот момент не осознавал в полной мере, что творит колдовство, которое сам же и запретил. — Да чё ты распсихова… Мгхм… м-ухум?! — начал было что-то говорить Анаган, но тут он вдруг начал издавать какие-то странные звуки, словно он не мог открыть даже рта, и поэтому мог лишь что-то невнятно мычать, выглядя при этом крайне поражённым и вместе с этим обозлённым на то, что их лидер, хоть и неосознанно, но наложил на него заклинание немоты, а тот, тем временем, был готов уже накинуться на него. — Эй, Огрон, успокойся уже, хватит, — вдруг одёрнул его Гантлос, дёрнув его сперва за запястье, чтобы колдун обратил внимание на то, что нарушил собственный же указ, от этого он тут же пришёл в себя, а лиловое сияние его в ладонях и глазах тут же рассеялось, после чего светловолосый маг положил ему свою руку на плечо и усадил его обратно на место, лишь прошептав на ухо: — Ты же сам говорил не привлекать здесь излишнее внимание. — Да, точно… — угрюмо пробормотал Огрон, уже осознав то, какую оплошность он только что совершил, ведь этот его срыв наверняка прозвучал на весь бар, и другие люди могли их заметить, а его спонтанный выброс магической энергии лишь сделал их ещё более уязвимыми для обнаружения феями, но было уже поздно, потому как позади них донеслись какие-то заплетающиеся и неразборчивые возгласы других посетителей этого заведения, отчего мужчина только лишь успел процедить: — Вот ведь чёрт! — Аэ, мужики! Да, вы четверо, эй, слухайте, чё такие громкие-то?! — весьма развязно и в непонятной манере обратился к ним какой-то русский мужик в кожаной куртке-косухе и красной бандане на его лысой голове, который шатающейся нетрезвой походкой направлялся прямо к их столику, при этом свистнув своим друзьям: — Эй, пссс, пацаны, тут какие-то старые недорокеры буянят, пошли порешаем! Вслед за ним тут же собралась целая внушительная толпа из, порядком, десятка довольно рослых и, в целом, внушительного размера байкеров, облачённых в кожу и цепи и забитых наколками и всевозможными типами проколов на теле — от обычных серёжек до кольца в носу. Все они подошли вплотную к чернокруговцам и обступили их со всех сторон, тем самым не давая ни единой возможности сбежать, отчего Думан явно занервничал, поняв, что этих пьяных и весьма раздражённых «рыцарей на железных конях» было более чем в два раза больше них, Анаган промычал что-то ругательное и лишь пускал гневные взгляды на своих товарищей, а Гантлос еле слышно предложил их лидеру: — Мне разобраться с ними? Ты же знаешь, я могу, да и, вроде как, силы уже немного восстановились… — Нет, не надо, погоди. Давай сперва попробуем мирно разрешить это… недоразумение, — остановил его Огрон, решив для себя, что сейчас далеко не самый лучший момент для развязывания масштабной потасовки, хоть он ничуть не сомневался в способностях своего подчинённого и в том, что он безо всякой магии мог уложить всех этих буйных мотоциклистов всего за пару чётких ударов, и всё же предпочёл сперва дипломатично договориться с этой группировкой, спокойно, миролюбиво и с обольстительной улыбкой поинтересовавшись: — В чём дело, джентльмены? Вы что-то хотели у нас узнать? — Эй, рыжий чел, ты вообще что ли припухший? — бесцеремонно спросил у него вместо всяких объяснений другой такой же лысый и пузатый байкер, демонстративно плюхнув свою увесистую руку к ним прямо на стол, а затем он так же громко и вызывающе предъявил им всем четверым: — Вы своими криками нам это… как его там… весь концерт «Аварии» срываете! — Я прошу меня простить, сэр, мы с моими дорогими друзьями просто несколько увлеклись и… Сами понимаете, давно не виделись, всё на эмоциях, много чего есть обсудить, однако, уверяю вас, никто из нас не хотел мешать вам слушать вашу «Арию»… Ой, то есть, я хотел сказать, «Аварию»! — попытался оправдать их всех красноволосый мужчина, проглотив в этот раз личное оскорбление и применив весь свой ментальный дар обаяния, чтобы хоть немного расположить эту рокерскую компанию к себе, однако он не учёл того, что за долгие годы, будучи узником Омеги, он мог без практики немного растерять этот волшебный навык. — Ебаный рот, ребята, этот явно какой-то конченый, слухайте, как он смешно балаболит… Словно какой-то перец или буржуй! — расхохотался на его учтивую и довольно официальную речь третий мотоциклист весьма бандитской наружности, панибратски обхватив главаря охотников на фей за плечи и с силой стиснув его, тем самым заставив сидевшего по соседству мага разрушения крепко сжать руки в кулаки и приготовиться, в случае чего, отправить неприятеля прямиком на сцену к его любимой группе, однако Огрон одним качанием головы попросил его пока не делать этого. — Слышь, брат, ты откуда такой красноречивый взялся? Из какой жопы вылез? — всё таким же беспардонным тоном спросил у него первый мужчина, который и призвал всех своих друзей к столику, за которым сидели маги Чёрного круга, после чего он приблизился к их лидеру вплотную и осведомился: — И ты чё, реально не знаешь «Аварии»?! — Увы, но не довелось слышать до этого, — искренне признался колдун, при этом понимая, что заговорить зубы у него не очень-то получается и, скорее всего, им четверым придётся выяснять с ними отношения более радикальными методами, потому он уже был наготове, чтобы дать Гантлосу сигнал с призывом нападения. — Тогда скажи мне, дружище… Если ты, ээээ… Нормальный парень и не из этих гламурных полупокеров… То ты какую группу вообще уважаешь? — попытался вызнать мотоциклист в повязке у красноволосого мага его музыкальные вкусовые предпочтения, что конечно куда больше звучало как вопрос, подводящий к стычке, вне зависимости от ответа на который, это только бы спровоцировало сильно подвыпивших байкеров, потому как тот довольно агрессивно прикрикнул: — Ну-ка быстро, ты какую группу уважаешь, а?! Я «Deep Purple», ээээ… Давай говори уже! Чё молчишь, эй?! — И мне тоже уже «глубоко фиолетово», знаете ли… — не сдержался наконец мускулистый колдун с силой разрушения, окончательно увидев, что никакого конструктивного диалога с этой пьянью у них точно не получится, потому он весьма решительно поднялся из-за их стола и, размяв руки, железным и весьма угрожающим тоном осведомился: — Чё вам надо? — Э-э, а ещё ты чё быкуешь, патлатый ковбой Мальборо?! — возмущённо воскликнул один из рокеров, который недоумевал и не очень представлял то, как этот один странно выглядящий мужчина собирался расправиться с их многочисленной бандой, ведь, даже несмотря на его рост и весьма накачанное телосложение, он явно должен был уступать им в силе, потому он довольно резко бросил: — Лучше сядь сам обратно, пока мы тебя с братвой не усадили, а не то… — А не то что? — переспросил у того Гантлос, заведя одну руку за спину, чтобы в ней быстро сгенерировать какое-нибудь мощное заклинание, которое могло бы оглушить этих агрессивно настроенных местных жителей Москвы и дать им четверым возможность сбежать из этого места, пока те будут приходить в себя. — А не то мы тебя и твоих дружков прямо на этом столе просто возьмём и вые… — начал было говорить глава этих байкеров, при этом замахиваясь рукой на того и намереваясь всё же тем самым развязать между ними и чернокруговцами драку, но прежде чем он успел что-либо сделать, он почувствовал то, как его летевший кулак кто-то остановил и от этого гневно вскричал: — Ээээ, чё ещё за нах?! Все присутствующие повернулись в сторону того, кто перехватил руку пузатого мужчины, и увидели перед собой неизвестного человека, которого, каждый из них мог поклясться, до этого момента здесь не было, оттого было совершенно непонятно, откуда он возник, и вообще, кем бы он мог быть. Лицо этой странной личности было скрыто за объёмным капюшоном, из-под которого выбивались лишь пара длинных прямых прядей пшеничного цвета, а сам он был облачён в длинный тёмно-фиолетовый плащ, из-за которого невозможно было даже понять, какого пола был тот, кто прятался за этим весьма нетипичным для обычного земного человека прикидом. Охотники на фей при виде этого необычного незнакомца сразу переглянулись, потому как им, в отличие от их пьяных и буйных неприятелей, было хорошо известно, кто именно мог быть так одет, ведь подобная мантия была неотъемлемой атрибутикой боевого костюма любого уважающего себя земного мага. — Я прошу у вас прощения за то, что вмешиваюсь, но не могли бы вы, многоуважаемые представители мотоклуба «Серафимы преисподней», оставить в покое эту компанию? — попросил их тот самый человек в капюшоне, чей голос прозвучал очень похожим на мужской, и всё же до сих пор было непонятно то, кто именно скрывался под этим плащом и, более того, так же оставались неизвестными мотивы этой личности. — Аэ, слышь, ты кто вообще такой, чтобы мне указывать, а?! — рассвирепел в ответ на это весьма вежливое пожелание глава мотоклуба, который в момент напрочь позабыл о том, что намеревался начистить рожи магам Чёрного круга, помешавшим слушать ему концерт в баре, и теперь уже переключился на новый объект для выяснения с ним отношений, потому он нахально спросил: — Ты чё, тоже напрашиваешься на то, чтобы тебя как следует мои мужики отмудохали? Это я сейчас тебе, недоносок, устро… — но договорить он свои угрозы, увы, не успел, потому как в этот же самый момент пошатнулся и с грохотом рухнул прямо на пол заведения, а вслед за ним так же попадали и все его приспешники, после чего незнакомец обернулся в сторону сидевших колдунов с едва видневшейся улыбкой, чем заставил их пребывать в ещё сильнейшем недоумении. — Джентльмены, вы позволите мне присесть за ваш столик и разделить с вами этот вечер? — галантно уточнил у них мужчина в мантии, подойдя к тем поближе и учтиво поклонившись в знак приветствия, что говорило о том, что это явно был не какой-то обычный волшебник, потому как в современном земном обществе мало кто обладал даже малейшими знаниями об этикете и правилах официального общения. — Хм, ну попробуй, маг, только стульев тут всего четы… — хотел ехидно осадить его Думан, но тот лишь усмехнулся и одним взмахом указательного пальца привёл в движение стул у соседнего стола и придвинул его к их месту, что застало метаморфа врасплох, после чего тот всё же осознал происходящее и с большой долей зависти в голосе пробубнил себе под нос: — А ну да, конечно, магия. — Заклинание усыпления «дормирэ»? Как банально! — прокомментировал это деяние по отношению к их общим обидчикам Огрон, который выглядел немало раздражённым оттого, что некто из земного магического сообщества вмешался в их разборки, хотя он сам лишний раз был совершенно не прочь задействовать его, однако этими словами хотел показать всё своё неодобрение относительно вмешательства незнакомца в их посиделки и намекнуть, что его присутствие здесь излишне, потому он таким же презрительным тоном сказал: — И не стоило его применять в таком оживлённом месте и на стольких людях сразу, это выглядит весьма подозрительно. — Не вижу ничего подозрительного в том, что несколько мужчин просто переборщили со спиртным и не смогли доползти до дома, поэтому прилегли отдохнуть прямо здесь, — парировал его замечание неизвестный маг, вальяжно усевшись рядом с ними за столиком и, положив ногу на ногу, он весьма насмешливо протянул: — И знаешь ли, ты куда больше привлёк тут внимание своей вспышкой неконтролируемого гнева и выплеска тёмной энергии… Огрон. — Что? Откуда ты… — несколько удивлённо начал говорить лидер Чёрного круга, услышав своё имя из уст этого странного мага, поскольку он совсем не ожидал того, что их так быстро обнаружит какое-либо волшебное земное существо, но затем он немного осёкся и вспомнил, что сам оказался виновником этого, потому лишь коротко уточнил: — Мы знакомы? — Признаться, странно слышать подобный вопрос, о вас четверых здесь только глухие разве что не слышали, да и те, наверняка, читали где-нибудь о «легендарных колдунах, что когда-то сумели захватить всю волшебную энергию на их планетке»! — несколько уклончиво ответил незнакомец, после чего он рассмеялся, произнеся их характеристику с явной иронией, словно он сам так не считал, а лишь цитировал чьи-то слова, после чего он произнёс уже более серьёзным тоном: — Скажу честно, вам сейчас несказанно повезло, что наши пути пересеклись в этом весьма необычном заведении, и что эти недружелюбно настроенные байкеры были простыми людьми, а не тем же клубом «Полуночных оборотней», которые после ваших деяний обитают именно здесь, в Москве, — с некоторым неодобрением сказал мужчина, хотя было несложно догадаться, что под его капюшоном он в тот момент улыбался и вообще воспринимал ситуацию весьма комично, особенно увидев удивлённые выражения лиц колдунов, потому он дополнил: — Да, слава о вас гремит до сих пор, охотники на фей, и она далеко не самая хорошая, даже скорее дурная, потому вам всем следует поосторожнее обращаться со своим колдовством. — Мы уж как-нибудь обойдёмся без советов от земных волшебников, — категорично отрезал на это предупреждение Гантлос, который тоже совсем не был рад тому, что некто посторонний вмешался в дела Чёрного круга и помимо этого вёл себя довольно по-свойски, словно был их каким-то давним знакомым или даже закадычным приятелем, потому он весьма резко поинтересовался: — Кто ты и чего ты хочешь получить от нас? — О, нет-нет, вы не так поняли, я ничего не хочу получить от вас, я всего лишь пришёл, чтобы поприветствовать вас… Потому, хочу сказать, с возвращением на Землю, маги Чёрного круга! — вкрадчиво отозвался неизвестный маг, довольно услужливо произнеся это весьма торжественное поздравление, будто пытаясь этими словами втереться в доверие к охотникам на фей и хоть немного разрушить их враждебность по отношению к себе, и в связи с этим он также сообщил им: — И также я бы хотел предложить вам свою помощь. — Помощь? Интересно, что же ты можешь сделать для нас такого, волшебник? — саркастично спросил у него Огрон, восприняв это предложение как ещё очередную и не очень оригинальную шутку со стороны незнакомца, ведь он прекрасно знал, что земные маги были далеко не самой сильной волшебной расой в этом мире, потому рассчитывать на какую-либо существенную поддержку с их стороны никогда не приходилось, тем более теперь, когда представители этого народа относились к ним с явной нетерпимостью, судя по словам этого мужчины. — Ну, во-первых, я бы хотел побеседовать с вами… Причём со всеми четверыми, — спокойным и самодовольным тоном ответил тот, а затем громко щёлкнул пальцами, отчего снял с Анагана заклинание немоты, наложенное на него несколькими минутами ранее красноволосым колдуном, тем самым вызвав у последнего неудовлетворительный и обречённый вздох, который предвещал лишь очередной словесный понос от его подчинённого. — О, спасибо, ээээ… Кто бы ты там ни был — волшебник, эльф или иной же любой иной магический житель Земли! — весьма дружелюбно поблагодарил неизвестного за этот спасительный жест маг скорости, после чего он мимолётно злобно зыркнул на своих товарищей, которые, по его мнению, все были виновны в его невозможности говорить, после чего он озадаченно полюбопытствовал у их собеседника: — Кстати, ты так и не назвал своё имя. Так как тебя зовут всё же? А, если чё, ранг, специализацию, силы и чё там ещё у вас принято говорить, необязательно, — вставил также он, вспомнив то, как забавно и сложно обычно представлялись им другие представители земного магического сообщества. — Увы, имя и прочие подробности своей персоны я хочу сохранить в тайне, так как желаю, чтобы наша встреча и последующий диалог сохранились как конфиденциальная информация, — вновь отстранённо ответил незнакомец, очевидно не желая разглашать свою личность по какой-то, совершенно непонятной для всех чернокруговцев, причине, потому как объективно ни у кого не было оснований на Земле так шифроваться, но, заметив их всеобщее замешательство относительно своего пожелания об анонимности, мужчина произнёс со снисхождением: — Но вы можете называть меня просто доброжелателем. — Доброжелателем, говоришь? И какого же добра ты нам хочешь пожелать? — насмешливо осведомился у него маг разрушения, который всё ещё был весьма напряжён и испытывал сильнейшее недоверие к этому странному волшебнику, который даже своё лицо предпочёл скрыть под капюшоном, отчего было совершенно невозможно не только узнать его, но и даже считать его эмоции, отчего все его слова казались светловолосому колдуну неискренними. — Эй, мужик, реально, кончай прищуриваться и просто покажи нам своё лицо! — потребовал от него Анаган, и, не дожидаясь ответной реакции от их собеседника, он не удержался и потянулся рукой к нему, чтобы сдёрнуть капюшон, но как только он схватил ткань, то та, к его удивлению, не поддалась, а словно буквально оказалась приклеена к его голове, из-за этого темнокожий мужчина изумлённо вопросил: — Эээ, нифига… Это у тебя боевой костюм такой прокаченный?! — О да, в наше время на этой планете приходится прибегать и не к таким методам сокрытия своей личности, — отозвался доброжелатель, и в этот момент можно было поклясться, что под тенью от накинутой на него ткани была весьма самодовольная улыбка, которой конечно же было не видно, после чего он так же успокаивающе добавил: — И я могу понять ваше недоверие, но поверьте мне на слово, охотники на фей, если бы я действительно хотел вам навредить, то явился бы сюда не один, а в компании крылатых мстительниц, — маг вновь замолчал ненадолго и лишь рассмеялся, увидев то, как сразу же исказились лица магов Чёрного круга при упоминании их заклятых врагов, но затем, указав пальцем куда-то в сторону, он заметил: — И уж точно бы не стал создавать вокруг вас волшебный купол, не пропускающий звуки, чтобы сохранить нашу беседу между нами. Колдуны осмотрелись по сторонам и заметили вокруг себя едва заметную пелену из чужой магии, которая была создана для того, чтобы сдерживать абсолютно звуки их голоса или в принципе что угодно, что могло доноситься от их столика, и каждый из них понимал, насколько энергозатратным было данное заклинание, потому становилось понятно, что этот странный человек точно пришёл к ним не с целью как можно скорее сдать феям. — Хм, ну допустим, и всё же, ты так и не ответил, в чём именно ты хочешь нам помочь? — настойчиво поинтересовался у него Огрон, всё ещё не понимая, какие именно мотивы были у этого волшебника, ведь, если тот уже сказал им про то, что их появлению на Земле особо никто рад не был, то с чего бы именно ему оказывать им какие-либо услуги, потому он очень сильно желал понять истинные мотивы этого подозрительно бескорыстного и располагающего к себе доброжелателя. — Ну, сперва бы я хотел немного разрядить эту нашу напряжённую обстановку и выпить вместе с вами по кружке хорошего пива, надеюсь, вы не против? — узнал у них мужчина в капюшоне, но так и не дождавшись ответа и посчитав собственный же вопрос риторическим, он, откинувшись на спинку стула, чтобы выйти за предел собственного звукового барьера, жестом позвал стоявшую неподалёку официантку и попросил у неё: — Дорогуша, обнови пожалуйста этим замечательным джентльменам их напитки и принеси мне то же, что и им! — Да, хорошо! — кивнула симпатичная девушка в костюме демоницы-суккуба, после чего она, вызывающе покачивая бёдрами, направилась к барной стойке, чтобы выполнить этот заказ и затем доставить его обратно к столику, за которым расположились теперь уже пятеро магов. — Не стоило, мы не имеем права отвле… — хотел было возразить на это распоряжение лидер Чёрного круга, который, не желая признавать того, что у них даже попросту нет не то что местных, но и вообще любых земных денег, намеревался отказаться от этого предложения выпить, однако он был прерван их таинственным собеседником. — Всё в порядке, я прекрасно понимаю, что вы на Земле недавно и ещё не успели обзавестись местной валютой, потому позвольте мне вас угостить! — предложил ему доброжелатель, звуча при этом максимально невозмутимо и дружелюбно, словно он воспринимал четвёрку охотников на фей не иначе как своих давнишних друзей, поэтому, когда официантка вновь подошла к ним, держа в руках поднос с наполненными до краёв кружками пива, он протянул ей какую-то красновато-розовую банкноту со словами: — Благодарю! Надеюсь, этого хватит, чтобы покрыть весь счёт за весь этот столик? Сдачу оставьте себе… на чай, — едва слышно добавил он для девушки, увидев, что та, вероятно, хотела сказать, что у неё нет денег на размен. — Ого… Да, вполне! — изумлённо и в то же время благодарно отозвалась она, и, поставив поднос с напитками к ним на стол, она тут выхватила купюру из рук волшебника, поспешно засунула её себе куда-то под нижнее бельё и поспешила удалиться, лишь подмигнув напоследок своим весьма щедрым посетителям и случайно наступив на руку одного из всё ещё спящих на полу байкеров, отчего она только издала громкий вскрик, но затем продолжила свой путь, лишь бросив отдыхавшему мужчине: — Ой, простите пожалуйста! — Вот видите, здешние люди уже привыкли к подобному… Знаете, как говорят, «ох уж эти русские»! Но думаю, вам тут понравится, это весьма занятный народ, — задумчиво протянул незнакомец на эту невозмутимую реакцию, глядя вслед уходящей красотке, после чего он повернулся к чернокруговцам, чтобы одним мановением руки переместить их кружки с пивом к каждому из них, и торжественно произнёс тост: — Так всё же, выпьем за нашу судьбоносную встречу, легендарные охотники на фей! Маги в ответ с кривыми усмешками на лице подняли руки вверх и чокнулись с этим странным человеком, который был к ним подозрительно добр и вёл себя так, словно был каким-то их кумиром или же и вправду давним другом, хотя никто из них точно не мог припомнить ни голоса, ни вообще кого-либо похожего на эту персону. По правде говоря, с их репутацией у них на Земле в принципе не могло быть каких-либо знакомых или же приятелей, которые относились бы к ним хотя бы с терпимостью, так как их деяния против волшебных существ этой планеты просто так не могли быть забыты и прощены. Именно поэтому каждый из них в данный момент всё равно в глубине души продолжал недоумевать, как кто-то вообще может вести с ними так снисходительно и раскрепощённо, явно не испытывая к ним каких-либо негативных чувств, отчего всё происходящее выглядело ещё более настораживающим. — Итак, а теперь, когда мы наконец-то с вами нашли общий язык, давайте обсудим некоторые детали, напрямую касающиеся вашего дальнейшего пребывания здесь, — вдруг прервал колдунов от их размышлений спокойный и миролюбивый голос доброжелателя, который сидел, вальяжно развалившись на стуле и отпивал из своей кружки приятный по вкусу хмельной напиток, и между тем, прежде чем кто-то из охотников на фей успел что-либо сказать, он продолжил говорить: — Но сперва хотел бы узнать у вас, маги Чёрного круга, каково это, спустя столько лет, вернуться сюда, на Землю? Есть ли у вас чувство, будто бы вы, после стольких ваших стараний по завоеванию этого мира, вновь оказались в начальной точке? — Знаешь, маг, нам не впервой терять всё в своей жизни, однако это не повод отчаиваться и опускать руки, — холодно и чётко проговорил в ответ ему Огрон, стараясь отвечать этому незнакомцу в его же уклончивой и весьма учтивой манере, чтобы он понял, что не может ими как-либо манипулировать или склонить на свою сторону, потому он так же уверенно произнёс: — Мы должны учесть все наши предыдущие ошибки и будем двигаться дальше, невзирая на всё то, что откинуло нас назад. Такой ответ тебя устроит, мм? — Вполне… Интересно, вижу вашу реакцию на это и невольно вспоминаю себя много лет назад… О нет, я испытывал тогда совершенно другие чувства, хотя, может за этой непоколебимой решимостью скрывается нечто иное, кто знает, — поразмышлял над словами лидера Чёрного круга доброжелатель, вероятно, вспомнив что-то своё, связанное со своим же вопросом, однако развивать дальше эту тему он не стал, а лишь вкрадчиво поинтересовался: — Что ж, как бы там ни было на самом деле… Мне интересно, как вы находите Землю? Что вы думаете, сильно жизнь на этой планете изменилась с тех пор, как вы тут были в последний раз? — Хмм, да нет, пока так не кажется, — пожав плечами, сказал Гантлос, не особо понимая сути вопроса, потому как всё, что они пока успели увидеть на этой планете, были тёмные улицы незнакомого города и этот самый бар, из чего, конечно же, было нельзя сформировать полноценное мнение относительно ситуации на планете, и всё же он с кривой усмешкой ответил: — Вроде люди всё те же, как там говорилось в книжке одной, хах, кажется, даже русской: «Люди, как люди. Любят деньги, но ведь это всегда было. Ну, легкомысленны они и, в общем, напоминают прежних». — Ага, чёрт, пока не кажется, что прошло хоть сколько-то лет, будто бы мы здесь были, ну, эммм… как минимум, вчера, хех! — усмехнувшись, добавил Думан, для которого вообще разница в годах становилась явной только лишь тогда, когда он бросал взгляд на всё тот же висящий на стене календарь и с неким ужасом осознавал, сколько лет своей жизни он упустил, находясь во льдах. — И всё же, здесь не всё так радужно, как может показаться на первый взгляд… — почему-то с грустным вздохом и, покачав головой, изрёк незнакомец, словно то, о чём он собирался сказать, было для него крайне неприятно, и всё же он, чуть помолчав, выдал: — Не буду сейчас описывать во всех подробностях события, которые вы пропустили, потому что иначе это займёт у нас не одну только ночь, а целый следующий день, да и… так даже неинтересно! Просто скажу, что ваши «старые знакомые» с острова Тир Нан Ог старательно возвращают свою, утраченную из-за вас, былую мощь и постепенно порабощают своей идеологией веры всю планету, лишь немногие места на Земле ещё не подверглись их жёсткому контролю. — Ещё бы, кто б сомневался, что эти крылатые начнут после своего высвобождения возвращать свои порядки! — недовольно пробурчал Анаган, поморщившись только лишь от одной мысли, что все их труды по избавлению этого мира от фей канули в Лету, и всё вернулось на прежние места, как оно было, когда они в первый раз только прибыли сюда. — Позволь спросить, для чего ты всё это рассказываешь нам, доброжелатель? — холодно осведомился у мужчины красноволосый маг, параллельно с этим усердно пытаясь понять, какие именно личные цели тот преследовал, поддерживая своё общение с ними, ведь подобная личность уж точно не могла быть их кумиром, а значит, ему что-то было от них нужно, но что именно, пока было непонятно. Потому Огрон лишь презрительно заметил: — Мне кажется, что всё это и так довольно очевидно. Или же ты считаешь своё информирование своеобразной попыткой помочь нам? — Нет, мне просто интересны ваши дальнейшие планы и действия, охотники на фей, — покачав головой, отозвался доброжелатель, которому явно было досадно от такого пренебрежительного и недоверчивого отношения к себе, и он лишь иронично, словно желая уколоть одного из своих собеседников, добавил: — Хотя, знаешь, Огрон, скажу просто к твоему сведению, информация на Земле всегда была не менее ценным ресурсом, чем та же магическая энергия! — Хах, нам самим бы хотелось знать это не меньше тебя, волшебник! — усмехнулся на это маг скорости, на самом деле знавший не более чем все остальные чернокруговцы относительно того, что они собирались делать дальше. Потому он отставил в сторону свою кружку пива и, повернувшись в сторону своего лидера, обратился к нему: — Эй, слышь чё, босс, может, поделишься своими гениальнейшими идеями? — Я расскажу вам троим о них, но чуть позже, — несколько раздражённо проговорил тот, намекая этим на то, что он не намерен раскрывать какие-либо планы относительно дальнейших действий охотников на фей в присутствии посторонних, что было и понятно, потому как сам Огрон совершенно не был уверен в благих намерениях этого незнакомца. Но чтобы это не выглядело слишком грубо с его стороны, он всё же пояснил: — Потому как дела магов Чёрного круга — это исключительно наши дела, и ничьи более. Так что, прошу прощения, маг, в этом ничего личного, но мне сейчас нечего сказать тебе на этот счёт. — Хм, ничего, я понимаю. Растерянность после стольких лет отсутствия на родной планете — это абсолютно нормально! — успокаивающе произнёс волшебник в капюшоне, всем своим видом показывая, что он не держит ни на кого из магов Чёрного круга зла за то, что они неохотно делятся с ним многими внутренними подробностями относительно своих планов на будущее, и, одновременно с этим, он даже желал дать понять, что входит в их положение, будто бы он сам некогда испытывал подобные чувства. После чего он немного помолчал и всё-таки вновь пытливо спросил: — И всё же, позвольте полюбопытствовать, может быть, у вас есть хотя бы какие-нибудь представления о том, куда вы дальше направитесь и где вы собираетесь обосноваться? Мужчины переглянулись между собой в неком смятении, потому как в своём желании морально и физически отдохнуть после долгих лет заточения в Измерении Омега и насладиться столь редким моментом безмятежной свободы, они напрочь забыли о том, что им вообще-то стоило бы подумать насчёт того, где бы обосноваться хотя бы временно. Конечно, раньше этот вопрос их не так сильно волновал, так как они свободно путешествовали из одной точки Земли в другую и периодически находили себе пристанище, в котором некоторое время отдыхали и отправлялись дальше, особо не привязываясь к какой-либо местности, хотя некоторые любимые места на этой планете у них всё же были. К примеру, некоторое время, уже после того, как они окончательно завершили свою «Великую охоту», чернокруговцы провели в Италии, которая показалась им весьма примечательным и незаурядным уголком на европейском материке, а также все последующие годы после полноценного захвата земной магической энергии они провели, живя под одной крышей в старом замке, расположенном в Германии, некогда принадлежавшем одному из знатных родов местных волшебников. Потому, отчасти, у них всё же были некоторые идеи относительно того, куда бы можно было отправиться, однако все эти точки явно располагались очень далеко от того города, в котором они находились в данный момент, что означало лишь то, что охотникам на фей пришлось бы потратить немало усилий, чтобы достигнуть этих пунктов назначения. Осложнял эту задачу и тот факт, что им не стоило вообще пока использовать свои силы, ведь их могли легко отследить их же неприятели, отчего путь предполагал использование людских транспортных средств и способов перемещения и мог занять у них не один и не два дня. Но все маги Чёрного круга, по крайней мере, были едины в одном — никто не желал оставаться надолго в Москве, потому как этот город казался им ещё менее благоприятным, чем та же Гардения, о чём свидетельствовала не только общая архитектура, но и проживающие в этом городе люди. — Гм, да в целом… Есть пара мест, в которые бы хотелось вернуться, так что, возможно, мы направимся именно туда сразу же после того, как покинем это заведение, — чуть поразмыслив над ответом, уклончиво сказал за них всех Огрон, не желая демонстрировать незнакомцу то, что им четверым, по сути, было некуда идти, ведь это делало их ситуацию ещё более жалкой и безвыходной, чем она и без того казалась. Потому он лишь с некоторым отвращением и пренебрежением бросил: — В любом случае, я думаю, что каждому из нас уже не терпится подальше убраться из этого посредственного и насквозь прогнившего городишки! — Оу, вот значит как… А вот этого я бы вам не порекомендовал бы делать, уважаемые охотники на фей, — вдруг возразил на это утверждение доброжелатель, сделав это максимально учтиво и вежливо, словно он желал предостеречь своих собеседников от совершения ошибки. — Это ещё почему? — поинтересовался у него Гантлос, который хоть и не понимал, о каких именно планах относительно перемещения в другие точки этой планеты только что сказал их лидер, ещё буквально полчаса назад не знавший даже, что они будут именно делать дальше, и всё же он был солидарен с ним во мнении, что в этом городе им задерживаться не стоит, потому такое категоричное заявление со стороны неизвестного волшебника его немало удивило. — Дело в том, что, конечно же, на первый взгляд Москва могла показаться вам самым отвратительным местом на Земле, полным подобных отбросов общества… — начал пояснять незнакомец в капюшоне, при этом кивнув на валяющихся на полу в полностью бессознательном состоянии байкеров, которые всё ещё не могли прийти в себя из-за действия на них сильных чар. После чего мужчина вновь повернулся к своим собеседникам и продолжил говорить, объясняя свою точку зрения: — И всё же, это не совсем так, этот город куда намного больше, чем то, что вы о нём думаете, хотя, конечно, ему очень далеко до всех этих мировых финансовых центров вроде Нью-Йорка или Лондона. Однако соваться в любой из них я очень не советую. Дело в том, что у фей сейчас есть глаза и уши практически в любом городе, за исключением всего пары мест на Земле… И Москва как раз является таким, — увидев удивлённые и непонимающие взгляды, доброжелатель едва заметно хмыкнул из-под ткани, покрывающей его лицо, а затем утвердительно произнёс: — Да, именно её они до сих пор обходят стороной, точно так же, как и всю эту страну. Видите ли, охотники на фей, местный народ здесь далеко не самый благосклонный к вере в волшебство, потому даже несмотря на все усилия ваших крылатых знакомых, здесь очень мало кто излучает эту энергию, но вам же это только на руку, насколько мне известно, — маг немного помолчал, словно тем самым давая чернокруговцам в полной мере осмыслить сказанные им слова, и всё же не удержался, насмешливо бросив: — Да и, надо сказать, что местные магические жители пока ещё дают жительницам острова Тир Нан Ог достойный отпор! — Хм, получается, что у феечек всё же не везде всё идёт так гладко, да? — задумчиво протянул Огрон, который испытал нереальное удовлетворение от того, что услышал насчёт неуспешных попыток их врагов вновь завоевать доверие земных людей, он аж расплылся в злорадной улыбке, при этом довольно потерев руки, и с признательностью отметил: — Что ж, а вот эта информация была весьма для нас весьма полезна, благодарю тебя… Доброжелатель. — Так, значит, ты говоришь, что фейки не смеют соваться в Москву, потому что местные людишки всё ещё не расположены к ним душой? — с хитрой и даже хищной физиономией осведомился у неизвестного волшебника Думан, тоже обрадованный тем, что крылатые волшебницы за время их отсутствия так и не успели запудрить мозги всем немагическим обитателям Земли, что давало им всем четверым надежду на дальнейшее восстановление сил, которое как раз-таки зависело от того, насколько много из окружающих их людей не верило в волшебство. — Именно так, да! Просто русские, они, знаете… верят в то, чего уж точно быть не может, но в то же время отказываются принять для себя весьма очевидные факты или события, — рассмеявшись, ответил доброжелатель, которого явно забавлял этот факт о местных жителях этой страны, после чего он всё таким же саркастичным тоном убедительно дополнил: — Говорю же вам, это очень занятный народ, думаю, со временем его некоторые представители даже вам понравятся, — при этих словах мужчина как-то странно посмотрел в сторону красноволосого мага, которому на долю секунды показалось, что эти слова были адресованы именно ему, однако он не понял сути подобного замечания, а сам незнакомец тем временем продолжил: — Поэтому Москва сейчас — лучшее место для вас четверых на первое время, здесь не так остро ощущается вся эта энергия веры, да и к тому же… кто знает, возможно, именно здесь вы найдёте то, что так сильно желаете отыскать, — произнеся это, он вновь бросил свой взгляд в сторону лидера Чёрного круга, и того даже невольно передёрнуло от этого, потому как ему показалось, что неизвестный маг явно знает о них всех куда больше, чем показывает на деле. — Что ты имеешь в виду? — несколько встревоженно уточнил у волшебника в капюшоне тот, скрестив при этом руки перед лицом и оперевшись на них подбородком, при этом пуская на их собеседника пронзительный взгляд с прищуром, которым Огрон хотел добиться получения хоть какой-то конкретной информации насчёт брошенных незнакомцем слов. — Это в текущий момент не так важно, поверьте мне, всё само сложится воедино, когда придёт время, — загадочно проговорил доброжелатель, и в этот момент каждый из колдунов был готов поклясться, будто ощущал каким-то необъяснимым шестым чувством его незримую улыбку на лице, а затем тот, как ни в чём ни бывало, уже более спокойно и невозмутимо продолжил: — Но сейчас речь пойдёт совсем не об этом, дело в том, охотники на фей, что я так и до сих пор и не сообщил вам о том, как именно хочу вам посодействовать, потому как мы дошли до этого в нашем весьма долгом и несказанно приятном сообщении только лишь сейчас, — мужчина вновь выдержал паузу, вероятно, для того, чтобы его слова звучали ещё более таинственно и могли сильнее заинтересовать чернокруговцев, а затем он вкрадчивым тоном сообщил: — Так вот, моя помощь заключается именно в том, что я хочу предложить вам временное пристанище здесь, в этом «посредственном и насквозь прогнившем городе», как вы назвали чуть ранее Москву. Маги вновь переглянулись, словно ища в лицах каждого из своих товарищей хоть какое-то обоснование происходящему и не веря вообще, что они слышали подобные слова из уст совершенно незнакомой для них личности, так как за всё время своей жизни на Земле они не встречали ещё таких разумных магических существ, которые относились к ним хотя бы терпимо. В связи с этим в их сознании невольно напрашивались мысли насчёт того, что во всём этом дружественном поведении странного доброжелателя и его непонятном сильном желании посодействовать им был явно какой-то подвох, ведь навряд ли кто-либо из обитателей этой планеты, будь то обычный человек или волшебный житель, стал бы делать это исходя лишь из собственного альтруизма. Но даже если это заманчивое предложение не было каким-нибудь хорошо завуалированным хитрым планом по их поимке и дальнейшей передаче в руки фей-мстительниц, то, в таком случае, этот человек не стал бы оказывать подобную помощь за просто так, а наверняка бы потребовал от них что-то взамен. А одним из самых главных принципов Чёрного круга был полный отказ от сотрудничества с любыми другими представителями земного магического сообщества, поскольку за долгие годы жизни в этом отдалённом от Волшебного Измерения мире они неоднократно убеждались в их всеобщей враждебности и неискренности, оттого никто бы из охотников не хотел становиться кому-то должным, чтобы потом выслуживаться перед ним в знак своей благодарности, это было ниже чести и достоинства каждого. Потому мужчины отреагировали на это заявление со стороны доброжелателя с большой долей подозрения и иронии, дружно прыснув со смеху, словно услышанное предложение о помощи в предоставлении им временного пристанища было ничем иным, как просто остроумной шуткой с его стороны. — Ха-ха, эт ты чё, волшебник, предлагаешь нам всем подселиться к тебе? — переспросил у незнакомца сквозь собственный хохот Анаган, который на секунду представил в своём воображении то, как это могло бы выглядеть, и эта полученная картина рассмешила его ещё сильнее, оттого он с трудом высказался, не переставая при этом давиться от распирающего его веселья: — Пффф, бля, ну это конечно, а-ха-ха… очень мило ииии… ха-ха-х, признательно с твоей стороны, но знаешь, аха-ха… фффф, мы «не из таких»! Не, мы, конечно, и раньше жили всё время под одной, так сказать, крышей, но это было по-другому… ахах, без всяких прочих личностей, ну, знаешь! — Да уж, маг-инкогнито, твоё предложение пожить с нами звучит, ну, как минимум, странновато, — с улыбкой на лице заметил Гантлос, едва державшийся от того, чтобы самому не рассмеяться от слов своего товарища, потому как он невольно задумался о том же, что и тот. Потому он лишь саркастично и при этом несколько жёстко добавил: — Я, конечно, понимаю, что ты, возможно, фанатеешь от нашего рода деятельности, но в Чёрном круге чужим не место, извини. — О нет, охотники на фей, боюсь, вы совсем не так меня поняли! — поспешил разуверить чернокруговцев в их весьма странных и, даже в какой-то степени, неприличных предположениях их собеседник, который, даже несмотря на невозможность считывания его эмоций на лице из-за тени от капюшона, а лишь судя по голосу, выглядел несколько изумлённым такой реакцией с их стороны. Потому мужчина торопливо попытался объяснить: — Я вовсе не собирался предлагать вам жить совместно, а лишь сказал, что у меня есть жильё в этом городе, которое я бы мог предоставить вам в качестве убежища на какое-то первое время, пока вы не определитесь наконец, что будете делать дальше. — Ага, да, конечно… Если это какая-нибудь заброшка, склад, канализация или вонючая свалка, то даже не пытайся нас туда заманить под предлогом «райского места»! — хмуро буркнул на эти слова Думан, уже давно перестав верить, ещё где-то на моменте начала их миссии по поимке последней земной феи, в то, что на этой планете возможно будет хотя бы одно нормальное место для проживания без денежных вложений или применения собственных сил. Потому он вдобавок ко всему лишь угрюмо добавил: — Уже хватало подобного за всю жизнь, поэтому не утруждай себя всеми этими распинаниями. — Нет-нет, конечно же, это не что-либо из того, что ты перечислил, метаморф! — возразил ему доброжелатель, отрицательно помахав обеими руками, при этом его голос был довольно шокирован от высказанных одним из его собеседников мыслей насчёт этого предложения, что он даже с сомнением пробормотал себе под нос: — Даже не знаю, почему подобные мысли вообще могли возникнуть у вас четверых… — еле слышно произнеся это, его тон вновь стал уже обыденно-дружелюбным и учтивым, и незнакомый им волшебник уже более подробно начал расписывать детали и описание предложенного им жилья: — Это самая обычная квартира, и находится она прямо неподалёку, всего в паре кварталов отсюда, в одном из спальных районов этого города. Она, конечно, довольно небольшая по современным меркам стандартов жилплощади, однако всё же весьма уютная и, что самое важное, на мой взгляд, является отличным местом в качестве укрытия, вокруг проживают только мирные местные земляне, — волшебник немного помолчал, после чего сложил руки вместе в домик и, подперев ими подбородок, окинул взглядом всех чернокруговцев, которые сидели с напряжёнными лицами и явно мысленно искали в его словах какой-то подвох. Потому мужчина покачал головой и раздосадованно сказал: — Хм, вижу, вы мне всё ещё не верите, тогда позвольте в качестве хоть каких-то доказательств продемонстрировать вам ключи от этого жилья, возможно, так мои слова будут звучать более убедительно и достоверно, — он показательно щёлкнул пальцами, и в следующий же миг на одном из них возникла небольшая связка ключей, которую затем мужчина небрежно бросил прямо на середину стола, чтобы остальные убедились в их реальности. — Ого, даже так! — с поддельным и очень сильно иронизированным восхищением отреагировал на этот жест Огрон, не испытывавший абсолютно никакого доверия к этому странному и весьма приторно дружелюбному незнакомцу, потому как сам зачастую нередко прибегал к ношению подобной маски «хорошего человека» для достижения своих личных целей, отчего он лишь презрительно поморщил нос и, откинувшись на стул и закинув ногу на ногу, неспешно изрёк: — Что ж, доброжелатель, конечно же, все твои речи, особенно под пиво и прочие услужливые жесты с твоей стороны, звучат весьма обворожительно, точно так же, как и твоё невероятно заманчивое предложение, однако, ты не думай, что нас так легко надурить. Я достаточно долго уже живу в этом мире, чтобы в полной мере понять то, что ничто в нём не делается любыми существами просто так и по доброй воле, — лидер магов Чёрного круга сделал намеренную паузу в своём монологе, обращённом к неизвестному им магу, после чего вновь придвинулся как можно ближе к столу и, пристально глядя ему прямо под надвинутый на лицо капюшон, словно желая хоть как-то распознать его личность, он вкрадчиво спросил: — Поэтому, мой весьма резонный вопрос будет звучать так: чего именно ты хочешь от нас получить за эту свою весьма щедрую услугу? Принятие в команду? Нет, это невозможно, число охотников на фей является неизменным. Содействие тебе в твоей колдовской деятельности? Боюсь, что тоже мимо, так как, сам, надеюсь, понимаешь, у нас и без этого хватает пробл… дел, которые в данный момент требуют от нас повышенного внимания, — перечислил колдун свои идеи относительно того, что бы от них мог потребовать за свою помощь подобный волшебник, поскольку в его подобострастном поведении он разглядел желание получить от них что-то, но, к его удивлению, тот в ответ на его догадки только отрицательно помотал головой, что заставило его весьма подозрительно и даже немного грубо осведомиться: — Что ж, в таком случае повторюсь, но более кратко: чего тебе нужно от Чёрного круга? — О, Огрон, боюсь, что даже несмотря на свой многолетний опыт, ты всё равно ещё многого не понимаешь в этой жизни… — с большой долей иронии протянул доброжелатель, всем своим видом показывая своё превосходство в обстоявшей ситуации и произнося это с неким нравоучением, словно он желал этими словами принизить главаря охотников на фей, однако затем он вновь опроверг слова своего собеседника, спокойно произнеся: — Мне ничего не нужно ни от тебя, ни от твоих охотников… пока, — уточняюще добавил мужчина, заставив такой конкретикой красноволосого мага лишь презрительно хмыкнуть и вскинуть руки, которыми тот хотел показать всем остальным, что это лишь сильнее подтверждало его подозрения, но сам неизвестный волшебник в плаще проигнорировал этот жест и также невозмутимо продолжил: — Знаешь, как оно работает, возможно, когда-нибудь слышал об, так называемом, «эффекте бумеранга», сперва ты бескорыстно помогаешь кому-то, а потом этот кто-то помогает тебе, когда для этого приходит время. Поэтому, в моих же личных интересах посодействовать таким личностям, как вы, для того, чтобы у вас всё получилось, и, возможно, в будущем, вы бы смогли ответить мне тем же. — Получается, ты своими «благими намерениями» хочешь обязать нас потом исполнять какие-либо твои прихоти? — разразившись раскатистым смехом, переспросил у него Огрон, которого крайне позабавило, что незнакомец, вероятно, так наивно полагал, что он или кто-либо из его подчинённых согласятся на то, чтобы даже в далёком будущем служить ему за предоставление временного укрытия, и он лишь категорично заявил: — Извини, но я не собираюсь подписывать с кем попало, да и вообще, в принципе, никаких «договоров на крови», а также давать нерушимых магических клятв, потому что оно того явно не стоит, я ценю свою свободу, а также свободу моих друзей, — от брошенной им последней фразы все остальные чернокруговцы как-то странно посмотрели на него, и в тот момент в глазах каждого из троих можно было прочитать явное несогласие с этим утверждением, то ли их покоробило то, что их лидер что-то сказал насчёт их свободы и права выбора, то ли тот факт, что он назвал их своими друзьями, но сам мужчина сделал вид, что не обратил на это внимание, а только убедительно заключил: — Мы как-нибудь обойдёмся и без подобного рода помощи… Всегда обходились! — А с чего ты взял, что я собираюсь вас как-то официально обязывать что-либо для меня потом делать? Сейчас я предлагаю вам свои услуги только лишь потому, что хочу, чтобы вы поняли, что на Земле ещё не все относятся к вам так радикально и желают лишь скорого и мучительного конца! — парировал его слова своими весьма настойчивыми убеждениями доброжелатель, который даже несмотря на всю изливающуюся на него грубость, по-прежнему выглядел вполне себе миролюбивым и настроенным дружелюбно по отношению к недоверчивым магам Чёрного круга, и чтобы закрепить свои слова, он вдруг признался: — Да и, по правде сказать, в глубине души я искренне хочу, чтобы всё в итоге здесь вышло именно так, как вы задумывали изначально. Это желание в первую очередь связано с тем, что мой жизненный опыт, который будет суммарно побольше вашего, охотники на фей, уже неоднократно показал, что мир без фей выглядит действительно намного лучше, чем когда они стоят во главе всего. — Если это действительно так, как ты это стремишься нам преподнести, то это даже достойно похвалы, маг, немногим на этой планетке дано понять наши истинные мотивы, — с неким довольством в голосе отозвался на такое утверждение лидер Чёрного круга, не скрывая того, что подобное отношение к их весьма спорной деятельности ему несказанно льстило, и всё же он, не теряя бдительности, с насмешкой поинтересовался, при этом постукивая пальцами по краю стола: — И всё же… Где гарантии, что эта твоя помощь не окажется какого-либо рода подставой, за которую ты сможешь получить, возможно, какие-нибудь привилегии от земных фей? — Ага, вот-вот, или же мы придём, куда ты скажешь, с этими самыми ключиками, а там потом окажется, что это вообще была чья-то чужая хата, и у нас потом будет ещё проблем до кучи! — вставил Анаган свою догадку относительно возможной сущности подвоха в этом, уж слишком заманчивом предложении, на которое им всем четверым, конечно же, хотелось повестись, но, наученные весьма плачевным опытом, они уже не рисковали просто так доверять словам первого встречного на Земле колдуна. — Кажется, я ещё в самом начале нашего разговора упомянул то, что если бы моими злыми умыслами была бы ваша сдача в руки крылатых мстительниц, то я бы несомненно сразу же явился бы сюда не один, а в их компании, — напомнил им всем доброжелатель об уже им же сказанных словах несколькими минутами ранее, при этом на несколько секунд он несколько напрягся, словно бы этим подозрения всё же его несколько задели, но потом мужчина вновь расслабился и в уже более ироничной и даже презрительной манере бросил: — Потому как не вижу никакого смысла в том, чтобы придумывать такой хитроумный и сложный план, ведь вы и так сейчас особо никакой угрозы не представляете! — Ну, это как посмотреть… — предупредительно произнёс на его небрежное замечание Гантлос, который понял, что незнакомец в курсе насчёт того, что у них в данный момент не было особо много магических сил. Потому он уже привычно хрустнул костяшками пальцев в знак того, чтобы этот волшебник не думал, что, в случае чего, они не смогут ему противостоять. — А насчёт того, не заявятся ли во время вашего пребывания хозяева этой квартиры, то могу с уверенностью сказать, что шанс такого события очень маловероятен, поскольку они уже очень давно эмигрировали в другую страну и даже особо не следят за тем, что происходит с их имуществом, оставленным в России, — спокойно пояснил неизвестный маг в капюшоне, проигнорировав ту весьма явную угрозу в свой адрес от одного из чернокруговцев, а после лишь таким же нейтральным тоном добавив: — Была одна пожилая женщина, которой было поручено контролировать то, кому сдаётся это жильё, но она, увы, по стечению весьма странных обстоятельств, скончалась… Уверяю, это был несчастный случай, не более! — закончил он на весьма неприятной для всех ноте уточнение деталей относительно предлагаемого места проживания, при этом в голосе доброжелателя явно звучала некая фальшь, словно, на самом деле, это именно он был виновен в смерти некой старушки. — Вот оно как, да? То есть, всё это время в Москве находилась, по сути, бесхозная квартира, в которую за много лет так никто и не подселился? — переспросил у него Огрон, у которого закрадывалось всё больше подозрений насчёт того, что им пытался предложить этот странный и таинственный незнакомец, который мало того, что не удостоил их чести представиться, так ко всему прочему рассказывал им сведения о событиях, к которым либо он сам непосредственно мог иметь отношение, либо же все его слова были ничем иным, как одной большой ложью. Потому красноволосый колдун, опровергая, сказал: — Звучит как небылица, уж поверь, я достаточно прожил на Земле, чтобы понимать то, что здесь ничего долго не существует без своего владельца, будь то обычная вещь, какой-нибудь артефакт или же целое помещение! Так что кого ты пытаешься здесь обмануть, земной волшебник? — последние слова он произнёс так, словно буквально выплюнул их с отвращением не только к этой конкретной личности, но и ко всему земному магическому сообществу. — Ну, допустим, я все эти годы проживал в этой квартире, так как сам скрывался, чтобы восстановить свои силы, которые были утеряны мной, как и вами, те семь лет назад, тоже в битве с феями, — достаточно раздражённо ответил мужчина, чьё терпение было уже явно на исходе из-за постоянных подозрений со стороны магов Чёрного круга, потому он даже неосознанно выдал некоторые подробности, которые могли бы натолкнуть его собеседников на выяснение его личности, но он сделал вид, что так оно и было задумано, и лишь сухо уточнил: — Такой ответ вас устроит, охотники на фей? И с чего вы вообще взяли, что я имею хоть какое-то отношение к местной расе магов? — с некой иронией также поинтересовался он, этим вопросом поставив четверых мужчин в ступор, потому как они были уверены в том, что их собеседник является одним из земных колдунов, поскольку он выглядел согласно всем общепринятым нормам и канонам этого колдовского сообщества, а сам доброжелатель тем временем дополнил: — Земля — это достаточно уникальная планета, которая позволяет спрятаться на ней тем, кто не желает быть замеченным в остальной части магической вселенной. Многие в Волшебном Измерении считают этот мир отсталым и посредственным, и всё же некоторые существа способны видеть в нём нечто большее… Например, вы, — со смешком отметил незнакомец, жестом одной руки окинув всех сидевших с ним за столом колдунов, и вкрадчиво пояснил: — Вы ведь тоже когда-то прибыли сюда с определёнными целями, потому как их нельзя было реализовать в родном и разрушенном на тот момент мире, я же прав? — Хм, ну, предположим, что ты сейчас сказал нам правду и действительно желаешь помочь нам в том, чтобы мы смогли обрести здесь временное пристанище, — вдумчиво проговорил лидер Чёрного круга, пропустив при этом мимо своих ушей замечание насчёт их с остальными чернокруговцами прошлого, которое действительно было связано совершенно не с Землёй, при этом лишь в очередной раз отметив то, что неизвестный маг знает о них четверых куда больше, чем сам желает это демонстрировать, и всё же в его сознании по-прежнему витали сильнейшие сомнения, потому он осведомился: — Но, всё-таки, можешь хотя бы объяснить то, зачем лично тебе это всё нужно? С какой целью ты так хочешь нам таким образом посодействовать? — Мои собственные мотивы мне и самому порой кажутся весьма сомнительными и абсурдными, но, скажу так: в моих же личных интересах было бы то, чтобы у вас, уважаемые охотники на фей, всё получилось на этот раз, — загадочно и очень уклончиво отозвался доброжелатель, который явно не хотел раскрывать всех своих истинных причин им помогать, и, чуть помолчав и выдержав паузу, он вновь пытливо спросил, кивая на брошенные им ранее в центр стола ключи: — Так что в итоге скажете? — Знаешь, доброжелатель, такие вещи обычно в одночасье не решаются, я считаю, нам необходимо время, чтобы всё обдумать, — начал издалека Огрон, желавший всё же вывести незнакомца на чистую воду и заставить его разгласить свою личность, потому он всячески и тянул время, чтобы их собеседник начал пробовать новые способы убеждения и тем самым ещё больше себя раскрыл, как он уже сделал, когда ненароком обронил пару слов о битве с какими-то крылатыми волшебницами, и так же растянуто проговорил: — Разумеется, твоё предложение звучит очень и очень привлекательно, но всё же, нам, как минимум, надо посовещаться между собой и взвесить все «за» и «против», так что… — Боюсь, что я уже не смогу при этом присутствовать. Я чувствую, что моё время здесь, на Земле, уже подходит к концу, и я уже должен идти, — весьма отрешённо произнёс волшебник, словно в тот момент почувствовав что-то, что не давало ему возможности здесь больше оставаться, из-за чего он резко встал со стула и, поправив капюшон, завершительно выдал на прощание и вместе с этим вежливо поклонился: — Благодарю вас за приятно проведённую на этой планете последнюю ночь и за вашу компанию, охотники на фей, очень надеюсь, что вы примете верное решение, однако, в любом случае, я был рад вас повстречать и предложить вам свою руку помощи, — сказав это, доброжелатель вскинул голову, и на секунду чернокруговцы смогли разглядеть его лицо, а именно голубые глаза, что были чем-то похожи на цвет глаз их лидера, после чего тот интригующе воскликнул: — Ваша судьба ждёт вас там, и она только в ваших руках! Надеюсь, мы ещё встретимся. — Э-э, погоди, а что нам делать с этим, если мы не захотим там жи… — хотел было спросить у их собеседника Анаган, но стоило ему перевести взгляд с ключей, на которые он указывал пальцем, на то место, где сидел этот таинственный мужчина, так того уже и след простыл, что заставило самого мага изумлённо воскликнуть: — А чё, в смысле, куда он делся?! — Очевидно же, что телепортировался куда-то, но куда, не сообщил, — совершенно безразличным тоном произнёс в ответ на его удивление Гантлос, который, похоже, был даже только рад тому, что этот странный незнакомец испарился в воздухе и наконец оставил их компанию в покое, что он даже саркастично добавил: — А может быть это и вовсе была наша групповая галлюцинация из-за длительного заточения… Да не, бред какой-то, связку ключей я до сих пор ещё наблюдаю. — Противный тип какой-то… И говорит так мерзко, словно он чувствует себя главнее нас! — прокомментировал повадки покинувшего их волшебника Думан, презрительно поморщив нос и предусмотрительно оглядевшись по сторонам в поисках этого человека, на случай если тот вдруг до сих пор их подслушивал. После чего, полностью убедившись в его отсутствии поблизости, он осторожно ткнул рукой в плечо их предводителя и выразил ему свои опасения: — Короче, Огрон, я бы на твоём месте не доверял ему, он слишком уж подозрительный. Нельзя вообще полагаться на помощь от того, кто даже не соизволил своего лица нам открыть! — Хм, да, есть в нём нечто такое… отторгающее, — согласился с ним маг разрушения, который вообще в принципе не терпел чужих людей в своём окружении, а уж когда к ним некто пытался втереться в доверие, он испытывал сильное и непреодолимое желание отправить такую личность одним ударом кулака куда подальше, и всё же мужчина этого не стал делать тогда, потому сейчас он только задумчиво заметил: — И, если тебе интересно, я пробовал не кое-кто раз проникнуть в его мысли, но он очень хорошо блокировал свой разум. Даже слишком хорошо для обычного земного магического обитателя, как будто он и правда был неместный, как и мы, — он чуть помолчал, угрюмо вглядываясь в свою вновь опустевшую кружку пива, после чего всё-таки заключил: — Что же касается его отношения к нашей компании, то такое чувство, словно ему было известно о нас куда больше, чем большинству из тех, кого мы сами знаем. — Да уж, это всё, конечно, странно и непонятно, поскольку никому на Земле не могло быть известно то, откуда мы на самом деле… — с неким сомнением отреагировал на эти слова от своего подчинённого лидер Чёрного круга, совершенно не понимавший того, каким именно образом тот доброжелатель мог вызнать те сведения о них четверых, которые они в принципе никому не разглашали за свою довольно долгую жизнь на этой планете. Потому он лишь почесал подбородок и предположил: — Возможно, мы встречали его до того, как прибыли сюда, правда, я не совсем помню, где именно. Может быть, вы узнали его? Голос там показался знакомым или ещё какие-нибудь детали? — Ну, как тебе сказать… Сложно судить о внешности человека, когда всё, что видно, — это какой-то напяленный балахон на голову и больше ничего! — насмешливо фыркнув, ответил метаморф, который всё время их общения был занят тем, что пристально и внимательно разглядывал черты неизвестного, пытаясь по его внешним особенностям или повадкам понять, кто именно скрывался под капюшоном, однако он лишь несколько скривился и попытался вспомнить все те детали, что он успел запомнить: — Ну, у него чутка было видно его волос, они вроде бы светлые, но не прям чтобы блонд… Хмм, ну он в целом довольно высокий и и вроде стройный был, а голос… — Думан чуть замолк и напряжённо сощурился, словно он усердно пытался припомнить, с чем можно было бы конкретно сравнить звучавший из уст того тембр, но так и не смог подобрать нужных слов, описывающих его, и, скривив уголок рта, небрежно бросил: — Ну, голос как голос, не высокий и не низкий, в целом, приятно звучащий, как будто бы он его специально поставил. А ещё перчатки у него были на руках надеты, словно он какой-то аристократ, хах! — дополнил он свою характеристику этим весьма едким комментарием, высмеивающим такую манеру других людей, после чего маг категорично и риторически вопросил: — Но только что это говорит нам о его личности? Правильно, ничего! — Ну а что касается меня, то я без понятия вообще и других магических существ знаю не больше вашего. Возможно, мне правда показалось, но, кажется, у него ещё были голубые глаза, это так быстро промелькнуло, так что это неточная информация, — вставил свою небольшую деталь Гантлос, будучи не совсем уверен в том, что это было именно так, поскольку под тенью ткани было невозможно хоть что-то нормально и как следует рассмотреть, и он лишь с некой издёвкой поинтересовался: — А ещё он всё время был повёрнут головой только к тебе, Огрон, так что, может быть, это именно вы были с ним когда-то знакомы? Может быть, это какой-то твой родственник, мм? — Не говори ерунды, Гантлос, и не строй теорий. Поверь мне, я тоже его в первый раз видел, — неприязненно поморщившись и скрестив руки у груди, возразил ему Огрон, который и правда совершенно не мог припомнить кого-либо, кто бы мог хотя отдалённо подходить под это описание, такое сочетание очень длинных светлых волос и голубых глаз он видел за свою жизнь лишь пару раз, но первый человек был уже давно мёртв, а второй являлся кронпринцем одной из самых богатых планет Волшебного Измерения и точно не стал бы им помогать, потому ни один, ни другой никак не могли быть этим доброжелателем, потому он лишь сухо изрёк: — Да и такой цвет глаз встречается много у кого. — Эй, ребят, да харэ уже обсуждать этого чудилу, он уже слинял, и мы с ним вряд ли ещё когда-нибудь пересечёмся, я надеюсь! — грубо и бесцеремонно прервал их совместные размышления над тайной личности исчезнувшего собеседника Анаган, которому это всё уже наскучило, и он уже желал переключиться на что-то более интересное для него на тот момент, а именно, на предмет, который был оставлен им этим незнакомым волшебником, потому он ткнул пальцем на лежавшую посреди стола связку ключей и полюбопытствовал: — Лучше, скажите кто-нибудь, чё будем делать с вот этим вот? Он же типа нам ключи от своей хаты оставил, тип, ему вообще плевать на то, что мы с ними будем делать? — Похоже на то, но может хотя бы посмотрим, что это вообще такое и для чего оно, — предложил своим товарищам Думан, потому как ему уже тоже не терпелось разгадать загадку, связанную с оставленным доброжелателем «подарком», для этого он с неподдельным интересом потянулся к нему, чтобы взять, со словами: — Вдруг они и не от квартиры вовсе, и этот «доброжелатель» просто нас надурил и отнял время! — Я бы на твоём месте лучше бы их не трогал руками, Думан, — предусмотрительно предупредил его светловолосый колдун, перехватив его кисть в воздухе, прежде чем его друг успел дотронуться до связки ключей, которая, в целом, выглядела обыденно и внешне не выражала какие-либо магические свойства, и всё же далеко не все зачарованные предметы были визуально отличимы от обычных вещей, потому Гантлос решил лишний раз перестраховаться и уберечь товарища от возможных негативных эффектов его неосмотрительного действия: — Вдруг всё же это какая-нибудь ловушка, и при прикосновении кого-то из нас эти ключи активируют передачу нашего местонахождения… Или же они и вовсе прокляты. — Ага, да, какую-нибудь порчу на понос этот волшебник на них наложил, ха-ха! Или же рука почернеет и отвалится… Хотя, тебе вроде не страшно, ты регенерируешь и вообще, походу, бессмертный, — рассмеялся и язвительно вставил свой комментарий маг скорости, в очередной раз припомнив своему другу тот факт, что он каким-то чудесным образом остался жив, хотя они были уверены, что он умер, после чего он встал со своего места и направился куда-то, лишь сказав: — Ладно, ща чё-нить принесу, чтобы проверить, не зачарована ли эта связка… Остальные чернокруговцы только лишь пожали плечами, потому как каждый из них понимал то, что в целом было бы очень неплохо через что-то, желательно металлическое, поднять этот предмет, чтобы возможный магический эффект сработал именно на том объекте, а не на ком-то из них, потому никто особо не был против этой инициативы со стороны темнокожего мужчины. Такая перестраховка определённо была им необходима, ведь охотники на фей не были уверены в том, что за всеми этими благими намерениями таинственного человека в капюшоне не скрываются личные и весьма корыстные мотивы, которыми он желал навредить им. Всё-таки, за долгое время существования на Земле, их компания успела нажить немало врагов, причём помимо, уже много раз упомянутых, крылатых волшебниц с острова Тир Нан Ог, потому они не могли доверять никому, особенно сейчас, когда их силы были практически на нуле. А будучи без магических сил, они являлись весьма лёгкой добычей для совершенно любого земного волшебного существа, которое даже могло быть ниже их по уровню колдовства, и всё же оно на их фоне в данный момент было сильнее. К счастью, Анаган не заставил себя долго ждать, так как он весьма оперативно смотался до барной стойки и выпросил у бармена вилку, чтобы с помощью неё подцепить связку ключей и проверить её на наличие чужих чар, попутно возвращаясь к своим товарищам, он, правда, ненароком наступил на пальцы одного из всё ещё валяющихся в полном отрубе байкеров, но проигнорировал этот факт и лишь воскликнул: — Опа-па, вуаля, смотрите, чё нашёл! Пойдёт? — Хм, вполне… — одобрительно отозвался маг разрушения, впервые за долгое время без всякой тени насмешки оценив его старания должным образом, но, всё-таки, он был бы не он, если бы не отпустил очередную остроумную шутку в адрес специфики магии своего товарища, потому мужчина саркастично прибавил: — Иногда я искренне удивляюсь тому, зачем тебе вообще магия скорости, ты и без неё двигаешься реактивно! — Как там наш босс однажды сказал: «Не бывает предела совершенству»! Я ведь прав? Ты же вроде это когда-то спизданул? — попытался подколоть Огрона маг скорости, но тот в ответ лишь посмотрел на него взглядом, полным унижения и искреннего пренебрежения, что заставило его самого сделаться чуть посерьёзнее и пробормотать: — Окей, понял, сейчас попробую поднять эти ключи… — сказав это, колдун начал пробовать поддеть вилкой кольцо, на котором висела вся связка, и, спустя несколько неудачных попыток это сделать, он всё же приподнял ключи в воздух и, подождав несколько секунд в ожидании действия какого-либо заклинания, торжественно провозгласил: — Ура, поздравляю нас, никто сегодня не просидит в сортире до вечера, всё чисто, ни проклятий, ни передатчика местоположения! — Что ж, в таком случае, я, пожалуй, всё же осмотрю их поближе, — произнёс их лидер, чей голос прозвучал сильно удовлетворённым от того факта, что незнакомец не оставил им никакой подлянки на этом этапе, после чего он уверенно протянул руку и снял предмет с вилки, и, немного повертев ключи, задумчиво вынес свой вердикт: — Хм, на вид они выглядят как обычные ключи от чьего-то дома, даже не знаю, в чём может быть подвох… — Эй, ребят, а это всегда тут было? Я вот что-то не припомню, что оно тут раньше было, — вдруг спросил у них всех метаморф, который из любопытства решил взглянуть на стул, где ещё недавно сидел их загадочный доброжелатель, и нечто на нём явно привлекло его внимание, оттого он извернулся и поднял оттуда нечто вроде полупрозрачного планшета, на котором был изображён какой-то маршрут, при виде этого необычного приспособления у себя в руках Думан предположил: — Похоже на какую-то карту или что-то типа того. — Дай-ка сюда! Хех, походу этот земной… ну, или не очень земной маг на прощание ещё и «родил» нам какие-то координаты, интересненько, — выпалил Анаган и одновременно с этим буквально вырвал эту вещь у своего товарища из рук, тем самым заставив его недовольно прорычать, но он сделал вид, что этого не заметил, и начал с интересом разглядывать полученный предмет, словно он был экспертом в чём-либо подобном и знал, как именно оно должно функционировать, однако ничего дельного маг сказать так и не смог, а только лишь высказал некоторые свои идеи: — Только вот, ничего не понятно… Но, если рассуждать логически, то эта карта должна будет активироваться, если совместить её с этой связкой ключей, и тогда она покажет нам путь до этой хаты. — Это ты только что придумал или же так оно и есть? — язвительно и, скривив губы, поинтересовался у своего подчинённого Огрон, который воспринял это предположение с большой долей иронии, и всё же он решил принять эту догадку, поскольку других всё равно высказано не было, потому он попросил мужчину передать карту ему со словами: — Ладно, попробовать, в любом случае стоит, позволь мне, — получив в руки этот полуголографический маршрут, красноволосый колдун попробовал последовать совету товарища и приложил связку ключей к поверхности планшета, совершенно не ожидая никакого результата, однако, к его удивлению, в следующий же момент на карте высветилась определённая траектория, которая, вероятнее всего, указывала им путь до какого-то дома, из-за чего мужчина даже не сдержался от одобрительного комментария: — Хм, а ты умеешь работать головой хоть иногда, Анаган, за это можно даже похвалить! — Ещё б, епт, обижаешь! — гордо вскинув голову, хмыкнул темнокожий мужчина, почувствовав на какое-то время сильное превосходство над остальными чернокруговцами, потому что их главарь выделил именно его, что случалось крайне редко, потому он не удержался от того, чтобы едко добавить: — Я ваще-то буду умнее некоторых тут сидящих, мне просто лень иногда бывает показывать свою гениальность, а так, обращайтесь! — Ну-ну… — усмехнулся Гантлос и покачал головой в знак несогласия с этим утверждением, тем самым вызвав у своего расхвалившегося товарища гнев на его лице и заставив того насупиться, чем он вызвал у самого мага разрушения только ещё один смешок, но чтобы не развязывать очередной скандал между ними, он поспешил перевести тему в нужное русло и весьма требовательно спросил: — Так и что думаешь насчёт всего этого, Огрон? — Да чё тут думать-то, пусть всё это и выглядит так круто, тип, крутая магическая карта, ключи и обещания о тихом жилье, но, скажу вам по чесноку, по мне, это какая-то лажа! — не дав лидеру охотников на фей даже и рта раскрыть, начал высказывать своё собственное мнение Анаган, у которого, судя по всему, уже накопилось много мыслей по этому поводу, которые грозились вылиться в очередной его неконтролируемый словесный поток, что, собственно, и получилось в итоге, потому как дальше он залпом проговорил: — Тип, если этот волшебник так наивно думает, что мы настолько отчаялись, что готовы пойти на любые риски и принять какие-угодно подачки со стороны незнакомых нам людей, то он глубоко заблуждается! Я так и вижу, что мы туда придём, а там нас уже будет ждать десяток фей-мстительниц, а то и больше, у которых будут наточенные пики и приказ о нашей незамедлительной ликвидации. Поэтому, всё, что я хочу сказать, так это, ну нафиг это всё, найдём другой вариант пристанища здесь или где-либо ещё! — заключил маг скорости, при этом опустошив залпом остатки пива в своей кружке и громко стукнув ей по столу в знак своего категоричного и неизменного мнения относительно предложения доброжелателя. — Твоё мнение тут вообще-то никто не спрашивал сейчас, Анаган, но раз уж ты начал, то тогда уж и я выскажу свою точку зрения, — осуждающе прошипел на его поток слов и убеждений Думан, всё ещё сердящийся на своего друга за то, что он вырвал карту у него из рук, потому он решился воспользоваться случаем и ещё раз попытался убедить Огрона практически в том же, что и его товарищ, только с применением своих аргументов: — Да, пускай там даже никакого наеба со стороны этого мага и нет, и всё же лично я не хочу находиться в этом городе! Эта Москва — просто вонючая свалка, полная мусора, промзон и кучи дымящих тачек, которые не вызывают никакой симпатии, а лишь непреодолимое желание поскорей убираться отсюда! Ко всему прочему, похоже, что этот город кишит подобными ублюдками, если они нам повстречались даже в первые часы нахождения здесь, — добавил метаморф, указав на лежащих на полу представителей байкерского сообщества, при этом фыркнув с омерзением, словно он их даже за людей не считал, после чего он продолжил: — Ну и у меня есть свои личные причины не хотеть здесь проживать, я думаю, Огрон, тебе это должно быть предельно понятно! Наверняка же у тебя есть хоть какие-то альтернативные идеи, ты ведь сказал же тому волшебнику, что мысли насчёт нашего перемещения по планете у тебя есть, так что, не вижу никакой проблемы сейчас просто проигнорить всё это, оставить на столе и смыться, — предложил он под конец своей не менее пламенной и эмоциональной речи, в большей мере высказывая своё личное нежелание находиться в этом городе, чем общие причины для них последовать его словам. — Да уж, вы оба, конечно же, имеете полное право так думать. Да и я сам не могу с вами не согласиться, это место действительно далеко не самое лучшее для нас… — ответил частичной солидарностью на аргументы обоих Гантлос, который испытывал внутри себя сильно противоречивые чувства относительно того, как им лучше поступить, потому постарался выдать наиболее нейтральное мнение относительно всей сложившейся ситуации, и неторопливо высказал: — Конечно, это весьма глупо доверять тому, кого мы видим все в первый раз в жизни, да даже будь он нашим знакомым, я бы всё равно не стал идти у него на поводу, ведь за эти семь лет на Земле многое могло уже измениться, и каждый друг может стать врагом, — светловолосый мужчина немного помедлил, тщательно обдумывая свои слова, поскольку он совершенно не хотел вызвать ими ещё больший диссонанс в голове у их лидера по поводу принятия решения, а после добавил: — И всё-таки, нельзя сказать и то, что нам есть куда ещё податься, я знаю, Огрон, о каких альтернативах ты мог подумать, но все эти места находятся в достаточном отдалении отсюда, и путь до них может занять несколько дней… И, если честно, то я не очень уверен, что мы сходу сможем преодолеть такое большое расстояние, не используя при этом магию, — колдун с грустью вздохнул, тем самым признавая то, что они находятся в весьма затруднительном и даже отчаянном положении, но всё же это было весьма объективно, ведь они сейчас действительно чувствовали себя именно так — беспомощно и неопределённо, потому он завершил свой монолог словами: — В любом случае, как я уже много раз убедился, от наших слов в Чёрном круге мало что зависит, потому решение только за тобой, Огрон. Так что ты считаешь наиболее лучшим вариантом для нас? — Хмм, честно, не знаю даже, что и сказать… Так сходу решить это невозможно, мне необходимо обдумать всё, — напряжённо произнёс Огрон, внимательно выслушав всех своих трёх подчинённых и приняв их точки зрения, даже вопреки тому, что сами чернокруговцы были убеждены в том, что от их мнения ничего не зависит. Сам же лидер охотников на фей, сказав это, откинулся на спинку стула, и, скрестив руки на груди и нахмурившись, погрузился в размышления относительно того, как лучше всего им действовать дальше: отказаться от возможности обрести временное убежище и направиться идти куда-то дальше или же принять помощь от таинственного доброжелателя, рискуя при этом быть обманутыми. На первый взгляд, всё было довольно очевидно, куда логичней и безопасней было бы просто сделать вид, что никакого предложения о безвозмездном жилье и вовсе не было, а все они четверо просто направятся куда-нибудь подальше и найдут себе иное пристанище, как этого желали большинство магов Чёрного круга. Однако, в таком случае возникала дилемма насчёт того, а куда именно им можно было податься, если оставаться в Москве они не были намерены, ведь, за прошедшие годы на Земле, скорее всего, многое изменилось, и те места, в которых их компания раньше могла обитать, могли быть уже давно стёрты с поверхности этой планеты или же заселены кем-либо другим. Единственной альтернативой Огрон видел лишь одно место, а именно, замок одного некогда очень знатного магического рода, который не без их участия опустел, и все те годы, что в этом мире отсутствовало волшебство, они обитали именно там, но не было никаких гарантий, что это строение кто-нибудь не присвоил себе, или же оно находилось под бдительной охраной фей, а возможно, и вовсе было уничтожено. Да и Гантлос был отчасти прав — преодолевать такой путь им вчетвером будет крайне трудно без использования их магических сил, ведь в таком случае им предстояло пересечь не одну государственную границу без наличия необходимых для этого человеческих документов. Да и за время общения с тем странным магом у красноволосого колдуна закрались определённые сомнения насчёт того, откуда тот имел так много сведений о нём и других охотниках на фей, ведь некоторую информацию могли знать только лишь они… Или же какие-то высшие силы. Насчёт этого у Огрона было своё мнение, но высказывать его своим подчинённым он не собирался, потому как был в курсе, что они думали насчёт того, когда он говорил о судьбе и роковом предзнаменовании их «благого дела», считая это лишь выдумкой самого мужчины. При этом он был убеждён в том, что именно благодаря Судьбе он некогда обрёл свои силы, власть, могущество и то самое кольцо, которое стало для них всех источником магической энергии, потому, когда незнакомец, перед тем как исчезнуть, намекнул на то, что от решения принять его помощь или нет, зависит их дальнейшее будущее, лидер Чёрного круга серьёзно задумался, не являлся ли этот человек очередным посланником самой Судьбы. Ко всему прочему доброжелатель как-то странно намекнул на нечто, что ждало его в этой Москве, и это отзывалось в мужчине давним и не до конца исполненным обещанием, которое он дал много лет назад, будучи ещё совсем юным и жаждущим возможности возмездия за всю ту боль прошлого, которую он пережил. Тогда, когда Огрон в первый раз прибыл в этот город, то постарался выполнить в полной мере свой долг за данный ему второй шанс на жизнь, но тем не менее, ввиду некоторых обстоятельств, ему не удалось завершить это дело, которое, как и сейчас, подразумевало собой обязательство выполнить поручение за оказанную наперёд услугу или же, как это обозвал сам доброжелатель, «принцип бумеранга». «Что ж, если это всё же не происки земных фей, а действительно то, о чём я думаю… — проговорил про себя лидер Чёрного круга. — А именно новый способ Фатум связаться со мной и дать нам всем ещё один, финальный, шанс на то, чтобы осуществить задуманное… Ради того, чтобы всё же дать ей то, что она тогда так желала получить, то я готов рискнуть ещё раз». Если во всех этих событиях, начиная от их чудесного освобождения из заточения в Измерении Омега и заканчивая встречей с загадочным незнакомцем в этом баре, который предложил им жильё лишь за обещание о взаимной помощи в будущем, был замешан замысел коварной и очень хитрой Судьбы, то мужчина был готов пойти на принятие весьма сомнительных решений ради того, чтобы вернуть себе всё, что он потерял семь лет назад. И, пускай, Москва уже подарила ему массу неприятных воспоминаний, которые красноволосый маг всеми силами бы хотел забыть, а также множество горечи, сожалений и, возможно, разрушенных жизней пары человек, он всё же хотел всё исправить и закончить начатое дело, и это касалось не только охоты на фей, но и обещания, данного им множество лет назад. При этом Огрон прекрасно понимал, что, возможно, его решение остаться здесь вызовет лишь бурю негодования и возражений со стороны других чернокруговцев, он сам всё-таки ставил свои «высшие цели» куда выше мнения собственных подчинённых, потому ответ на поставленный вопрос не заставил себя ждать. Потому лидер охотников на фей решительно поднялся на ноги для того, чтобы звучать более властно и убедительно, и, сделав перед этим несколько обречённое выражение лица, с некой тревогой произнёс, сообщая остальным о принятом решении повестись на предложение доброжелателя: — Господа, я тщательно обдумал всё, взвесил все риски и преимущества, и в результате этого принял наиболее рациональное и взвешенное решение. Боюсь, что выбора у нас особо нет… Мы должны принять эту помощь, ведь от этого действительно может зависеть судьба Чёрного круга!
