Плохая Курама

      И гости, и их охранники вздохнули с облегчением, когда обе девятихвостые вернулись обратно во дворец в добром здравии и присоединились к ним в гостевой комнате.       — Неужели вы договорились? — искренне удивился Орочимару.       — В какой-то мере… — неопределенно ответила Курама и тут же набросилась на то немногое, что еще осталось от поданных гостям блюд, напрочь забыв о приличиях и наполнив комнату громким чавканьем.       — Вы можете неограниченно долго оставаться в моей деревне, мы будем обучать Наруто-куна и… Кьюби-но-Йоко-сама… — нехотя выговорила полное имя Девятихвостой Светлейшая, что, несомненно, пришлось ей по душе. — Что касается вас… — Светлейшая вопросительно посмотрела на змеиного саннина.       — Орочимару, — подсказал тот.       — Орочимару-сан, вы вряд ли сможете чему-нибудь здесь научиться, но мы всегда рады гостям, если они ведут себя достойно… — явно выделяя последнее слово сказала Светлейшая.       — Благодарю Вас за ваше гостеприимство, Светлейшая-сама. Я с удовольствием останусь здесь вместе с моими товарищами, чтобы узнать побольше о культуре и быте легендарных кицунэ, — предельно вежливо ответил Орочимару, вызвав у Светлейшей приветливую улыбку — как и все кицунэ она любила лесть, даже столь откровенную. Естественно, культура кицунэ — последнее, что интересовало Орочимару, а вот промышленный шпионаж был совсем не лишним. Впрочем, он не сомневался, что и за ним самим установят слежку, потому уже перебирал в уме техники, способные обдурить даже кицунэ…       — Юки проводит вас в одну из лучших гостиниц нашей деревни, номера и питание будут за мой счет… — сказала Светлейшая, подписывая небольшой свиток и вручая его треххвостой лисице. Одного взгляда на перемазанную соусом довольную морду Кьюби ей хватило, чтобы пожалеть о своей щедрости — такой троглодит вполне мог проесть дыру в бюджете целого государства, но уж лучше пусть пострадает бюджет, чем верные подданные, ведь кицунэ — не люди, и новые кадры будут готовиться сотни лет…       — А гостиницу с горячим источником можно? — с надеждой спросила Курама, все еще время от времени вспоминая тот чудный вечер, проведенный в теплой воде с Наруто наедине.       — Они все с горячими источниками, — сухо буркнула Светлейшая.       — Вот это я понимаю — цивилизация! — восторженно воскликнул Наруто, тоже соскучившийся по водным процедурам после месяца, проведенного в лесной глуши. В бункере Орочимару, конечно, был душ, но только холодный, и иногда там что-то ползало по углам и мешало расслабиться…       — Ты цель своего визита не забыл, цивилизация? Будешь тренироваться с рассвета до заката, пока не выучишь все до последнего дзюцу и не слезешь с моей шеи! — возмутилась Юки, ткнув Наруто локтем в бок.       — Да, чуть не забыла, жду тебя в тренировочной комнате завтра в полдень, Кьюби, — сказала Светлейшая, на что Курама лишь неопределенно махнула рукой с обглоданной куриной ножкой и сыто икнула. Конечно, ей хотелось научиться новым трюкам, но поесть, поспать и потрахаться хотелось еще больше…       — Что же, если все вопросы урегулированы, позвольте откланяться, — сказала Светлейшая, покинув гостевую комнату и вернувшись в тронный зал. Юки, в свою очередь, вытолкала Наруто на улицу мимо все так же дрыхнущего восьмихвостого лиса Осаму, опасливо косясь на Девятихвостую, неодобрительно хмурящуюся при каждом прикосновении к ее драгоценной златовласой собственности. Орочимару же старательно запоминал все развилки и коридоры дворца Светлейшей и места, где дежурит стража, разумно предполагая, что эти знания явно будут не лишними. Пока никто не обращал внимания, он подобрал с пола несколько шерстинок восьмихвостого — как и Юки, он прекрасно разбирался в печатях и принципах их работы, да и в целом шерсть восьмихвостого могла много для чего пригодиться… Он хотел было кое-что подбросить, но поймал на себе пристальный взгляд огромного красного глаза и поспешил выйти на улицу вместе с остальными. Гостиница располагалась на среднем из трех ярусов лисьей деревни, в зоне умеренно-богатых трех и четыреххвостых кицунэ, проживающих в двухэтажных домиках. Сама пятиэтажная гостиница из красного дерева с зеленой черепичной крышей на их фоне была просто гигантской, как и прилегающая к ней огороженная трехметровым забором территория, больше походя на дом зажиточного аристократа, но куда более плотно заселенный. Мощеная дорожка пролегала от ворот к дверям гостиницы между двух фонтанов с мраморными фигурками, изображающими лис.       — Мне кажется или тут слишком много лис? — буркнул Наруто, щелкнув одну из фигурок по носу и тут же смущенно отдернув руку, когда от нее откололся кусочек.       — Ты в лисьем мире, малыш, чего ты ожидал? — пожала плечами Девятихвостая.       — Ну мы же не настолько одержимы собственным величием и не ставим повсюду человеческие статуи в Конохе! — возмутился он.       — Настолько не одержимы, что вырезали четыре здоровенные рожи на скале Хокаге, которые ты так любил раскрашивать в детстве? — ехидно заметила Девятихвостая, отчего Наруто густо покраснел и прикусил язык. Юки вполуха слушала их разговор и до сих пор не могла понять, какова была природа их отношений? Ну не верила она в то, что однохвостый и девятихвостая могут быть равноправными партнерами. Он мог быть мимолетными любовником, с которым она поиграет и выбросит, но никак не мужем… Впрочем, это было не ее дело — в конце концов, этот балбес не слишком ее привлекал, тем более с такой неуравновешенной пассией… За этими размышлениями она и не заметила, как оказалась у стойки регистратора.       — Нам, пожалуйста, два номера… — сказала она, протянув регистратору свиток с королевской печатью.       — Три. Я хочу жить отдельно от… этих… — буркнул змеиный саннин, кивнув в сторону лапающих друг друга Наруто и Курамы, вызвав у Юки одобрительную усмешку — трудно было винить его за подобное желание, ведь эти странные хвостатые гости успели превратить ее жизнь в хаос всего за сутки. Симпатичный треххвостый темноволосый лис с неподдельным интересом прочитал письмо и кивнул, протянув Юки три ключа.       — Комнаты 201, 202 и 203 на втором этаже в вашем полном распоряжении! Уборка по вторникам и четвергам в обеденное время. Завтрак, обед и ужин в столовой на первом этаже, либо с доставкой в номер если попросить заранее! Желаю вам приятного отдыха! — бодро протараторил заученный текст и потерял интерес к постояльцам, вернувшись к чтению увлекательной книжки сомнительного содержания, подозрительно напоминающей любимое чтиво Какаши.       — Спасибо! — коротко ответила Юки, вручив Кьюби ключ от комнаты 201, а Орочимару ключ от комнаты 203, чтобы было сподручнее следить за всеми гостями из другого мира — не дай Шинигами им что-нибудь учудить до тех пор, пока Светлейшая не освободит ее от столь неприятной обязанности…       — Ты только глянь на эту кровать! — восторженно воскликнул Наруто, прыгая на здоровенное ложе размером два на два метра, прикрытое шелковыми простынями и узорчатым покрывалом.       — М-м-м, теперь ты точно не отвертишься и каждую ночь будешь проводить со мной… — промурлыкала Курама и прыгнула следом, отчего матрас под бедным Наруто вздулся и подбросил его вверх на добрый метр, после чего он кубарем свалился на пол.       — Ух-х, больно… — простонал он, потирая ушибленную голову.       — Прости меня! Я… да что это за матрас такой… — промямлила Курама, продавливая поверхность рукой и не чувствуя большого сопротивления.       — Никогда на таком не спал, там внутри что-то булькает… — задумчиво пробормотал Наруто, пробуя водяной матрас на ощупь. — Так, пока мы будем жить в этой гостинице у нас будет новое правило — на кровать не прыгать, договорились? — сказал он, более-менее осознав устройство кровати, а заодно и разницу в весе между ним и его двухметровой пассией.       — Можно подумать, это я первая начала… — обиженно фыркнула биджу.       — Ну же, не дуйся, радость моя, ведь у нас снова все получилось и дальше будет только лучше… — промурлыкал Наруто, обойдя вокруг кровати и нежно поцеловав нахохлившуюся Девятихвостую.       — Обязательно будет, ведь в этом теле ты теперь точно никуда не денешься и останешься со мной на веки вечные… — ответила она, затаскивая Наруто обратно в постель и начиная его беззастенчиво тискать чуть ли не до синяков.       — Да уж, денешься от тебя… — фыркнул он, безуспешно пытаясь вырваться из мертвой хватки Кьюби и ища глазами то, что могло бы его спасти.       — Гляди, здесь есть душ! Давай хотя бы сполоснемся для начала, а то от нас обоих не слишком хорошо пахнет… — с надеждой в голосе сказал он.       — Эх, прав Орочимару, Наруто, ты — балбес, — обиженно буркнула Кьюби, но Наруто отпустила, а тот не упустил свой шанс и тут же смылся в душевую кабинку. — Ну ничего, со временем я приучу тебя любить естественные запахи, а пока порадуем твоего внутреннего человека — он это заслужил, — добавила она со снисходительной улыбкой, подходя к раздевшемуся Наруто со спины и нежно обнимая его за талию, в то время как Наруто повернул вентиль и подставил лицо под струи теплой воды, чувствуя, как волна расслабления проходит по всем его телу.       — Внутреннего человека? Это ты про Саске что ли? Сомневаюсь, что он порадуется происходящему… — ухмыльнулся Наруто, все еще пребывая в смешанных чувствах относительно своей первой жертвы. Впрочем, увиденные ожоги Девятихвостой напомнили ему о собственной травме от меча Забузы, в итоге оказавшейся смертельной, и о том, что Саске был тем еще подонком…       — Саске больше нет, Наруто… Теперь он часть тебя… Навсегда… — с нескрываемым удовольствием в голосе проворковала Кьюби, лаская живот молодого кицунэ, постепенно спускаясь все ниже и ниже, до тех пор, пока не добралась до его члена, становящегося тверже с каждым ее прикосновением.       — М-мф, все же ты — настоящая маньячка, если такое тебя возбуждает… — промямлил Наруто, чувствуя, как одежда Девятихвостой исчезает по ее желанию, а ее влажная промежность прижимается к его ягодицам.       — Как будто ты в этом сомневался… — ухмыльнулась Кьюби, весьма ощутимо прикусывая шею Наруто своими острыми клыками, отчего тот невольно вскрикнул, а затем застонал еще громче, чувствуя, как Девятихвостая нарочито медленно слизывает капельки крови с его кожи.       — Нет нужды лгать мне и себе, Наруто, ведь тебе самому это нравится… — проворковала Девятихвостая, обхватив рукой стоящий колом член Наруто и принявшись надрачивать его, заставив джинчурики всхлипнуть. — Было бы очень наивно думать, что ты будешь влиять на меня, но я не буду влиять на тебя… — продолжила она, прижавшись к спине Наруто еще плотнее, чувствуя, как теплая вода стекает по их обнаженным телам, смывая грязь и пот и лишь усиливая возбуждение. — Ты хочешь быть достойным меня, и я покажу тебе как… — Кьюби развернула Наруто лицом к себе и без малейших усилий подняла его в воздух, прижав спиной к стене так, чтобы их промежности были на одном уровне, без лишних расшаркиваний насадив себя на его член.       — Ох… — только и выдохнул Наруто, не готовый к такой страсти и напористости со стороны Девятихвостой, но было бы откровенной ложью сказать, что ему это не нравилось… Обхватив ее руками поперек груди, джинчурики начал ритмично двигать бедрами, постепенно ускоряясь.       — Да, вот так… Не нужно думать и сомневаться, просто возьми то, что по праву принадлежит тебе… — простонала Кьюби, сжимая упругие ягодицы Наруто в своих руках и наслаждаясь каждым сантиметром его нового тела, бессмертного и совершенного, как ее собственное…       Воодушевленный словами и действиями Курамы, Наруто и сам все больше входил во вкус, наращивая темп и глубину проникновения, лаская груди биджу руками и осыпая ее шейку поцелуями, игриво прикусывая нежную кожу клыками, но не решаясь прокусить ее, хотя соблазн был очень велик и становился только сильнее с каждым сладостным стоном, срывающимся с ее губ. Его поцелуи постепенно спускались все ниже, до тех пор, пока он не впился губами в ее сосок, лаская его языком и игриво покусывая острыми клыками, отчего Девятихвостая стонала все громче и сама все быстрее двигала бедрами, все глубже и глубже насаживаясь на его член. Наконец, возбуждение Наруто достигло пика, и он кончил в ее киску с томным стоном, на мгновение напрягшись, а затем безвольно обмякнув в ее руках.       — Извини… что так быстро… ты была слишком… хороша… — пролепетал он, виновато глядя в ее глаза.       — Ничего, у тебя еще будет шанс отыграться завтра, а пока хватит и приятных ощущений от частички тебя внутри меня… — промурлыкала Кьюби игривым голосом, чмокнув джинчурики в губы и наконец-то поставив его на пол, немного вздрогнув от возбуждения, когда его обмякший член покинул ее влажную киску.       — Это было нечто неземное… как же приятно знать, что кто-то настолько сильно любит тебя не только на словах, но и на деле… — ответил Наруто, все еще не до конца придя в себя и смотря на Девятихвостую полным обожания взглядом.       — Разве тебя можно не любить, мой маленький лисенок? Иди ко мне, я о тебе позабочусь… — сказала Курама, выдавив порцию геля для душа на руку и притянув Наруто поближе к себе, принявшись нежными массирующими движениями втирать гель в его золотистую шевелюру, постепенно спускаясь все ниже и ниже, не в силах сдержать улыбки, ведь Наруто впервые замурчал, как умеют только лисы…       Проведя самые приятные полчаса за последний месяц в теплом душе, распаренная и отмытая до скрипа парочка кицунэ доползла до кровати и на этот раз осторожно вскарабкалась на коварный водяной матрас.       — Мне кажется, или он стал теплым? — озадаченно спросил Наруто, накрыв себя и Девятихвостую одеялом.       — Может быть, но скорее всего это ты стал теплым… — игриво хихикнула Кьюби, подтянув Наруто поближе и закинув на него руку и ногу.       — Как тут не стать, когда ты в который раз спасла меня от неприятностей, да еще и… позаботилась обо мне? — не менее игриво ответил Наруто, охотно прижавшись к Девятихвостой еще крепче, наслаждаясь ее мягкостью и теплотой.       — Думаю, многие могут сказать, что главная твоя неприятность — это я, — промурлыкала Кьюби, потеревшись о джинчурики всем телом и куснув его за ушко.       — Что-то мне подсказывает, что если эти многие скажут об этом вслух — долго они не проживут, — с саркастичным смешком ответил Наруто.       — Разумеется, не проживут, ведь моему лисенку нужно много чакры, чтобы расти, — добавила Кьюби, снова жмакнув его за задницу.       — Кстати, о росте, мой человеческий облик тоже станет повыше если я поглощу достаточно чакры? — с надеждой спросил Наруто.       — Боюсь, что нет, но ты всегда можешь наложить хенге и принять любой облик, — ответила Кьюби.       — Сомневаюсь, что хенге поможет мне в постели, — обиженно буркнул Наруто.       — Что, комплексуешь от того, что большая нехорошая лиса тебя угнетает? — ехидно поинтересовалась Курама, обернув все свои хвосты вокруг ног джинчурики, отчего тот почувствовал себя в объятиях осьминога.       — Скорее от того, что мне это начинает нравиться… — фыркнул джинчурики.       — Значит, воспитание проходит успешно… — с нескрываемым удовлетворением проурчала Курама, зарывшись носом в мягкий пушок, покрывающий ушко Наруто.       — Скорее, развращение… — ехидно буркнул Наруто.       — А есть разница? — спросила Кьюби.       — В нашем случае нет… — ответил Наруто и сокрушенно вздохнул…       Юки, все это время подслушивавшая их разговор через относительно тонкую стену, недовольно поморщилась — слишком уж приторно и слащаво все это звучало. Но, по крайней мере, устраивать дебош они не собирались, и то хорошо. Подойдя к противоположной стене, треххвостая кицунэ прислушалась к тому, что происходило в комнате Орочимару, но там царила полная тишина. Змеиный саннин, тем временем, бросил быстрый взгляд на красующуюся на стене печать, блокирующую все звуки и потоки чакры из его комнаты, и повернулся к небольшой зеленой змейке с тремя черными пятнами на голове, призванной из Рьючидо.       — Я хочу, чтобы ты проследил за Светлейшей. Соблюдай максимальную осторожность и при первых признаках опасности возвращайся домой, — негромко сказал Орочимару.       — Какова будет плата? — вкрадчиво поинтересовался змей. Орочимару вымученно закатил глаза и протянул змею руку, на что тот незамедлительно укусил своего призывателя. Змеиный саннин даже не поморщился, ожидая пока маленький, но очень вредный призыв не напьется его крови и чакры и не выплюнет его руку.       — Плата дос-с-стойная. Задание будет ис-с-сполнено! — удовлетворенно прошипел змей, уменьшившись до размеров дождевого червя и проскользнув на улицу через трещину в деревянной стене.             — Надеюсь, что эта мера окажется излишней… — пробормотал Орочимару, раскладывая небольшой свиток на столе и тщательно зарисовывая план той части дворца, что успел запомнить. Если предоставится возможность, он определенно прихватил бы пару артефактов из лисьей сокровищницы перед побегом, но для этого нужно было узнать, где она находится в принципе… Спрятав свиток в поясной сумке, Орочимару улегся спать прямо в одежде — его нынешнее тело ему категорически не нравилось, и он не мог дождаться того дня, когда сможет переселиться в тело Саске…