С гордо поднятой головой...

— Я не хочу! Дыхание сбилось, сердце стучит как бешенное, карие глаза лихорадочно бегают по поляне из стороны в сторону — страх невидимыми нитями окутывает сознание, затягивая в свои сети. — Успокойся, Тсунаеши. Мягкий голос полон тепла заставляет немного расслабиться. С такой интонацией говорят маленькому ребенку, который упрямится и не верит очевидным фактам. — Я знаю, как ты боишься пламени, но так нельзя, — слышится укор. — Если на тебя нападут — ты должна защититься, не зря же я тебя учил драться. Но что ты будешь делать, если на тебя нападет обладатель Пламени? Каждое слово пропитано заботой, и это заставляет немного расслабиться, привести мысли в порядок. — Сбегу? — наивный вопрос, в котором слышится обречённость, и понимание всей абсурдности. — А простишь ли ты себе этот побег? Сердце пропускает удар. Конечно же, нет. Подул холодный ветерок, заставивший шатенку обхватить себя руками в попытке согреться. — А что ты будешь делать, если близкие люди будут в опасности? Самый главный вопрос. Ответ на него есть. Но, чтобы озвучить его вслух, нужно пересилить себя, ведь следом за ним последуют логические заключения, от которых в будущем не отвертеться. — Я… — судорожный вздох, — хотела бы спасти их… — тихий шепот на грани слышимости. Стало как-то легче. Смысл сказанных слов гулким ударом отдает в каждом закутке подсознания, выводя истинные желания вместе с решимостью из собственноручно сделанной скорлупы. — Что бы ты сделала для этого? В ответ тишина. Только удары сердца отбивают ритм — глухой и тяжкий. Молчание. Ни вздоха, ни звука. Она понимала, что должна была б сделать в этой ситуации. Но смогла бы? Сейчас - нет. Пространство звенит, не выдерживая напряжения… и тихий вздох разрезает эту проклятую тишину с металлическим привкусом тревоги. — Ты не знаешь что ответить, потому что понимаешь — в экстренном случае, ты использовала бы пламя. Но что делать, если ты его боишься? — Я не знаю… — растерянный шепот. Это сложно. Это тяжело. Это… страшно. — Тебе нужно довериться ему. Оно полностью принадлежит тебе. Оно полностью подчиняется твоей воле, пойми. — Но я не хотела тогда убивать! — выкрикнула девушка. Он не был там тогда! Он ничего не знает! — Тогда ты не боролась. Ты была растеряна и не знала что делать, поэтому и появилось это Пламя, которое защитило свою хозяйку. Оно защитило тебя, вырвавшись без твоего желания. — Вот именно, — бездушный голос потрясает до глубины души. — Оно вышло из-под моего контроля. Как я смогу сейчас его контролировать? Учитель снова вздохнул. Боже, да как она не понимает? Неужели произошедшее оставило столь яркий след в сознании? — Для начала ты должна довериться. Говорю еще раз — это Пламя неотъемлемая часть тебя. Это Пламя такое же, как и ты. Ты спокойна — Пламя дарует тепло; ты зла — твое Пламя сжигает всё на твоем пути. Всё зависит лишь от тебя. Он выжидающе посмотрел на свою ученицу. Поймет ли? — Ты являешься Небом этих ребят, которые даруют тебе счастье. Так не разочаруй их, ведь они пошли за тобой в надежде быть принятыми и защищенными своим Небом. Они те, кто всегда будут с тобой, как и твое Пламя, которое есть в тебе для защиты тебя и твоих Хранителей. И лишь тебе решать, доверишься ли ты той силе, что часть тебя. Закончив, Фонг последний раз взглянул на свою ученицу, которая задумчиво глядела вдаль. Он ничего не может сделать с её страхами. Они её, и только она может их побороть. Всё зависит только от неё, а ему и Хранителям остается только надеется на лучшее. И сейчас ей лучше побыть одной.

***

Часть меня? Сила, что защищает? Сила, что убивает? И мне надо контролировать ее? Но я боюсь. Или нет? Не знаю… Я запуталась. Запуталась в себе. Я боюсь высоты, я боюсь своей силы. Хотя, я всего боюсь в этой жизни. Но сейчас моя задача совладать с Пламенем… Пилюли. Перчатки. Они мне нужны, чтобы зажечь его. Но обшарив карманы, я не нашла их. — Фонг… Тишина. Посмотрев по сторонам, я поняла, что рядом никого нет. Что мне делать? Пойти за перчатками домой? Но я растеряю всю уверенность по дороге. Попробовать зажечь без перчаток? Но я не смогу… Я совершенно не уверена в себе. Взглянув на ладони, я вспомнила, как они были объяты оранжевым светом. Тогда я чувствовала лишь животный страх, но что я почувствую сейчас? И как мне зажечь Пламя без пилюль? Не разочаруй их, ведь они пошли за тобой в надежде быть принятыми и защищенными своим Небом. Пламя для защиты близких? Тогда, чего желаю Я? Я желаю защитить всех дорогих моему сердцу людей! Всех: маму, детей, Фонга, Бьянки и… своих Хранителей! Они те, кто всегда со мной не смотря на то, что я самый никчемный человек в мире. Но они все равно продолжают мне улыбаться, даже Хибари-сан поддерживает меня! И я всем сердцем желаю защитить их. Я и не заметила, как мои ладони объял огонь. Чистое Пламя, без каких-либо примесей. Я испуганно дернулась, ожидая, что оно меня обожжет. Но нет. Стало так спокойно, как когда-то в гипер-режиме. И я смогла, смогла его зажечь, не смотря на то, что все еще его боюсь. Я заворожено, не дыша, боясь сдуть, наблюдала, как Небесное пламя мирно колыхалось у моих ладоней. Но спустя пару секунд оно потухло. Выдохнув, я обессилено упала на колени. Все же, это забирает много сил. Но могу себя поздравить с прогрессом. А сейчас моя задача добраться до своей комнаты…

***

Вздохнув, Тсунаеши сделала еще один глоток зеленого чая. Она упорно не понимала, чем именно её привлек именно этот сорт. По началу она пила его лишь для того, чтобы успокоиться, беря пример с Тони и Фонга, однако ей это ничем не помогло. Зато появилось маленькое пристрастие, от которого отвыкнуть она уже была не в силах. Вот и сейчас, наблюдая за беготней детворы, сносящей все на своем пути, она старалась успокоиться. За эти два с половиной года, девушка уже отвыкла от шума. В их доме обычно было тихо, а к чудачествам Руби уже все привыкли. А сейчас вместе с Аллегро чудят и дети. Однако во всем этом были и свои плюсы: Савада Нана также переехала в Гонконг, чему ее дочь была очень рада. Все же, за эти пару лет она соскучилась по материнскому теплу, и ей очень сильно не хватало поддержки мамы. В то время как для остальных наступила пора объедения. Нана готовила просто великолепно — пальчики оближешь. Гамма же наконец облегченно выдохнул — вся эта готовка стояла поперек горла, не смотря на то, что это одно из его любимых дел. И ведь благодарности не услышишь от этих неблагодарных жиртрестов, как он обычно называет Хранителей Фулминанте. Разве что, Тсуна иногда вспоминала о трудах Грозы и говорила ему за еду спасибо. Иногда. А Савада-старшая всегда была рада огромному количеству народа и особенно готовить на них еду. Бывало, конечно, на столе стояли салаты, как подозрительного цвета, так и запаха. Ну, это уже так, мелочи. Желудки крепче будут… Может быть. Однако, помимо всего этого шума, Тсуну настораживало то, что еще ни разу она не видела Десятилетней базуки Ламбо за все это время. А вот гранаты ребенка летали повсюду, на пару с гранатами Руби. Уже не раз Фонг пожалел о том, что дал ей это оружие. И учитывая, как часто Аллегро тискала бедного Ламбо, у того уже должны были сдать нервы. И это настораживает, ведь еще ничего серьезного не произошло. Словом, скучать не приходится, в этом она была уверена на все сто процентов. И сейчас, наблюдая за тем, как Ламбо уже начинает реветь оттого, что его щеки растянуты до невозможности красноволосой, она не ожидала ничего хорошего, как и все остальные. — Как думаете, кто падет первым: Руби или же щеки Ламбо? — присаживаясь рядом, ради интереса спросил Антонио, при этом преспокойно отобрав чашку у возмущенной таким поведением Неба. — А что тут думать — не выдержит мучений сам Ламбо и будет, угадайте что? Мини бум! А может и не мини, это смотря на то, какие именно гранаты он выберет и в каком количестве… — уже просчитывая у себя в голове возможные исходы «борьбы», Ирие наливал черный чай в свою излюбленную чашку солнечного цвета, при этом насыпая несколько ложек сахара по совету своего друга, считающего, что сахар повышает умственную деятельность. Впрочем, ему и так нравился сладкий чай. — По мне так, скорее сдадут наши нервы, — проговорил Гамма, принимая от него любезно заваренный цейлонский чай. — Ох, Гамми-саа~н, у вас нервы совсее~м ни к черту. Вам бы стоо~ило походить на медитацию и научиться держать себя в рукаа~х, — проговорила внезапно появившаяся за спиной Фран. — Ты что же, намекаешь на то, что я себя не контролирую? Посмотри на нашего камикоросника и поймешь, кому это не помешает, — смотря на Хибари, в данный момент мирно попивающего чай в стороне, который уже неизвестно когда появился в столовой, сказал Гамма на пониженных тонах. Нет, что вы, он не боится его, но так, на всякий случай… — Оо~й, да там уже ничтоо~ не поможет, — протянула девочка, взглянув на Кёю из-за спины Хранителя Грозы. — А хочешь, я тебе конфетки дам? Вкусные-вкусные! — донесся до ребят голос Руби. — Виноградные? — с блестящими от предвкушения глазами, невинно уточнил Ламбо. — Ну, и виноградные найдем! — оптимистично заявила девушка, при этом таща теленка в свою сокровищницу, то есть комнату. — Ему уже почти восемь, а он всё еще так же наивен. Неужели, он не понять, спустя несколько таких случаев, что лучше этой прохвостке не верить? — Пускай уж лучше остается таким наивным, как и остальные дети, чем он вкусит всю жестокость мафиозного мира, к которому принадлежит с самого детства, — задумчиво проговорил Тони и обратился уже к Фран: — И тебя бы стоило держать подальше от мафии, но ввязалась же ты в шайку Рокудо… Точнее, он тебя втянул. — Агаа~. И оставил меня однуу~ одинешеньку в этом жестоком мире на попечение Тсуу~ны и злобных мишек, — флегматично протянула девочка. — Ты кого злобными назвала? — Ох, Гамми-саа~н, я всегда знала, что Вы глухой, но настоо~лько. Простите, в следующий раз буду громче. А ещё, Гамми-сааа~н, Вы приняли то, что Вы мишка. — Ах ты… — Говорю же, научитесь себя контролии~ровать. И да, проверьте еще и зрее~ние — у вас булка пропала, — взглянув на блондина, она с флегматичным лицом запихнула последний кусочек булки в рот. — Когда? — удивлено проговорил Хранитель Грозы. — Иллюю~зия правит мии~ром, как иногда говорил учитель. Но чаще всего, он говорил о том, что ананасы захватят мир. — Ананасы? Почему твой учитель всегда как-то связан с ананасами? — спросил Шоичи, который на удивление не сидел со своим ноутбуком. — Шо, ты просто — напросто не видел прическу Мукуро вот и все. И… — вдруг в воздухе повисло гнетущая аура — взгляд Хибари и звук треснувшей пластмассы не предвещал ничего хорошего. — Лучше не упоминать его имя при Хибари-сане. — Поче.. — договорить уже Тони не успел. Послышался крик Ламбо и настораживающий грохот. Почти все одновременно обернулись на звук, а если точнее, то к лестнице. С нее быстро сбегал теленок, со слезами в три ручья. За ним не отставая, бежала Руби, стараясь его поймать, но мальчик был слишком верткий. Однако, лестница очень злобное место. — О, кое-что новенькое. До этого он не спотыкался на ней, — весело проговорил Антонио. Споткнувшись, Ламбо полетел вниз, просчитав лбом пару оставшихся лестниц. После этого, усевшись, он заревел еще пуще и полез руками в свою шевелюру, которая стала поменьше, чем раньше, но каким-то образом он все равно хранил там свои вещи. — Не может быть… — икнув, пробормотала шатенка, готовясь к самому худшему. Интуиция тихо звенела о чем-то предупреждая. — Ламбо-сан крут, и он покажет тебе всю свою мощь, — прохныкав, Ламбо полностью вытащил Десятилетнею Базуку, которую из ребят, кроме Тсуны и Хибари, никто никогда не видел. Под «сопровождение» шокированных взглядов, мальчик опустил базуку на себя и произошел взрыв, после чего по столовой распространился розоватый дым. — Интересно… — Ирие, поправив очки, заинтересованно подался чуть вперед в надежде разглядеть что-то, — надо будет изучить. Раздался удивленный хмык и дым, наконец, расступился, явив взору ребят расплывчатый силуэт невысокого парня. — Как давно меня не дергали, вызывая в прошлое… — лениво протянул парень, отдаленно напоминая мелкого Ламбо. Немного потянувшись, он продолжил, — не ожидал еще раз увидеть молодую и пока… Очень добрую Тсу-нее-сан. Нее-сан? Разве меня пятнадцатилетний Ламбо называл так? Я помню Десятую Вонголу. Что-то изменилась. И почему «пока очень добрую»? — И смотрю, семпаи, вы снова распиваете чаи. А где… — скептично оглядел застывших Хранителей Бовино. — Какой… Милашка! — неожиданно, заставив всех вздрогнуть, завизжала Руби со стороны, повиснув на побледневшем парне. — Нет! — закричал он не своим голосом, вырвавшись из объятий девушки, после чего спрятался за спину Тсуны. Та, все еще не отойдя от шока, медленно к нему развернулась и застыла, когда увидела, как тот стучит зубами от страха. — Ламбо, ты чего? — кое-как проговорила девушка. — Монстр… - миг, и это последнее, что он успел сказать. На его же месте появился снова маленький Ламбо, который, недоуменно осмотревшись по сторонам, пошагал на кухню, где посудой шумела Нана. — А… Он только что имел ввиду Руби? И вообще, кто это был? — отойдя от минутного всеобщего шока, спросил Антонио. — Только что перед вами был взрослый Ламбо, и похоже, он до ужаса боится Руби… — ответила Тсунаеши. — Надо будет изучить эту штуку, — предвкушающее улыбаясь, пробормотал Ирие. — А что он имел в виду «вы снова распиваете чаи»? — А разве мы этоо~ всегда и не делаем? Да и кофе из нас пьют лишь некоторые только для того, чтобы не заснуть, — пожала плечами Фран. — В этом она права. Фонг-сан нас так приучил, что все пьют лишь чай. Даже Руби попивает литрами фруктовые чаи. Вот только странно, что без сахара… — согласился с девочкой Карма. — Ну, зато это полезно и вроде именно чай не дает заснуть. Кстати, что-то мы засиделись. На тренировки уже пора! — скомандовал Гамма. — Травоядное, ты снова раскомандовался, — угрожающе заговорил до этого молчавший Хранитель Облака. «Кёя допил свой чай…» — одновременно пролетело у всех в мыслях. Однако, на удивление, Гамма ничего не ответил на это и, задумавшись, побрел к себе. — Этоо~ что же, не будет ежедневного спора? Ну, так не интерее~сно, — протянула Фран, после чего также последовала к себе, чтобы по-тихому посмотреть новый выпуск комедийного сериала, который она очень любила комментировать каждую минуту. — Странный Гамма в последнее время, вам так не кажется? — Не кажется, а так и есть. У этого травоядного что-то произошло, вот и хандрит. Он такой же, как и все травоядные, — напоследок бросил в сторону Савады Кея, после чего ушел в неизвестном направление с летающим над головой Хибердом. — Надо будет его спросить… — А куда пропал тот милый парень? .. Повисла тишина между Тсуной, Ирией и Антонио. Все трое удивленно взглянули на расстроенную Аллегро. — Ты всегда так вовремя, Руби…

***

Постучавшись в дверь и получив разрешающий ответ, Савада зашла в комнату Гаммы. — Что-то случилось, Тсуна? Вздрогнув от неожиданно раздавшегося голоса парня, она, помявшись, ответила: — Да нет, у меня ничего серьезного… Я просто хотела с тобой пообщаться немного, — слабо улыбнулась девушка. — И о чем же таком важном вы захотели поговорить со мной, Ваше Величество, раз решили посетить мою скромную обитель? — хмыкнув, шуточно проговорил Хранитель Грозы. Вся напряженность ситуации спала, и оба весело рассмеялись. — Ты впервые рассмеялся за последнее время, — поправив юбку, она аккуратно присела на недалеко стоящее кресло. — У тебя что-то случилось? — А говорила, что пришла только поговорить, — вздохнул блондин. — Прости… Но мы все просто волнуемся за тебя. В последнее время ты какой-то задумчивый и молчаливый, — шатенка немного склонила голову набок, стараясь заглянуть в лицо Грозы с надеждой увидеть что-то в его глазах. — Да ничего особенного, — отвернулся парень. — Не ври, пожалуйста. На меня это не подействует, — нахмурившись, проговорила девушка. — Ну да, гипер-интуиция, — устало хмыкнул Гамма, — настроение действительно плохое. Я давно не слышал никаких новостей от Юни. А в последний из наших разговоров она предупреждала меня о том, чтобы мы все были осторожны. Я волнуюсь за нее, я волнуюсь за всех ребят из Джиглио Неро. В глазах застыла тревога, а сердце сжимало в тисках. — И это правильно, что ты волнуешься за них. Они твоя семья, — раздался непривычно серьезный голос девушки. — Юни мне как младшая сестренка. Но вы мне тоже дороги, — на грани слышимости. — Не беспокойся, мы знаем. Голос тверд. В карих глазах решимость помочь и защитить, лишь бы не видеть тревогу в глазах друга. — Мы все вместе поедим в Италию к Джиглио-Неро, — напоследок уверенно сказала Небо, после чего вышла из комнаты, оставив Гамму со своими мыслями.

***

В кабинете будущего Десятого Босса Вонголы царила темнота и единственным источником света была Луна. Доминик, закинув ноги на стол, задумчиво смотрел вперед, вертя в руках дротик. Что-то его настораживало последнее время в поведении Хранителя Тумана. Тот определенно что-то задумал, но что? И эта неизвестность раздражала. Его раздражало всё, если что-то было скрыто от него, а его «любимые» Хранители что-то замышляли за спиной. Особенно Рокудо Мукуро. Его наглая ухмылка и игнорирование бесило до невозможности. И ведь точно он что-то сделал, позволив Хром сбежать. И она все еще не была найдена. Бесит, чертовски сильно бесит! Парень, разозлившись, метко бросил дротик, попав в «яблочко», после чего довольная усмешка проскользнула на его лице. Все же представленное личико Савады, как цель, приносит хоть немного успокоения. Если бы только в живую… Раздался стук, за тем еще один. Кто-то отчаянно стучался в дверь. Цыкнув, он раздраженно пригласил в кабинет пришедшего, спустив ноги со стола — негоже Боссу показаться в таком виде подчиненному. В комнату ворвался какой-то обычный встревоженный рядовой, что разозлило итак злого Акколето — его посмела потревожить какая-та мелкая шавка?! Куда смотрит динамитный мальчик?! — Что произошло? — небрежно, стараясь не обращать внимание на рядового, а если пришибет его — проблем не наберешься. — Простите Босс за вторжение… — Ближе к делу! — Босс, был найден труп Рокудо Мукуро! — взволнованно прокричал подчиненный. Доминик сначала поперхнулся, подумав, что это глупая шутка. — Что ты только что сказал? Повтори, пожалуйста… — рядовой уверенно стоял, уже бледнея от страха из-за голоса Акколето, который не предвещал ничего хорошего. — Был найден труп Рокудо Мукуро. Мертв приблизительно неделю от пули в сердце. Дечимо был шокирован, по-другому не скажешь. — Реборн-сан просил Вас прибыть на место проишествия, — пробормотал рядовой.

***

— Неужели ты наконец-то соизволил притащить свою пятою точку. Удивительно, — насмешливо проговорил Реборн, взглянув из-под полей шляпы на так называемого подопечного. — Отвали, аркобалено. Меня больше интересует, какого черта этот раздражающий субъект посмел подохнуть?! — А он что, сначала должен был получить твое разрешение? — сдержал смешок Реборн. — Не беси! И все равно, он настолько ничтожен, раз умер лишь от одной пули в сердце. — А ты уверен в его смерти? — брюнет еще раз скользнул взглядом по телу Рокудо, а потом косо взглянул на Акколето. — Что ты имеешь в виду? — насторожено спросил парень, хотя догадывался, что ему все равно не ответят. — Да так, ничего особенного. Забери колечко и займись поиском нового Хранителя, иначе ты так и не станешь Десятым, — довольно ответил Реборн, спокойно уходя. — Ты, сволочь, мы не договорили! Реборн никак не отреагировал на это и последовал дальше — он бы выстрелил, но шуму будет, а если уйдет, Акколето не пойдет за ним — на словах герой, а в жизни лентяй еще тот. Умер, говорите… Ну-ну, как-то просто ты помер. Я ожидал более фееричного представления. И никто ведь не заметил исчезновения с «тела Рокудо» кольца Ада. Как интересно, однако становится. Брюнет довольно усмехнулся, скрыв глаза за полями шляпы.

***

— Врой, чертов босс, достал уже! Я заколебался ходить вместо тебя на собрания! — Скуало как обычно ворвался в кабинет Занзаса. И как положено, в него полетел стакан, который удачно разбился об стенку, не зацепив Суперби. Ничему его жизнь не учит. — Заткнись, мусор. Достал уже, — не взглянув на Хранителя, проговорил вариец. — А если бы ходил на собрания, узнал бы кое-что очень интересное, что, несомненно, радует. Рокудо… — ухмыляясь, начал Скуало, однако не договорил. — Знаю, помер наконец-то, — не реагируя ни на что, ответил мужчина. — Откуда? Когда узнал? От кого? Да он из своего кресла ни разу не поднимался за эту неделю! — Потому что его прикончил я, — источал само спокойствие Занзас. Скуало уже был готов взорваться тирадой о том, как он «любит» Занзаса, однако спустя пару секунд, до него дошло, что тот сказал. — Повтори то, что ты только что сказал… — медленно проговорил мечник. — Мусор, свали куда по-дальше, иначе твои волосы испробуют моего пламени. — Ты убил… — Я сказал исчезнуть! — только пару минут назад Занзас был относительно спокоен, сейчас же Скуало, немного запоздав, выскочил из кабинета босса, стараясь сдуть пламя с волос. — Да что здесь, мать вашу, происходит? Занзас, взглянув на очередную дыру в стене, опустил пистолет и, поднеся бокал к губам, отпил виски, прикрыл глаза. Сделав несколько глотков, мужчина поставил стакан допитого виски на стол и взял записку, что появилась на столе. «Спасибо за услугу, Занзас. До встречи.» Хмыкнув, он преспокойно сжег ее пламенем. На дворе была ночь, а в кабинете босса Варии царила тишина, которую нарушало лишь мерное потрескивание дров в камине.

***

— Плохое у меня предчувствие… — поежилась Тсуна, морщась от гула в голове из-за звенящей интуиции. — Давайте не будем делать все еще хуже. К тому же, не беспокойтесь так, я проверил, есть ли здесь ловушки, взломав их сервер, — стыдливо почесал нос Ирие, стараясь игнорировать острую боль в животе из-за нервов. — Ты взломал сервер моей семьи? И как давно он у них есть? — возмутился Гамма, на что тот пожал плечами. — Гаммии~-сан, ну вы же прекрасно знаете, нашему «гению», — показав руками кавычки, продолжила: — всегдаа~ нечем заняться. — Почему в кавычках? — возмутился Хранитель Солнца. Ответа не последовало. Фран напряженно дернулась, после чего посмотрела вдаль, в стороны, где должны идти остальные Хранители. — Мне кажется, что в эту сторону пошло слишком много людей… — напряженно проговорила Тсуна. Что-то в округе было не так, но что? — Ну, мы вроде как все же врываемся в особняк семьи Арии. Да и с тех сторон наступают Антонио, Хибари и Руби, а они посильнее нас, как бы это прискорбно не было, так что могут и сами… — Не-не, Тсуна вполне могла пойти и одна, особенно после того, как она открыла в себе жесткое пламя. И у нее есть Х-баннер, пускай и не доработанный, — стараясь развлечь, пробормотал Ирие. — Да ну тебя, я все еще не могу с кем-то чужим драться. Все это время я тренировалась только с вами. Вру. Я почти все время дралась с Хибари. Или это он меня просто избивал… — Туман… — неожиданно тихо выкрикнула Фран. Ребята замерли. Неожиданно подступающий туман заставил напрячься. В какой-то миг, интуиция Тсуны зазвенела как ненормальная, и затихла. Иллюзия? Через пару секунд после закричавшей интуиции, туман распространился повсюду, после чего все Хранители и Тсуна потеряли сознание, провалившись глубоко в объятия темноты.

***

Где я? Я ничего не вижу. И где ребята?! У шатенки возникло ощущение, будто она плывет. Но в тоже время, она свободно дышала. Повсюду была тьма, которая не внушала доверия. Она отчаянно боролась с тем, чтобы не поддаться ей. Но спустя пару минут все запылало, и Тсунаеши начала падать. Пламя, что возникло, будто взбесилось, нападая на Тсуну в попытке… Сжечь. Однако оно сталкивалось с какой-то преградой, что окружала ее, не давая подобраться, от чего язычок пламени потухал. Девушка при каждом приближение испуганно вскрикивала и сворачивалась в попытке спрятаться. Но повсюду была тьма. Ни стен, ни углов. Прятаться негде. Почему? Почему именно тогда, когда я была готова принять то, что связана с мафией, ту часть себя, которая готова пожертвовать своей жизнью ради других, готова на все что угодно? Я приняла свои страхи и начала с ними бороться. Но почему именно сейчас пламя, что так похоже на мое, взбесилось и я стремительно падаю?! Девушка закричала от неожиданности, когда Пламя опалило ее. То, что было до этого, лишь мелочи. Пламя было повсюду, закрадываясь в саму душу, заставляя кричать от боли еще сильнее. Последней каплей стало возникшие образы в голове: молящие о помощи и пощаде друзья, окруженные Небесным пламенем. - Да начнется представление! .. — И зачем я согласилась на это…

***

Очнувшись, рыжий парень удивленно заозирался по сторонам. Неизвестный город серых тонов, в котором царила тишина. Встав с земли, Ирие осторожно пошел вперед, все время, оборачиваясь назад на каждый шорох. — Эй, здесь есть кто-нибудь?! — как можно сильнее выкрикнул парень, надеясь услышать от кого-то ответ. Но в ответ все также мертвая тишина. На мгновение, Хранитель подумал о том, что скорее всего он здесь один, однако сразу же откинул это куда подальше. Я не один, я не один. Где-то здесь я обязательно найду всех остальных. Здесь обязательно кто-то есть. Вот только знать бы, где я… Не выдержав, Шоичи побежал вперед. Приблизившись к дому парень стал отчаянно стучать в дверь, однако никто не открыл. Сглотнув, тот побежал дальше, все время, подбегая к входным дверям домов, надеясь, что кто-то в этом пустом городе есть. — Пожалуйста, кто-нибудь… — парень обессилено сполз по стенке, уже не скрывая слез. Он снова, снова один, как когда-то давно…

***

Фран старалась думать трезво и не рушить маску флегматика, даже не смотря на то, что столкнулась в притык со своим страхом. Каковой бы она не была на вид крепкой, внутри она хрупкая девочка, живущая с тупым страхом одиночества. Потеря матери и исчезновение отца, а бабушки тогда еще не было рядом… Маленькая девочка лет шести совсем одна в мире, состоящем из одной лжи. Они говорили, что хотят помочь, но на самом деле прокрались в дом и выкрали все, что было дорого, оставив маленькую девочку в пустом доме с разбитым сердцем. Не от любви, как обычно сейчас происходит, а оттого, что вера в свет этого мира была разрушена, как и мечты. Лучше быть одной, чем доверять кому-то… Не хочу, не хочу никого видеть! Все, все лжецы! Ненавижу! Только тогда она не знала, что одной быть очень тяжело и это станет ее страхом. Пускай, только шесть лет она прожила, но все это время она была окружена теплом и заботой. Резкое одиночество и ненужность нельзя принять спокойно. Страх. Я не хочу быть одна! Пожалуйста, мамочка, папочка, вернитесь… Прошу. И простите меня, я не хотела… Она наивно верила в то, что в исчезновении родителей виновата она. Она искренне извинялась за то, что случайно подожгла папин халат и разрисовала мамину книгу. Она наивно верила в то, что это такое наказание и скоро ее простят. Но никто не вернулся. Только бабушка приехала спустя пару дней, но этого хватило, чтобы зеленоволосая малышка успела натерпеться одиночества. Тогда ее бабушка была удивлена слезам девочки, которые раньше она не видела. Вот и сейчас это чувство ненужности и тупого страха снова закрадывалось в душу. Слезы стекали по щекам, ударяясь об асфальт и растекаясь пятнышками. Сейчас все равно никто не видит. Хотя, она была готова к тому, чтобы показаться такой. Пожалуйста, кто-нибудь, да услышьте меня! Подул ветер, и возникло ощущение, как будто кто-то мимо пробежал. Силенцио застыла и удивленно взглянула назад, но позади никого не было. - Интересно, они все же встретятся или нет? — Это жестоко! Это ведь тяжело, переживать свои страхи! — Потерпи еще немного…

***

Почему здесь так темно? Где Тсуна? А что если с ней что-то случится? Черт, надо было быть осторожнее, и зачем я их всех втянул в это… Парень осторожно привстал, не зная, на чем он сидит. Только он стал осторожно двигаться вперед, как наткнулся на что-то острое. Сглотнув, он осторожно сделал пару шагов назад. Спокойствие, только спокойствие. Это чья-та глупая шутка и отсюда есть выход… Мне надо найти остальных. Однако вся его напускная невозмутимость была утрачена, когда ему в спину уперлись острия. Сглотнув, Фулминанте аккуратно, стараясь не сильно шевелиться, обернулся назад. — Откуда они здесь взялись… - Гамма, я не знала! .. — Айхмофобия — боязнь острых предметов…

***

Хибари, в отличие от остальных, не потерял сознание, а лишь некоторое время пробыл в небытие. Проморгавшись, он с удивлением узнал в домах, свой родной Намимори. И как я здесь оказался? В какой-то мере, Кея был рад такому повороту событий, но трезвый ум брал свое — чисто физически, попасть так быстро в другой конец земли он не мог. Что-то здесь не так… Отвернувшись от бывшего дома Савады, он пошел в направление средней школы Намимори. Почему бы ни воспользоваться возможностью пройтись еще раз по любимому городу. Невольно, на лице Хибари всплыла легкая улыбка. Для полной идиллии разве что наверно, не хватало трели Хиберда. Брюнет неспешно прогуливался по любимым улочкам, и что его радовало, и одновременно настораживало, заставляя понимать, что это не Намимори, так это отсутствие людей. Полная тишина, нарушаемая пением птиц и шелестом листьев. Остановившись, он прикрыв глаза, вскинув голову ввысь, подставляя лицо лучикам солнца. Все же его волновало то, как там зверек и остальные. За это время они стали для него частично, как родные, что, конечно, он им никогда не скажет. Возможно, по большей части, он и идет в школу с надеждой найти их там. Поэтому, выдохнув, Кея последовал дальше. Однако он был очень удивлен, когда вместо средней Намимори узрел дом, который никогда бы не хотел увидеть снова. Дом, в котором он провел свое детство. Нахмурившись, Хранитель Облака аккуратно зашел, почему-то стараясь не скрипеть, и постучался в дверь. Никто не открыл. Хмыкнув и мысленно дав себе подзатыльник за тупой возникший страх перед прошлым, он открыл дверь. Невольно, но в голове всплыли моменты из прошлого — как приятных, так и не очень. Последних, к сожалению, было больше. И с каких пор я стал таким мягкотелым? Нужно меньше разговаривать с этими травоядными. Ностальгия уже накатывает. Хибари медленно прошел мимо кухни с гостиной. Половицы и ступеньки, как назло, скрипели, заставляя Кею, невольно хмурится. Поднявшись по лестнице, Хранитель остановился у двери с табличкой «Владения Кеи», не решаясь открыть дверь. Сколько раз уже за сегодня я поддаюсь страху? — Ох, Кё-кун, не ожидала тебя здесь увидеть! — раздался женский голос. Хибари шокировано застыл, остановив руку у самой ручки двери. — Кёя, не уважительно стоять спиной к родителям и молчать, — прозвучал строгий голос, что заставил его дернуться. Парень с расширенными от шока зрачками, взглянул на сзади стоящих мужчину и женщину. — Как… Вы же умерли! - Даже у сильнейшего Хранителя свои страхи… — А разве он не должен радоваться, пусть и такой, встрече с родителями? — Возможно, не всё так было отлично в их отношениях.

***

Черт, прошляпил же. Как можно было не заметить этот чертов туман? В подсознание ли я брожу? И почему именно это место? Парень, недовольно бродил по округе огромного особняка, который навевал воспоминания о времени, проведенном в бывшей мафиозной семье. В само здание он все не решался зайти, да и предчувствие было плохое, а последнее, что произошло здесь, упорно лезло в голову, заставляя хищно скалится. Вздохнув, Тони осторожно проверяя, нет ли где ловушек, подошел к особняку и остановился у потрепанных входных дверей. Улыбаясь уголками губ, он медленно провел рукой по одной из глубоких царапинах, вспоминая, как именно он ее сделал, тренируясь с катаной. Он издал короткий смешок, вспомнив, как многие взрослые боязливо на него посматривали после этого случая. Ну, а что он? А он ничего. Что поделать, если у него руки не из того места росли, и так получилось, что он сильно замахнулся из-за чего катана попала в дверь. И это так, мелочи. Зато после этого случая босс заявил о том, что катана ему не подходит, и его стали обучать бою с цепями, что пришлось ему по душе. Хорошие были времена… Выдохнув, Антонио толкнул массивные двери вперед и его взору открылся окровавленный зал. — Черт… Вдох — выдох. Сохраняй спокойствие. Сохраняй спокойствие. Это иллюзия. Это произошло десять лет назад. Этого особняка больше нет. Как и твоей семьи. Карма прошествовал в глубь здания, стараясь игнорировать кровь и трупы, что были повсюду, и это у него прекрасно получалось — тренировки Фонга по контролю чувств не прошли даром, не смотря на то, какие после этого были последствия. Не останавливаясь, он шел в кабинет бывшего босса, потому что был полностью уверен – то, что ему необходимо, именно там. Вот только что именно там он будет искать, парень не знал. Однако, когда Антонио уже почти дошел до места назначения, у него возникло ощущение, будто за ним кто-то идет. Обернувшись, он никого не увидел. Не нравится мне всё это. И снова воспоминания лезут в голову, заставляя снова чувствовать жажду. Я убил его, убил ещё тогда. Надо успокоится. Дверь в кабинет была приоткрыта. Зайдя в него, Карма был удивлен. Там не было так ужасно, как во всем особняке. Не было всей той мрачности, жуткого вида и запаха крови. Это комната была довольно солнечной и в тонах дерева, что подходит кабинету. На столе стояло несколько фотографий. Подойдя к столу, Тони взял в руки одну из рамок, на которой были изображены мальчик лет десяти с черными волосами и такими же глазами, сидящий на руках у мужчины, который похоже был его отцом. А рядом, приобнимая обоих, стояла красивая женщина. Антонио, аккуратно, провел кистью, очертя их лица. — Эх, так жаль, что они умерли самыми первыми, не так ли, Тони? Парень вздрогнул от неожиданно раздавшегося голоса. Такого знакомого и в тоже время неизвестного. От голоса, что заставляет его сходить с ума. Медленно развернувшись назад, Антонио увидел того, с кем не ожидал встретиться еще когда-либо. Того, кто убил его родителей и всю семью. Того, кого он убил собственными руками, не смотря на молодой возраст. В мгновение ока Антонио вытащил запасной ножик, и приставил его у горла возникшего мужчины. — Ты! Какого черта! — прорычал парень в лицо преспокойного мужчины. — Ох, а я думал ты обрадуешься, ведь ты сможешь еще раз меня убить. Ты ведь именно этого жаждал все эти 10 лет. Тебе ведь не хватило того короткого мига… — Прекрати! — Ты стал безумцем. Ты стал довольно известным жестоким убийцей. Ты стал таким же, как и я! — Заткнись! — говорящий не обращал внимание на то, что нож, который был приставлен у его горла, угрожающе дрожит, намереваясь перерезать его глотку. — Убив меня, ты станешь таким же, как и я. Ты ведь уже не можешь сдерживать свое безумие. Так отпусти же его, убей меня! — мужчина уже довольно смеялся. Ему было все равно — это лишь его образ. Сейчас у него настоящего другая цель. Антонио уже не обращал внимание ни на что. Безумие и правда поглотило его. Перед глазами был туман, а в голове крутилось лишь одно: «Убить, убить, убить! Уничтожить всех, кто помешает!». - Антонио Карма, босс семьи Karma, известный тем, что смог детально изучить свое пламя Дождя. Один из спокойных людей, однако в тоже время довольно опасный и ужасный. Известный в прошлом, как «Демон в цепях». — Это он? И он хранитель Тсуны?

***

Руби удивленно смотрела по сторонам, не понимая, где она. Ей не нравилось это место. Странные различные инструменты, колбы, куча различных разбросанных документов с неизвестными записями и чертежами. Некоторые из них напоминали рисунки людей. Девушка настороженно прошла вперед, проходя мимо различных аппаратов и отделенных стеклом комнат. Не смотря на то, что вела она себя в жизни как ребенок, Аллегро мгновенно поняла, что попала в какую-то лабораторию, где похоже ставили опыты над людьми. И все это для девушки было очень знакомо, но она все равно не могла вспомнить. В голове возникали различные расплывчатые образы и силуэты, но сразу исчезали, что расстраивало. Она вышла из этого зала, что заставлял ее все время прикрывать глаза. Эти все аппараты ее пугали. Выйдя, она попала в длинный коридор с несколькими дверями. Одна из них в самом конце была открыта, куда и пошла Хранительница. Лучше бы этого не делала. Она шокировано застыла, прикрыв руками рот, стараясь не закричать от представшей перед ней картиной. Мертвые дети. Их было много. Слишком. Не выдержав, она развернулась и побежала оттуда со всех ног. Однако то, что она увидела, все стояло перед глазами. Я помню, помню их! Мукуро-кун, Кен-кун, Чикуса… Я помню их всех… Где я?! — Бедная, бедная Руби, ты потерялась? Мне показать тебе, где твоя камера? Аллегро остановилась. Вся ее сущность говорила ей — не верь. Этот голос был пугающий и не внушающий доверия. — Кто ты? Где я вообще? — не поворачиваясь, дрожащим голосом спросила Аллегро. — Ох, неужели ты забыла? Плохая, плохая девочка. Я — твой врач, который ставил над тобой просто великолепные опыты и ты сейчас… В лаборатории семьи Эстранео. Эстранео… Когда-то давно Шо-кун рассказывал нам об этой лаборатории. Я… Не может быть. Я не могла находиться в столь ужасном месте! — Это что же получается? Ты и забыла своих дружков? А они ведь так плакали из-за твоей смерти… А ты взяла и забыла их. Что он говорит? Я не умирала! Он врет! Меня ведь ждут Тсу и все остальные! — Плохой, ты стала очень плохой девочкой! Тебя стоит за это… Нет! Не продолжай! Я помню это, помню! Не говори этого! — … на-ка-зать! — НЕТ! - Бедная девочка. — Она одна из подопытных Эстранео? — Похоже на то. — Это ужасно! Прекрати все это! Прекрати свое чертово испытание! Они ведь не справляются! — Не беспокойся. Сейчас начнется самое интересное…