Черный круг. Судьба Пятой

— Напомните мне хоть раз кто-нибудь, почему мы вообще, чёрт возьми, согласились на это?! — вот уже в который раз за последние пару часов вопросил Анаган у остальных своих товарищей относительно того, почему они всё же приняли то самое предложение от совершенно незнакомого для них мага и теперь направлялись по тем координатам, что были указаны на интерактивной магической карте, оставленной вместе с ключами от жилья тем самым странным «доброжелателем». К тому моменту, как четверо магов Чёрного круга покинули бар под названием «Night Train» и выдвинулись по направлению к своему новому убежищу в этом месте, в Москве уже постепенно начало светать. Солнце стремительно поднималось над их головами с востока и с каждой минутой освещало собой всё больше и больше площади этого огромного города, отчего тот начинал пробуждаться. Сперва на улице запели птицы, потом на том самом шоссе замелькали разноцветные машины и другие транспортные средства, а затем и местные люди стали всё чаще встречаться мужчинам на их пути, многие из которых спешили по своим делам — на работу или же на учёбу. Всё происходящее вокруг задавало этому мегаполису особый торопливый и, даже в каком-то плане, бешеный ритм: казалось бы, ничего не осталось от того ночного умиротворения и тишины, что царили на его улицах, когда колдуны только здесь появились, и на смену им пришёл оживлённый гул и ускоренный темп, словно время в Москве в одночасье ускорилось в полтора, а то и в два раза. Всё вокруг теперь выглядело таким стремительным и хаотичным, что во всём этом безумии можно было запросто заблудиться и, самим того не подозревая, стать частью этой бегущей куда-то человеческой толпы. И всё же у чернокруговцев была определённая чёткая цель, которой они придерживались и, тем самым, оставались в стороне от всего окружающего их безумия. В то время пока все люди двигались в центр города, создавая давки на автобусных остановках, а также возле входов в метро, или же встревая в многокилометровые автомобильные пробки на дорогах, где, очевидно, находилась большая часть их рабочих офисов или же учебных заведений, маги шли в абсолютно противоположном направлении, оказываясь всё ближе и ближе к, так называемым, спальным районам этого города. Дело в том, что именно там стояла конечная точка на волшебной карте, куда они должны были прийти, а именно, она указывала на один из множества многоквартирных домов, в одном из которых, со слов неизвестного им колдуна, и находилось то самое жильё, у которого не было хозяев. А вернее, те конечно же были, однако им, судя по всему, не было совершенно никакого дела до оставленного ими в России имущества, что, конечно, было самим мужчинам только на руку, ведь это означало, что внезапных и столь нежеланных для них встреч с владельцами этой квартиры во время их нахождения там можно было вполне избежать. И всё же это невероятно заманчивое предложение до сих пор казалось им уж слишком подозрительно хорошим и даже идеальным, что больше походило на ловушку или же чей-либо злой розыгрыш, но никак на бескорыстный жест со стороны одного из земных магических обитателей. За долгие годы, проведённые на этой планете, чернокруговцы уже не раз убеждались в том, что коренным жителям Земли явно не стоит доверять, поскольку те в принципе всегда недоверчиво относились к чужакам с других планет, упрямо веря лишь в то, что жители Волшебного Измерения несут в их отдалённый мир лишь тьму и сплошной вред. А особо сильную неприязнь эти представители тайного земного колдовского сообщества испытывали как раз к этой четвёрке сильных и крайне опасных магов, которые в своё время смогли заполучить абсолютную власть над всеми энергетическими ресурсами этой планеты, потому рассчитывать на их милость и искреннее желание помочь уж точно не приходилось. И всё же, в тот момент, как посчитал их красноволосый лидер, у них другого выхода, кроме как поверить встреченному ими в баре доброжелателю на слово, не было, собственно поэтому они в тот момент и шли туда, куда тот им указал на своей карте, надеясь на то, что это решение не было ещё одной большой ошибкой для них… — О, духи вселенной, я уже устал объяснять тебе… — обречённо вздыхая, раздражённо прорычал Огрон, вместо того, чтобы в очередной раз истолковывать причины, почему они в текущий момент направлялись по тем данным им координатам, потому он следом не сдержался и гневно полюбопытствовал: — А что, у тебя есть какая-то альтернатива этому решению? Давай тогда, предложи нам хоть что-нибудь, если тебя так этот вариант не устраивает! — потребовал лидер Чёрного круга у одного из своих подчинённых, который вёл себя, впрочем как всегда, наиболее дерзко и агрессивно, чем остальные, хоть эта идея идти в неизвестное место не была никому из них особо по душе. — И с чего это я должен тут что-то предлагать?! — возмущённо воскликнул в ответ маг скорости, чьи нервы были уже снова на пределе, отчего он и вёл себя столь эмоционально и даже резко предъявил вместо ответа тому: — Ты же вроде пока ещё наш лидер, если конечно тебе не надоело наконец корчить из себя тут главного! — Вот я решил, что так будет лучше для всего Чёрного круга, — железным тоном парировал его бесцеремонное замечание красноволосый колдун, лишь дёрнув уголком губ и неприязненно сморщив нос от презрения к подобному поведению, после чего он тут же вновь стал хладнокровен и с некой издёвкой заметил: — Но если тебя это подобное временное пристанище для нас не устраивает, то всегда есть иной путь, его никто не отменял, — произнеся это, мужчина кивнул на один из люков на асфальте, мимо которых они вчетвером проходили в тот момент, и с коварной усмешкой предложил: — Кажется, в Москве тоже есть канализация, что скажешь на это? — Фу, блять! — с истинным отвращением выплюнул на это Анаган, который сделал жест, словно его вот-вот стошнит, и далее категорично заявил: — Нет, я больше туда в жизни не вернусь! — Ну вот и прикрой тогда свой рот, иначе мне придётся снова сделать это за тебя, — грозно пригрозил ему Огрон, смерив своего подчинённого пристальным ледяным взглядом и тут же отвернувшись от него, потому как он вновь переключился на внимательное изучение карты, что маг держал в своих руках, которая показывала на себе не только конечную точку, но и примерный маршрут до неё, словно какой-то волшебный навигатор. — Ага, то есть, на это тебе не жалко остатки нашей магии тратить, а ещё один портал до нормального места ты создать боишься, потому что энергии Чёрного круга не хватит, а ещё нас могут запалить феи?! — всё никак не мог уняться темнокожий мужчина, даже после предупредительного замечания от их лидера, отчего его буквально распирало на всякие грубости и колкости, и он решительно высказался по поводу их конспирации: — Пххх, да если б крылатые хотели нас найти, то они бы это уже давно сделали ещё при первом перемещении нас сюда, на Землю! — А ты так в этом уверен? — осведомился у того до этого молчавший всю дорогу Гантлос, который, видимо, уже устал терпеть и выслушивать весь этот словесный понос своего товарища, поэтому попытался его успокоить, похлопав по плечу, со словами: — Знаешь, может мне тоже и не очень нравится вся эта идея с проживанием здесь, но рисковать сейчас явно не стоит, у нас точно не хватит сил на то, чтобы отбиться в случае чего. — Ну, на Омеге нашего колдовства хватило, причём сполна, и даже на весь этот ваш с Огроном показательный выпендрёж! — отозвался Анаган, неприязненно одёрнувшись в сторону, подальше от тяжёлой руки мага разрушения, которой тот мог хлопать не только легонько, как сейчас, но и весьма ощутимо, о чём тот и напомнил ему, при этом также вопросив: — Так что, с чего это вдруг энергии стало недостаточно, чтобы раздать феям, как следует, при встрече с ними? — Хм, ну, как бы тебе сказать… Начнём с того, что ледяные змеи-стражи и земные феи довольно существенно различаются по силе! — усмехнулся на подобное светловолосый колдун, покачав головой, будучи явно несогласным с тем, что они в текущей ситуации были полностью готовы к тому, чтобы вступить в бой со своими заклятыми врагами, потому он следом тут же пояснил: — И потом… эти фейки наверняка за прошедшие семь лет нарастили свою мощь и влияние здесь. Поэтому, лично мне бы не очень хотелось встречаться с ними в ближайшее время… Да и тебе, думаю, тоже, — предположил Гантлос, на что маг скорости пробурчал что-то невнятное в ответ, но явно относящееся к тому, что он не видел проблемы в том, чтобы использовать их силы без боязни оказаться обнаруженными. — Ой, чего ты с ним рассусоливаешься, Гант? Забей, он же просто тупой и упёртый! — совершенно бесцеремонно встрял в их разговор Думан, который, очевидно, не выдержав упёртости их общего приятеля, решил тем самым оборвать в этот раз их ссору на корню, лишь буркнув вдобавок: — Впрочем, как и всегда… — Зато ты, смотрю, тут у нас самый умный, Думан! — съязвил в ответ Анаган, скорчив при этом неприязненную гримасу, после чего он хмуро зыркнул на метаморфа, поравнявшегося с ними, и сердито поцедил сквозь зубы, крепко сжав ладони в кулаки: — Знаешь, мы бы обошлись тут и без комментариев от внезапно ожившего, но всё так же бесполезного, звена в нашей команде. — Бесполезного? Это ты про себя, да? — поддразнил друга тот, хитро оскалившись и ткнув в него указательным пальцем, на что получил ещё более яростный взгляд, звучавший как своеобразное предупреждение о том, что ещё одна издёвка и один из кулаков полетит Думану прямо в лицо, отчего тот поспешил его успокоить: — Кхм, да ладно тебе, я ж шучу! Давай откровенно, здесь никому не нравится эта идея, я сам не в восторге лишь от одной мысли, что нам придётся задержаться здесь на какое-то время… — уже более миролюбивым тоном проговорил он, приобняв мага скорости за плечи, вопреки всем сопротивлениям со стороны того и иронично усмехнувшись: — Хах, уверен, что даже самому Огрону это не по душе — вернуться в тот город, где было совершено столь ужасное деяние. Однако, он прав, иного варианта у нас пока нет. — Спасибо конечно большое, но, кажется, я уже неоднократно просил тебя не упоминать это! — довольно бурно отреагировал сам Огрон на подобное полусогласие-полуукор со стороны своего подчинённого, что аж остановился на миг и обернулся к троим чернокруговцам с лицом, преисполненным негодования, после чего разъярённо громко поинтересовался: — Сколько раз я должен ещё это повторить, чтобы ты наконец перестал поднимать эту тему?! — Действительно, Дум, харэ пытаться надавить нашему боссу на его совесть, он её уже давно земному дьяволу продал за наше шипастое волшебное колечко! — саркастично поддакнул своему лидеру Анаган, тем самым таким образом тоже бросив завуалированное оскорбление в его адрес, но затем он решил не распалять и без того озлобленного красноволосого колдуна и переключился на метаморфа, гадко полюбопытствовав у того: — И чего это вдруг тебя так волнует та ситуация? Соскучился по своему покойному дядюшке? Жалеешь, что не встретился с ним на том свете? — Отвянь! — тут же уязвлённо отреагировал на подобные расспросы тот, издав звериный рык в знак того, что ему эта тема тоже отнюдь не приятна, а скорее, наоборот, приносила ровно столько же негативных воспоминаний, сколько и Огрону, потому он только сухо изрёк: — Я скучаю по нему не больше, чем он по мне все те годы, что я провёл в приюте. То есть, нисколько, — заключил метаморф, который почему-то едва заметно погрустнел от собственных слов, словно, даже несмотря на прошедшую пару десятилетий, минувших с тех пор, как они покинули Магикс, ему всё равно было обидно от высказанного им факта. — Ой да ну, ладно тебе прикидываться! Иначе бы ты с ним не встречался, как ты сам нам недавно об этом рассказал, — напомнил ему маг скорости о недавнем откровении, что их товарищ когда-то давно посещал Москву с целью навестить некоего своего родственника, которого, по определённому стечению обстоятельств, уже не было в живых, на что тот с притворной грустью произнёс: — Жалко конечно старичка волшебника, но что поделать. Хех, но зато, кто знает, вдруг он всё же оставил после себя тебе ещё каких-нибудь родственничков. Как раз такой шанс, раз уж нам суждено пожить в Москве, может поищешь? — предложил Анаган, на что Думан невольно вздрогнул и, ощерившись, смерил того уничтожающим взглядом, которым потребовал больше никогда не советовать ему подобное, и в знак протеста на слова товарища едко прошипел: — Вот ещё чего! Не горю желанием иметь чего-то общего с кем-либо из рода Ле… — Может быть уже хватит попусту трепать языками?! — резко оборвал их диалог Огрон, даже не дав метаморфу закончить свою фразу, то ли от того, что ему было крайне неприятно выслушивать подобное, ведь это напоминало ему об определённых событиях, которые тот желал забыть, то ли по той причине, что ему была нужна помощь своих подчинённых, потому как следом он требовательно попросил: — И кто-нибудь из вас троих может сообразить, куда нам дальше идти? — Так это вопрос не к нам, а только к самому себе, — пожав плечами, откликнулся на это маг скорости, которому подобное обращение показалось не более чем желанием их лидера привлечь к себе внимание и перевести тему, отчего он вдобавок хмыкнул: — Карта же у тебя! — Я прекрасно в курсе этого, Анаган, — железным тоном отреагировал на данное замечание красноволосый маг, горделиво вскинув вверх голову и бросив пронзительный взгляд на того, но после он вновь сменил свой гнев на милость и заговорил более спокойным голосом, пояснив: — Но дело в том, что нам вновь надо перейти на ту сторону этой дороги, а сделать это сейчас как в тот раз невозможно — на этом шоссе слишком много машин. — Так в чём проблема, давайте перелетим, в конце концов! — едва не прыснув со смеху от подобного, предложил им Анаган, всё ещё искренне не понимавший сути такого скрытного поведения, а возможно и попросту вновь забывший про то, что для их компании в данный момент было нежелательно использовать какое-либо колдовство, из-за чего он презрительно фыркнул: — А то что мы как простые земные людишки, в самом деле, ха-ха! — Ты сам додумаешься или же тебе опять напомнить, почему мы не можем здесь использовать сейчас нашу магию? — спокойно и в то же время достаточно жёстко осведомился у него Гантлос, который нахмурился от подобного нежелания их товарища принять их текущее, не самое лучшее, положение на этой планете, и лишь шумно выпустил воздух из лёгких вместо того, чтобы ещё раз разжёвывать тому очевидное. — Да что?! — воскликнул в ответ на подобную реакцию темнокожий мужчина, упрямо стоя на своём. Он не желал принимать их всеобщее бессилие, так как был уверен: если им удалось сбежать из Измерения Омега, то и с каким-либо отрядом фей они без особого труда справятся. Опасности в мимолётном применении их сил он также не видел, потому вопросил: — Что такого случится от того, если мы всего на пару секунд воспользуемся аурой для левитации туда? Это же не лететь на другой континент! — Однако феям и этого будет вполне достаточно! — решительно отрезал Огрон, который всегда оставался верен собственным убеждениям и не хотел даже выслушивать иные точки зрения, если сам уже посчитал что-то единственно правильным действием с их стороны. Тем не менее, он в который раз попытался аргументировать свою позицию: — Для того чтобы засечь чужой магический след, не важна длительность колдовства, а лишь сам факт его совершения, даже самый мимолётный. — А ты у нас, значит, теперь фей начал бояться? Не смеши меня! — дерзко отозвался Анаган, приблизившись вплотную к их лидеру и с искренней неприязнью уставившись на того. В ответ он получил такой же презрительный взгляд, однако это его не остановило от последующего едкого комментария: — И да, кстати, позволю себе опять напомнить: тебя это не особо волновало, когда ты решил закрыть мне рот своими погаными чарами немоты! — Знаешь, ради такого и я не поскуплюсь своими силами, чтобы повторить это заклинание и наконец-то вновь насладиться тишиной! — отреагировал на эту претензию маг разрушения, который парой движений своими широкими и мускулистыми плечами разнял двоих мужчин, готовых буквально убить друг друга глазами прямо на месте. Обращаясь к темнокожему колдуну, он с усмешкой добавил: — Пусть это даже будет стоить нам раскрытия перед нашими крылатыми знакомыми. — Ну так давай, чего же ты стоишь? Действуй! — мгновенно взвился Анаган, задетый данным вмешательством и замечанием в свой адрес со стороны Гантлоса, чьей неизменной и крайне сильно раздражавшей его чертой было неуёмное желание защищать мнение Огрона перед остальными, даже если тот был конкретно неправ. Язвительно он спросил: — Или же боишься, что твой любимый лидер тебя за это не похвалит? — Довольно! Хватит уже собачиться! — тут же оборвал их вновь разгорающийся спор лидер Чёрного круга своим поставленным командирским голосом, которому, вероятно, уже надоело выслушивать постоянные ругательства и нескончаемые придирки от каждого из двоих своих подчинённых. После чего он подошёл к магу скорости и хладнокровно изрёк: — И да, никого я не боюсь. Просто не хочу раскрывать наше присутствие на Земле… Раньше времени. — Кхм, если кому ещё интересно, то местные, похоже, переходят на ту сторону дороги через вон ту дыру в земле, — как бы невзначай переводя тему, произнёс Думан, не желавший принимать никакого участия во всей этой ругани. Всё это время он просто стоял в отдалении от них и внимательно наблюдал за местными жителями. На своё изречение он словил недоумевающие взгляды от своих товарищей и потому поспешил разъяснить: — Что? Пока вы препирались, я просто проследил, вон, смотрите! Так, сейчас вон та блондинка зайдёт туда и через пару минут выйдет уже вон там, — предположил метаморф, при этом кивнув на прошедшую мимо них девушку с длинными светлыми волосами, которая торопливо направилась прямиком в тот проход со ступеньками, ведущими куда-то вниз. Чуть подождав, мужчины заметили её же выходящей из аналогичного проёма в асфальте уже по ту сторону дороги, на что их друг победно отметил: — Ага, что я и говорил! — Хм, похоже, что там под этим шоссе проложен некий тоннель, чтобы люди могли переходить с одной стороны на другую… Занятно, — протянул на это Огрон, убедившись в том, что такой путь является наиболее оптимальным способом для них попасть туда, куда им указывала магическая карта. Он уверенно направился к тому спуску под землю, лишь бросив остальным через плечо: — Ладно, пошли. Чернокруговцы лишь бегло переглянулись, а далее молча и без особых возражений последовали за своим лидером. Иного варианта перехода на ту сторону по сути не было, ведь перебегать дорогу напрямую, как в прошлый раз, не представлялось возможным: по ней ежесекундно проезжало множество машин, и был весьма велик риск попасть под одну из них. Рисковать никому из колдунов особо не хотелось, и все они решили перебраться на противоположный тротуар цивилизованным способом, спустившись в странный подземный тоннель, что был освещён лишь парой тусклых ламп, висевших на стенах. Из-за этого создавалось ощущение, будто они попали не в проход на ту сторону, а в некое подземелье. И тем не менее, по этому переходу то и дело проходили люди, для которых этот метод пересечения дороги ощущался вполне обыденным. Мужчины без особых смятений двинулись вперёд по этому странному длинному помещению, несмотря на неприятный запах сырости и царивший полумрак. Вскоре вдали завиднелся свет другого выхода на поверхность, что заставило магов ускорить шаг, чтобы наконец выбраться из этого мерзкого и странного места, в котором, ко всему прочему, ощущалось сильное эхо буквально от каждого звука — будь то чей-либо кашель или же просто топот их собственных шагов. Помимо всей этой крайне неприятной обстановки, что наполняла весь тоннель, вдоль его стен располагались какие-то странные земляне. Некоторые из них стояли и держали в руках различные цветы, украшения и иные предметы, вероятнее всего, для продажи, другие же просто сидели на грязном полу в ожидании, что им хоть кто-нибудь пожертвует денег. Вся эта картина была крайне неприятна для каждого чернокруговца, поскольку никто из них не испытывал ни малейшей капли сострадания к подобным личностям, а скорее сильнейшее отвращение. На то у них были свои личные соображения, а также подобное вызывало у них весьма болезненные воспоминания о том, что когда-то давно, во времена их детства и юношества, и их родной мир был наполнен таким обнищавшим народом. Причиной тому была Великая магическая война против армии тьмы, что буквально разорила большую часть планет в Волшебном Измерении, и в том числе Магикс, после которой все эти миры ещё целый десяток лет восстанавливались, а её последствия несомненно сказались на поколениях, выросших во времена разрухи и нищеты. К их всеобщему счастью, до выхода из этого пренеприятного подземного перехода под шоссе оставалась лишь пара десятков метров. Все подчинённые Огрона, ещё ускорившись, устремились на свет и уже начали подниматься к ступенькам на поверхность, однако сам же лидер Чёрного круга притормозил и с каким-то непонятно напряжённым выражением лица уставился на одних из тех, кто выпрашивал денег. Объектами его внимания стали рыжеволосая женщина в платке и её маленькая дочь, которые выглядели крайне изнеможёнными и грязными. Сперва мужчине стало мерзко от подобного зрелища, но затем девочка подняла на него свои огромные голубые, словно цвет ясного летнего неба, глаза. У него на секунду промелькнул некий до боли знакомый образ. Но затем Огрон помотал головой, прогоняя эти навязчивые воспоминания, и, покопавшись в нагрудном кармане куртки, нашёл помятую долларовую купюру, лежавшую там ещё со времён их пребывания в Гардении. Далее он протянул её матери ребёнка, сухо бросив, чтобы та накормила его, а после поспешил тоже поскорее покинуть тоннель и выйти на поверхность, чтобы догнать остальных чернокруговцев. — Эй, ты чего там завис? — решился узнать у того Гантлос, которому подобное поведение их главаря показалось странным. Тот крайне не любил находиться в подобных грязных местах, особенно рядом с беднейшими представителями земного общества, а тут внезапно решил задержаться в этом переходе. Оттого он недоверчиво осведомился: — Неужто тебе было так приятно там находиться? — Да нет, просто… Просто я решил ещё раз внимательно посмотреть карту, — отрицательно покачав головой, ответил красноволосый маг, решив не раскрывать истинную причину своего отставания от остального Чёрного круга. В знак утверждения своих слов он решительно проговорил: — Кстати, нам сейчас налево и вдоль этой улицы до самого её конца. Давайте побыстрее, а то мы и так уже потеряли кучу времени из-за всякой ерунды! — поморщившись, прикрикнул он на своих подчинённых, что то и дело тормозили для того, чтобы выяснить отношения в их команде, хоть их лидер и сам отчасти вёлся на это, поскольку нервы даже у него были уже на пределе. — А куда мы так спешим? — поинтересовался у него Думан, когда они все, словно по его команде, ещё прибавили шаг и ускорились почти в два раза. Можно было сказать, что они уже даже не шли, а бежали. Он, обернувшись назад, заметил: — За нами же вроде никто не гонится… Пока что, ха-ха! — усмехнулся он, вероятно, вспомнив про то, что их в любой момент могли настигнуть крылатые воительницы, хотя повода для их обнаружения пока вроде не было. Он всё так же шутливо полюбопытствовал: — Или тебе так не терпится выяснить, не обманул ли нас тот волшебник? — Нет, просто я желаю уже наконец отдохнуть, — раздражённо отозвался Огрон, не отрывая своего взгляда от той точки на карте, что становилась всё ближе и ближе с каждой минутой их пути, чему тот был несказанно рад. Он несдержанно уточнил: — Желательно, в тишине и покое. И, что ещё было бы лучше, в уединении. — Неужто семи лет во льдине тебе для этого было недостаточно? — чуть было не прыснув со смеху, спросил у него Анаган, который после их заточения в Измерении Омега, напротив, чувствовал себя так энергично, что был не намерен спать ещё как минимум пару недель. Он выдал свой очередной едкий комментарий: — А-хах, ну ты и даёшь, Огрон, или же ты намекаешь на то, что одна комната в этой расчудесной хате единолично будет твоей? — А что, были какие-то иные варианты? — с искренним недоумением и при этом суровыми нотками, не требующими какого-либо оспаривания, вопросил лидер охотников на фей, повернувшись в сторону мага скорости с крайне хмурым лицом. Тем самым он намекал на то, что не намерен делить с кем-либо из них комнату. — Ну, как бы, знаешь, не только тебе одному хочется оградиться от остальных, — с наглой претензией заявил тот, всем своим видом показывая, что его такой расклад не устраивает, поскольку каждому из чернокруговцев, в принципе, хотелось получить своё личное пространство. Темнокожий колдун возмущённо воскликнул, тыча пальцем на своих двоих товарищей: — Я вот лично не хочу ночевать с этими двумя курящими дегенератами! — Это взаимно! — с гаденькой улыбкой проговорил в ответ метаморф, в чей адрес был тоже обращён тот укор насчёт их с магом разрушения обоюдной вредной привычки, что они подцепили, уже находясь какое-то время на Земле. Эта привычка все эти годы безумно бесила Анагана, чьё отношение к подобному способу успокоения себя оставалось неизменно негативным. Но в данный момент его обвинения были абсолютно беспочвенными, отчего Думан, фыркнув, осведомился: — И да, откуда же, мне интересно, у нас возьмутся сигареты, если местных денег ни у кого нет? — Да хрен вас знает, они у вас постоянно откуда-то же брались! — вскинув руки, довольно эмоционально выпалил тот, не найдя других, более логичных и аргументированных причин появления у его товарищей этих средств для курения. Но чтобы не сбавлять свой темп напора и попыток довести кого-нибудь из них до очередного гневного состояния, маг скорости иронично предположил: — Или же вы могли наколдовывать их с помощью особых созидательных чар? — Не говори ерунды, прекрасно же знаешь, что магия так не работает, — с укором произнёс Гантлос, который уже порядком подустал от всех этих его попыток вывести их из себя и спровоцировать конфликт. Он решил переключить того на другую тему, вполне миролюбиво и спокойно сказав: — И да, давай сперва дойдём и убедимся в том, что в этом предложении того доброжелателя нет никакого подвоха, а уже потом будем разбираться, кто и где будет жить! Кто знает, может там будут хоромы, а может и вовсе одна малюсенькая комнатёшка, — с иронией высказался он, намекнув на то, что все вопросы жилья им стоило бы решать по мере их наступления, ведь сейчас им даже не было известно, было ли это замечательное пристанище реальным или же за ним стоял очередной обман со стороны одного из членов земного магического сообщества. — Очень надеюсь, что не второй вариант, потому что мне бы очень не хотелось делить с вами посте… Ох чёрт! — хотел было пробурчать на это Анаган, однако ему не дали закончить фразу, потому что именно в тот миг в него, бежав со всех ног на полной скорости, влетела какая-то особа, отчего они оба повалились на землю и ещё некоторое время не могли прийти в себя от произошедшего столкновения. Первым очнулся темнокожий колдун, который нашёл в себе силы подняться с асфальта и бросил взгляд на ту незнакомку, что по своей неосторожности сшибла его и стала причиной столь неприятного и позорного для него инцидента, за что ему было крайне неловко перед своими постоянно злорадствующими товарищами. Ею оказалась самая обыкновенная и даже особо ничем не примечательная девочка-подросток лет пятнадцати от силы, у неё была довольно объёмная копна волнистых каштаново-рыжих волос, что пестрили своим переливом. Из-за этого она, вероятнее всего, и не заметила, что оказалась на пути у целой группы мужчин, отчего в тот момент всё ещё пребывала в состоянии аффекта и шока. Но, спустя всего лишь миг, она тоже вскочила на ноги и торопливо начала собирать свои вещи, что выпали у неё из плотно набитого рюкзака и оказались разбросанными в радиусе пары метров от неё. Она напрочь забыла про то, что в кого-то влетела, так как была увлечена именно утрамбовкой всевозможных тетрадок, карандашей и прочей учебной атрибутики обратно в ранец. Очевидно, что это была некая местная школьница, отчего Анаган лишь презрительно поморщил нос, будучи не рад не только тому, что в него врезалась какая-то малолетняя и крайне неосторожная особа, но и самому факту, что та даже не удосужилась узнать у него — того человека, которого она сшибла, как он и всё ли с ним вообще в порядке. Из-за этого он крайне рассерженно и громко вспылил, не сдерживаясь в своих выражениях, даже несмотря на то, что перед ним была совсем юная земная девочка: — Эй, слышь, мелюзга! Смотри, куда несёшься, и разуй свои глаза, пока их тебе кто-нибудь другой не помог раскрыть! — Ой, я прошу прощения у вас… Я правда не хотела! — тут же спохватившись, поспешила извиниться та, мимолётно бросив испуганный и виноватый взгляд на мага скорости, от разгневанного вида которого она, очевидно, ещё больше разволновалась и принялась поспешно застёгивать свой рюкзак, что далось ей с огромным трудом из-за объёма вещей. После чего она наконец закончила с этим делом и, даже не оборачиваясь в сторону мужчины, вновь бросилась бежать, лишь пискнув напоследок: — Я дико извиняюсь, но я сейчас очень спешу! — Беги-беги, тупая школьница! — с неподдельным омерзением выплюнул ей вслед Анаган, у которого буквально всё внутри горело желанием, чтобы, наплевав на все запреты Огрона и применив свою силу, настигнуть эту нелепо выглядевшую незнакомку и как следует объяснить ей за её неосторожность. Он яростно прокричал ей, за что получил от девушки брошенную через плечо испуганную оглядку её больших голубых глаз: — Ух, догнать бы тебя и дать хороший подзатыльник, мелкая засранка! — Эй, остынь, это всего лишь какая-то местная девчонка, — одёрнул его от этого необдуманного поступка Огрон, вовремя заметив, что тот намеревался применить свою магию скорости. Красноволосый колдун в пару шагов оказался рядом с ним и, схватив своего подчинённого за плечо, резко и грубо дёрнул за собой со словами: — Пошли уже! — Но, Огрон, она же… Ай, ладно, проехали! — попытался было возразить ему Анаган, на что был сменён ещё одним пронзительным ледяным взглядом от их лидера, которым тот призвал его оставить свои негодования при себе. Он покорно и последовал, только лишь возмущённо прокомментировав действия той девочки, от которого у него сложилось представление обо всех людях её возраста: — Хоть и прошло семь лет, а земные подростки ничуть не изменились: все такие же наглые, тупые и совершенно неуклюжие! — Хах, сходств не находишь? — саркастично полюбопытствовал у него Думан, хитро прищурившись и явно намекая на то, что его поведение было отнюдь не менее нахальным и раздражающим чем у той незнакомки, на которую темнокожий мужчина был в тот момент нереально зол. Метаморф всё в той же издевательской манере добавил: — Только у них хотя бы ещё есть шанс на то, чтобы перерасти это, а тебя уже ничего не исправит — увы, но всё слишком запущено! — Поговори мне ещё тут, метаморф… — огрызнулся в ответ маг скорости и поспешил обогнать его, чтобы не пересекаться с ним даже взглядами. Затем приблизился к Огрону и, с интересом уставившись в волшебную карту, что тот держал перед собой в руках, нетерпеливо решил узнать: — И да, долго нам ещё идти? — Уже почти пришли, — коротко успокоил своего подчинённого тот, указав кивком головы на то, как сильно сократилось расстояние между ними и указанной на полупрозрачной поверхности точкой, которая и являлась координатой их нового временного пристанища. Сами же чернокруговцы уже к тому моменту успели дойти до конца улицы, вдоль которой шли всё это время, отчего их лидер ещё раз бросил внимательный взгляд на карту и далее указал: — Так, а сейчас направо. — В эту арку? — с сомнением переспросил у того Думан, которому затея направиться туда, куда сказал красноволосый колдун, показалась не очень приятной, поскольку оттуда доносились какие-то странные звуки и исходил премерзкий запах, словно этот проход использовали не иначе как место, чтобы справить естественную нужду. Брезгливо поджав губы, тот ещё раз уточнил: — Ты в этом уверен? — Да, здесь указан именно этот путь, а что? — равнодушно к его кривляниям осведомился Огрон, сам испытывавший не меньшее отвращение к этой местности и всей её гнилой атмосфере, от которой у него даже в голову закрались некоторые сомнения относительно того, а в самом ли деле этот город являлся столицей столь огромной страны или же это была просто чья-то нелепая шутка назвать Москву таковой, потому что пока вся обстановка в нём не вызывала ни у него самого, ни у его подчинённых никакой симпатии или желания подольше задержаться здесь. — Да нет, ничего, — ответил метаморф, решив не высказывать лишний раз своё мнение относительно сомнительности всей этой идеи жить здесь, поскольку он отчётливо слышал звуки шуршащих крыс, что, вероятно, обитали в этой арке уже как коренные её жители. Оттого у того закрались сомнения, насколько сильно отличался весь этот район от той же канализации в Гардении. Тем не менее, он всё же не сдержал в себе свой критичный комментарий и бросил: — Просто в странное мы место забрались, мне аж не по себе становится каждую минуту, что мы находимся здесь! — Странное место — это так можно про всю Россию сказать, не ошибёшься! — саркастично хмыкнул Гантлос, который осмотрелся по сторонам и испытал схожие чувства по поводу того, какой виделась вся эта причудливая страна, в которой, судя по всему, им четверым предстояло провести ещё некоторое неопределённое время. Из-за этого он выдал ещё один насмешливый комментарий: — Неудивительно, что здесь даже феи не смогли ужиться с местными жителями, каждый из них того и гляди тебя даже глазами убить готов! Но и мы ведь не из сахарных, так ведь? Так что, пошли уже! — призвал он остальных своих товарищей последовать за собой и их лидером, на что те, ещё раз скорчив кислые рожи, покорно направились внутрь арки, несмотря на всю царившую в ней сырость и прочие, вызывающие отвращение, моменты. Переборов в себе все свои негативные чувства от пребывания в этом проходе и выйдя наконец из него вновь на свет, мужчины оказались в небольшом дворике, со всех сторон окружённом пожелтевшими от времени панельными домами в среднем по семь-восемь этажей в высоту. Некоторые из них были и несколько выше, где-то до пятнадцати этажей, но и по своей длине они также были многоподъездными. В самом же дворе царил самый настоящий гул, состоявший в основном из криков и возгласов множества детей, что резвились на детской площадке, что звучало довольно раздражающе для чернокруговцев, отчего те поспешили как можно скорее убраться из той зоны, где вопли ребятишек слышались наиболее громко. Далее Огрон, следуя указаниям магической карты, привёл своих подчинённых к одному из самых скромных зданий в округе, у которого было около семи этажей и всего один-единственный подъезд, возле которого на лавочке сидела целая куча местных старушек, которые моментально недоверчиво покосились на возникшую перед ними группу людей. Окинув тех внимательными взглядами с головы до ног, они недобро зашептались между собой, и среди этих приглушённых голосов то и дело слышались такие обзывательства как «наркоманы» и «бандиты». Одна из пожилых женщин даже плюнула с презрением прямо под ноги этим незнакомцам. За этот крайне недружелюбный жест она получила уничижительный и пронзительный взгляд от лидера Чёрного круга, от которого тут же невольно схватилась за грудь и начала изображать мученические страдания, при этом крича вслед колдунам всевозможные ругательства, которые сразу подхватили и её соседки по лавке. Сами же чернокруговцы, поднявшись по ступенькам ко входу в дом, столпились возле двери, поскольку та не открылась просто так с первого дёрганья за ручку. Было ощущение, словно она была примагничена чем-либо или вовсе заперта, отчего у их компании возник закономерный вопрос насчёт того, а как, собственно, им попасть внутрь этого дома. — Так, хорошо, я более чем уверен, что это тот самый дом, на который указывает та точка на карте, только вот, похоже, что в него так просто не попадёшь, — задумчиво протянул Огрон, который перед этим несколько раз попытался отворить дверь, но та никак не поддавалась. Он неудовлетворённо поморщился, хотя, в целом, был не так уж сильно удивлён тому, что не всё шло так гладко. После чего он обернулся к своим подчинённым и узнал у них возможные варианты их дальнейших действий: — Что делать будем, господа? — Хм, тут есть какой-то прибор для набора кода… — с неподдельным интересом заметил Думан, указывая на странное устройство, врезанное прямо в дверь. На нём был небольшой экранчик и около двенадцати кнопок с различными цифрами и символами, отчего его последующее предположение прозвучало вполне логично и очевидно: — Может, если узнать порядок чисел, то нам удастся взломать его, и тогда дверь сама откроется? — Интересно, и как же ты собираешься это сделать? — сухо осведомился у метаморфа красноволосый колдун, отвергая его идею ещё на этапе догадки. Он не особо верил в её успешное завершение, поскольку им не было известно даже, сколько именно цифр должно быть введено и могут ли они повторяться. Он лишь презрительно спросил: — Просто потыкать наугад или же ты надеешься на то, что кто-то оставил здесь поблизости записку с точным кодом от этого замка? Не валяй дурака, Думан, и даже не пытайся… Хотел было осадить его лидер охотников на фей, но тот оказался шустрее и, вероятнее всего, услышал только первые слова. Думан успел набрать какой-то рандомный порядок чисел на экране, понадеявшись то ли на свою интуицию, то ли на силу удачи. — Да? — спустя довольно непродолжительное время из этого прибора раздался незнакомый женский голос, который был, судя по интонации, немало удивлён тому, что кто-то потревожил его обладательницу в столь ранний час. Следом за ним прозвучало такое же вопросительное уточнение: — Да, я вас слушаю, кто здесь? — Проклятье! — гневно выругался Огрон, а затем поспешил нажать на красную кнопку снизу устройства, предположив, что та отвечала за отмену вызова. К его неимоверному счастью, это действительно оказалось так. Далее прозвучал мелодичный звук, и голос затих. Сам же маг не сдержался и дал по руке своему крайне нетерпеливому подчинённому с яростным криком: — Не трогай тут больше ничего! Ох, похоже, придётся найти иной способ попасть внутрь… — вздохнул мужчина и мысленно прикинул, возможно ли будет пробраться в это здание через одно из окон на первом этаже. Однако те, скорее всего, были частью чьих-то жилищ, отчего подобный вариант был тоже невозможен. — Хах, а как насчёт того, чтобы спросить код для входа у тех бабушек? — вдруг предложил Анаган, указывая пальцем на ту самую скамейку, где до сих пор одна из пожилых местных жительниц продолжала проклинать их компанию всеми возможными русскими бранными изречениями, что, впрочем, ничуть не испугало мага скорости. Тот пояснил: — Наверняка кто-нибудь из них живёт как раз в этом здании, так что они должны знать. — Ты смеёшься? Не видел, что ли, как они уставились на нас и вообще отреагировали на наше появление?! — недоумевая от такого варианта, что возник в голове у его товарища, возразил Думан. С крайне хмурым выражением лица он покосился в сторону старушек, что, скорее всего, приняли их за некую воровскую банду или же вовсе за представителей нечистой силы, что, в целом, было не так уж далеко от правды. И всё же тот с отвращением процедил сквозь зубы: — Вон та верблюха старая до сих пор не может уняться, кажется, молитвы читает какие-то… По защите от тёмных сил! — Хах, неужто местные старушки чувствуют в нас присутствие магии? — насмешливо вопросил их лидер, который в тот момент решил достать из кармана связку ключей в надежде, что там окажется некий инструмент или хоть какая-нибудь подсказка, что могла бы помочь отпереть входную дверь. Лишь вдобавок к своим словам он хмыкнул: — Забавно! — Скорее всего, они просто, э-э… Как это тут говорят? А, точно, суеверные! — усмехнулся в опровержение их теории о чувствительности бабулек к волшебной энергии Гантлос, едва сумев вспомнить то самое слово, каким можно было бы охарактеризовать людскую склонность верить в сверхъестественные силы даже там, где их не было и в помине. А далее с иронией проговорил: — Да, скорее это куда больше подходит им. Хотя, кто их знает, именно так я всегда и представлял себе земных ведьм, ха-ха! — пошутил он, припомнив о том, что именно Россия всегда являлась местом наибольшей концентрации тёмного колдовства, ведь именно здесь проживало наибольшее число колдуний. После чего маг разрушения вновь посерьёзнел и обратился к их лидеру: — Кхм, Огрон, если хочешь, я могу попробовать высадить дверь. Думаю, мне даже не придётся использовать свои силы для этого… — Нет, постой! Кажется, я понял… Вот этот брелок, похоже, что он неспроста висит на этой связке, — покачав головой и успев перехватить руку светловолосого колдуна, произнёс Огрон, который тут же продемонстрировал им троим необычный овальный предмет, что был прикреплён за кольцо к остальной массе ключей. В его центре был небольшой круглый магнит, и его мужчина поднёс к специальной выемке в двери, проговорив: — По-моему, он идеально подходит к этому отверстию… — выразил он свою догадку, а затем совместил брелок с прорезью, отчего в следующий же миг раздался пронзительный писк, и дверь тут же поддалась при последующем дёрганьи за её ручку. Красноволосый маг ликующе воскликнул: — Ага, да, что и требовалось доказать! Прошу, после вас, господа, — галантно распорядился он, жестом приглашая своих подчинённых пройти внутрь здания и удерживая одновременно с этим проход открытым. — Ой, как это мило с Вашей стороны, сэр! — с притворной вежливостью отозвался Анаган на это чрезвычайно редкое проявление заботы со стороны их лидера, отчего он на некоторое время остановился в дверном проёме и, глядя на того свысока, с издёвкой сказал: — Извините, что не могу отвесить Вам ответный реверанс, на мне, увы, нет юбки, как на вас троих! — Ты сам пройдёшь внутрь или же мне «смотивировать» тебя нужно? — холодно поинтересовался у него Гантлос, стоявший позади и терпеливо выжидавший, когда его товарищ вдоволь насладится собственными шутками и наконец зайдёт в дом. Но тот продолжал кривляться, из-за чего мужчине пришлось его легонько подтолкнуть в качестве своеобразного предупреждения. — Да иду я, иду! — мгновенно прекратил своё жеманство маг скорости, которому подобного тычка оказалось вполне достаточно, чтобы понять, что светловолосый колдун не шутил насчёт своей помощи. Поэтому он обернулся к нему, чтобы жёстко и предупредительно потребовать: — И не вздумай меня пинать, дед. — А ты прекращай называть меня дедом, за это тоже можно получить от меня дружеский тычок под зад, если что! — поморщившись от данного обращения, попросил тот, обходя его стороной, чтобы подняться по ступенькам, ведущей к лифту и ещё одной, более длинной, лестнице, попутно бросив через плечо с большой долей иронии: — Я конечно старше тебя, Анаган, но не настолько, чтобы считать меня настолько древним! — Дед — это не про возраст, а про состояние души! — съязвил в ответ Анаган, не упуская ни единой возможности подшутить над Гантлосом из-за его весьма возрастного внешнего вида, что казалось ему ещё более забавным, учитывая тот факт, что реальная разница в возрасте между ними была всегда в пару лет. На это он всё в такой же саркастичной манере добавил, идя следом вверх за старшим товарищем: — А у тебя оно такое перманентно ещё со времён начала охоты… Так и куда нам дальше? — полюбопытствовал маг скорости, когда они все вчетвером оказались на небольшой площадке, освещаемой одним тусклым фонарём на потолке. На одной из стен этого помещения в ряд висели металлические контейнеры, напоминавшие множество почтовых ящиков, а в углу проходила большая труба с небольшим отверстием, от которой разило смердящим запахом человеческих отходов и прочего мусора. — Хм, если насчёт того, на какой нам этаж, то карта этого не уточня… — начал было отвечать Огрон, но тут волшебный предмет, что он всё это время держал в своих руках, засиял ярким светом и из полупрозрачного листа превратился в некое подобие указателя, который завис на несколько секунд в воздухе, а затем сдвинулся в сторону и полетел вверх по лестнице. На что лидер Чёрного круга прокомментировал произошедшее без капли удивления: — А, она с чарами доведения до цели. Однако, это весьма умно, тот, кто её делал, явно не один десяток лет практикует магию, — одобрительно добавил он, чуть помедлив, но затем всё-таки направившись следом за той магической голограммой, скомандовав: — Что ж, пойдёмте за этой стрелкой! — Вау, надо же, какой этот волшебник «молодец»! Всё пока как-то слишком хорошо складывается… Прям как в какой-то детской сказочке! — недоверчиво высказался темнокожий колдун, которому эта забота о них со стороны неизвестного человека показалась лишь ещё одним доказательством его злых и корыстных умыслов, что скрывались за его намерениями помочь. Оттого он с подозрением спросил, поднимаясь по ступенькам: — Интересно, а в чём же тогда подвох? — А вдруг никакого подвоха и нет? — пожав плечами, прикинул Думан, не видя в этом жесте со стороны таинственного доброжелателя никакой негативной подоплёки, на что он получил непонимающий взгляд от товарища и поспешил пояснить, что имел ввиду: — Ну типа, а что если этот волшебник реально решил нам помочь по своей доброй воле? Ну, мало ли, вдруг такое на Земле всё ещё возможно, хах! — издал метаморф нервный смешок, высказав надежду на то, что на этой планете всё ещё были добрые существа, на что, по правде говоря, он сам особо не рассчитывал. — Ага, да, а ты, я смотрю, тоже начал в сказки верить? — презрительно фыркнул на его предположение Анаган, помотав головой в знак несогласия с подобной точкой зрения и закатив глаза, тем самым демонстрируя, как сильно он был поражён простоте и доверчивости друга. После чего едко высказался: — Неужто ещё не вся твоя детская наивность о благих намерениях разбилась об жестокую реальность, которая выглядит так, что ни одно разумное живое существо не делает что-либо лишь из доброты? — задал он Думану достаточно риторический вопрос, при этом продолжая идти вверх по лестнице, на который маг скорости, спустя непродолжительную паузу сам и ответил: — Нет, все совершают хорошие поступки, лишь исходя из своих корыстных нужд! Поэтому не стоит особо надея… — хотел было продолжить распинаться колдун, которому было принципиально выразить своё мнение в полном объёме, но, к его же неудовольствию, он был прерван внезапным заявлением от их лидера, который остановился возле одной из дверей, когда все они преодолели четвёртый пролёт и очутились на очередной площадке. — Господа, похоже, что мы пришли! — провозгласил Огрон, и в следующий же миг магический указатель, что остановился в этом же самом месте, рассыпался на множество мерцающих искр, что могло означать лишь то, что они достигли конечного пункта назначения. Далее им оставалось лишь отпереть замок, чтобы очутиться в их новом временном пристанище. — Ну так, эт, давай, не томи и отворяй дверь! — нетерпеливо поторопил его маг скорости, уставившись на того в пытливом ожидании. В то время как сам красноволосый колдун уже начал подбирать нужный ключ для отпирания двери, и, спустя пару мгновений ему это удалось. Он постепенно начал поворачивать его в замке, а Анаган, глядя на это, попросил: — И да, если что, то просто дай сигнал насчёт атаки. — Хорошо. Правда, очень надеюсь на то, что подобные действия с нашей стороны не понадобятся… — согласно кивнув, произнёс тот, продолжая при этом свои действия по открытию двери, попутно молясь судьбе о том, что он правильно сумел распознать её знак, и это решение не окажется для них фатальным. Отчего Огрон, едва слышно пробурчав себе под нос, пообещал: — Иначе это будет последний раз, когда я решусь довериться кому-либо из колдующих земных существ. — Не волнуйся, если он нас обманул, то это точно будет последний твой раз! — с усмешкой заметил Гантлос, который тем самым намекал на то, что они, в случае если за дверью окажутся какие-либо противники, особенно земные феи, то они с малой долей вероятности сумеют противостоять им, что было и так вполне очевидно. За что он словил хмурый и крайне разгневанный взор от своего главаря, но это ничуть не смутило мага разрушения, и он, разведя руками, спокойно сказал: — Что? Не смотри на меня так, это было твоё решение, в конце концов. — Это ты намекаешь на то, чтобы я первым вошёл и убедился в безопасности? — осведомился у него тот, на что получил утвердительный ответный кивок. Отчего мужчина только тяжело вздохнул и принял подобное условие, произнеся несколько обречённым голосом: — Что ж, ладно, я не против. — Эх, удачи тебе… — с наигранным сочувствием пожелал ему светловолосый колдун, когда услышал, как лидер охотников на фей нажал на дверную ручку, отчего сама дверь потихоньку отворилась с едва слышным скрипом петель. На что сам Огрон повернулся к нему с вопросительным выражением лица, а тот изрёк из себя комичное прощание: — Ты был, конечно, не самым хорошим лидером, но мне всё же будет тебя порой не хватать! — «Как смешно». Если что, я должен был умереть ещё семь лет назад… — раздражительно отозвался тот, покачав головой, поскольку его порой крайне раздражала эта черта его подчинённого всё сводить в шутку. Ведь сейчас был такой момент, когда им всем было не до веселья, вот-вот и предстояло выяснить то, действительно ли это место было безопасным для их пребывания здесь некоторое время. Отчего мужчина лишь язвительно отметил: — Как и все вы, собственно, поэтому уже не так страшно, — произнеся это, он решительно отворил дверь и сделал шаг внутрь этой квартиры, ступив в абсолютную темноту, что заполняла весь коридор, в котором тот очутился. Решив не пытаться даже разглядеть что-либо в таком мраке, Огрон первым же делом попытался нащупать на стене какую-нибудь кнопку или же переключатель, что могли бы в теории включить свет. Насколько ему было известно, именно так было принято у земных людей оборудовать свои жилища в плане электроосвещения. Спустя несколько мгновений поисков, он всё же смог обнаружить сбоку от себя нечто похожее на подобный элемент и щёлкнул его в надежде, что именно он включит люстру, видневшуюся на потолке сквозь весь этот сумрак. И данная догадка оказалась верной, так как следом весь коридор вмиг озарился ярким светом от неё. Лидер Чёрного круга зажмурился от внезапного вспыхивания десятка ламп и напрягся всем телом, в ожидании разомкнуть глаза и увидеть перед собой, как минимум, целый отряд крылатых воительниц, или же даже саму королеву земных фей. Однако, стоило ему это сделать, ничего подобного он, к своему счастью, не увидел. Вопреки всем возможным предположениям мужчины, перед ним предстал абсолютно пустой и весьма длинный коридор, особо ничем не примечательный: у самого входа располагался длинный шкаф, а далее за ним стояла вешалка, на которую был накинут чей-то длинный бордовый плащ, а также комод, со стоявшими на нём всевозможными декоративными элементами — от вазы до статуэток. Сама по себе обстановка в квартире была вполне себе богатой по меркам простых земных людей, поскольку вся мебель, что была в поле зрения красноволосого колдуна, была выполнена из настоящего дерева, что свидетельствовало о финансовом благосостоянии личностей, проживавших до этого здесь. Так же об этом говорил и дорогой ремонт, выполненный в помещении, ведь буквально все элементы, от красивой хрустальной люстры, висевшей на потолке и переливавшейся всеми цветами радуги, отбрасывая тем самым причудливые узоры на стены, до лакированного пола, словно кричали о том, что на них явно не пожалели денег. Огрон чуть помедлил, с недоверием досконально осматривая весь коридор, и, лишь убедившись в том, что ничего в тот момент не представляло для него угрозы, он решился пройти дальше, всё ещё пребывая в состоянии полной боевой готовности, чтобы дать отпор на тот случай, если в квартире помимо него окажется кто-либо ещё. Сперва он одним быстрым движением отворил ещё одну дверь, находившуюся чуть поодаль и сбоку от входа, и заглянул в неё, обнаружив там лишь ещё одно, роскошно обставленное, помещение с кожаными диванами и креслами, а также множеством полок с книгами, отчего маг сделал для себя вывод, что это, вероятнее всего, гостиная. Далее он направился в самый конец коридора, где тот разветвлялся на две стороны и вёл в целых четыре комнаты. Открыв поочерёдно двери которых, мужчина обнаружил просторную спальню, туалет с ванной и небольшую, но весьма уютную кухню, что, в общем и целом, подходило под описание, данное им доброжелателем. При этом, как он уже убедился, в квартире, кроме него самого, не было совершенно никого. Этот факт исключал их предположение насчёт ловушки или же засады от их врагов, и всё же Огрон хотел в этом окончательно убедиться, но для этого было необходимо тщательно осмотреть все помещения в квартире на предмет всевозможных жучков или артефактов слежения. — Ну чё, как там? Ты живой ещё? — послышался из-за входной двери обеспокоенный возглас, принадлежавший Анагану, а вслед за этим в проёме показалась его напряжённая физиономия. Однако, увидев своего лидера целым и невредимым, он несколько расслабился и бросил на того вопросительный взгляд, тем самым молчаливо интересуясь, можно ли им войти внутрь помещения. — Всё чисто, никого нет. Так что, можете спокойно зайти сюда, тут вполне себе безопасно, — вынес свой удовлетворительный вердикт красноволосый колдун, утвердительно кивнув своему подчинённому, чтобы тот позвал остальных, и спустя несколько секунд все трое чернокруговцев оказались внутри квартиры, отчего их главарь требовательно попросил: — Только дверь не забудьте закрыть за собой! — Неужели после череды серьёзных неудач нам хоть в чём-то повезло, друзья! — оглядываясь по сторонам и с явным одобрением осматривая дорогую обстановку в коридоре, с усмешкой произнёс Гантлос, который словно не верил не только своим собственным глазам, но и происходящему с ними в принципе, потому как всё складывалось слишком уж хорошо, и он явно успел отвыкнуть от подобного расклада. Отчего проговорил: — Хах, я до последнего был уверен, что тут не всё так просто, однако… Да, похоже, что это просто самое обычное людское жильё, которое почему-то до сих пор никто не присвоил себе. — А что насчёт того самого волшебника? Хотя, да, он же в итоге передал ключи нам, — хотел было возразить ему маг скорости, но тут же вспомнил, что их странный доброжелатель-альтруист, по сути, подарил им эту свою скромную обитель. На некоторое время он умолк, но, пройдясь вдоль коридора до самого его конца, оценочно заключил: — Ну-у-у, да, выглядит, конечно, довольно красиво и вполне себе приемлемо, но и не сказать, что хоромы… До того замка, где мы раньше жили, этой квартирке явно далеко! — Увы, но до этого самого родового имения нашего «старого друга» слишком долгий путь, который мы ни за что бы сейчас не преодолели, — покачав головой, пояснил Огрон, который в глубине души тоже желал в тот момент оказаться на их старой базе. Они обитали там ещё до того, как появилась цель по поимке последней земной феи. Тем не менее, от России то место находилось довольно далеко, поэтому он утвердительно добавил: — На данный момент это жильё — вполне себе оптимальный вариант для нашего временного пристанища на Земле. — Не могу не согласиться с тобой, в этом плане да. Пока у нас особо нет альтернативы. Сперва надо как-нибудь восстановить наши силы, чтобы двигаться дальше, — принял его точку зрения светловолосый колдун. Он прекрасно понимал, что у всех членов их команды уже не было сил, ни физических, ни моральных, на то, чтобы достигнуть того самого замка. При этом он с определённым пессимизмом в голосе так же изрёк: — Правда, куда именно дальше — пока неясно, но хочется верить, что у нас ещё есть запас по времени, чтобы это выяснить для себя… Прежде чем крылатые девицы обнаружат то, что нам удалось сбежать из Измерения Омега. Маг разрушения дополнил свою речь подобным уточнением, дёрнув уголком губ от столь неприятного для него упоминания врагов, которые могли нагрянуть к ним в любую минуту. Сокрыть факт их побега из ледяной тюрьмы было невозможно. — Если будете вести себя тихо и предусмотрительно, а также не использовать никакого колдовства, то никто нас даже не засечёт, — твёрдо и очень убедительно сказал Огрон, будучи уверен, что без существенных на то оснований у фей даже не возникнет идея их искать здесь. От них четверых оставалось лишь не выдать себя случайным образом, а именно — применением магических сил. Отчего лидер охотников на фей вдруг вспомнил о своём намерении окончательно убедиться в отсутствии корыстных мотивов у бывшего жителя этой квартиры и потому заметил: — И да, между прочим, было бы неплохо обыскать все комнаты здесь… На всякий случай, чтобы исключить возможность слежки за нами. — А что, предполагаешь, будто этому доброжелателю так выгодно за нами здесь наблю… Ой! — начал было говорить Думан, который небрежно облокотился на стоявший комод и тем самым довольно сильно пошатнул его вместе со всеми декоративными предметами. Небольшая ваза, что стояла у края, качнулась и полетела вниз, а спустя миг послышался звук разбитого стекла. Метаморф с неловкой и глуповатой улыбкой выдал: — Упс, это я случайно! — Ты совсем идиот?! — моментально вспыхнул от злости красноволосый колдун, сильно взбешённый подобной безалаберностью своего подчинённого, что проявлялась порой в самое неподходящее для этого время и каждый раз дико его раздражала. Поэтому он весьма несдержанно и грубо заорал на того: — Какого чёрта ты творишь?! Хочешь тут всё вокруг разнести своей косорукостью, чтобы здесь вообще ничего не осталось после нашего пребывания? — Да что? — возмущённо вопросил Думан, непонимающе уставившись на их главаря, который был готов уничтожить его одним только взглядом на этом самом месте за столь глупую и пустяковую, по мнению самого мужчины, оплошность. С большой долей претензии он возразил: — Это не моя вина, я же не специально её столкнул, она сама пошатнулась и упала, а я только опёрся на комод! Да и вообще, кто в здравом уме ставит столь хрупкие предметы на самый край?! — задал метаморф относительно риторический вопрос, тем самым оправдывая себя и доказывая свою непричастность к случившемуся. — Ладно, проехали… Уберёшь потом это всё, — брезгливо поморщившись и поняв, что пытаться что-то втолковать тому бесполезно, распорядился Огрон. У него уже сейчас не было сил на то, чтобы выяснять отношения с кем-либо из чернокруговцев. Поэтому он железным тоном, требующим повиновения, велел: — Но больше даже не вздумай ничего здесь крушить! И это относится ко всем вам, между прочим! Ничего здесь не трогайте! — обратился он к остальным своим подчинённым, отчего получил в ответ лишь хмурые и крайне негодующие взгляды, явно намекающие на беспочвенность всех его обвинений. — Да чё ты так паришься? Это же не твои личные вещи, чтобы так злиться! — пренебрежительно фыркнув, высказался Анаган на данное притязание со стороны их лидера, поскольку оно казалось ему не только полностью безосновательным, но и крайне противоречащим всему тому, что они до этого совершали на Земле. Он с укором заметил: — Да и раньше тебя не особо тревожила сохранность чужого имущества… Ну это так, на случай, если ты забыл. — Я ничего не забывал, просто раньше у нас на этой планете был немного иной статус, и мы могли позволить себе куда больше, нежели сейчас. Поэтому я не намерен потом терпеть чужие обвинения относительно того, что кто-то из вас троих уничтожил из-за своей патологической тяги к разрушению некий важный предмет! — с расстановкой и при этом крайне жёстко ответил красноволосый маг, в самом деле не хотевший отвечать за порчу каких-либо дорогих или же просто важных вещей в этом богато обставленном жилье. Как и в целом, он уже совершенно не желал более продолжать этот разговор и поэтому приказал им троим: — Всё, я не собираюсь больше тут перед вами распинаться, живо всё досмотреть здесь! — Ого, вот это ты раскомандовался! — насмешливо отреагировал на это требование Гантлос, которого подобный суровый тон и повелительное поведение со стороны Огрона лишь позабавили. После чего он укоризненно покачал головой и поспешил уточнить: — Так «живо всё досмотреть» или же «ничего здесь не трогайте»? Ты уж определись! — с иронией хмыкнул он, смерив их лидера потешным взором, словно намекая на то, что его слова здесь уже не имели такой сильный авторитет, как это было раньше. — Ух, ну почему с вами всегда так сложно в чём-либо взаимодействовать? — вопросительно пробурчал тот, всем своим видом изображая страдание от общения со собственными подчинёнными, которые представляли собой незаурядных, сложных и крайне непохожих друг на друга личностей, что определённо создавало проблемы в их отношениях. Однако мужчина, шумно выдохнув, уже в который раз за день унял свой подступавший гнев и спокойно пояснил: — Хорошо, изложу свой приказ яснее, если непонятно: обыщите тут всё, что только возможно и без этой вашей халтуры, а то я вас знаю, но при этом постарайтесь своими умышленными или не очень действиями не нанести больше никакого вреда чужим вещам. Так стало яснее, я надеюсь? — поинтересовался он у остальных чернокруговцев, на что те, переглянувшись между собой, неопределённо пожали плечами, словно это и так было очевидно безо всяких его разъяснений. — Так точно, начальник Огрон! — в саркастично официальной манере отозвался маг разрушения, параллельно с этим приставив правую руку к виску под углом, застыв в позе, подобной той, в которой земные солдаты отдают честь своему командиру. Но затем он увидел пронзительный взгляд их лидера, из-за чего светловолосый колдун прекратил свои шутки и осведомился: — Ты ведь это ожидаешь сейчас услышать? — Я ожидаю от вас качественно выполненного поручения, — твёрдо выразился Огрон, проигнорировавший все эти насмешки со стороны своего подчинённого. После чего он встал чуть поодаль, облокотившись на стену и застыв в выжидательной позе, скрестив руки и наклонив голову вбок, полюбопытствовал у магов: — Так сколько мне ещё ждать, чтобы вы приступили к его выполнению? — Да всё-всё, мы уже! — поспешил уверить его Анаган только ради того, чтобы больше не слышать всего этого негодования в их адрес, поскольку его крайне сильно выводило из себя неуёмное желание их главаря продемонстрировать свою власть и влияние в Чёрном круге, которые были вполне себе обоснованными, учитывая то, что тот был хранителем их артефакта. Он настойчиво попросил: — Только хватит с тебя всех этих злых взглядов, а то уставился на нас как на каких-то поганых фей… В смысле, я имел в виду, что всё сделаем как можно быстрее… — поправил сам себя маг скорости, когда к нему был обращён ещё один такой же пронзительный взор от их лидера. Следом очень тихо, чтобы тот его не услышал, пробурчал: — Вот гандон. — Вот и славно! — выдавив из себя мимолётную довольную улыбку, заключил красноволосый колдун, которому уже, очевидно, не терпелось отправить чернокруговцев заниматься отданным им поручением, а самому остаться наедине с собственными мыслями и размышлениями насчёт их общего будущего. Он неспешно направился в комнату, что была гостиной, со словами: — А я пока подожду вас здесь и ознакомлюсь с местной домашней библиотекой. Как закончите, можете составить мне компанию, обсудим наш дальнейший план действий, — бросил Огрон напоследок и затем закрыл за собой дверь с громким хлопком, явно намекая на то, что его в ближайшее время тревожить не стоило. — Короче, Огрон, как всегда, в своём репертуаре! — с отвращением высказался темнокожий мужчина, посмотрев ему вслед глазами, преисполненными бессильной злобы, потому как противоречить их лидеру было более чем бесполезно. Он почти всегда был уверен в правоте своих слов и действий и яростно демонстрировал это, как, впрочем, это было и сейчас. Анаган, закатив глаза, передразнил его: — Вы работайте, а я посижу и книжки почитаю! О Дракон Всемогущий, единственное, чем хороша была Омега — в ней не приходилось слышать всех его тупых команд, — иронично признался он насчёт того, что тишина во льдах его куда более устраивала, чем указы от красноволосого колдуна. — Расслабься, быстрее осмотрим тут всё — быстрее он от нас отстанет, — попытался успокоить его Гантлос, который приблизился к своему товарищу и дружественно похлопал того по плечу, на что сам маг скорости одёрнулся в сторону от подобного проявления доброжелательности. А сам мужчина лишь усмехнулся и предложил: — Так что, пошли уже, займёмся делом. — Чур я тогда на кухню! — моментально оживился Думан и решительным шагом направился в то помещение, где в проходе виднелся обеденный стол, попутно пояснив свой выбор и интерес: — Очень надеюсь, что там есть хоть что-нибудь съестное, потому что я адски голоден, семь лет не жрать — это вам не шутки, ха-ха! — рассмеялся он и следом скрылся за дверью, а далее оттуда послышался грохот посуды и хлопанье выдвигающихся ящиков. — Да уж, криогенная заморозка точно никого не меняет! — прокомментировал это намерение друга и его приоритеты маг разрушения, едва заметно ухмыльнувшись. Однако подобный поступок друга, в отличие от тех же действий Огрона, не вызывал у него никакого негатива, даже скорее, напротив, некую радость, что тот даже после всего перенесённого им не растерял окончательно своих характерных черт. На что он вдобавок с усмешкой отстранённо произнёс: — Так что Совету Магикса с их речами насчёт исправления преступников через этот процесс остаётся лишь захлопнуться и всем нынешним составом соснуть огромный божественный драконий болт… — сделав подобное неудовлетворительное заключение, Гантлос тяжёлой поступью направился в другую комнату, жестом поманив за собой Анагана, который тяжело вздохнул, но затем всё же повиновался и последовал за своим старшим товарищем, чтобы провести далее пару последующих часов в этой квартире, тщательно обыскивая каждый её закуток на предмет устройств слежения.

***

— Ну и что будем дальше делать? Спустя где-то полтора часа, а может и чуть больше, компания чернокруговцев собралась в полном составе, чтобы обсудить, что им предстоит делать на Земле. И проговорить, на самом деле, было нужно много чего, ведь даже несмотря на их относительно безопасное положение, было совершенно неясно, как быть и к чему готовиться. Хоть эта квартира, как удалось выяснить подчинённым Огрона, и оказалась полностью чистой, без каких-либо инструментов для слежки, каждый маг понимал, что это всего лишь временное пристанище. Находиться здесь долго они не могли, и причин тому было предостаточно. Во-первых, само помещение, несмотря на всю его богатую по земным меркам обстановку, было относительно небольшим. Оно вполне подходило для комфортного проживания какой-нибудь семейной пары, но никак не четверых взрослых мужчин, которые, ко всему прочему, не так уж хорошо ладили между собой и периодически конфликтовали. Во-вторых, находиться в этом городе, да и даже в самой стране России, им обоюдно крайне не хотелось, потому что в глазах всех четверых колдунов окружающая обстановка хоть и была отчасти отпугивающей для их врагов, всё равно была им неприятна. Начиная от агрессивного поведения местных землян, причём оно исходило от представителей разных социальных групп, и заканчивая общей атмосферой, что царила в Москве. И всё же пока других идей, куда можно было бы перебраться, особо не было, так как маги Чёрного круга не могли точно сказать, насколько сильно за время их отсутствия Земля подверглась порабощению фей. Всё, что они могли пока сказать — это то, что, находясь здесь, они практически не ощущали губительную для них энергию веры. Это уже было довольно хорошо, однако так ли было по всей планете, невозможно было предугадать. Поэтому им сперва предстояло узнать, где ещё в этом мире не так сильно влияние крылатых волшебниц, а для этого нужно было восстановить свои магические силы, которые им пришлось израсходовать почти полностью ради того, чтобы сбежать из Измерения Омега. К этому списку проблем добавлялась и так пренеприятная новость: кто-то сумел частично завладеть их волшебством и использовал его в своих целях, случайно освободив своими деяниями и самих обладателей этой магии — охотников на фей. Поэтому им было принципиально важно найти это магическое существо и изъять у него часть своих сил, прежде чем тот сможет израсходовать их окончательно. И всё равно, даже несмотря на этот внушительный список дел, им был необходим в первую очередь весьма длительный отдых, который хоть немного восполнил бы их волшебную энергию. Поэтому последующие несколько дней, а может даже недель, колдунам предстояло провести, прикидываясь простыми земными людьми, что у них, надо было признать, получалось с огромным трудом. И всё же, иного пути у чернокруговцев не было, и это понимали все, поэтому им необходимо было неопределённое время изображать из себя перед местными таких же людишек, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания со стороны тех же соседей и ни в коем случае не использовать магию, чтобы не навлечь на себя гнев их старых знакомых. Собственно, поэтому мужчины в тот момент, покончив со всеми поручениями, что дал им их лидер, находились в гостиной, рассевшись на кожаных диванах и креслах, чтобы, как тот и обещал, совместно обсудить дальнейшие перспективы и цели, а также понять вообще, какое будущее их ждало на Земле. — Эй, Огрон, может ты не расслышал, но я вообще-то спросил тебя! — вновь обратился после продолжительного молчания Анаган к своему лидеру, который сидел на роскошном диване в гостиной их нового жилища и задумчиво глядел в одну из книг, что нашёл для себя за то время, пока его подчинённые досматривали каждый закуток в квартире. Сам же маг скорости всё так же следом пытливо вопросил у него: — Какие наши последующие действия будут? — Я всё прекрасно расслышал, Анаган, — не отрываясь от чтения чего-то явно куда более интересного, неторопливо проговорил Огрон, будучи несколько раздражён подобным напором со стороны темнокожего колдуна, поэтому он шумно выдохнул и едва заметно поморщился, после чего всё же отложил книгу в сторону и, положив ногу на ногу, осведомился у всех чернокруговцев: — Но сперва лучше вы ответьте мне, каковы результаты ваших поисков в этой квартире? — Ну, в целом, всё чисто, никто из нас троих не нашёл чего-то такого во всех помещениях, что бы могло нас отслеживать, — ответил за них всех Гантлос, на что его товарищи лишь согласно закивали в знак подтверждения его слов, но затем он чуть помедлил, словно желая сказать нечто ещё, а потом несколько неуверенно протянул: — Но, разве что… Хотя нет, это не имеет особого отношения к тому, что ты спросил. — Разве что «что»? — серьёзным голосом переспросил у него лидер охотников на фей, немало заинтересовавшийся тем, что же именно такого его команде удалось обнаружить специфического в этом вполне себе обычном людском обиталище, отчего он полюбопытствовал: — Что вы там нашли такого? — Я точно не знаю, что это за шарики такие, даже не уверен, что они обладают какими-либо магическими свойствами… — с сомнением произнёс маг разрушения и следом достал из кармана некий мешочек, в котором, судя по звуку, явно перекатывались какие-то камушки, а далее он выложил себе на ладонь содержимое. Ими оказались и правда какие-то странные небольшие сферы, на которых были вычерчены символы на неизвестном им всем языке, и вслед за этим мужчина высказался: — Больше даже похоже на какие-то странные приблуды для взрослых игр, а-хах! Но они почему-то были раскиданы по всему периметру этого жилья. Может быть, ты знаешь, для чего они? — спросил он, поднося эти необычные объекты поближе к их лидеру, которого они, судя по его внимательному виду, весьма неслабо озадачили. — Хмм, это весьма и весьма интересно, дай-ка сюда посмотреть… — сказал Огрон, который сразу же забрал весь мешочек и также сами шарики из рук Гантлоса, чтобы поближе и подробнее рассмотреть их, и спустя некоторое время он изумлённо воскликнул: — Вау, я не видел подобных вещей уже очень много лет! Это же гасители магического излучения! Они были созданы ещё во времена, предшествующие Великой Магической войне, и после её окончания Совет Магикса отчитался о том, что все они были уничтожены, но, как вы можете видеть, это не так, — объяснил он подчинённым сущность этих странных артефактов, что были ими обнаружены, вертя при этом один из них в пальцах и пристально разглядывая его, словно не веря в то, что это именно то, о чём сам красноволосый маг думал, при этом бормоча себе под нос: — Занятно, в последний раз я держал в руках подобный артефакт ещё очень давно, когда жил… Кхм, впрочем, неважно! — тут же осадил сам себя он, мотнув головой, словно этим самым действием пытаясь прогнать некие, не самые приятные, свои воспоминания, после чего он поднял глаза на чернокруговцев и убедительно изрёк: — Но, смею вас уверить, это весьма полезные объекты для нас. — Хех, получается, наш «дружелюбный волшебник» оказался не так уж прост, каким казался на первый взгляд! — усмехнулся Анаган, намекая на то, что обычный земной представитель магического сообщества ни за что бы не стал хранить у себя вещи тех времён, потому что эта планета не участвовала в том самом противостоянии, из чего можно было легко сделать вывод, что доброжелатель, как и они, был выходцем из Волшебного Измерения. Чуть пораскинув мозгами и попытавшись предположить самому, чего полезного могли делать такие сомнительные и маленькие сферы, маг скорости потерялся в своих же догадках и потому поинтересовался у их главаря, который явно знал об этих штуках куда больше остальных: — Полезные-то полезными, но а что именно они делают? Типа, они как-то поглощают чужую волшебную энергию или что? — Нет-нет, они просто не дают кому-либо счесть магический след существа, которое носит с собой такой гаситель, — опроверг его предположения красноволосый колдун, вновь покачав при этом головой и издав едва слышный смешок, а затем он резко переменился в лице, будто бы вспомнил в тот момент о чём-то крайне важном, и потому глубокомысленно добавил: — Обычно, правда, одного такого маленького шарика бывает вполне достаточно, чтобы скрыть энергетическое излучение своего обладателя, но тут их порядка десяти или даже чуть больше… — чуть помедлив и выдержав небольшую паузу, Огрон нахмурился и, ещё раз сосредоточенно изучив содержимое мешочка, чтобы понять, действительно ли этих предметов там было так много, в итоге наконец пояснил: — Это необычно и странно, наталкивает на определённые вопросы относительно того, кем же реально является то существо, что помогло нам, если ему даже десятка таких артефактов мало для сокрытия своего следа здесь. — Хмм, хочешь сказать, что мы могли столкнуться с кем-то могущественным из Волшебного Измерения? — уточнил у него светловолосый колдун, которого весьма сильно взволновала подобная новость, ведь в их магическом мире не так уж много кого осталось из тех, кто, как и они, практиковал тёмную магию, особенно после того, как Команде Света удалось победить в той войне. Поэтому он с сомнением высказался: — Ну, может, в этом и есть доля правды, ведь, если даже судить по его словам, он даже не причислял себя к местным магам… И всё же, с кем именно, ведь, согласно тем сведениям, что у нас есть, Винкс победили всех, кто некогда возглавлял армию тьмы Волшебного Измерения, так что никого из них, в теории, уже не осталось в живых, — поразмышлял сам с собой Гантлос насчёт личности того таинственного доброжелателя, что проживал здесь до них, который, вероятнее всего, как и их команда, укрывался в этом непримечательном городе, чтобы его не нашли, но затем он понял, что отошёл от сути их разговора и потому спросил: — Кхм, ну это я так… Получается, эти штуки могут нам помочь остаться незамеченными тут? — Всех, да не всех… Наверняка эти хвалёные Советом «защитницы сил добра» так думают сейчас и про нас, однако, как видите, мы всё же здесь, хах! — с долей иронии отметил Огрон на его теорию, что было действительно так, ведь для Винкс они до сих пор пока оставались вечными узниками Измерения Омега, и лучше бы так для них это пока и оставалось, а по поводу личности того, кто согласился им помочь, лидер Чёрного круга лишь хмыкнул: — Да мало ли с кем нас могла свести судьба, сейчас это не так уж важно выяснять. У нас и без этого хватает более насущных проблем… — хмуро произнёс он, тем самым намекая на то, что более не желал возвращаться к обсуждению личности доброжелателя, и следом сразу же переключился на заданный магом разрушения вопрос: — А насчёт того, что ты спросил, да, совершенно верно, гасители не позволят земным феям раскрыть наше местонахождение, даже если мы будем прямо здесь применять наши силы. Вот, смотрите, — с этими словами мужчина сжал в ладони один из шариков, тем самым активируя его, а после этого без всякой опаски сделал взмах рукой, от которого с одной из полок вылетела ещё одна книга и, светясь лиловым магическим сиянием оказалась левитирующей прямо у кисти красноволосого колдуна, а тот тем временем злорадно и многообещающе произнёс: — И они ни за что не догадаются, что прямо у них под боком находятся те, кто может им снова оборвать их блестящие крылья! — Если эти штуки действительно работают именно так, как ты говоришь, то тогда всё просто заебись! — радостно воскликнул Анаган, которого несказанно воодушевила та новость, что им всем было можно использовать их силы хотя бы в пределах этого помещения, ведь это хоть немного, но всё же отчасти улучшало сложившуюся обстановку, отчего тот с надеждой решил внести для себя ясность, вопросив: — Получается, тут мы можем использовать столько колдовства, сколько захотим, и нас никто не спалит? — Да-да, именно так… Только этот факт по-прежнему не исключает того, что никому из вас не стоит использовать силы на глазах у местных жителей, ведь если они вдруг начнут верить в реальность магии, это обернётся для нас ещё более существенным ослаблением! — предупреждающе отозвался Огрон, неохотно делясь подобной информацией, поскольку он прекрасно осознавал, что доверять своим подчинённым — отчасти безрассудная затея, ведь те почти всегда ударялись в крайности, и всё же он решил сделать им определённую поблажку и вкрадчиво добавил: — Однако, если того будут требовать обстоятельства, я могу дать вам по одному из этих гасителей, но лишь при том условии, что вы их не потеряете и не уроните случайно — они всё-таки довольно хрупкие, несмотря на свои магические свойства. — О да, есть, это отличная новость, а то я уже и не надеялся услышать от тебя хоть что-то хорошее! — одобрительно отреагировал на это маг скорости, чуть было прямо в тот же миг не отправившийся в скоростной забег, однако места для подобного здесь было явно недостаточно, поэтому он вновь переключился в свой режим недовольства и с претензией выразился: — Ещё бы нас этот засранец, что присвоил часть нашей магии себе, случайно не выдал нас, и было бы вообще всё супер… Надо найти его, пока он не стал для нас проблемой. — Его? — озадаченно переспросил у него Думан, который до этого момента сидел в стороне и молчал, насупившись по какой-то непонятной причине, которую он высказывать не захотел и лишь хмуро осведомился у товарища: — С чего ты взял, что это именно он, а не она? — Да потому что у девок на Земле есть только два пути — либо стать феями, либо остаться слабенькими и бездарными колдуньями! Не делай вид, что не в курсе, это и так всем понятно! — раздражённо откликнулся на подобное уточнение Анаган, взглянув на своего друга как на последнего идиота и закатив глаза, словно он был безмерно поражён его тупостью, а затем он выдал следующее умозаключение: — А так, как ни одна из крылатых бы не стала связываться с энергией Чёрного круга, то остаётся сделать вывод, что это просто какой-то наглый пацан! — Феи бы и не смогли использовать нашу силу ни в каких целях, у них бы это не получилось… Да и, действительно, не стали бы заниматься подобным, так что, возможно, твои мысли верны, — согласно кивнув, подтвердил его слова Огрон, который не мог не согласиться с подобными аргументами насчёт возможной личности того неизвестного, который умышленно или же неосознанно поспособствовал их освобождению, но так же каким-то непонятным образом сумел воспользоваться их магией, что им предстояло выяснить, и всё же лидер охотников на фей категорично сказал: — Но пока мы не восстановились, о том, чтобы идти и искать кого-то, кто мог бы научиться использовать нашу магию, рано говорить… Так что, пожалуй, оставим это дело на более далёкую перспективу. — Вот поэтому я и спрашиваю тебя, чё мы будем делать дальше вообще? Ну, в смысле, какой будет план действий, что ты наверняка уже родил в своей голове, «о великий наш лидер»? — нетерпеливо вновь поинтересовался темнокожий колдун, напоминая ему о том, что он просил их всех прийти сюда как раз для обсуждения их совместного будущего на Земле. Этот вопрос безусловно волновал каждого, оттого он за всех своих товарищей всё таким же настойчивым тоном предъявил: — Давай уже, выкладывай его и не томи нас тут своей интригой! — Хмм, даже не знаю, с чего начать… — неспешно и степенно протянул красноволосый колдун, изобразив на лице ехидную ухмылку и будто бы намеренно растягивая время, прежде чем выдать конкретный ответ, тем самым ещё сильнее раздражая своего подчинённого, а затем он откинулся на спинку дивана и, потягиваясь всем телом, уточнил: — Смотря, как тебе интересно — в краткосрочном или же в долгосрочном плане? — Давай и так, и так, раз уж всё равно собирался мыслями с нами поделиться! — небрежно отозвался на подобный разброс Анаган, брезгливо поморщившись от всей этой манерности их главаря, которой тот из раза в раз демонстрировал своё превосходство над остальными чернокруговцами, ведя себя словно некий степенный аристократ, коим он не являлся. — Ну хорошо, в таком случае, сперва обсудим то, о чём я уже говорил до этого — нам действительно нужно время на восстановление… — перешёл наконец к сути дела Огрон, при этом продолжив всё так же вальяжно сидеть на кожаном диване, прикрыв глаза и устало зевая, что, впрочем, отнюдь не было напускным, так как он в принципе ощущал себя порядком измотанным, отчего даже следом проговорил весьма неторопливо: — Не знаю, сколько этот процесс займёт у нас по времени, но точно ближайшую пару недель придётся провести именно здесь, в этой самой квартире, ведя жизнь обычных землян и особо не отсвечивая, — высказав это, лидер Чёрного круга чуть помедлил, после чего вновь сел ровно и, окинув остальных мужчин внимательным взглядом, серьёзным тоном изложил: — Как мы уже убедились, местные далеко не самые лучшие люди и могут запросто нами заинтересоваться в негативном ключе. Поэтому, даже несмотря на эти артефакты, никакой магии на улице или же в присутствии незнакомцев, без веской на то причины! Понятно?! — жёстко потребовал он от своих охотников, на что те сперва угрюмо скорчились, но затем всё же вынужденно кивнули в знак согласия с подобным условием, на что красноволосый колдун расплылся в удовлетворённой улыбке и довольно произнёс: — Ну вот и замечательно! А после того, как наши силы восстановятся, нам уже следует подумать о том, как… — А про то, что еду купить надо бы, ты конечно же забыл… — сердито и едва слышно буркнул Думан, который всё это время сидел, скрестив руки возле груди, и словно выжидал, когда их главарь наконец-то скажет то, что его, очевидно, волновало больше всего в тот момент, поэтому, не дождавшись такового, он сам решил высказать своё недовольство. — Что-что, Думан? — непонимающе и возможно не расслышав его, переспросил Огрон, повернувшись в его сторону и смерив своего подчинённого вопросительным взором, из-за чего тот скривился ещё сильнее и издал какой-то непонятный звериный звук, походивший то ли на урчание, то ли на рык. — Что слышал, во всей этой хате нет вообще никакой жратвы! — огрызнулся уже вполне себе по-человечески тот, в следующий же миг вскочив на ноги и крайне эмоционально вскинув обе руки, изображая праведный гнев относительно того, что за время их обысков, им было не найдено совершенно ничего съестного, отчего метаморф возмущённо вопросил: — Как это вообще возможно?! Я всё понимаю, у этого доброжелателя была мощная магия и все дела, но чтобы совсем ничем не питаться? Ну типа хотя бы просто ради вкуса. Короче, нам срочно надо раздобыть, что поесть, иначе жить здесь будет просто невыносимо! — выдвинул он свои требования, выглядя при этом неподдельно серьёзным и взволнованным, однако его товарищей это лишь позабавило, и все они не смогли сдержать своих ехидных смешков. — Ох, я думал, что у тебя действительно есть нечто серьёзное… Какая катастрофа прям, пищи нет, что же делать! — саркастически отозвался лидер Чёрного круга на его негодование относительно отсутствия пищи в квартире, приложив ладонь к своему лбу и тем самым выразив искреннее поражение подобным просьбам, поскольку сам придерживался такого мнения, что существам, которые наделены волшебными силами, можно не питаться. Поэтому мужчина закономерно полюбопытствовал: — А магическая энергия тебе на что нужна внутри твоего тела? Или ты забыл, что есть нам не так уж необходимо? — Энергией единой сыт не будешь… — прошипел в ответ Думан, плюхнувшись обратно в кресло и неприязненно поёжившись, потому как в животе у него ощущалась одна сплошная ноющая пустота, что царила там все те годы, что они провели в заморозке, из-за чего он процедил сквозь зубы: — Помимо того, что мы — маги, мы всё ещё также люди, пускай и в меньшей степени! Но особенно это чувствуется, когда сил остаётся не так уж много, как, собственно, сейчас! — Ну так чего ты ноешь? — с долей сарказма отреагировал на претензии друга Анаган, который отчасти был тоже не прочь чем-нибудь подкрепиться, но всё же не превозносил эту человеческую потребность в ранг абсолюта, и потому он издевательски предложил: — Ты же у нас метаморф, так пойди мышей полови! — Очень смешно! — фыркнул тот, будучи немало оскорблён подобным насмешливым изречением в адрес своих способностей, что заставило его вновь вскочить на ноги и приблизиться к своему темнокожему товарищу, чтобы затем гневно выпалить прямо тому в лицо: — Так и быть, принесу тебе местную крысу на ужин, раз ты думаешь, что это вкусно! Вот прям такую же, большую и жирненькую, что скажешь, мм? — с этими словами Думан превратился в весьма крупного грызуна с длинным облезлым хвостом и прыгнул на плечо к магу скорости, отчего тот его моментально скинул с себя, чуть было не поперхнувшись от отвращения к такому зрелищу, которое невольно напоминало ему о той самой канализации, где им приходилось укрываться. — Вот сам её и жри! Я лучше уж голодным останусь, чем схаваю нечто подобное! — с пренебрежением выплюнул Анаган, метнувшись в противоположную сторону от товарища, всё ещё пребывавшего в крысином облике, и в секунду оказавшись вжавшимся в стену, грозно тыча пальцем в его сторону. — Так, ладно, хватит уже. То, что мы тут можем здесь использовать наши силы, ещё не значит, что их можно расходовать на эти ваши глупости! — поспешил унять обоих колдунов Гантлос, встав между ними, прежде чем кто-либо из них успел бы выкинуть что-то ещё из арсенала своих способностей, а после чего он переключился на Огрона, обернувшись к нему, и признался, поправив одновременно шляпу у себя на голове: — Хотя, если честно, Думан отчасти прав: мы конечно вполне себе можем обходиться без пищи, но сейчас, особенно, исходя из того, что ты упомянул насчёт восстановления наших сил, было бы неплохо сократить их трату до минимума. Я конечно понимаю, что ты у нас всю жизнь привык есть из пищи салат да чай, но всё же иногда необходимо употреблять что-то нормальное… — с усмешкой выразился маг разрушения, намекнув при этом на некий давний факт из их общего прошлого, от которого даже лидер охотников на фей не смог сдержать мимолётной ностальгичной улыбки, дёрнув уголками губ, а сам же светловолосый мужчина тем временем выдал ещё один саркастический аргумент: — А то наши внутренние органы, что и без того за семь лет заморозки обленились, окончательно перестанут функционировать! — Ладно, ваша правда… — со вздохом согласился красноволосый маг, хоть он с большой неохотой и скрепя сердце принял это, поскольку всё равно считал, что голод — это далеко не самая главная физиологическая потребность, которую стоило удовлетворять, ведь на неё, как минимум, нужны были деньги, отчего он бросил беглый задумчивый взгляд по книжным полкам, но вслед за этим вновь перевёл глаза на своих охотников и спросил у них: — Надеюсь, на этом все ваши требования будут удовлетворены? Что ж, вижу по вашим лицам, что, так на чём мы остановились? Ах да, на более дальней перспективе… — вспомнил Огрон и чуть помолчал, в это время тщательно обдумывая свои слова, потому что ему на самом деле предстояло высказать далеко не одну свою идею, некоторые из которых могли вызвать негодование у его подчинённых, из-за чего он решил зайти издалека и продолжил: — Кхм, ну, начнём с того, что я бы всё же предпочёл через какое-то время покинуть этот город и переместиться куда-нибудь в более уединённое и благоприятное место, и где так же, как и здесь, нет сильного фейского влияния… — Ага, и ещё желательно, чтобы это место было чутка побольше! — поддакнул ему Анаган, разделяя мнение насчёт того, что им было необходимо куда более просторное жильё и при этом желательно, чтобы оно располагалось в отдалении от человеческой цивилизации, потому он следом выразил своё довольно конкретное пожелание: — Я бы даже сказал, гораздо больше, и чтобы у каждого из нас была своя комната, как минимум! — Ну тут уж как получится! — разведя руками, неопределённо произнёс их лидер, который пока ещё понятия не имел сам, куда именно они направятся, а его подчинённый уже начал высказывать запросы, отчего он тут же в ироничной манере осведомился у него: — А что же ты ещё хочешь? Личного дворецкого? А может даже целый персональный бордель? — Мммм, а чё, было бы очень даже неплохо! — одобрил его идею маг скорости, что скорее всего была всего лишь подколом, но при этом он изобразил мечтательное состояние, будто бы в его тайных желаниях и правда было нечто подобное, особенно предложение, касающееся представительниц противоположного пола, к которым мужчина был весьма неравнодушен, впрочем как и все маги Чёрного круга, и всё же он резко помотал головой и прыснул со собственной же идеи: — Хотя… Не думаю, что феи будут рады, если мы наберёмся наглости и будем жить по соседству от острова Тир Нан Ог! — Ха-ха, что ж, это было очень даже годно! — оценил его шутку Гантлос, который тоже на минутку представил подобный расклад событий, и он его только позабавил, ведь близость с воинственными крылатыми волшебницами — это то, чего бы им всем сейчас хотелось меньше всего на свете, потому он ухмыльнулся и после предложил, обратившись к Огрону: — А что насчёт того самого замка Верховного мага? Или ты уже не так сильно хочешь туда возвращаться, после всего того, что между вами случилось? — Да нет, почему же, меня нисколько не тревожат события минувшего, — отрицательно отреагировал на данное предположение тот. Сидевший сбоку от него Думан скривился, будто бы в тот миг куснул кислый лимон, и пробурчал себе под нос нечто невнятное и крайне неприятное. Лидер охотников на фей сделал вид, что не заметил этого, и согласился с ним: — Так что, вполне себе достойный вариант. Всё же те годы мы как-то нормально обитали в нём, и ничего, так что не вижу особых проблем в том, чтобы попробовать туда переехать и там же обосноваться в дальнейшем… К тому же его последнему владельцу этого замка теперь-то уж точно всё равно, — заключил он и несколько странно напрягся от собственных слов, нахмурившись и прищурившись, одновременно с этим опустив взгляд вниз, а также поджав губы. В таком состоянии мужчина просидел какое-то непродолжительное время, а затем это состояние резко прошло, и он, как ни в чём не бывало, переключился на другую тему, произнеся: — Только проблема в том, что нам придётся преодолеть весьма нехилое расстояние — между этой Москвой и этим местом где-то около полутора тысяч километров. И сделать это придётся, скорее всего, без применения магии, чтобы опять же не привлечь к себе излишнее внимание: гасители не смогут скрыть след от телепортации. — Хах, а когда нас что-либо останавливало от подобного долгого путешествия? — иронично заметил Гантлос, для которого подобная сложность ничуть не выглядела непреодолимой. Напротив, он посчитал её вполне посильным для Чёрного круга делом и потому убедительно сказал: — Если уж мы тогда, будучи совсем мальчишками, решились из Магикса направиться сюда, ничего толком не зная об этом мире, то сейчас преодолеть такой путь — плёвое дело! — В таком случае этот вопрос мы порешили, но а пока остаёмся здесь, — удовлетворительно отозвался Огрон, тем самым намекая на то, что вопрос с жильём пока что был временно решён и возвращаться к нему он не собирался. Далее красноволосый маг поднялся со своего места и неспешно прошёлся до окна в помещении, при этом рассуждая: — А теперь немного по поводу других планов: да, безусловно, нам следует найти того, кто сумел воспользоваться нашими силами. Правда, я пока точно не могу сказать, как именно мы должны это сделать, однако это важно, потому что нам не нужны подобного рода проблемы. Именно поэтому нам крайне желательно при следующем проявлении в округе энергии, схожей с нашей, незамедлительно вычислить её источник и нейтрализовать его… — С этими словами он отодвинул одну из штор и глянул на улицу, чтобы окончательно для себя убедиться в том, что никто за ними не следил, но затем резким движением задёрнул ткань обратно и, повернувшись к остальным чернокруговцам, добавил: — Любыми способами. — Будет крайне иронично, если этот некто в итоге окажется плодом твоих «работ»! — насмешливо высказался Анаган, которого такое уточнение только лишь позабавило, потому как тот всё ещё подозревал их лидера в нарушении собственных же правил и связи с женщиной, от которой могло появиться ещё одно существо, наделённое их силами, оттого он презрительно фыркнул. — Ну, конечно, знаешь, подмёныш Чёрного круга — это что-то новенькое, и всё-таки я уже ничему не удивлюсь, ты тот ещё донжуан! — бросил маг скорости то ли с плохо прикрытой завистью, то ли с осуждением. Вслед за этим он подошёл вплотную к красноволосому колдуну и, посмотрев тому прямо в глаза, полюбопытствовал: — И что же ты тогда будешь делать? Также прикажешь избавиться «любыми способами»? — О духи вселенной, да что ты заладил про «подмёныша»?! — свирепо прорычал в ответ Огрон, спокойно и непоколебимо выдержав этот пристальный взор, после чего одним грубым движением плечом оттолкнул не в меру наглого подчинённого прочь от себя и в подтверждение своим словам несдержанно прокричал: — Не было у меня и нет никаких детей, я всегда исключал такое, у меня и без таких проблем было забот по самое горло, знаешь! Да и к тому же, когда этому было происходить, если последние пару лет перед заточением мы были озадачены нашими поисками той девицы?! — гневно поинтересовался он у всех чернокруговцев, на что те лишь пожали плечами и не смогли что-либо возразить в ответ. Их лидер изобразил на лице кривую усмешку и с ликованием заметил: — Так что ни единого шанса для подобной теории! Чего не могу с такой же точностью сказать про вас… Да и, как будто, на Земле так мало тёмных волшебников, что могли найти остатки наших магических сил и начать использовать их в своих целях! — закатив глаза, высказался мужчина, будучи до сих пор взбешённым из-за подобного рода догадок от его охотников, но затем он всё же обуздал свои эмоции и решительно выдал: — И всё же, в любом случае, надо будет найти того, кто это практикует, кем бы он ни являлся, и пресечь его деяния, пока это не стало для нас существенной проблемой! Я больше не намерен допускать таких осечек, как это было с последней земной феей. — Что ж, это весьма похвально, конечно, что ты всё же пробуешь учиться на собственных ошибках, — с одобрением и одновременно с долей сарказма произнёс Гантлос, у которого подобное заявление вызвало весьма смешанные чувства, поскольку он был в гораздо большей степени, нежели остальные чернокруговцы, приближен к их лидеру и потому прекрасно был в курсе того, насколько сильно порой ошибочными могли являться многие его убеждения. К тому же, ко всему прочему у мага разрушения уже начали закрадываться нехорошие мысли, к чему тот мог клонить весь этот разговор, отчего он решил узнать: — Но, Огрон, хорошо, переместимся мы все дружно в тот замок, а после найдём мы этого горе-волшебника и отвоюем те крупицы силы, что он у нас умудрился каким-то непонятным образом украсть… А дальше-то что нас здесь ждёт? — А дальше… — неторопливо протянул в ответ Огрон, изобразивший сперва серьёзную задумчивость, но вслед за этим его лицо прояснилось, а в холодно-голубых глазах засверкали огоньки азарта и оживлённости, что его подчинённым не сулило ничем хорошим. После чего он всё же продолжил: — Дальше мы будем заниматься тем же, чем занимались всегда, господа, с тех самых пор, как на наших спинах появился этот символ в виде Чёрного круга, — вкрадчиво проговорил он, с хитрым прищуром окинув всех мужчин многозначительным взглядом, отчего те обратили на него взоры, отображающие их общее недопонимание, а сам же красноволосый колдун сдавленно рассмеялся, а затем, зловеще оскалившись, торжественно провозгласил: — Продолжим нашу охоту на земных фей, конечно же! Остальные маги замерли в полнейшем недоумении и замешательстве из-за последних слов, что прозвучали из уст главаря Чёрного круга, поскольку никто из них явно не ожидал услышать нечто подобное, особенно после всего того, что с ними всеми произошло, а уж тем более в сложившейся неблагоприятной для них обстановке на Земле. Да, их основным занятием и, можно было даже сказать, делом всей жизни, вот уже много лет, с самого юношества, являлась именно охота, которая подразумевала собой отлов крылатых волшебниц этого мира с последующим изъятием у них всех их магических сил вместе с их крыльями, что даровало им самим больше волшебной энергии и делало всю их команду сильнее. Но, если быть точнее, то чернокруговцы, в первую очередь, питали отнятой у фей магией не самих себя, а тот артефакт в виде кольца с шипами, с которым те были связаны нерушимыми узами с тех самых пор, как ещё в юности поклялись ему в исполнении своей миссии по получению абсолютного контроля над всем волшебным потоком этой планеты. Сам же Чёрный круг, получая столь необходимую для себя подпитку чужими силами, даровал им четверым возможность использования своих уникальных способностей и неуязвимость к большинству магических атак, что в большей степени проявлялось как иммунитет на колдовство фей, отчего этот союз между колдунами и волшебным предметом и был для них обоюдно привлекательным. Ведь, в самом деле, первое время всё действительно шло практически идеально: сперва они отлавливали крылатых волшебниц поодиночке, одну за другой, чтобы накопить определённый энергетический потенциал, после чего уже смогли выступить открыто против других представителей этой магической расы, сражаясь с целыми отрядами и раз за разом захватывая всё больше их волшебства, что делало их лишь только сильнее и непобедимее. Вскоре после этого магам Чёрного круга удалось одолеть не только простых рядовых земных фей, но и их их правительниц, что были помощницами самой королевы на Земле, параллельно с этим уничтожая их артефакты, которые одновременно с этим были и своеобразными ключами для доступа на их заколдованный остров — Белые круги. Таким образом буквально за пару лет войны с этими крылатыми особами, что сами мужчины прозвали временем «Великой охоты», будучи ещё по сути совсем юными волшебниками, но при этом преисполненными мыслей и уверенности в том, что они совершали благое дело, им удалось отнять магию практически у всех их врагов, загнав их в собственное королевство в надежде укрыться в нём от террора со стороны четверых охотников. В этот самый момент Чёрный круг и совершил свой решающий и сокрушительный удар, определивший судьбу фей с острова Тир Нан Ог: маги пробрались к ним прямо во дворец, где смогли заполучить остатки сил чудом уцелевших до того момента волшебниц, а затем они сотворили тёмное заклинание, тем самым заключив тех в их же собственном королевстве. А спустя пару лет, колдунам удалось настигнуть и саму правительницу этого магического народа, которой удалось сбежать во время того нападения и длительное время скрываться среди людей, и всё же её постигла участь её подданных, после чего для магов Чёрного круга наступил самый настоящий пик их власти и могущества на Земле. После победы над всеми земными феями остальные волшебные расы этой планеты сдались им практически без боя, отчего мужчины без особого труда получили тот самый контроль над всем энергетическим потоком, чего так требовал от них тот самый странный артефакт. После этого всего они, более чем на десяток лет, просто находились в уединении со своей приобретённой безграничной силой, постигая все её аспекты. Время от времени, правда, чернокруговцы появлялись в людском мире, где они вели себя как обычные земляне, изредка постигая некоторые особенности местной культуры и приобретая новые навыки, а также взаимодействуя с некоторыми жителями, в основном, с представительницами женского пола. Что же касается возможности расширения спектра своего влияния, то в этом плане колдуны не стремились к тому, чтобы получить абсолютную власть над другими планетами в Волшебном Измерении, прекрасно помня о том, к чему привело подобное желание других могущественных представителей тёмной стороны магии. Они знали, что Совет и действующая Команда Света более были не намерены допускать повторения войны, в любой момент готовые нейтрализовать любую угрозу для их королевств, и потому довольствовались тем, что смогли заполучить на Земле, поскольку даже Чёрный круг не требовал от них продолжения захвата сил фей из других миров. Так они и прожили бок о бок целых тринадцать лет в замке, что достался им после победы Огрона над Верховным магом, который предпочёл сложить все свои обязанности и отправиться в изгнание, за это время маги просто спокойно сосуществовали вместе, лишь изредка требуя от их лидера найти новое занятие и применение их новых безграничных сил для них, из-за чего между ними всё же, время от времени, вспыхивали конфликты. В конце концов, их лидер и, по совместительству, единственный хранитель Чёрного круга нашёл для своих охотников новую цель и миссию — это случилось в тот момент, когда он внезапно почувствовал в воздухе энергию земных фей, из чего сделал вывод о том, что они упустили одну, самую последнюю, представительницу этой расы. Вслед за этим умозаключением был отдан указ о поимке этой волшебницы. И именно это решение в последствие запустило череду фатальных событий для четвёрки тёмных магов и в конечном итоге привело их к тому самому заточению в Измерении Омега: сперва они случайным образом напали не на ту девушку, что спровоцировало Волшебное Измерение впервые за столько лет вмешаться в ситуацию на Земле и направить тех самых Винкс спасти последнюю земную фею. Ею оказалась Рокси, которая будучи под защитой своих новых подруг, смогла не только освободить других жительниц королевства Тир Нан Ог, но и вернула на эту планету энергию веры, из-за которой чернокруговцы потеряли большую часть своих сил и едва сами не стали жертвами своей же бывшей добычи. Потому после всех этих пренеприятных фактов, а также после их спасения от гибели в ледяной тюрьме, в которой те оказались за свои злодеяния против земных фей, магам меньше всего сейчас хотелось возвращаться к тому делу, которое уже один раз чуть стоило им четверым их собственных жизней. И именно поэтому реакция на слова Огрона насчёт возвращения к охоте на фей у мужчин была неоднозначной: Думан неожиданно встрепенулся, и всё его недовольство мигом сменилось на неподдельный интерес, который можно было даже охарактеризовать как охотничий азарт, словно он только и ждал того, когда их лидер об этом наконец заговорит; Анаган же, напротив, всем своим видом выражал сильнейший негатив относительно подобного решения, что предпринял красноволосый колдун за всех них, отчего он приоткрыл рот и был будто бы готов вот-вот разразиться очередной волной негодования; что касается Гантлоса, то тот, впрочем, как и большую часть своей жизни, не выражал таких сильных и явных эмоций как его товарищи, однако судя по его нахмуренному и несколько угрюмому выражению лица, что было скрыто под тенью шляпы, он тоже был не особо рад услышанному. — Чего-чего, прости? — ошеломлённо, спустя почти минуту повисшего в комнате гробового молчания, переспросил маг скорости, у которого было такое ощущение, словно слова Огрона были какой-то глупой и крайне неуместной шуткой, или же и вовсе это всё ему показалось, отчего он уточнил: — Может, я неправильно расслышал тебя? Очень на это надеюсь, знаешь! — Мда, а я, похоже, явно поторопился с выводами насчёт того, что ты пробуешь учиться на собственных ошибках… — тихо произнёс Гантлос, испустив грустный выдох и укоризненно покачав головой, при этом обхватив себя обеими руками, и затем он поднял глаза на красноволосого колдуна, выглядевшего в тот момент ликующим и абсолютно уверенным в правильности своего решения, и хмуро спросил: — Жизнь ничему тебя не учит, да, Огрон? — Да что? Что я сказал вам такого? — немало удивился подобной негативной реакции тот, не видя ничего необычного и из ряда вон выходящего в своих дальнейших планах, что он себе успел надумать всего за сутки их свободы, и они, надо признать, были весьма грандиозными. Однако лидер Чёрного круга поспешил заверить своих подчинённых: — Нет, ну конечно я не говорю начать этим заниматься вот прямо сейчас, но вот в долгосрочной перспективе, скажем так, где-то через пару месяцев, как мы полностью восстановимся, можно уже начать… Что вы так смотрите на меня как на врага, вы разве ожидали услышать нечто другое? — поинтересовался он, когда его охотники продолжили сверлить его пристальными взглядами, и у большинства они не выражали никаких светлых и позитивных эмоций по поводу сказанного им. — Ой, даже не знаю, с чего начать, наш «дорогой и многоуважаемый» лидер! — возмущённо выкрикнул Анаган, одновременно эмоционально жестикулируя и всем своим видом выражая бурлящие в нём чувства относительно услышанного. Он подскочил вплотную к своему главарю и с претензией напомнил ему: — Хм, может быть с того, что, кажется, кто-то обещал нам то, что мы больше никогда не сунемся заниматься всем этим?! Но да, как же я мог забыть, какая наивность, ты ведь никогда не держишь свои обещания! — И где же я их не держу, позволь спросить? — холодно осведомился у него Огрон. Судя по гневному взгляду, он был немало разозлён подобного рода претензиями со стороны одного из своих охотников и принял данное обвинение на личный счёт, из-за чего мужчина, сжав кулаки, напрягшись всем своим телом и стоя вплотную к темнокожему магу, настойчиво полюбопытствовал: — Разве нами не была дана клятва Чёрному кругу исполнить нашу миссию по поимке фей? Или же ты хочешь сказать, что я неверен нашим принципам и нашему общему делу?! — Я хочу сказать лишь то, что ты — конченый идиот, если считаешь, что кто-либо из нас согласится после всего того, что случилось, вернуться снова к охоте на этих крылатых девиц! — без тени стеснения и крайне озлоблённо высказался Анаган, стоявший лицом к лицу с их лидером в такой позе, словно они оба вот-вот в любой момент могли сцепиться в рукопашной схватке, и всё же никто из них не спешил переходить на язык кулаков, потому он продолжил весьма агрессивно излагать своё мнение: — Неужто не помнишь, в каком бешенстве все они были, когда та малявка их освободила?! Сунемся к ним снова и тогда уже точно нам будет конец! Или же ты этого как раз добиваешься?! — в бешенстве предъявил маг скорости, ткнув красноволосого колдуна пальцем в грудь, отчего тот отпрянул на шаг назад и негодующе ощерился, а тот тем временем категорично заявил: — Тогда извини, но совершать вместе с тобой суицид я не намерен! — Ой, вот значит как, тогда кто же у нас теперь из нас боится фей на самом деле? — насмешливо уточнил Огрон, презрительно прищурившись и послав в его адрес ехидную усмешку, демонстрируя то, насколько забавно для него звучали все эти аргументы, после чего он в такой же пренебрежительной манере добавил: — Позволь напомнить, не ты ли парой часов назад так яро заявлял, как рвёшься с ними в бой? Так что же теперь идёшь на попятную как последний трус? — Если ты считаешь меня трусом, тогда я имею полное право считать тебя подлым лжецом, который переобувается в зависимости от ситуации! — выпалил Анаган в ответ на это оскорбление, который оказался неслабо задет им, что его ещё сильнее распалило, и он, уже окончательно потеряв всякий контроль над своими эмоциями, несдержанно предъявил: — Да-да, не смотри на меня так, и ещё, между прочим, ты кажется забыл, что нам всем сказал ещё года, когда мы сидели в пещере Сибиллы: «Мы должны закончить начатое, чего бы нам этого не стоило, а после каждый из нас имеет полное право разойтись, кто куда хочет»! Я не помню в точности твоих слов, но хотя бы Гантлос может подтвердить, что смысл сказанного тобой был тогда примерно таким, я ведь прав? — обратился он с вопросом к своему светловолосому товарищу, на что тот едва заметно качнул головой в знак согласия с его словами, из-за чего мужчина победно воскликнул: — Ну вот! И разве это твоё обещание насчёт того, что мы можем уже наконец пойти своими путями и не быть связанными вместе этим глупым обетом, оказалось выполнено?! Ведь, несмотря на всё это, что мы уже сделали, мы почему-то всё ещё находимся вместе! — Да, всё так, ты хорошо запомнил мои слова, что для меня удивительно, только вот, ты не учёл одного весьма важного факта… Ничего ещё не кончено, — жёстким голосом, который не подразумевал каких-либо возражений, проговорил лидер охотников на фей, убеждённый в в том, что клятва, данная Чёрному кругу не была исполнена, поскольку все они вернулись к самым истокам. Этот факт заставил его резко возразить: — И насколько я вижу, пока что, единственное слово, что я не смог сдержать в полной мере — это как раз вся эта текущая ситуация, при которой эти крылатые твари вновь оказались на свободе и уже начали заново устанавливать на Земле свои порядки, а также выкачивать из людей энергию веры! — произнеся это, красноволосый маг обогнул стороной своего разбушевавшегося подчинённого и затем требовательно спросил у него, крича при этом ему прямо в ухо: — И ты считаешь, что мы имеем право просто от всего отказаться и оставить нашу охоту, когда подобное происходит вокруг?! — А в чём проблема именно так и поступить? — вдруг вмешался в их перепалку Гантлос, будучи тоже не особо обрадован от такой перспективы опять начать бороться с феями, потому он не смог молчать, особенно слыша как яро Огрон внушал им троим свою правоту, потому он поднялся со своего места и настойчиво осведомился: — Мы ведь уже попытались раз, и что из этого хорошего в итоге вышло? Да, сперва всё было отлично, много магической энергии и полный контроль над этим миром, но а что потом? — задав этот достаточно риторический вопрос, он чуть помедлил, но вслед за этим окинул встревоженным взглядом товарищей, которым маг разрушения попытался воззвать их разуму, и вопросил: — К чему нас всё это привело из-за одной мельчайшей оплошности и того твоего спонтанного акта гуманизма, заключавшегося в том, чтобы пощадить маленькую девочку и не отправлять её в заточение вместе с матерью? — Я признаю, что это была моя ошибка, но более я не намерен ничего подобного допустить! — неожиданно для всех согласился с ним Огрон, хотя, скорее всего, это было лишь необходимым для него актом с целью задобрить того, кто имел наибольший авторитет в их команде после него самого, и всё же он в качестве своего оправдания заверил чернокруговцев: — Отныне всё будет по-другому, я вам обещаю! — Конечно же ты более не допустишь ничего подобного! — закатив глаза, хмыкнул Анаган, явно намекая тем самым на что-то своё, отчего их лидер вопросительно вновь обернулся к нему, а тот, изобразив ехидную гримасу на лице, пояснил, что конкретно имел в виду: — И да, теперь всё точно будет не так, как раньше, потому что никто из нас не собирается больше прислуживать тебе и твоему тупому колечку ради непонятно чего в итоге и сомнительной выгоды! — Пожалуйста, говори за себя, Анаган! — наконец встрял Думан в их весьма эмоциональное обсуждение идеи продолжить охоту, который до этого просто сидел и поражённо наблюдал за разворачивающейся прямо у него на глазах очередной ссорой его товарищей, однако в конечном итоге он не сдержался и тоже решил высказать им своё мнение: — Может быть для тебя всё это с самого начала и не имело такого сильного смысла, и ты делал это просто ради прикола и с нами заодно, но для меня наша охота на фей значит очень и очень много, потому что это единственная возможность отомстить за смерть единственного близкого человека! — сказал метаморф с таким сильным душевным надрывом, что его слова прозвучали так, словно для него это было действительно настолько важно и будто бы это вообще была его единственная цель в жизни, а вслед за этим он высказался в поддержку решения красноволосого мага: — Так что, Огрон здесь в кои-то веки прав — мы не имеем права оставить всё, как есть, эти феи должны ответить сполна за всё то, что делали долгие века здесь, на Земле! — Думан, прошу, не надо… — попытался унять его эмоциональный всплеск Гантлос, подойдя к другу и в знак поддержки положив ему руку на плечо, поскольку он не понаслышке знал, насколько эта тема была для того болезненной, но всё-таки ему был крайне неприятен сам факт возникновения данной реакции, из-за чего мужчина с тревогой решил узнать: — Неужели ты до сих пор одержим этими идеями возмездия? — Да, и всегда буду, пока все эти крылатые гадины не окажутся вновь запертыми на их поганом острове! — вспылил в ответ Думан, резко вскочивший на ноги и грубо скинувший с себя ладонь мага разрушения, после чего он бросил пронзительный взор на всех присутствующих в комнате и крайне агрессивно обратился к ним: — Неужели вы двое сможете спокойно смотреть на то, как теперь они рушат всё, чего мы добивались для нас с таким огромным трудом, рискуя нашими жизнями?! — Да, смогу, представь себе! — отозвался на его возмущённый возглас Анаган, демонстративно разведя руками, и не видя в этом ничего удивительного. Затем он вновь перешёл на ор и громко аргументировал свою точку зрения: — Потому что это бред — соваться вновь туда, где нас готовы убить при первой же удачной возможности! Одно дело — обороняться, если они нас раскроют, но совсем другое — самим лезть на рожё̈н и пытаться вернуть себе то, что мы утратили, опять же, как ты сказал, «рискуя нашими жизнями»! — передразнил он товарища, показав тому неприличный жёст и получив такой же в ответ, что заставило колдуна злобно расхохотаться и саркастично поинтересоваться: — Неужто тебе одного раза не хватило, когда тебя чуть было не отправили на тот свет, или же ты хочешь, чтобы в этот раз тебя уж точно добили? — А ты думаешь, что феи дадут нам просто так начать здесь жизнь с чистого листа? — задал ему встречный вопрос метаморф, будучи вне себя от ярости из-за нежелания друга понять, насколько это дело было важно для них. Он сам придерживался принципа в отношении фей, гласившего: «Атакуй первым, пока тебя не убили!». Поэтому он всё̈ так же эмоционально вопросил: — Пока мы будем находиться на Земле, всегда будет риск, что они нападут на нас, поэтому не проще ли самим сделать это первыми, как только подкопим наши силы?! — Что ж, рад, что тут хоть кто-то разделяет мою точку зрения, — с явным одобрением отозвался на пламенную речь своего подчинённого Огрон, который самодовольно оскалился оттого, что его идеи разделял ещё̈ хоть кто-то в Чёрном круге помимо него самого. Тот факт, что Думану по-прежнему была так важна месть, давал ему лишь больше возможностей для манипуляций им, отчего он скривил уголок тонких губ и после обратился к другому своему охотнику: — Да и, осмелюсь напомнить тебе, Анаган, что объём нашей магической энергии напрямую зависит от того, сколько волшебства фей было нами захвачено. Мы, конечно же, со временем восстановим наши ресурсы, но не до такой степени, чтобы иметь возможность колдовать в полную силу, как это было раньше, — настойчиво напомнил он магу скорости, пытаясь надавить на его склонность к жадности и желанию обладать большим объёмом энергии, что, впрочем, было важно не только для него, но и для всех чернокруговцев. Отчего их лидер так же вкрадчиво добавил: — Поэтому, можно сказать, что охота — это не просто моя прихоть, а наша общая жизненная необходимость. — Да мне пофиг как бы, делайте, что хотите, но только без меня! — прохладно отреагировал Анаган на этот существенный аргумент, хоть и на самом деле он на секунду задумался насчё̈т того, откуда будет черпать силы для своих способностей к быстрому перемещению. И всё же он решил в этот раз твёрдо стоять на своё̈м и категорично отрезал: — Я не собираюсь участвовать во всём этом театре абсурда, и меня вполне устроит даже то количество энергии, что есть сейчас. Поэтому предлагаю просто мирно разойтись, оставшись друзьями, насколько это возможно для нас после всего произошедшего, и не ввязываться во всю эту ерунду! — высказался темнокожий мужчина за полное прекращение деятельности их команды, однако другие колдуны отреагировали на это намерение вовсе не так уж радостно и согласно, как тому бы, возможно, хотелось. — Хорошо, на минутку представим, что Чёрный круг распался. Ты получил столь желанную для тебя «абсолютную» свободу, но вот только на Земле оставаться будет никак нельзя, ведь рано или поздно, феи всё равно узнают о том, что мы освобождены, — примерно обрисовал ему перспективу при таком раскладе событий красноволосый маг, всё ещё не воспринимавший его слова и намерения всерьёз, потому что подобный спор возникал у них уже далеко не в первый раз, особенно за тот период, пока они пытались поймать последнюю крылатую волшебницу. Поэтому тот уже знал, на что именно воздействовать в подобных спорах, и осведомился: — И куда же ты намерен направиться в таком случае, позволь спросить? — Да куда угодно! Хоть в Магикс, хоть ещё куда! — с презрением бросил в ответ Анаган, которого уже нисколько не волновали все эти вопросы, и единственным его желанием в тот момент, будучи окончательно распалённым, было добиться того, чтобы их главарь наконец услышал его мнение, что заставило истерично выкрикнуть: — Но лишь бы подальше от тебя и твоих неуёмных маньякальных идей! — Ха-ха, как это мило, что ж, успехов! — рассмеялся от такого уточнения Огрон, восприняв слова подчинённого как всего лишь ещё̈ одну попытку вывести его из себя, чем тот занимался из своей патологической вредности на регулярной основе. Отчего лидер Чёрного круга даже не собирался с ним церемониться и только вдобавок съязвил: — Интересно только, через сколько тебя схватят стражи из крепости Светлого камня или те же специалисты, когда узнают, что ты — тот самый маг Чёрного круга, что остался жив и сбежал из Омеги? — Знаешь что, лучше уж вернуться во льдину, чем снова прислуживать тебе! — с нотками отчаяния в голосе прокричал маг скорости, бросившийся к тому с серьёзным намерением отправить тому в лицо кулак. Но затем он всё же сдержал себя от этого и вместо этого крайне едко произнёс на повышенном тоне: — А ещё̈ выслушивать все эти твои долгие и пустые разговоры о том, что все наши деяния «во благо Чёрного круга» или же «ради нашей общей цели»! Всё̈, что я понял за все эти годы охоты, так это то, что мы делали, делалось лишь ради того, чтобы потешить твоё̈ самолюбие! И к чему нас привело это твоё лидерство? Сперва из-за тебя был просран этот твой же «гениальный план» по захвату всех фей, потом мы попали в самую суровую тюрьму во всей вселенной, а затем и вовсе очутились в самой жопе Земли, где мы даже простого щелчка пальцами сделать не можем без оглядки и опаски, что за нами могут прилететь земные феи и прикончить нас! И что ты скажешь на это, Огрон?! — полюбопытствовал Анаган, в прищуре вглядываясь в глаза красноволосого колдуна, которые не выражали совершенно никаких положительных эмоций, а только лишь холод и равнодушие с нотками высокомерного презрения. — Я не обязан оправдываться перед тобой ни в чём! — сурово рявкнул тот на него, после чего снова грубо оттолкнул его от себя в сторону и повернулся к остальным чернокруговцам со словами: — Я уже много раз вам всем говорил: то, что было сделано, уже сделано, и этого никак нельзя изменить, можно лишь вынести из этого ценный опыт для дальнейшего. — Огрон сделал небольшую паузу, поскольку у него закончился воздух в лёгких, а также он решил немного собраться с мыслями, чтобы в конце концов унять назревавший в их команде бунт. Затем всё же начал произносить свою продуманную за этот короткий срок речь: — И всё то, что с нами было, безусловно, негативно сказалось на нас и нашем энтузиазме заниматься дальше охотой. Поэтому я всецело могу понять, почему некоторым из вас хочется сейчас опустить руки и бросить всё̈. Однако это не выход, и необходимо просто переступить через свой страх нового поражения и сделать максимум для того, чтобы не повторить данного исхода. Судьба дала нам ещё̈ один шанс начать всё̈ сначала, и мы не вправе его упустить, поэтому я не намерен отступать! — Эта твоя хвалёная судьба дала нам шанс начать именно сначала, а не по-новой, Огрон, как ты это не понимаешь? — парировал на все его слова Гантлос, которого, судя по его по-прежнему хмурой физиономии, не очень-то впечатлили все эти чувственные распинания их лидера. Он, к немалому удивлению своих товарищей, следом изрёк: — Со мной редко такое случается, но тут я не могу не согласиться с Анаганом. Мы едва не погибли и чуть было не остались вечными узниками ледяной планеты, неужели тебе всего этого мало?! Теперь у нас появилась уникальная возможность не ввязываться во всё̈ это заново, а ты просто хочешь взять и снова вовлечь нас в новую войну против фей! — всплеснув руками, возмутился он, встав на сторону мага скорости, чему тот был весьма признателен, хоть и всеми силами пытался не подавать виду. И всё же благодарной улыбки сдержать не сумел, но тут же прикрыл её ладонью, чтобы не выглядеть чересчур добрым. — О духи вселенной, Гантлос, как ты ни понимаешь, у нас нет и никогда не было этой возможности! — воззвал из последних сил к его разуму Огрон, уже не знавший, как именно убедить своих охотников в том, что его мнение в этой ситуации является единственно верным. И поскольку он прекрасно осознавал то, что если сейчас не настоит на своё̈м, их команда реально распадётся, мужчина яростно заявил: — Мы — маги Чёрного круга, это то имя и тот статус, который уже никогда не искоренить, куда бы мы ни направились, потому что наша связь с этим кольцом нерушима и требует определённой платы за дарованные нам силы! А охота на фей — это и есть наша расплата и одновременно работа здесь, так было, есть и будет до самого конца, и этим всё̈ сказано! — приказным тоном сообщил он своим подчинённым. В этот момент вокруг него вспыхнуло яркое фиолетовое свечение, а глаза на секунду залились такого же цвета сиянием, но затем их лидер обуздал в себе свою магическую силу и уже более спокойно, но всё равно ультимативно, заключил: — Я не собираюсь больше распинаться тут перед вами. Всё̈ уже решено, и в этот раз мы доведём наше дело до конца, чего бы нам это ни стоило… А после уже, будь что будет. — Какой же ты уёбок… — едва слышно пробурчал Анаган, насупившись от бессильного гнева и невозможности повлиять хоть как-нибудь на это безрассудное решение, которое вероломно и единолично принял их главарь, даже не попытавшись прислушаться к доводам остальных. — Что ты сказал? — переспросил у него тот, медленно поворачиваясь в его сторону с видом, не предвещавшим ничего хорошего. После чего Огрон, теряя всякое самообладание, громко рявкнул: — Живо повтори! — Я сказал, ты просто конченый, самовлюблённый и эгоистичный придурок! — выпалил в ответ уже во весь голос темнокожий колдун, который в тот миг потерял над своим разумом и действиями всякое самообладание, из-за чего он схватил своего лидера за грудки и продолжил свою гневную тираду: — Мнишь себя самым умным и достойным лидером, но на самом деле ты — самая гадкая и чёрствая личность из всех, что мне доводилось встречать на своём жизненном пути! Да даже та чокнутая фея войны Небула не была настолько отвратительной как ты, понимаешь?! — С этими словами он как следует тряхнул мужчину, которого всё ещё держал за его куртку-мундир, и далее с искренним отвращением к нему высказался: — Просто знай, что я нисколько не жалею о тех словах, что высказал тебе тогда в пещере! И если ты думаешь, что сумеешь нас вновь втянуть в очередную свою авантюру, то я смею тебя разуверить — как бы не так! — Что ж, хорошо, Анаган, как пожелаешь! — вдруг неожиданно согласился с ним Огрон, что заставило мага скорости немало удивиться и даже выпустить его из своей цепкой хватки. А тот тем временем громогласно обратился ко всем чернокруговцам: — И вы все тоже можете сейчас собраться и идти на все четыре стороны, но при этом, я обязан вас предупредить как хранитель Чёрного круга: в таком случае вы нарушите клятву, что была дана каждым из вас ещё̈ много лет назад! Поэтому вы будете незамедлительно лишены всех ваших сил, что даровал вам наш источник магии. Но если вас это устраивает, то пожалуйста, не смею более вас задерживать, надеюсь, вы помните, где выход? — жёстко уточнил он у всех присутствующих, при этом делая абсолютно серьёзный вид. Хотя по большей части в тот момент маг блефовал, и тем не менее, его слова и угрозы лишения магии довольно неплохо подействовали на его подчинённых, заставив их с тревогой переглянуться, отчего их лидер злорадно произнёс: — А я посмотрю, насколько каждого из вас хватит выжить, находясь поодиночке! Ну что же ты застыл, Анаган, ты же вроде собирался уходить? Или уже передумал? — склонив голову набок, с притворной вежливостью полюбопытствовал тот, уже понимая, что в этой стычке интересов он уже, очевидно, выиграл, ведь его оппонент издал раздосадованный и сдавленный рык и отступил на пару шагов назад. — И ты после этого смеешь с нами ещё̈ что-либо обсуждать и делать вид, словно у каждого из нас тут есть хоть какой-то выбор?! — издал Анаган истошный и отчаянный возглас, у которого его низкий голос после стольких возмущений уже явно подсел и от этого прозвучал несколько визгливо. А после этого он заметался из стороны в сторону, не зная, что бы сказать или сделать, чтобы смыть с лица Огрона его самодовольную и победную улыбку, и в конце концов из последних сил гневно проорал: — Ты просто… Да ты… Да пошёл ты нахер, вот что!!! Вероятно, осознав, что он более не может находиться в столь неприятной для него в тот момент компании, маг скорости в следующий же миг развернулся и буквально пулей вылетел прочь из гостиной, оглушительным хлопком прикрыв за собой дверь. А вслед за этим послышались его сердитые шаги прочь. Остальные чернокруговцы молча проводили его взглядами, не горя желанием идти следом, чтобы пытаться его в тот момент поддержать или же продолжить с ним этот, по сути, бессмысленный и никому не нужный спор, так как что Думан, что Гантлос понимали, что спорить с их лидером в чём-либо было крайне глупо и бесполезно. Ко всему прочему, это в конечном итоге приводило лишь к потрепанным и накалённым до пределов нервам, а иногда даже к сорванному голосу, ведь красноволосый мужчина отличался тем, что переубедить его в чём угодно было практически нереально, и, чаще всего, от его непоколебимого упрямства страдали только те, кто решил попробовать с ним бороться. Сам Огрон продолжал смотреть вслед сбежавшему охотнику и одновременно с этим изображая всем своим видом абсолютное ликование, словно он только что не унизил одного из немногих людей, кто ещё̈ хоть как-то продолжал с ним общаться, несмотря на всю его жестокость и те злые деяния, что он совершал на протяжении жизни, а поразил разом целый отряд крылатых волшебниц. Подобное попросту приносило ему невероятное удовольствие, ведь это был прекрасный способ самоутвердиться и доказать самому себе, а также всем остальным колдунам, своё превосходство и власть. Ведь, не имея более никаких возражений против его решения, они от безвыходности должны были согласиться на выдвинутые им условия. Это лидер Чёрного круга знал и постоянно этим пользовался, поскольку за долгие годы их совместного существования изучил потребности и слабости каждого из своих подчинённых, и потому не упускал ни малейшего шанса надавить на них, чтобы добиться столь желанного для него одобрительного ответа. Так, собственно, получилось и в этом случае: Огрон был в курсе, что Анаган очень дорожил своими силами скорости, ведь эта магическая способность была одним из немногих умений в колдовской сфере, что у того получались идеально и без особого труда, и потому он знал, что если поставит колдуна перед выбором между служением ему и отказом от своей волшебной энергии, тот без раздумий выберет первое. Да, это отчасти выглядело мерзко, что ему приходилось ради поддержания своего авторитета вот так вот шантажировать своего подчинённого, хоть лжи в его словах и не было, поскольку, нарушив хоть в чём-либо клятву, данную во время посвящения в качестве мага Чёрного круга, любой из них четверых автоматически лишался всей своей магии, если альтернативного источника волшебных сил у него от рождения не было. И всё-таки, оставшись втроём, двое чернокруговцев перевели глаза на своего лидера и смерили его напряжёнными и осуждающими взглядами, тем самым намекая на то, что ему определённо не стоило так жестоко обращаться с их товарищем, который, пускай, и был для них всех той ещё̈ вредной занозой с шилом в заднице, и всё же их связывало много совместно пережитых событий, как радостных, так и не очень. А вслед за этим в подтверждение их реакции откуда-то издалека донёсся ещё̈ один громкий хлопок дверью, отчего в тот момент у мужчин возникло два предположения: либо их темнокожий друг всё же набрался смелости и оставил их навсегда, либо же он попросту заперся в одной из других комнат в их новом жилище. — Хмм, судя по тому, откуда донёсся этот звук, он всё же куда-то ушёл… Хах, надеюсь, что навсегда! — спустя пару секунд констатировал Думан, который не сдержался и, усмехнувшись, пожелал их товарищу после всего сказанного катиться отсюда куда подальше, за что заслужил неодобрительные взоры от остальных мужчин, и тут же поспешил их уверить: — Эй, да вы чё так уставились, расслабьтесь, судя по скрипу петель, это была кухня, так что никуда он не убежал! Да даже если б и убежал, то точно бы недалеко, он же не совсем идиот, чтобы от своих сил отказываться… — пробурчал он, недовольно скрестив руки и шумно выпустив воздух через нос, тем самым всем своим видом показывая своё неодобрение относительно поведения товарища. — Признайся, что в этот раз перегнул палку, — настойчиво заметил Гантлос, нахмурившись и укоризненно глянув на своего лидера, что продолжал стоять с довольным лицом, утвердившись за счёт темнокожего колдуна в своей правоте, после чего он намеренно пару раз покряхтел, чтобы привлечь к себе его внимание, и как только тот повернулся в его сторону, резко поинтересовался: — И ты теперь каждому из нас будешь грозить лишением магии в случае несогласия с твоими идеями? Если да, то интересно, через сколько всех перестанет это пугать, а, Огрон? — Гантлос, прошу, хоть ты не начинай! — поморщившись от такого напора, потребовал Огрон, не желавший продолжать этот разговор далее, поскольку, как ему самому казалось, он уже оказался вполне исчерпывающим и более обсуждать что-либо по этому вопросу уже не было смысла, потому он лишь небрежно бросил: — Он сам виноват, что не умеет держать свои эмоции в себе, поэтому мне не в чем тут кому-либо признаваться. — Да Ан вообще та ещё истеричка! — возмущённо воскликнул метаморф, взмахнув руками и скорчив обиженную гримасу, а затем он покачал головой, при этом закатив глаза и неудовлетворённо цокнув языком, и добавил: — Ты был прав, кстати, сказав тогда, что он хуже всякой бабы! И да, не надо делать из этого такую трагедию, побесится и успокоится, как будто в первый раз, — довольно убедительно высказался он относительно отходчивости друга, у которого пускай и был крайне вспыльчивый нрав, но при этом он также быстро умел успокаиваться, потому Думан с кривой усмешкой уверил их двоих: — Вот помяните моё слово, уже через час он будет, как ни в чём ни бывало, скакать и вновь делать какую-нибудь раздражающую херню! — Ладно, тут я не могу поспорить… — со вздохом согласился с ним маг разрушения, который не мог не признать того, что Анаган отличался умением переключаться на более позитивный лад за короткое время, отчего ему самому иногда казалось, что тот и вовсе не особо задумывался над какими-либо глубинными переживаниями и вовсе жил одним днём, после чего он вновь перевёл глаза на их лидера и о чём-то намекнул тому: — И всё же, Огрон, кхм, мы можем… Ну ты понял. — Как хочешь, — поняв, что тот от него хотел, разрешил ему красноволосый колдун, будучи однако несильно обрадован его просьбой, о чём свидетельствовал его моментально скисший вид и последующие высказанные им пожелания: — Только недолго, если это возможно, я всё ещё хочу передохнуть после всего этого дерьма… — Что? Чего вы так переглядываетесь? — заметив странное поведение обоих чернокруговцев, Думан тут же поспешил вмешаться, потому что разглядел в этом всём нечто нежелательное для себя и оттого пытливо спросил: — Эй, Огрон, ты же не собираешься из-за этого тупицы бросать всё наше дело же, правда? Не надо даже слушать его, он просто вопил это всё, потому что испугался, понимаешь, словил панику из-за нашего последнего проигрыша, но это же пустяки! — попытался убедить он их главаря в отсутствии поводов для беспокойства из-за произошедшего неудачного разговора, однако у самого парня несколько дрожал голос от волнения и отчётливо была видна паника в его бегающих из стороны в сторону жёлтых глазах, и всё же он довольно решительно высказался: — Мы должны закончить нашу охоту, как бы тяжело сейчас это ни было, ведь, по сути, нас откинуло сейчас в самое начало, как, эээ… двадцать лет назад, ну или чуть больше, чёрт, я не могу до сих пор привыкнуть к тому, сколько годов жизни мы упустили за время нахождения на Омеге, но не суть! — перебил тот сам себя, осознав, что сбился с основной темы своей речи, далее он просто кинулся к Огрону, чему тот был немало изумлён, и буквально взмолился, с каким-то странным отчаянием выпалив из себя: — Короче, прошу, не надо сдаваться, мы должны это сделать… Я должен это сделать… Ради отца, пойми! — Думан, уймись уже наконец! Всё и так всё прекрасно поняли, причём давно, не надо постоянно об этом напоминать! — раздражённо отреагировал на эти мольбы Гантлос, которому уже надоело за свою жизнь выслушивать из раза в раз эту сомнительную мотивацию друга, за что он получил от того взгляд, преисполненный обиды и возмущения, что заставило мужчину усмирить своё недовольство и тут же извиниться: — Угх, ладно, прости, это было резко… Так, ты, кажется, хотел раздобыть еды для нас всех? — как бы невзначай полюбопытствовал он, сменив свой тон на более дружелюбный, насколько это было возможно в этой накалившейся ситуации в их команде. — Ну типа да, а что? Какую это роль играет сейчас? — сперва недоверчиво осведомился на это Думан, не сразу сообразивший, к чему его товарищ клонил, но затем он поочерёдно посмотрел на него и их лидера, отчего следом пришёл к выводу, что те желали остаться наедине, и поэтому нехотя протянул: — Так, ладно, я понял… Да, я был бы весьма не против чего-нибудь схавать… Только вот, на что? Может тебе какие местные деньги удалось раздобыть? Или же ты намекаешь мне на то, что я могу что-нибудь украсть из местного магаза? — саркастично поинтересовался он у светловолосого колдуна, за что тот наградил его порицающим взором и отрицательно мотнул головой, это заставило метаморфа хихикнуть и заметить: — Не, ну а чё, эт я могу! — Огрон, у нас остались какие-нибудь земные средства? — перевёл маг разрушения вопрос их главарю, чем застал его врасплох, ведь тот парой часов ранее отдал последнюю завалявшуюся у него долларовую купюру неизвестной женщине, испытав к её дочери нетипичное для себя чувство жалости от странного ощущения вины перед кем-то другим и из-за вновь нахлынувших воспоминаний, а последующее уточнение его подчинённого оказалось также некстати, так как тот произнёс с надеждой: — Ну, может, там у тебя пропаслась хоть пара купюр, что могла пережить заморозку… — Хмм, боюсь, что уже нет, но сейчас посмотрим, может тут что-то есть… — уклончиво ответил на это Огрон, решив всё же не сообщать своим охотникам того факта, что он отдал незнакомым земным людям их последние деньги, потому что те бы ему всё равно не поверили бы, решив, что это лишь его очередная лживая шутка, потому он попытался выкрутиться и загадочно изрёк: — Знаешь, земные люди в плане хранения своих сбережений довольно предсказуемы, либо сейф, но его тут нет, как мы уже убедились, либо какая-нибудь банка, копилка или что-то в этом духе, но такой вариант нам тоже не подходит. Поэтому ваши предположения, господа? — обратился он к присутствующим в комнате чернокруговцам, чтобы послушать их варианты, где бы в этой квартире могли храниться сбережения её бывших хозяев. — Ну, не знаю… Да и вообще, ты же понимаешь, что будет очень маловероятно найти здесь что-либо после того, как здесь кто-то до нас ещё успел пожить? — неуверенно отреагировал Гантлос, которому казалась такая идея ещё одним бредом их лидера, ведь он считал, что тот самый доброжелатель, обитавший в этом жилье до них, уж точно бы успел все деньги потратить, и всё же потом он равнодушно и без особых ожиданий выдал: — Ладно, хотя… Будь у меня какие-либо деньги, я бы наверное прятал где-то под половицей или же, эээ… Возможно среди одежды, ну как вариант. — Ага, в каких-нибудь там носках, хах! — рассмеялся от такой догадки Думан, опираясь на свой собственный опыт хранения подобного рода ценных вещей, потому как ему всегда виделось, что в подобные элементы одежды никто в здравом уме лезть искать не будет. — Или же в одной из этих книг, — выдвинул свою теорию красноволосый колдун, указав на большой стеллаж с множеством печатных изданий разного размера, толщины и содержания, в одном из которых, как тот сам полагал, могли быть припрятаны денежные купюры, насчёт чего он утвердительно проговорил: — Да, я почти уверен, что это так, люди обычно стараются хранить нечто дорогое на виду, но при этом, так, чтобы это оставалось незаметно, а этот книжный шкаф весьма подходит под такое описание. Осталось только найти среди всего этого изобилия литературы тот экземпляр, который мог послужить тайником… — с этими словами Огрон подошёл к полкам и начал их внимательно разглядывать в поисках той книги, где бы возможно могли храниться чужие сбережения в местной валюте, после чего он легонько провёл рукой по одному из рядов и за корешок вытянул оттуда первый попавшийся том, прочитав надпись на его обложке: — Так, посмотрим… «История России»? Возможно, но нет, слишком уж привлекает внимание своим ярким оформлением. О, «величайшие войны и сражения Магикса», не думал, что увижу здесь нечто из родного мира, — удивился он, когда вытянул другую книгу с полки и узнал в ней сборник, что не раз видел в своей юности, потому как тот был включён в обязательную образовательную программу на их планете, отчего мужчина задумчиво сказал: — Получается, Гантлос, наша теория всё же верна насчёт того, что тот доброжелатель и правда родом не отсюда, что весьма интересно, не припомню никого хорошего из знакомых в Волшебном Измере… Хм, а это что тут у нас? — переключился он со своих рассуждений вновь на поиски и далее достал с самой верхней полки какое-то пыльное и уже изрядно обветшавшее издание, о чём можно было понять по пожелтевшим страницам и потрёпанному корешку, а повернув её обложкой вверх, Огрон с усмешкой произнёс: — «Достоевский — Идиот», какое милое и ироничное название у этой книжонки, но, надо признать она довольно неприметна, и поэтому, вполне возможно, что… — он замолчал и начал пролистывать одну страницу за другой, стараясь при этом тщательно изучить каждую из них на предмет нахождения между ними того, что он так усердно искал, и, в конце концов, на одном развороте оказалась пара банкнот кораллового оттенка, что заставило мага торжествующе воскликнуть: — Ага, а вот и оно! — Вау, ну надо же, кто бы мог подумать! — с иронией в голосе хмыкнул на подобную находку метаморф, ставивший под сомнение успешность данного предположения их лидера, что в итоге каким-то непонятным ему образом оказалось верным, из-за чего тот решил узнать: — Это что, какое-то особое поисковое заклинание или же в чём секрет? — Ха-ха, никаких секретов и колдовства, всего лишь моя весьма развитая интуиция, а также знание простейшей человеческой психологии, — со спокойной и самовлюблённой улыбкой на лице ответил ему Огрон, испытывая нереальное удовольствие от того, что ему удалось всё же отыскать для них какие-то денежные средства, хоть в большей степени он действительно действовал наугад, но всё-таки его подчинённым об этом знать было необязательно, потому он только протянул охотнику одну из купюр с попутным назиданием: — Эх, всему вас приходится учить и каждый раз как в первый раз! Держи! — Так, это пять тысяч… рублей, — заключил Думан, получивший себе в пользование ту самую ценную бумажку оранжево-розоватого цвета, на которую можно было, скорее всего, купить некоторое количество пищи, но при этом он точно не знал её номинал и потому закономерно вопросил: — А это сколько вообще в местных деньгах — много или мало? — Без понятия, я никогда раньше в руках таких банкнот не держал. Однако, максимально, сколько я видел в иных видах земных валют, насколько мне помнится, было около пятиста, поэтому, в любом случае, этого должно хотя бы на что-то хватить, — неопределённо отозвался лидер Чёрного круга, которому до этого доводилось иметь дело с расчётами лишь в паре стран и там не было таких больших номиналов, потому точно он знать не мог, насколько эта купюра была ценна, потому дать точный ответ ему он не мог и лишь коротко осведомился: — Так чего ты до сих пор стоишь? — Оу, а чё типа я могу уже идти? — уточнил парень, стоявший в нерешительности покинуть гостиную, потому как ему всё-таки было любопытно, о чём же таком важном двое чернокруговцев хотели поговорить наедине, однако, получив утвердительный кивок от красноволосого колдуна, а также пристальный молчаливый взгляд со стороны Гантлоса, он, попятившись назад, несколько нервно проговорил: — Хах, ну хорошо, тогда я постараюсь недолго… Я это, тогда зайду, как вернусь, лады? — Да-да, давай… Иди уже! — поторопил его Огрон, желавший уже поскорее разобраться со всеми своими подчинёнными, чтобы те наконец оставили его в покое и уединении, отчего метаморф кивнул и, сорвавшись с места, торопливо вышел вон и направился в сторону выхода, а красноволосый колдун лишь успел крикнуть ему вслед: — Ах да, и дверь не забудь за собой закрыть. И входную тоже! — Кажется, он тебя уже не услышал. Впрочем, Думан никогда не отличался особой внимательностью… — констатировал маг разрушения, когда последующего за их товарищем, вышедшим за пределы квартиры, звука запирания входной двери не произошло, отчего можно было сказать о том, что он её за собой не закрыл, отчего мужчина предложил: — Но да ладно, если хочешь, я могу потом за ним закрыть. — Да нет, не стоит, главное, потом входную дверь только не забудьте закрыть… А то потом не хватало, чтобы ещё какие незваные гости тут шастали! — усмехнувшись, высказался лидер охотников на фей, который совершенно не хотел того, чтобы в их жизнь вмешивался кто-либо из земных людей, но после он добавил: — Ха-ха, ну это я так, к слову, не думаю, что местные жители настолько наглые. Так чего же ты так хотел обсудить, Гантлос? — обратился он к своему подчинённому, стоявшему в терпеливом ожидании, когда тот сам предложил начать их разговор, а судя по его напряжённому лицу, он обещал быть весьма непростым. — Огрон… — начал было Гантлос, явно хотевший сперва сказать немного больше, но затем он как следует откашлялся и коротко изрёк с каким-то намёком: — Ты знаешь. — Да, я прекрасно знаю, что меня так зовут, к твоему сведению, после того падения в Измерении Омега мне память не отшибло, — учтиво отреагировал на данное обращение тот, расплывшись при этом в хитрой улыбке, словно мужчина на самом деле прекрасно понял, что тот имел этим в виду, однако решил прикинуться, будто не имел ни малейшего представления о том, чего светловолосый колдун от него хотел, из-за чего следом поинтересовался: — Но я ни малейшего понятия не имею, о чём ты хочешь ещё поговорить, если мы и так уже всё обсудили, насколько мне известно, мм? — Да ладно, вот не надо сейчас только делать вид, будто бы ты ничего не понимаешь! — закатив глаза и издав тяжёлый вздох, произнёс маг разрушения, бросив на Огрона укоризненный взор, а затем он прикрыл глаза на пару секунд, чтобы унять внутренние бушевавшие чувства и, усевшись в соседнее кресло, проговорил: — Угх, хорошо, попробую объяснить как-то нейтрально… Да, понимаю, что после всего этого дерьма мы все сейчас буквально находимся на пределе и просто готовы друг другу перегрызть глотки и бесконечно обвинять друг друга во всём случившемся. Хоть, по сути, мы все виноваты в наших неудачах в равной степени, однако сейчас это, увы, понимают не все из нас, однако, уверен, что со временем они тоже смогут понять и возможно даже простить тебя: — Гантлос чуть помедлил, явно собираясь с мыслями для того, чтобы изложить их своему лидеру так, как это было нужно ему самому, потому следом он довольно уклончиво попросил у того: — Просто пойми это, отнесись с должным терпением и дай нам всем немного времени прийти в себя, чтобы хоть немного попытаться забыть всё то, что нам довелось пережить за время предыдущей войны. — Что ж, я приму это к сведению и надеюсь, так оно и будет, — согласно кивнул красноволосый колдун в ответ на его убеждения, который вальяжно откинулся на спинку просторного кожаного дивана и смотрел в потолок и, задумчиво разглядывая в нём ещё одну висевшую в этой квартире хрустальную люстру, также протянул: — И да, я же вроде сам сказал, что нам нужен отдых и полное восстановление, так что в этом, я думаю, мы с тобой полностью солидарны. Только я всё равно не понимаю, к чему ты клонишь? — уже с большим интересом осведомился он, сменив свою позу на более приличную и направив взгляд глаз на своего охотника, сумевшего привлечь его внимание. — Огрон, я просто хочу, чтобы до тебя дошло то, что твоя идея ввязываться в новую войну против земных фей абсолютно глупа и бессмысленна! — наконец решился Гантлос высказать свои несогласия напрямую после, вероятно, долгих внутренних сомнений, и всё же в конечном итоге, он нашёл в себе силы, чтобы возразить на ту безумную идею их главаря, что вызвала во всём Чёрном круге смешанную реакцию, произнеся: — Я даже не знаю, как тебе ещё объяснить, чтобы ты понял наконец это… — Да что я должен понять?! — мгновенно взвился Огрон от таких слов, не дав ему даже закончить, резко вскочив на ноги и грозно нависнув над мужчиной, что тот воспринял достаточно спокойно и равнодушно, поскольку уже много лет знал темперамент своего собеседника, а сам же лидер Чёрного круга тем временем продолжил возмущаться и настаивать на своём: — Что феи за время нашего отсутствия вновь захватили власть на Земле?! Их нужно остановить, пока не стало слишком поздно! — Нет, Огрон, это нам как раз следует остановиться, пока не стало слишком поздно, как ты говоришь! — обернул его же слова против него маг разрушения, твёрдо убеждённый в собственной правоте, потому как устраивать новое противостояние даже не придя в себя после старого ему казалось сущим бредом, отчего тот, несколько повысив тон, спросил: — Разве тебе всего этого было мало? Мало боли и разочарования, что нам доставило предыдущее противостояние с феями? Мало страха из-за того, что нас могут поймать или же просто уничтожить на месте, когда от наших былых сил уже ничего не осталось? — пытливо продолжил узнавать тот, указывая на всё то, что им приходилось чувствовать постоянно во время их предыдущей охоты, а затем он так же категорично и громко выпалил: — Лично я уже сыт по горло подобным, мне тех событий хватило сполна, чтобы осознать, насколько это бесполезно и абсурдно пытаться вновь затеять нечто подобное, что в конечном итоге приведёт ни к чему хорошему! — Да что ты заладил! «Идея бессмысленна и абсурдна», «в конечном итоге не приведёт ни к чему хорошему»! — передразнил его красноволосый колдун, который был довольно сильно раздражён тем, что тот не желал принять его решение и отнестись к нему с должным уважением, а вместо этого оспаривал его. — Что это за пессимизм? Разве не ты всегда был за то, чтобы заканчивать начатое? — Это не пессимизм, а вполне себе объективный реализм, — возразил ему Гантлос, всё ещё державший себя в руках и старающийся говорить хладнокровно и нейтрально, чтобы не распалять ещё сильнее и без того разгневанного оппонента, после чего он размеренно добавил: — И да, раньше я был согласен с большинством твоих планов, даже когда они мне казались сомнительными или откровенно глупыми. Но сейчас всё обстоит совсем иначе, мы закончили то, что пытались сделать. Да, получилось не так, как ты, возможно, того ожидал, но зато мы хотя бы живы… — заключил он, отведя глаза, не желая сознаваться в том, что их дело не было завершено окончательно, ведь феи вновь обрели свои силы и теперь разгуливали на свободе. — Пускай и для наших общих врагов мы до сих пор практически мертвы, но разве для тебя это не плюс и не шанс начать наши жизни с нуля? — С нуля — это как же, по-твоему? — ехидно задал ему встречный вопрос Огрон, лицо которого исказила насмешливая ухмылка, будто тот не воспринимал слова подчинённого всерьёз и откровенно злорадствовал над его попытками что-то доказать, из-за чего уточнил: — Мне прям очень интересно, какую же ты альтернативу видишь для всего Чёрного круга? — Да хотя бы просто зажить здесь как простые земные люди! — воскликнул маг разрушения, вскинув руки и крайне эмоционально отреагировав на все эти издёвки со стороны его лидера, далее переведя взгляд на него и попытавшись убедить в надёжности своего предложения: — И нам ведь даже необязательно расходиться, просто можем переехать все вместе в тот старый замок и продолжить там вести спокойную, размеренную и безавантюрную жизнь. — Я, кажется, уже ясно сказал насчёт того, что не собираюсь сдаваться! — грубо отрезал тот, брезгливо поморщившись от того, что представил себе подобную перспективу жизни как простому человеку, после чего он демонстративно повернулся спиной к собеседнику и небрежно бросил: — Да и пройдёт месяц-два, и фейки всё равно так или иначе узнают о том, что мы выбрались. Думаешь, они оставят нас в покое и дадут нам вести эту твою «спокойную жизнь»?! Нет, они сразу же прилетят и разрушат нам всю вот эту идиллию, что ты себе там грезишь в мечтах! Поэтому либо мы их, либо они нас, и больше никак иначе! — с этими словами маг резко развернулся обратно и смерил Гантлоса уничижительным взглядом, которым он предупреждал его остановиться и принять его идею, пока их диалог не перерос в настоящий конфликт. — И что это за существование у нас тогда получится? Извечная борьба тьмы против света и наоборот, да это же просто какие-то кошки-мышки в масштабах Земли! — саркастично отозвался светловолосый мужчина на то ультимативное заявление, что прозвучало из уст его лидера, однако он не собирался так просто сдаваться и потому ответил ему очередными весьма вескими аргументами: — Да и мы уже не так молоды как раньше, чтобы обладать таким же безрассудством и смелостью и лезть в каждый бой с этими радикально настроенными крылатыми особами, что всегда бьют на поражение и не обладают чувством пощады… — Гантлос замолчал и неприязненно поморщился от нахлынувших на него ужасных воспоминаний, которые мучили его в качестве кошмаров во время их ещё недавнего заточения, а затем он поднялся на ноги и, дотронувшись до плеча оппонента, буквально взмолился: — Огрон, я прошу тебя, одумайся, прежде чем это твоё решение не стало для нас всех последней и роковой ошибкой! — Гантлос, я уже чётко и ясно сказал, решение остаётся неизменным, и оно также не обсуждается! — огрызнулся Огрон, который поспешил сбросить с себя его руку и решительно отошёл в сторону, при этом держа спину ровно и горделиво закинув голову, демонстрируя своё главенство и параллельно с этим ультимативно говоря: — Мы завершим охоту на фей и выполним нашу высшую миссию, а также тем самым выполним наш долг перед Чёрным кругом, после чего уже сможем наконец-то зажить этой твоей «размеренной и безавантюрной жизнью», которой ты так жаждешь. Вопрос закрыт, я намерен больше его мусолить с тобой или с кем-либо ещё из наших, — изрёк он железным тоном, не требовавшим никаких возражений, и следом приказал: — Мы сделаем это, чего бы нам ни стоило! — «Чего бы нам это ни стоило»?! То есть, ты готов положить наши жизни во имя исполнения той великой цели, что ты сам себе в своей безумной и больной голове надумал?! — возмущённо переспросил маг разрушения, уже совершенно не сдерживавший своих эмоций и не веривший собственным ушам, хоть он прекрасно знал то, насколько может быть упрямым их лидер, и всё же не настолько, потому он твёрдо заявил: — Извини, но нет, я не готов жертвовать собой или, тем более, вновь переживать то, что мне пришлось уже раз испытать тогда, когда мы из-за твоего пробивного упрямства чуть не потеряли одного из нас! — Да сколько же мне ещё повторять то, что в этот раз всё будет по-другому! Поэтому я всего лишь прошу тебя довериться мне, я найду такой способ, который позволит нам в кратчайшие сроки вернуть утраченное и даже больше, — убеждающе высказался Огрон, подскочивший за пару широких шагов к своему подчинённому вплотную и с надеждой на его одобрение уставившись ему прямо в его карие глаза, при этом произнеся: — У фей не останется ни единого шанса, чтобы уйти от нас, мы уничтожим их всех раз и навсегда! — Или же они уничтожат нас в этот раз окончательно безо всяких церемоний! И, знаешь, в этот исход событий мне верится куда больше, чем в то, что нам удастся каким-то образом вылезти из кожи вон, чтобы вчетвером одолеть несколько тысяч обученных и сильных крылатых волшебниц! — покачав головой, отрицательно воспринял эти попытки его переубедить Гантлос, которому уже слабо верилось после всех произошедших с их компанией событий, в успех очередного плана их главаря, а затем он неожиданно с ним согласился: — Но да, ты абсолютно прав в одном, как прежде уже точно не будет, в прошлый раз нам постоянно везло, но везение не может быть вечным, и наше противостояние с Винкс тому яркий пример! Хочешь, чтобы опять всё закончилось так же плачевно, если не хуже?! — гневно поинтересовался мужчина у красноволосого колдуна, намекая на то, что в этот раз их уже точно добьют, а не отправят в вечное заточение в криогенном сне. — Хуже будет как раз, если мы всё бросим, как ты не понимаешь?! Неужели желаешь столько лет упорных стараний и совместной борьбы бок о бок спустить в ничто? — из последних сил выкрикнул тот, буквально полыхая от злости, что распирала его изнутри. Иной оппонент, увидев его в таком состоянии, уже наверняка бы убежал, но только не Гантлос, продолжавший непоколебимо стоять как на месте, так и на своём, из-за чего лидер Чёрного круга прибегнул к цитате из той книги, в которой он ранее нашёл деньги: — Знаешь, вот в этой самой книжке с забавным названием как раз написано: «Трус тот, кто боится и бежит; а кто боится и не бежит, тот ещё не трус»! И я сам уже говорил, ещё тогда в Омеге: если мы продолжим бежать, то будем делать это до конца нашей жизни, поэтому мы сейчас должны начать сражаться и делать всё для нашей победы, чтобы умереть хотя бы воинами, а не позорными трусами! — громогласно заключил он, после чего захлопнул печатное издание и бросил его перед своим подчинённым на журнальный столик с явным требованием ознакомиться с той цитатой. — О Дракон, ты просто неисправим! А я не хочу, чтобы кто-либо из нас погибал вообще, слышишь?! — ударив себя ладонью по лицу, выразился светловолосый колдун, даже не собиравшийся тратить время на прочтение чего-либо сейчас, поскольку для него сейчас было первостепенно важно показать, насколько важно ему было прекратить попытки собеседника развязать новую войну, потому он признался: — Ни Думана… опять, потому что мне и одного раза такое пережить хватило, ни Анагана, пускай у нас с ним и куча разногласий, ни даже твоей смерти я нисколько не желаю, как бы ты сильно на неё сам ни напрашивался! — Ох, Гантлос, ты даже не представляешь, как мне приятно слышать то, что я всё ещё тебе небезразличен! — саркастично ответил на это откровение Огрон, будучи неподдельно удивлён этому факту, ведь он был уверен, что о его жизни маг разрушения беспокоился всегда в наименьшей степени из всего Чёрного круга. Это заставило его растянуться в злорадной улыбке и насмешливо заметить: — Это просто трогает моё чёрствое злое сердце до самых глубин, спасибо! — Огрон, я сейчас вообще-то серьёзно с тобой поговорить пытаюсь. Да и будь мне совсем на тебя плевать, я бы не стал тебя тогда из-под поезда… — невнятно пробормотал Гантлос, припомнив тому тот инцидент на вокзале в Гардении, где он героически спас своего лидера из-под несущегося на него поезда, впрочем, тот сам ни разу не пожалел о подобном крайне рисковом решении, и следом, чуть смягчившись, попросил: — Давай просто не будем рубить сгоряча, мы и так пережили предостаточно, к тому же сейчас нервы у всех на пределе, я всё же прошу тебя ещё раз всё хорошо обдумать… Я понимаю все твои мотивы вроде жажды отмщения за всё то зло, что причинили нам феи, и желания вернуть утраченные силы, и всё же… — мужчина вновь сделал паузу и окинул оппонента в споре внимательным взглядом, отчего сделал вывод, что тот тоже немало устал от их перепалки, после чего он голосом, полным грусти и понимания, изрёк: — Оно не стоит всего этого. — Ты так наивно думаешь, даже если бы я хотел всё бросить, то смог бы это сделать? — несколько обречённо отреагировал на его убеждения красноволосый маг, посмотрев на того уставшим и напряжённым взглядом, а в его холодно-голубых глазах можно было увидеть странное сожаление, словно он сам хотел поделиться чем-то, но не мог, из-за чего только абстрактно намекнул, бросив мимолётный взгляд себе на правую руку: — Дело не только в нашем желании начать новую жизнь, но и… В нашем долге. — Что ты имеешь в виду? А, это всё из-за Чёрного круга, да? И из-за этой тупой клятвы, что мы дали ему, и ты тоже, в частности? — пытливо начал спрашивать его Гантлос, который заметил, как тот нервно покручивал фиолетовое кольцо с шипами у себя на пальце и при этом морщился будто бы от боли, отчего он сам неодобрительно покачал головой и с отвращением сказал: — Ох, чёрт, Огрон, серьёзно, лучше бы ты его уничтожил ещё тогда, когда он выполнил свою роль во время того «шоу» на суде Морганы… — И лишился бы большей доли своих сил, да?! Ты это хочешь сказать?! — тут же вспыхнул Огрон, боязливо поджавший ту ладонь, в которой находился тот самый артефакт, что являлся источником их колдовства и обладал сильным могуществом над ними, словно в тот момент ему показалось, что его подчинённый был намерен отобрать у него эту вещь и уничтожить прямо у него на глазах. — Лучше уж быть совсем без магии, чем подвязанным клятвой какому-то магическому колечку, из-за которого мы не можем ничего даже в своей жизни в лучшую сторону изменить! — брезгливо и без всякого полагающегося уважения отозвался мужчина о Чёрном круге, всегда считавший его самым ненужным элементом во всей их деятельности, далее он потянулся к его согнутой в локте руке с предложением: — Просто выброси его и дело с концом… — Никогда! Слышишь, никогда я этого не сделаю!!! — свирепо прорычал лидер охотников на фей, в нерешительности отступив на шаг назад и посмотрев на Гантлоса безумным взглядом, из-за чего тому даже стало не по себе, и он отдёрнул свою кисть от него прочь, а сам красноволосый колдун яростно выкрикнул: — Даже не смей просить меня о таком! Я — единственный хранитель Чёрного круга и буду им до конца своих дней, а также сделаю всё, чтобы сохранить его в целости, чего бы мне это ни стоило, и исполню обет, данный ему! Это мой долг, моя обязанность… и моя судьба, — закончил он уже на более тихой ноте, потому как его голос от постоянного крика несколько подсел, и последние слова Огрон проговорил довольно сдавленно, отчего они прозвучали несколько отчаянно. — Знаешь, Огрон, иногда мне кажется, что только это тебя и волнует, а не состояние тех, кого ты заставляешь бороться за свои идеалы… — недовольно и осуждающе прокомментировал его реакцию маг разрушения, будучи крайне раздосадованным тем, что у них не получилось выйти на нормальный диалог, и он лишь сухо добавил: — Которые тоже являются весьма спорными по своей сути. — То есть, ты теперь считаешь, что наши враги правы? — гневно осведомился Огрон, который в отместку за намерение того уничтожить его любимый артефакт решил тоже задеть своего подчинённого, с ехидством узнал: — Может быть ещё и сторону фей пожелаешь принять такими темпами? — Никого я не считаю правым, да и в целом, в этом мире нет ни добра, ни зла или же тьмы и света — всё вокруг серое, только лишь в разных оттенках: что-то более яркое, а что-то помрачнее будет… — философски поразмыслил Гантлос, тем самым ловко уклонившись от прямого ответа, так как он и сам толком не знал, кто именно в их противостоянии с феями был прав, а кто — виноват, но, заметив взгляд с прищуром от своего лидера, он дополнил свою речь конкретикой: — А фей я всё так же презираю и отношусь к ним, как прежде, лишь как к добыче, если уж на то пошло, и ты сомневаешься в моей верности. — Да ни в чём я не сомневаюсь, хотя некоторые твои суждения ставят меня в глубочайший ступор, по правде говоря… — поспешил успокоить его лидер Чёрного круга, испытывавший при этом смешанные чувства относительно критичного настроя собеседника, однако он при этом довольно убедительно произнёс: — Но я знаю, что ты будешь верен мне, как и обещал много лет, ты ведь всегда держишь свои обещания, так ведь? — Так. Собственно, с тех пор ничего не изменилось… — признался светловолосый колдун, нехотя выразив тем самым свою покорность и согласие принять его любую точку зрения, пускай даже если он был с ней в корне не согласен, и всё же ему уже было понятно, что пытаться переубедить своего собеседника было занятием бесполезным, из-за чего он иронично заметил: — Однако, насчёт твоих идей могу сказать то же самое, это взаимно. Так и что в итоге ты решил? — задал он мужчине вопрос, что являлся довольно риторическим по своей сути, ведь они оба прекрасно знали исход их спора. — Гантлос… Думаю, ты это и так знаешь, — саркастично указал на это Огрон, тем самым передразнивая его реплику, что тот произнёс несколькими минутами ранее, далее он вновь расслабился, явно почувствовав своё превосходство, и потому вальяжно плюхнулся обратно на диван, закинув ногу на ногу и вежливо, но серьёзно потребовав: — А теперь, прошу, оставь меня одного, а сам иди и постарайся склонить остальных к завершению начатого. На этом всё пока, что от тебя требуется на этом этапе, а там дальше время покажет. — Что ж, не буду лукавить и скажу, что не ожидал иного исхода разговора с тобой… — обречённо высказался Гантлос, который издал тягостный и удручающий вздох и следом направился к выходу из комнаты, бросив на него взгляд, преисполненный печали и безысходности и, вдобавок, с сильным сомнением в голосе, пожелав: — Очень надеюсь, что ты отдаёшь себе отчёт обо всех рисках, и знаешь, что делаешь, Огрон. И что это всё действительно стоит того, чтобы жертвовать нашими жизнями. — Я всегда уверен в том, что говорю и делаю, Гантлос, тебе это тоже должно быть прекрасно известно, — с расстановкой, весьма убедительно, проговорил лидер охотников на фей, сопроводив свои слова спокойной и победной улыбкой, после чего он опустил глаза в приоткрытую на журнальном столике книжку и поспешил уточнить у своего подчинённого: — Если на этом у тебя всё, то можешь уже оставить меня наедине с собой? Желательно, до вечера, и да, не хочу, чтобы меня кто-либо вообще тревожил, так что предупреди об этом всех, будь так добр, — попросил он вдобавок к уже сказанному, вновь переведя свой взор на мага разрушения, застывшего в проходе, ведущем в коридор, и к этому добавил: — Я буду занят довольно долго, хм… Весьма важными вещами. — Хах, что, опять собираешься говорить сам с собой, да? — усмехнулся тот, намекнув красноволосому колдуну на его странную привычку вести беседы и рассуждения вслух, которые, надо было сказать, порой были весьма громкими и эмоциональными отчего не только у него, но и у всех чернокруговцев создавалось ощущение, словно их главарь не просто излагал свои мысли, а дискутировал с кем-то. — Что-то вроде того, — уклончиво ответил Огрон и при этом как-то странно отвёл глаза, одновременно с этим покрутив Чёрный круг на своём пальце и опять поморщившись непонятно от чего, а затем он устало откинулся на спинку дивана и, потянувшись с прикрытыми глазами, протянул: — Ну или хотя бы высплюсь впервые за столько лет, а то, ты наверняка знаешь это не понаслышке, спать в вертикальном положении и находясь внутри льдины — это не такое уж простое дело, как может показаться на первый взгляд! — Да уж, тут не поспоришь… Ладно, не смею тебя более задерживать от твоих дел, — согласился с ним Гантлос, который уже одной ногой был в коридоре и ничего не имел против того, чтобы их лидер как следует отдохнул, ведь, возможно, на свежую голову ему могли прийти какие-либо альтернативные варианты для их деятельности, что было конечно, маловероятно, и всё же мужчина старался быть оптимистом, отчего напоследок оживлённо сказал: — Пойду, проверю, как там Анаган, перестал ли уже дуться или всё ещё кроет тебя отборными ругательствами, которых он здесь понабрался… Попробую побеседовать по душам с ним, если он конечно и меня не пошлёт! Да и Думан должен скоро уже вернуться, надеюсь, что он купит хоть что-нибудь съедобное, а не только выпивку да закуску, как обычно! — хмыкнул он и далее захлопнул за собой дверь, чтобы оставить Огрона наедине со своими мыслями и размышлениями, а сам же направился на кухню их нового жилища, где он надеялся тоже хоть немного отдохнуть и перевести дух для дальнейших действий, мысленно пожелав, чтобы навязчивые и крайне кровожадные тараканы, что обитали в голове у красноволосого мага, нашептали ему куда более благоприятные для них всех решения.

***

Оставшись в столь долгожданном для него одиночестве, Огрон облегчённо и шумно выдохнул, мысленно неимоверно обрадовавшись тому, что маг разрушения наконец оставил его в покое. Он не хотел продолжать их спор, да и в этом действительно не было смысла, ведь всё уже, по сути, было решено. Поэтому куда больше сейчас мужчину беспокоило странное, но при этом весьма знакомое чувство, которое он не испытывал вот уже много лет, а именно за все те годы, что провёл со своими охотниками во льдах. Спустя столько времени оно оказалось для него неожиданным и в каком-то плане даже долгожданным. Проявлялось оно в необычном жжении на пальце, на котором был надет артефакт, что давал им всем силы и питался за счёт получения магии земных фей. Это неприятное ощущение было сродни тому, словно небольшое фиолетовое кольцо было раскалено докрасна. Собственно, поэтому колдун периодически морщился, терпя эту боль в своей ладони, словно в ней находился горячий кусок железа, хотя сам Чёрный круг при этом оставался абсолютно холодным и даже не изменял своего цвета. Это ощущение исходило из его волшебной сущности и было адресовано только своему единственному хранителю. Это был своеобразный призыв, изъявление желания выйти на контакт, и Огрон прекрасно был в курсе подобного. Как уже говорилось, он испытывал все эти признаки далеко не в первый раз, потому и хотел как можно скорее закончить всяческие разговоры со своими подчинёнными, чтобы приступить к исполнению своих непосредственных обязанностей носителя артефакта. Как только дверь, за которой скрылся Гантлос, захлопнулась, и он полностью убедился, что тот действительно ушёл по своим делам, а не остался подслушивать его, находясь поблизости (к чему, впрочем, у его подчинённого склонности не было), он подождал ещё какое-то время, прежде чем решился ответить на этот контакт. Красноволосый маг держал свою правую руку перед собой в напряжённом и несколько скрюченном положении, стиснув при этом зубы и терпя эту сильную жгучую боль, непрерывно смотря на фиолетовое кольцо с шипами, что причиняло ему все эти неприятные ощущения, однако никаких действий по их прекращению он не предпринимал. Наконец, то, ради чего он самоотверженно терпел эту пытку, свершилось: послышался звук открывшейся входной двери, а вслед за ней и хлопок ею же. После по коридору раздались чьи-то торопливые шаги, которые как раз прекратились у входа в гостиную, где находился лидер охотников на фей. Но затем, спустя пару мгновений они продолжились, словно кто-то, поколебавшись, решил всё же не тревожить его покой. «Хм, похоже, что дверь он так и не закрыл…» — неудовлетворённо подумал Огрон, не услышав никакого звука, напоминавшего поворот ключей в замке. Он уже хотел было сам встать и пойти, чтобы закрыть вход, но тут же скривился от очередного приступа болезненных ощущений в руке и для себя заключил: «Ладно, буду надеяться на то, что они сами в конце концов до этого додумаются! А сейчас…». Вслед за этим он резко расслабил свою ладонь и расположился на диване в позе, напоминавшей положение для медитации, поджав под себя ноги и скрестив их. Далее мужчина выставил руку с кольцом перед собой и сконцентрировал в ней всю свою энергию, тем самым налаживая контакт между ним и артефактом. — Огрон… Огрон! — раздался чей-то тихий и вкрадчивый рычащий голос то ли в ушах, то ли в голове у колдуна, в следующий же миг, как тот совершил это действие. Из-за этого тот не сдержался и издал удивлённый вздох, потому что уже успел отвыкнуть от этого звучания, а некто тем временем спросил: «Ты слышишь меня?» — Да, я слышу тебя, — спокойно и тихо прошептал тот в ответ, одновременно с этим пристальным немигающим взглядом смотря на Чёрный круг, который под воздействием его магии начал сам излучать довольно яркое свечение, заливая им всё помещение, где сам Огрон находился. Из-за этого тот неприязненно сощурил глаза, но зрительный контакт с предметом не разорвал. — Хорошо… Очень хорошо! Тогда позволь мне выйти на связь с тобой… О, хозяин, — торжественным и в то же время крайне злорадным голосом проговорил неизвестный, тем самым призывая красноволосого мага приступить к каким-то действиям. В подтверждение этому кольцо ещё раз очень сильно обожгло кожу на его пальце, что заставило того передёрнуться от неприятных ощущений и издать сдавленный стон. Не в силах более терпеть подобное, он снял с себя артефакт и с помощью колдовства увеличил его до размеров обруча, а вслед за этим поднял его магической энергией в воздух перед собой. После чего сам окончательно принял положение, схожее с позой лотоса, при этом раскинув обе руки в стороны со сжатыми вместе пальцами. Далее лидер Чёрного круга прикрыл глаза и мысленно сконцентрировался на создании контакта между собой и волшебным предметом, что парил перед ним, ощущая его энергетические вибрации, что неощутимо для обычного человека пульсировали по всему помещению, словно это был самый настоящий живой организм. В каком-то смысле это действительно было так, потому Огрон максимально напрягся, чтобы направить все свои магические силы на то, чтобы сотворить невидимую связь, которую ему не доводилось создавать вот уже очень долгое время. Он отчасти успел забыть, каково это — входить в ментальный контакт с Чёрным кругом. Однако утерянные им за время заточения навыки довольно быстро всплыли в памяти, и потому он зажёг в обеих своих ладонях два мощных потока энергии, а сам неосознанно приподнялся в воздух за счёт возникновения особой ауры собственной магии. При этом он не переставал думать о кольце, проецируя в своих мыслях его образ, будто бы он видел его через закрытые веки. Спустя несколько мгновений облик артефакта полностью сформировался в сознании мужчины, отчего тот наконец смог открыть глаза, которые потеряли свой привычный ледисто-голубой оттенок и теперь сияли фиолетовым свечением, схожим с тем светом, что излучала энергия, поддерживающая его в воздухе. Только теперь колдун видел перед собой только обруч, парящий перед ним, а очертания гостиной их нового жилья постепенно стирались из его поля зрения, будто бы их поглощала тьма, наступавшая со всех сторон. Это ощущалось так, подобно время вокруг него ускорилось во много раз, и солнце, что ещё пару секунд назад пробивалось яркими лучами через занавески, стремительно садилось. Но на самом деле всё оставалось неизменным, и лишь для самого Огрона, входящего в тот момент в контакт с Чёрным кругом, это ощущалось именно так, потому как из-за сильной магии, которую тот использовал в тот момент, его восприятие реальности оказалось сильно искажено. Темнота продолжала сгущаться вокруг него, отчего тот уже не видел перед собой ни соседних кресел, ни журнального столика, словно те оказались поглощены чернотой или вовсе исчезли из этого мира. И всё же он продолжал направлять потоки магической энергии на артефакт до тех пор, пока в его поле зрения не осталось, кроме него, ничего, кроме этого левитирующего предмета. Впрочем, спустя какое-то время и сам обруч растворился во тьме клубами фиолетового дыма, из которого тут же возник образ высокого существа: у него не было видно ни лица, ни других частей тела, но можно было различить лилового цвета, схожего с цветом самого артефакта, плащ, а также два ярко светящихся сиреневых глаза с кошачьими зрачками, что смотрели на красноволосого мага с прищуром и надменностью. Волшебное сияние в глазах Огрона следом исчезло, и тот поднялся на ноги, а затем, сделав пару шагов, обратил свой взгляд на фигуру в плаще, от которой веяло холодом и сильной магической энергией — это был никто иной как демон Чёрного круга, являвшийся человеческим воплощением того кольца с шипами и, по сути, его душой и настоящим единственным хозяином сил охотников на фей. — А ты ничуть не изменился за все эти годы… Всё тот же маленький мальчишка, — с издёвкой и оценивающе проговорила фигура, немного наклонившись к мужчине, против которой тот казался низким и не таким уж устрашающе-опасным, каким выглядел перед своими подчинёнными или же врагами, а затем этот же рычащий и грубый голос из-под капюшона поприветствовал его: «И всё же я неимоверно рад нашей новой встрече, Огрон». — Я уже давно не мальчишка, пора бы тебе это уже наконец запомнить! — довольно раздражительно отреагировал Огрон на подобное снисходительное отношение к себе. Он поморщился и нерешительно отступил на шаг назад, не выдержав этого пристального взгляда хищных глаз, а далее резко спросил: «Зачем ты сдёрнул меня? Прекрасно же знаешь, что мы только что освободились и сбежали из Изм…» — О, да, я прекрасно в курсе этого, потому и решил первым же делом поприветствовать моего дорогого хранителя! — расплывшись в широкой злорадной улыбке, произнёс демон, раскинувший руки в стороны в знак своего благоволения, хоть в его тоне по-прежнему звучало плохо прикрытое презрение. После чего он пытливо поинтересовался: «Столько лет прошло, мне было очень грустно без тебя, а также без моих сил, а ты же скучал по мне? Признайся, ведь тебе меня не хватало?» — Мне не хватало только возможности двигаться и дышать полной грудью, что касается тебя, то я бы обошёлся и без твоих регулярных визитов в мой мозг! — огрызнулся лидер охотников, будучи крайне взбешённым от подобного притворно дружелюбного отношения со стороны Чёрного круга, за которым скрывались его не самые приятные черты и самые корыстные мотивы. — А-ха-ха, а ты всё так же остёр на язык! — громогласно рассмеялся дух кольца, и его хохот пронзил голову колдуна вспышкой острой боли, из-за чего тот невольно приложил руку к виску и зажмурился. А сам же демон тем временем добавил: «Я же говорю, что годы тебя не изменили, и в глубине души ты всё тот же пятнадцатилетний мальчик с тяжёлой судьбой, истрёпанной душой и сильным желанием выместить свою боль на ком угодно… И всё же, ты не смог бы жить без меня, ведь именно поэтому ты спас мою физическую оболочку тогда, на нашем маленьком представлении перед феями, так ведь?» — хитро оскалившись, полюбопытствовал он у красноволосого мужчины, когда вновь наклонился к тому, вероятно, чтобы лучше услышать его ответ. — Я сделал это не потому, что так нуждаюсь в тебе, а лишь из-за того, что… так было нужно, — уклончиво и неохотно ответил Огрон, который в глубине души не желал признавать очевидного, что заключалось как раз в его зависимости от своего артефакта, как в плане магических способностей, так и морально. Потому он лишь сухо изрёк: «Если бы кольцо было уничтожено, то мы бы тоже лишились всей нашей магии, и это бы сделало нас покойниками, тебе это прекрасно известно… Чёрный круг». — Ох, как давно я не слышал это имя, что ты мне даровал ещё давно, Огрон, — с неподде́льным удовольствием протянул дух, обрадованный произнесённому хранителем кольца, где тот обитал, имени, которым тот нарёк его ещё во время их первой встречи. Из-за этого он вновь улыбнулся и заметил: «Знаешь, именно эта черта мне в тебе всегда и нравилась — ты верен нашим общим идеалам до самого конца, даже когда на кону твоя собственная жизнь и жизни твоих, столь горячо любимых, товарищей. Как думаешь, что это значит? А вот что: я дорог тебе, и ты об этом знаешь, даже несмотря на все свои старания доказать себе и всем вокруг обратное, именно поэтому мы снова здесь — ты и я, как и в старые-добрые времена, и это просто прекрасно…» — высказался он весьма загадочно и словно смакуя каждое своё слово, что отзывалось гулким эхом в сознании Огрона, и в довершение всего демон едко заключил: «О, мой «хозяин».» — Не называй меня так! Просто прекрати! — агрессивно и яростно отозвался тот на это обращение, поскольку за долгие годы уже прекрасно сумел понять, кто из них двоих на самом деле являлся главным, а кто — всего лишь пешкой. Потому он лишь вдобавок процедил сквозь зубы: «Прошу, не надо…» — Как скажешь, твоё слово для меня закон, ведь ты — единственный хранитель моей физической формы! — всё так же притворно услужливо согласился с ним демон, который даже изобразил подобострастный поклон своему владельцу, после чего тут же принял прежнее положение и уже более беспристрастно произнёс: «Но всё же, хватит с нас всех этих любезностей, я бы не вызвал тебя без веской на то причины». — Да неужели? А раньше мне казалось, что ты вызываешь меня по любому, даже самому мелкому, поводу! — съязвил маг на такое заявление, но услышав в ответ грозное рычание, не сулившее ему ничем хорошим, он тут же откашлялся и поправил себя более нейтральным и вежливым уточнением: «Так в чём же причина на этот раз?» — Я желаю узнать, как скоро ты и твои охотники намерены приступить к своим прямым обязанностями, — в приказной манере сказал Чёрный круг. При этом его глаза превратились в две узкие щёлки, из которых исходил магический лиловый свет, и далее он продолжил ими сверлить своего хранителя, намеренно уточнив: «Под ними я имею в виду, если ты вдруг забыл, добывание энергии из земных фей и наполнение моего сосуда ею». — Я прекрасно в курсе того, чем мы занимаемся уже более двадцати лет, Чёрный круг, — хмуро выразился Огрон, уже успевший догадаться, к чему тот клонил, и именно из-за этого его лицо выражало лишь напряжённую концентрацию, за которой скрывалась сильнейшая неприязнь ко всему происходящему. Потому он грубо конкретизировал: «Вернее, занимались, потому как последние семь лет находились скованными по рукам и ногам во льдах самой ужасной планеты во всём Волшебном Измерении». — Ты говоришь это так, словно это я виноват в том, что вы рискнули отправиться за своим дружком на эту планету, — презрительно бросил дух кольца, одновременно с тем изобразив на своём, практически не видном под капюшоном, лице кривую усмешку, и следом он с искренним отвращением изрёк: «Наверное, я солгу, если скажу, что рад тому, что этот метаморф остался в живых, потому как будь вас трое, было бы куда менее энергозатратно для меня распределять между вами мою магию. Но что ж, раз уж он всё-таки сумел выжить, то пусть радуется этому и как следует исполняет свой долг за дарованные ему силы!» — грозным рыком заключил он, из-за которого даже красноволосый колдун невольно вздрогнул и отвёл взгляд в сторону, словно в надежде разглядеть хоть что-нибудь из реального мира, что осталось за пеленой тьмы, которая поглотила его при контакте с демоном, а тот же снова требовательно вопросил: «Кстати, насчёт этого, ты так и не ответил мне, через сколько вы отдохнёте наконец и вновь займётесь ловлей фей?» — Так и знал, что тебя будет интересовать именно этот вопрос… — прохладно проговорил Огрон, за что тут же заслужил очередной крайне озлобленный взор от Чёрного круга. Это заставило его встрепенуться и тут же поправить себя, с некоторым сомнением пробормотав: «Кхм, я хотел сказать, что я постараюсь сделать всё, что находится в моих силах для того, чтобы как можно скорее вновь приступить к нашему делу, однако…» — Однако, что? — переспросил у него Чёрный круг, когда так и не дождался от своего хранителя завершения высказанной им реплики. Его голос звучал весьма сурово и железно, будто бы каждое звучавшее слово выдавало повелительное отношение духа к нему, и в подтверждение этому он также поинтересовался: «У тебя есть какие-то проблемы с этим?» — Да в целом, нет, только… Кхм, дело в том, что далеко не все мои охотники так согласны с решением продолжать войну против фей после всего того, что с нами случилось, — после некоторых колебаний всё-таки признался маг, вновь потупив свой взгляд, чтобы не встречаться им с глазами столь ненавистного и презираемого им демона, с которым он имел неосторожность связаться нерушимой клятвой в молодости, и спустя несколько секунд молчания он кратко уточнил: «Они говорят, что это не приведёт ни к чему хорошему и отказываются участвовать в исполнении нашего долга». — Вот значит как?! Кучка трусливых идиотов, вот они кто! Неблагодарные нахлебники! — разгневанно прокричал в адрес троих чернокруговцев дух кольца, а Огрона вновь пронзило теперь уже множеством волн головной боли от каждого громко произнесённого им слова, отчего он едва было не потерял равновесие и не свалился на землю, но вовремя устоял, а сам же Чёрный круг продолжил негодовать: «Значит, они хотят получать свою долю энергии, но при этом не готовы работать для того, чтобы увеличивать её количество? Ха-ха, ну это у них точно не выйдет, поэтому просто убеди их продолжить заниматься делом и всё!» — О, не представляешь, я попытался сегодня, но меня за это послали! — саркастично выразился красноволосый мужчина на такое предложение решить проблему, сумевший прийти в себя и вспомнивший свои поочерёдные перепалки сперва с Анаганом, а затем и с Гантлосом. Потому он недовольно пробурчал: «Убедить таких упёртых товарищей, как они — задача не из лёгких, они слишком своенрав…» — В таком случае заставь их! Я не знаю, как, и мне всё равно на то, что именно ты будешь делать — пригрозишь им лишением их магии или же применишь к ним силу, но просто сделай так, чтобы эти трое никчёмных кретинов сами захотели вернуться к охоте на фей! — обратился с яростным рычащим криком демон теперь уже к своему хранителю, будучи немало разгневан его нежеланием сходу активно действовать во имя их общих целей, поскольку именно это он считал наиболее важным и даже неистово призвал: «Сейчас нам это нужно как никогда раньше, энергии осталось совсем немного, её запасы необходимо восполнять, надеюсь, ты меня понимаешь?!» — Я-то понимаю, но они… — сильно морщась и держась за виски, хотел было возразить Огрон, однако все его собственные мысли глушил ор Чёрного круга, что теперь раздавался болезненной пульсацией у него внутри головы, и у самого мага было ощущение, будто ещё вот-вот, и его черепная коробка просто взорвётся. Из-за чего он еле слышно и сдавленно прошептал: «Угх, Гантлос отчасти всё же прав в том, что, продолжив охоту, мы рискуем сами стать лёгкой добычей, так что я немного разделяю его мне…» — Что ты сказал?! Считаешь, что имеешь право меня предать? — взбесился ещё сильнее прежнего дух, услышав последнюю реплику того. Это заставило его приблизиться к колдуну вплотную и зловеще прошипеть ему на ухо: «Думаешь, что ты сможешь это сделать?! Да я тебя уничтожу, Огрон, если ты прогнёшься под своих жалких друзей и попытаешься бросить всё, а затем убежать с Земли, позорно поджав хвосты!!!» — издал он практически животное рычание и в следующий же миг выставил одну руку в сторону, где возникло пурпурное магическое свечение, а далее начал медленно сжимать её со словами: «Если ты осмелишься перечить мне, я заберу все твои силы и оставлю тебя простым смертным людишкой на съедение феям. Я не шучу, слышишь меня, ты, маленький гнусный мальчишка?!» — Кхэ… Да… — с трудом сумел выдавить из себя Огрон, который в тот момент ощутил сильнейшее удушье, словно весь воздух разом выкачали из его лёгких, а также почувствовал усиливающееся давление на своей шее, что заставило его спросить: «Что… Что я должен сделать?» — Ты возобновишь охоту на фей. Любыми доступными тебе на Земле способами… И любой ценой, — с расстановкой и довольно чётко изложил свой приказ Чёрный круг, вмиг ослабивший свою жёсткую магическую хватку на шее у своего хранителя, отчего тот издал жадный вдох и вслед за этим сразу же закашлялся, упав на колени и тем самым склонившись перед ним, а демон же велел: «Я даю тебе месяц на то, чтобы переубедить своих товарищей, и очень надеюсь на то, что тебе хватит этого сполна, если ты всё ещё считаешь себя достойным лидером. Если же ты не успеешь к тому моменту, то я буду вынужден прибегнуть к более радикальным мерам, ты ведь знаешь, что мне несложно превратить твою жизнь в ад». — Она и так уже для меня один сплошной ад… — хотел было огрызнуться Огрон на подобного рода угрозы, но тут же вновь испытал приступ удушья, от которого он тут же инстинктивно схватился за шею и с невероятным для себя трудом прохрипел: «Кх, не надо!» — Так мы договорились? — жёстко осведомился дух кольца, стоя над ним в ожидании согласия и сверля таким грозным взглядом, что любому человеку было бы, как минимум, не по себе находиться рядом с этим пугающим существом, которое следом также гневно рявкнуло и резко сжало руку с магическим свечением: «Не слышу ответа!» — Кхэ-кхэ, да… Да! — еле сумел выдавить из себя мужчина, закашлявшись и едва не потеряв сознание из-за отсутствия воздуха, потому как в глазах у него потемнело настолько, что он даже не видел перед собой Чёрного круга, и, чуть придя в себя и продолжив стоять на коленях, он склонил голову вперёд и покорно сообщил: «Я смогу убедить их продолжить нашу великую миссию и не подведу тебя, Чёрный круг». — Замечательно! — тут же озарился злорадной улыбкой демон, наконец закончивший изощрённые пытки над своим хранителем и ослабивший руку, которая в полумраке казалась когтистой лапой. После чего он надменно и с намеренным проявлением снисхождения произнёс: «Я рад, что ты всё ещё не растерял благоразумия и преданности мне за то время, что провёл в заточении… мальчишка». — Надеюсь, это всё? Я могу уже быть свободен? — сдержанным тоном поинтересовался у него Огрон, на самом деле внутри уже горя желанием как можно скорее разорвать их ментальную связь. Отчего он, потирая рукой болевшую шею, начал говорить: «Знаешь, просто я бы больше не хотел тратить время, что ты мне дал, ведь могу даже сегодня ещё раз поговорить с ними и…» — Не так быстро, Огрон. Я бы ещё хотел узнать у тебя ещё об одной немаловажной вещи… — тут же остановил его стремление завершить разговор Чёрный круг, который жестом выставленной вперёд ладони приказал тому замолчать и не возражать, а затем всё в такой же командной манере спросил: «Ты нашёл того, кто украл часть моей магии?» — Угх, чёрт… Ещё пока нет, но я работаю над этим, — стиснув зубы и скрипнув ими, негромко признался красноволосый колдун, в очередной раз отведший глаза в сторону и испытавший на себе разъярённый взгляд духа кольца, что он ощущал буквально каждым сантиметром своего тела. И всё же он пересилил себя, потому, смотря тому прямо в лиловые глаза, пообещал: «Но, поверь мне, я не упущу того, кому удалось заполучить часть нашей энергии, он получит сполна за то, что осмелился вообще применить её, и мы вернём всё до единой крупицы, можешь не сомневаться». — Это хорошо. Знай, Огрон, я очень на тебя рассчитываю, — с кривой усмешкой отозвался демон, которого, впрочем, слова мага довольно убедили, что он даже отошёл в сторону, но затем он резко развернулся и вкрадчиво полюбопытствовал, намекая явно на очень весомое обвинение: «И всё же, прежде чем я дам тебе прервать нашу связь, хотел бы всё же узнать твои версии насчёт того, как так получилось, что сила, которой могут пользоваться лишь охотники на фей, оказалась в руках того, кто не заключал клятвы?» — Я не знаю… Честно, понятия не имею, как такое могло произойти, — попытался оправдаться Огрон, который понимал, что попадание их магических сил к чужеродному существу было недопустимо, однако он действительно не знал, как именно это могло произойти, из-за чего неуверенно предположил: «Возможно, что кто-то смог получить власть над нашей магией через волшебные следы, что сохранились после нас на этой планете или же…» — Или же кто-то из вас четверых осмелился ослушаться моего указа насчёт того, что вам запрещено создавать косвенно причастных к вашей магии существ? — резко закончил за него фразу Чёрный круг, тем самым выразив своё собственное предположение, к которому он клонил, и следом он требовательно уточнил: «Я даже не сомневаюсь, что это именно так, вопрос только в том, кто именно?» — Честно, я не в курсе, но парни сказали, что никто из них не оставлял за собой дет… последствий удовлетворения своих потребностей, — рассеянно проговорил лидер охотников на фей, не сумевший выговорить столь сложное для него в психологическом плане слово, потому он заменил его на завуалированное и вдобавок сразу же решил выгородить своих подчинённых, твёрдо сказав: «И я склонен им верить, они не из тех мужчин, кто был бы рад продолжению своего рода, особенно зная, в какой жестокий мир попадёт порождённое им существо». — А что насчёт тебя, Огрон? — наклонив голову вбок и ощерившись в своём фирменном зверином оскале, вопросил дух кольца, который ни на секунду не переставая сверлить его своим внимательным и насмешливым взором, даже не моргая. — Хах, считаешь, что мне это выгодно? А мне почему-то казалось, что ты куда лучше знаешь меня, Чёрный круг… Особенно после стольких лет! — несколько напряжённо усмехнулся в ответ Огрон, изобразивший наигранную обиду за подобные подозрения в свой адрес, у которых, как он сам считал, не было никаких оснований. Оттого он категорично высказался: «Я не меньше своих охотников всю жизнь не желал становиться для кого-либо родителем, потому это уж точно было не в моих интересах, и тебе уж точно не стоит подозревать меня в этом! Собственно, с чего вообще возникли такие предположения?» — направил он встречный вопрос демону, на что тот кровожадно и громогласно расхохотался, тем самым снова вызвав у своего хранителя вспышку головной боли. — Да так, ни с чего, просто ты уж слишком становишься сердоболен, когда дело доходит до человеческих детёнышей… — закончив смеяться, хитро заметил тот, указывая на слабость мужчины и, наряду с этим, одно из немногих положительных качеств, коими тот мог похвастаться. Этой чертой было особое отношение к детям, проявлявшееся в неспособности причинить им вред, на что Чёрный круг следом указал: «Так было с подменышем королевы фей, которую ты решил тогда пощадить и не отправлять вслед за её матерью в вечную тюрьму, за что и поплатился по итогу всем, чего так долго достигал. Оу, и да, а что насчёт ребёнка Игнара?» — вдруг оскалился он, вызвав этим упоминанием у красноволосого колдуна бурю эмоций. — Ч-что? К чему ты сейчас об этом вспомнил? — непонимающе и ошарашенно переспросил он, ощутивший в тот момент неприятный холодок по телу и накатывающие воспоминания, которые так старательно пытался подавить в себе весь этот день. — Бедная девочка, ужасная трагедия случилась прямо у неё на глазах… И по её вине, — загадочно и отстранённо проговорил дух кольца, буквально смакуя каждое слово и видя то, как ими доставляет немало боли Огрону, хоть тот старался внешне этого не выражать. И всё же у него напряглись все мышцы тела, что даже уголок губ начал непроизвольно дёргаться, видя это демон продолжил: «А ведь ты опять же, был к ней весьма неравнодушен и даже добр, ведь именно поэтому не смог даже отнять её у её родной ма…» — Так, всё, хватит! Я не желаю больше когда-либо говорить о случившемся! — вдруг резко оборвал его маг, который не в силах был выслушивать подобную речь, ворошившую его прошлое и ковырявшую давно зажившую рану в глубинах его чёрствой души. — О, Огрон, как видишь, я всё-таки знаю тебя лучше, чем тебе самому кажется, — злорадно произнёс Чёрный круг, добившийся того, чего он так жаждал, и выведший своего хранителя на щекотливую тему. Тем самым он давал себе ещё бо́льшую власть над ним, поэтому решил ещё сильнее надавить, осведомившись: — Ведь твои эмоции тебя выдают, вижу, тебя до сих пор тревожит то, что произошло тогда, в ту роковую ночь, так ведь? — Нет, ты не прав, мне уже давно плевать! И… что сделано, то сделано, нечего жалеть о содеянном, ты же сам говорил, — отрицательно мотнув головой и поморщившись, ответил Огрон, всем своим видом показывающий, насколько ему было неприятно продолжать этот разговор. После чего он на секунду задумался и приглушённо добавил: — Я просто надеюсь на то, что с ней всё хорошо, и она проживает спокойную и счастливую жизнь… Насколько это вообще здесь возможно. — Ммм, как интересно, получается, именно поэтому ты открыл портал сюда, в Россию? — не унимался дух кольца, настаивая на развитии этой темы и получая невероятное удовольствие от подобного рода психологического воздействия на мужчину. Оттого он задумчиво протянул, тем самым предположив: — Причём, в этот же самый город, с которым тебя связывает столько воспоминаний. Желаешь убедиться, что с юной жертвой твоих амбиций всё в порядке? — Да это здесь ни при чём, обычное совпадение! Я же не мог никак контролировать местонахождение источника наших сил на Земле! — возразил лидер охотников на фей, теряя контроль над своими эмоциями и срываясь на крик, хоть в глубине души он и знал, что подобного рода поведение демона было лишь одним из множества его фирменных и изощрённых методов манипуляции. Он вдобавок только бросил: — Да и вообще, кто знает, может быть она уже и не живёт здесь… Очень на это надеюсь. — Как это мило, ты переживаешь из-за своих ошибок прошлого, хоть сам себе и обещал никогда этого не делать, — с издёвкой поддразнил его Чёрный круг, смотревший на него свысока своего роста, что составлял более двух с половиной метров, и словно ощущая себя хищником, стоящим перед своей добычей. Однако последующего развития темы не последовало, так как он сжалился и милостиво изрёк: — Кхм, ну ладно, чего это я так на тебя давлю, ты ведь до сих пор на сколько-то процентов всего лишь человек. И всё же, очень надеюсь, что это не помешает тебе исполнить свой долг и разыскать того самого вора, поскольку я чувствую, что его энергия всё ещё находится где-то рядом, возможно, всё ещё в этом самом городе, как там он называется… Москва, да? — уточнил он у своего хранителя их текущее местонахождение, вновь перейдя к обсуждению их общих задач. — Да. Я выполню это поручение в полной мере, чего бы это ни стоило, и буду абсолютно беспристрастен к личности того, кто совершил столь наглый поступок, как кража нашей магической энергии, можешь даже в этом не сомневаться, — спокойно и покорно поклялся Огрон, понимавший, что только так, проявив столь несвойственное для него смирение, сможет закончить этот разговор. Потому он преклонил свою голову в знак покорности и сказал: — Можешь не переживать, я буду верен нашей клятве до самого своего конца, Чёрный круг. — Очень рад это слышать. А теперь можешь идти, — распорядился дух кольца, который наконец решил отпустить мужчину и не мучать его больше ментальными истязаниями. После чего он начал постепенно растворяться во мраке, но напоследок кровожадным голосом изрёк: — Буду ждать от тебя результатов… О мой хозяин! «Чёртов ублюдок, просил же…» — неприязненно поморщившись от вновь брошенного им обращения, что больше было издёвкой, подумал лидер охотников на фей, когда образ демона Чёрного круга перед ним наконец окончательно исчез, а сам он постепенно начал возвращаться в реальный мир, лишь усмехнувшись: «Кто ещё здесь кому хозяин!». Он сделал небольшой шаг назад и ощутил, что уткнулся во что-то твёрдое, правда, он ещё не мог понять, во что именно, потому как всё ещё находился под действием заклинания ментальной связи и не мог ничего разглядеть в этой абсолютной темноте, отчего ему пришлось нащупать рукой, чтобы узнать, что это за объект. Им оказалось кожаное кресло, в которое Огрон поспешил сразу же сесть и откинуться, расслабив всё тело и шумно выдохнув, ощущая при этом адскую усталость, ведь каждый такой контакт с духом кольца вытягивал из него все его силы, и порой ему нужно было время, чтобы восстановиться. Он всё ещё толком ничего не мог видеть вокруг себя, однако тьма всё же постепенно начинала рассеиваться, и уже становились смутно различимы ближайшие объекты, такие как диван и другое кресло, а также журнальный столик. Маг сгорбился и потёр глаза, пытаясь прогнать этот эффект от тёмной магии. Но, осознав, что восстановление зрения и полноценное возвращение в реальный мир из измерения Чёрного круга теперь занимали куда больше времени, чем обычно, из-за отсутствия той былой мощи, он вновь растянулся в кресле, закинув голову вверх и зажмурив глаза. Так он просидел пару минут, а затем решил дотронуться до своей шеи, которая до сих пор гудела после тех ужасных пыток демона, и тут же болезненно поморщился, так как последствия удушья до сих пор ощущались весьма сильно, и лидер Чёрного круга чувствовал себя из-за этого всего крайне униженно. «Духи вселенной, и почему я тогда согласился на всё это… Как будто в те пятнадцать лет не знал, что нельзя заключать никаких сделок с духами или демонами!» — укорил Огрон сам себя, вспомнив далёкие времена молодости, когда он только нашёл свой артефакт и даже понятия не имел, насколько сильно изменится его жизнь с появлением в ней этого предмета. Потому он угрюмо проговорил про себя: «Ух, как же это достало… Если бы они только знали, как сильно я сам желаю всё это закончить… И как сильно бы сам хотел получить право на иную жизнь… Но я не могу, пока не завершу то, что пообещал выполнить!». Он и правда не мог всего сказать своим подчинённым, а именно, тех самых, реальных, причин, по которым он не имел права просто так окончить их охоту на фей, потому как остальные колдуны считали Чёрный круг не более чем просто кольцом с заключённой в нём магией, но они не знали всей правды о нём… А правда заключалась в том, что Чёрный круг не являлся обычным артефактом, он был скорее живым существом со своими мыслями, потребностями и душой — конечно же, самой чёрствой из всех и не имевшей ни малейшего намёка на эмпатию или же иные другие чувства, столь свойственные людям и даже Огрону, пускай и в меньшей степени. Да, он был жесток и хладнокровен, когда дело доходило до исполнения своей роли или же до получения им того, что он считал по праву своим, и тем не менее иногда даже его ледяное сердце немного оттаивало, и мужчина проявлял несвойственные для себя чувства, иногда это распространялось на других чернокруговцев, которые являлись для него единственными близкими людьми, а иногда и на иных личностей. Но у Чёрного круга таких же проявлений сострадания и вовсе не было, он был ненасытен, чёрств и жесток, и проявлялось это не только в постоянном требовании получить всё больше и больше энергии крылатых волшебниц, но и в бесконечных манипуляциях разумом своего хранителя. Красноволосый маг продолжал расслабленно сидеть с закрытыми глазами и обдумывать весь их недавний разговор с демоном, пытаясь представить в голове хотя бы примерный план, с помощью которого можно было бы убедить остальных магов вновь вернуться к своим обязанностям охотников и также найти неизвестного, кто всё ещё разгуливал по улицам этого города с их магией. Всё это в данный момент казалось практически невыполнимым, отчего тот неосознанно переключался на иного рода размышления, связанные с конкретными словами, брошенными духом кольца во время их диалога, некоторые из которых до сих пор эхом отзывались у него в голове и ворошили память. Огрон машинально провёл пальцами одной руки по второй ладони, тем самым нащупав свой артефакт на своём законном месте, далее он кончиком указательного пальца, в котором зажёгся пурпурный огонёк, дотронулся до одного из его шипов, и то стало невидимым, словно его и вовсе не существовало. Сделав это действие, мужчина едва заметно криво усмехнулся, иногда он действительно задумывался насчёт того, какой бы была его жизнь, не подними он тогда тот пыльный и грязный предмет с обочины дороги, что в конечном итоге оказался Чёрным кругом. «Ммм, наверное, моё существование так бы и осталось скучным и бесполезным, каким оно было, пока я тух в этом вонючем приюте среди кучки посредственностей!» — предположил колдун, невольно вспомнив свою жизнь до становления охотником на фей, что была не так уж радужна и красочна, а, напротив, омрачена чередой ужасных событий, которые сделали его таким, какой он есть, эта мысль заставила его сделать следующее умозаключение: — И всё же, как бы этот кусок дерьма ни был порой омерзителен и коварен, без него я бы не сумел достичь таких высот… И я не намерен возвращаться к мирному существованию, пока не верну себе то, что является моим по праву, а также не отомщу этим земным созданиям за то, что они, пускай и косвенно, но всё же причастны ко всему тому, что лишило меня жизни. Пускай Огрон и говорил загадками даже у себя в голове, однако он точно знал, что крылось за этими загадочными и пылкими фразами, потому как следом он осознал то, что сам намерен вернуться к их деятельности, не потому что ему так приказал демон, а из-за того, что в этом занятии он видел весь смысл своей жизни и искренне считал охоту на фей своей священной миссией. Когда красноволосый маг принял это, ему стало намного легче, и всё-таки, несмотря на то, что всю свою жизнь он старался не жалеть о содеянных им отвратительных и леденящих душу поступках, было одно деяние, из-за которого он не мог спокойно жить и испытывал постоянное чувство вины. Уже прошло около десятка лет, а воспоминания о том роковом событии продолжали терзать его и не оставляли его даже в заточении, словно он вновь и вновь возвращался в тот день, который изменил не только его судьбу, но и также судьбы, как минимум, ещё двоих людей. Детский крик, полный отчаяния и боли, навсегда застыл в его ушах, а большие небесно-голубые глаза, в которых застыли слёзы, а также страх и отчаяние, отпечатались в его памяти больше, чем что-либо ещё из ключевых моментов в его жизни, и это сильно мешало Огрону даже находиться в том месте, где всё это случилось. «Угх, всё помню, а её имя просто вылетело из головы…» — попытался он вытащить из глубин своего разума то, как звали упомянутую Чёрным кругом жертву его злодеяний, что у него никак не получалось, ведь память его порой всё же подводила, из-за чего в его голове пронеслось: — О духи вселенной, я конечно желал забыть обо всём этом, но не так же кардинально! Кажется, её имя звучало довольно забавно и было связано со сном… Кстати об этом, хмм… Мужчина вдруг вспомнил про то, что с самого начала хотел отдохнуть до вечера, и в следующий же миг почувствовал нереальную усталость, которой не мог противостоять, потому он не мог противиться этим ощущениям и постепенно начал проваливаться в дремоту, а через пару минут он уже погрузился в полноценный сон… Правда, этот долгожданный покой не продлился долго, и спустя пару часов Огрон резко очнулся от каких-то громких звуков, что доносились прямиком из-за двери, ведущей в коридор. Он с трудом разомкнул глаза и увидел перед собой теперь уже естественно затемнённую гостиную, так как за окном уже вечерело. Из щели под проходом лился свет, а за стеклянными вставками в самой двери можно было различить несколько стоявших фигур, которые, вероятней всего, были тремя чернокруговцами, и, судя по их громким возгласам, они явно о чём-то весьма эмоционально спорили между собой, что и разбудило их лидера. «Проклятье! Какие же они всё-таки конченые идиоты, не могут дать поспать спокойно хотя бы раз в жизни!» — ругнулся про себя красноволосый колдун, нехотя поднимаясь с кресла, чтобы пойти и выяснить, что именно стало причиной столь бурных обсуждений прямо в его зоне отдыха, потому как он терпеть не мог подобного вмешательства в своё личное пространство и лишь мысленно пригрозил: — Вот я сейчас выйду и вам всем очень не поздоровится, кучка примитивных кретинов! С этими намерениями он решительно подошёл к выходу из гостиной, после чего резким движением дёрнул дверную ручку и шагнул в коридор с грозным рявканьем: — Что тут, чёрт возьми, вообще происходит, господа?! Какого дьявола вы трое тут шумите?! Сперва вы закатили скандал как жалкие девчонки, а теперь ещё и визжите под дверью прямо как они? Что такого случилось, что вы вновь разорались? Увидели призраков или же гроза началась? Что?! — начал было орать он на стоявших в коридоре подчинённых, которые застыли в странном недоумении и взглядами указывали куда-то за его спину. Это непонятное поведение заставило его повернуться и увидеть ещё одну, незнакомую фигуру, отчего следом он выдал закономерный и крайне логический вопрос: — А это ещё кто?