Любовь такая разная

Стрижка займет не больше часа. Ей совсем не страшно, что вы. Совсем-совсем не жаль. Когда первая прядь падает на пол, она вздрагивает всем телом. Когда падает сначала третья, а потом и четвертая, она утешает себя надеждой стать похожей на Нее. Хоть чуточку. Когда в твоей душе игрушки, а в голове – мыльные пузыри, будешь ли ты счастлив? Она помнит свое детство – королевство ее ограничивалось маленькой комнатой и сердцем брата. Было тепло и уютно, а на завтрак всегда была яичница с улыбающейся рожицей. Она не хотела взрослеть, хотела только лишь увидеть улыбку брата вечером и попробовать пирожное из магазина. Подруга была хмурой, а она не хотела, чтобы ее поданные грустили. Она хватала подругу за руку и тащила на остановку. Они катались на автобусе без цели и направления, нарушая правила векторов, подрисовывали цифры, чтобы билетик был счастливым, и смеялись от души. Незадолго то того, как первые капли дождя сорвались с неба в чью-то рыжую душу, где-то далеко в ее сердце начались поиски того единственного принца, рыцаря. Лучший друг с ней добр и нежен, но его выверенные до миллиметра слова и мягкие игрушки, красивые платья совсем не трогают ее сердце. Он не подходит на роль принца. И уж тем более на роль рыцаря. Он немного неуклюж, худ и изворотлив, чтобы быть смелым и сильным. Он ее советник и друг, он ее опора и жилетка для слез. В пятнадцатый день рождение она получила подарок – принца. На черном, как смоль, коне. Принц был прекрасен, принцесса расцвела. На небе впервые появилась Луна. Ей было чертовски больно, когда эта самая Луна появилась и предъявила права на него. Ее некрасивое имя было отпечатано у него на лбу корявым почерком. Ее ладонь была на его плече, как знак, символ. Этот день был ленив, как кот, а она глупа, как всякая женщина. Жизнь вертелась у ее ног, а она лишь хотела быть центром его мира, а вовсе не вселенной. Жаль, не получилось. Окунуть бы лицо в снег, забыться. Она, наверное, замерзнет, если еще тут останется. Ее тело занесет метель, ресницы и губы покроются инеем, и только хрупкие рыжие пряди будут пламенеть на белоснежном полотне. Ох, не глупи, какой снег в середине весны? Пора взрослеть. Она бросила свое королевство, как только впервые увидела его слезы – не из-за нее, из-за другой. Он был разбит и уничтожен, его Королева уходила обратно на небо, а она оставался один под проливным дождем. Она пошла за ним, потому что обратной дороги не было. Только потом она поймет, что не хочет быть ведомой, что хочет свободно расправить крылья и улететь. Когда все закончиться, когда пройдет печаль и радость, когда минуют годы, Иное, влекомая чем-то невидимым, придет в парк и воззриться на свое королевство. Оно выросло, оно расцвело. И даже уход принца и Королевы ничего не изменил. Все эти люди – ее поданные. Нелепые, красивые, уроды, счастливые, грустные. Ее. Она обязана о них заботиться, защищать и любить. Любить эту маленькую девочку, которая так мирно покоиться в коляске, этого мужчину рядом с ней – уставшего, небритого, невыспавшегося. Эту девушку в майке, которая так отчаянно бежит за кем-то или от кого-то, старика на лавке полуслепого в протертых штанах. Она должна любить их и беречь, она их Принцесса. Ее сбивает с ног та самая девушка в майке, кричит что-то обидное и тут же исчезает. Ее темные волосы и маленький рост напоминают ей о совсем другом человеке. Она злиться, и тут же теряют краски зеленые деревья и голубое небо, она просто принцесса. Королевой ей не быть. Она ведь не умеет защищать себя, только других. Ей бы в замок под замок, ждать принца, петь песни и предаваться мечтам. Но уж никак не на поле боя, не сражаться, не рисковать, ни в коем случае. Чтобы не пачкать руки и душу низким, ничтожным. Она же Принцесса. Ей надо платье белое, принца на коне и пять детей. Лишь бы счастье. Замка у нее не было. Только шатающаяся винтовая лестница в небо, к сверкающим эфемерным мечтам. Она поднималась по ней легкой походкой, взмахивала руками, как журавль. Глаза слепило солнце. Ступеньки все не кончались. Земля уходила из под ног. Она висела над пропастью и хотела было уже расслабить пальцы, как чья-то рука уже тащила ее наверх. Ждущий спасения получит его. - Все хорошо. Они наконец-то вернулись. Она уткнулась в ее грудь и зарыдала. Оплакивала свои волосы, надежду, счастье, хрупкие руки, что хотели пропасть. Она плакала, а черный конь рыцаря отбрасывал на нее свою тень. Сам рыцарь стоял рядом, поддерживая, оплакивая вместе с ней свою гордость и силу. Да пропади оно все пропадом! Дайте принцессе стянуть эти туфли и упасть на мраморные ступени. Ничком, лицом в ступени, чтобы не видеть. Чтобы поплакаться на маленькое королевство и отсутствие темных прядей и принцев под сердцем.