Часть 4
29 апреля 2014 г., 20:57
Заснула Эмма ближе к рассвету, поэтому непременно бы проспала свое второе утро в Сторибруке, если бы предусмотрительно не завела на сотовом телефоне будильник. С трудом заставив себя открыть глаза, она проделала вчерашние манипуляции с сывороткой и покинула здание библиотеки.
Меньше всего Эмме хотелось светиться в кафе «У бабушки», но другого варианта она не придумала, к тому же живот утробно заурчал, напоминая о завтраке.
С опаской перешагнув порог гостеприимного заведения, Эмма быстро огляделась, выискивая знакомых, и довольно хмыкнула. За дальним столиком, держа в руке огромный бургер, уютно устроился Нил.
Решение поговорить с Нилом и ясно дать ему понять, что никакой свадьбы не будет, пришло к ней ночью. Логика была проста: если от Нила не последует предложения руки и сердца, то ей не придется его принимать. Проще всего найти Нила было в магазине у отца (встречи с Голдом Эмма остерегалась) или «У бабушки», поглощающим быстрые углеводы.
Бесцеремонно плюхнувшись за столик, Эмма улыбнулась:
— Привет! Нил, у меня к тебе разговор.
Подавившись завтраком, ее будущий бывший муж (какая игра слов!) закашлялся, и Эмме пришлось постучать его по спине, чтобы тот пришел в себя.
— Это поразительное совпадение! Я как раз хотел с тобой поговорить.
— Да неужели? — кисло поинтересовалась она, догадываясь о теме беседы. — Тогда начинай.
— Наверное, ты не думала еще об этом…
— Угу. Удиви меня! — хмыкнула Эмма, подзывая жестом официантку.
— Видишь ли, я всегда боролся за тебя и никогда не перестану этого делать, поэтому…
— Напомни, когда ты это делал, Нил? — обернувшись к подошедшей девушке, Эмма улыбнулась и быстро сделала заказ. — Мне глазунью и кофе, пожалуйста.
— Что ты хочешь этим сказать? — Он моментально сбился с мысли и с непониманием воззрился на нее.
— Послушай, Нил, — Эмма постаралась смягчить голос и объяснить все лаконично, но корректно. — Мы оба знаем, где-то в глубине души, что не подходим друг другу. Как бы мы ни старались, нам не быть единым целым. Наша история подошла к своему завершению.
— А как же Генри?
— Наш сын сможет все понять. Он на редкость смышлёный парень.
— Я считаю, что мы, как его родители, обязаны…
Эмма схватила Нила за лежащую на столе ладонь и, скрывая раздражение, вновь попыталась его переубедить. В конце концов, он не знает, к чему приведут эти благородные попытки дать ребенку настоящую семью.
— Послушай меня, пожалуйста. Связывать наши судьбы только ради Генри — жестоко и бессмысленно. Ты сам это поймешь через несколько лет.
— Не только из-за Генри! Эмма, я люблю тебя, а ты — меня! — патетично воскликнул Нил, привлекая к ним излишнее внимание.
— Нет, неправда, — на мгновение прикрыв глаза, она вздохнула и убрала руку. — Ты ошибаешься абсолютно по всем пунктам.
— Я в это не верю!
— Зато верю я!
Мысленно подивившись, почему общение с Нилом продолжительностью более пяти минут в последние несколько лет постоянно ее раздражает, Эмма предприняла последнюю попытку:
— Я прошу тебя, не делай то, что задумал! Это станет ужасной ошибкой для нас обоих.
— Я так не считаю! — обиженно крикнул Нил, вставая и опираясь кулаками на стол. — Ты сейчас просто не в себе! Поговорим вечером, на празднике.
Бросив деньги на стол, он поспешно удалился из кафе.
— Ваш заказ, шериф, — робко проговорила официантка, неуверенно приближаясь к ней.
— Спасибо, — устало выдохнула Эмма и запоздало поинтересовалась: — А где Руби?
— У нее выходной, — пояснила девушка и, забрав наличность, поторопилась на кухню.
— Мисс Свон, любите, чтобы утро начиналось бурно? — Эмма подняла глаза от тарелки и наткнулась на внимательный взгляд Реджины.
Та, несмотря на ранний час, выглядела превосходно. Строгое черное платье с накинутым поверх пальто прекрасно подчеркивало роскошную фигуру. Строгий образ дополнял стильный кожаный портфель, который Реджина сжимала в руках.
— Если это необходимо, чтобы собрать мою разбитую на кусочки жизнь, то да, определенно! — Эмма с яростью кромсала ножом глазунью, с особым удовольствием тыкая острием в мягкий желток, на месте которого представляла Нила.
— Что ж, удачи вам в этом нелегком деле, — задержав взгляд на ней немного дольше обычного, Реджина зашагала к входной двери.
— А что сегодня за праздник? — сделав глоток обжигающего кофе, спросила Эмма.
Реджина обернулась уже на пороге. На ее лице читалось недоумение.
— День Города! Не далее, как вчера мы с вами обсуждали план по поддержанию правопорядка в этом масштабном мероприятии. Кстати, вы отпустили Генри на сегодняшнее торжество со мной. Это вы тоже запамятовали?
— Нет, это я помню, — поморщившись от холода в голосе Реджины, ответила она.
— Радует, что склероз поразил вас частично, мисс Свон.
Дождавшись перезвона колокольчиков на двери, извещающих, что Реджина покинула кафе, Эмма помахала рукой официантке. Праздник у нее действительно вылетел из головы, просто потому что на нем не произошло ничего стоящего внимания. Скучный рабочий вечер. Что ж, самое время это исправить. Только необходимо уточнить подзабытые детали.
— Что-то не понравилось? — встревоженно спросила подлетевшая девушка.
— Все отлично, спасибо! Подскажите, во сколько начинается сегодняшнее мероприятие?
— Вы о дне Города? В пять вечера на центральной улице, шериф.
— Значит, в пять, — задумчиво протянула Эмма.
Спустя несколько минут дверной колокольчик известил о том, что заведение покинул еще один клиент.
***
Центральную улицу Сторибрука было не узнать. В глазах рябило от воздушных шаров, ярких гирлянд и красочных растяжек с поздравлениями для жителей города. Вдоль дороги растянулись палатки с едой и сувенирами, вдалеке играла живая музыка, и возвышалось собранное за ночь колесо обозрения. Повсюду слышались смех и радостные приветствия. Эмма заулыбалась, проникаясь атмосферой городского праздника. Она закрутила головой, пытаясь высмотреть Крюка, ее взгляд заскользил по счастливым лицам людей, невольно отмечая детали: малыш, с сахарной ватой в руке, светловолосый мужчина, стреляющий по мишеням в тире, крутящаяся карусель в виде лошадок, толстяк, выбивающий на аттракционе молотком десять из десяти, Лерой, идущий рядом с незнакомой ей феей. Эмма хотела было поглубже нырнуть в гудящую, как улей, толпу, но в этот момент нос к носу столкнулась с Мэри Маргарет. — Эмма! Разве вы с Дэвидом не отправились проконтролировать подготовку к салюту? — Э-э-э… Мы разошлись, чтобы следить за порядком на улице, — выкрутилась она и, переводя тему, быстро добавила. — Ты посмотри, сколько народа! Весь город собрался на торжество! — Это неудивительно, — глаза Мэри Маргарет засияли теплым светом. — Сторибрук — наш дом. Хотя бы до того момента, как мы найдем способ вернуться в Зачарованный Лес. — О, это случится скорее, чем ты думаешь! — выпалила Эмма, прежде чем смогла себя остановить. Мэри Маргарет взволновано посмотрела на нее. — Ты действительно так считаешь? Мысленно чертыхнувшись от того, что проговорилась, она постаралась непринужденно улыбнуться: — Конечно! Все получат свой счастливый конец, это я могу гарантировать. Она несильно сжала руку матери в знак поддержки. Эмма хотела что-то добавить, но ее взгляд наткнулся на мелькнувший в толпе черный кожаный плащ. Боясь упустить его из вида, она растерянно пробормотала Мэри Маргарет извинения и, проталкиваясь сквозь людей, устремилась за владельцем кожаной вещи. Как подсказывала ей интуиция, любителей подобного стиля одежды в этом городе было немного. — Крюк! Киллиан! Музыка и шум заглушали ее голос, поэтому она активно заработала локтями, пытаясь нагнать Крюка. Быстро лавируя в людском потоке, Эмма уже протянула руку, чтобы дотронуться до его плеча, но в этот момент ее сильно толкнули, из-за чего она с размаха налетела на него сзади. Его реакция была мгновенной — Эмма и сама не поняла, как оказалась лежащей на земле с приставленным к горлу крюком. Переведя ошарашенный взгляд с поблескивающего металлом острия на лицо замершего над ней мужчины, Эмма хрипло заметила: — Крюк, пожалуй, это слишком жаркое приветствие. Даже для тебя! Она еще не успела восстановить дыхание — ее грудь часто вздымалась, волосы рассыпались по плечам и земле. Боковым зрением Эмма отметила, что толпа осторожно обтекает их с двух сторон. Особо смелые кидали любопытные взгляды, но в разборки шерифа и пирата влезать опасались. — Черт, Свон! — удивленно выдохнул Крюк и подал ей руку, помогая подняться. — Ты не могла бы не нападать в следующий раз со спины? — О, так это не проявление дикой радости от моего появления? — хмыкнула Эмма, отряхивая куртку и джинсы от пыли. — А я-то уж думала… Предостерегающий взгляд заставил осечься. Определенно, Крюк не был настроен на флирт, его напряженная поза и выражение лица предупреждали об этом. Глубоко вздохнув, Эмма спрятала руки в карманы куртки и неловко проговорила: — Кил… Крюк! Я знаю, у тебя ко мне есть вопросы, на которые ты хочешь получить ответы. Особенно после случившегося в «Кроличьей Норе»… Обещаю, скоро все станет на свои места! Просто, давай проведем этот вечер вместе? Без откровенных разговоров, — с трудом оторвав взгляд от носков начищенных сапог Крюка, Эмма осмелилась посмотреть ему в лицо и почти умоляюще добавила: — Пожалуйста! Несколько мгновений она, затаив дыхание, ждала его решения. Поколебавшись, тот коротко кивнул и медленно растянул губы в дерзкой улыбке: — Свон, ты же не рассчитывала, что так легко избавишься от моего общества? Эмма негромко рассмеялась и уже серьезно заметила: — В противном случае я была бы разочарована!***
Смаргивая выступившие слезинки, Эмма с трудом удержалась от нового приступа смеха. Они отошли поближе к краю дороги, где людей было не так много, и теперь она опиралась спиной на автомат, за монетку предсказывающий будущее по ладони, и не могла отвести глаз от Крюка. Тот обладал талантом рассказчика и отменным чувством юмора, что не мешало ей разбавлять его повествование ироничными комментариями. В итоге они оба веселились от души, подхватывая шутки друг друга и развивая их до полного абсурда. Эмма наслаждалась разговором, поэтому не сразу и с трудом подавила желание продлить этот момент еще немного. Она здесь не для этого. Пришлось тепло улыбнуться Крюку и неохотно проговорить: — Мне нужно отойти по делам. Не уходи, я скоро вернусь! Дождавшись многозначительного: «Если леди настаивает», она быстро затерялась в толпе. Найти ту, что была ей нужна, оказалось не так просто. Эмма уже два раза обошла всю центральную улицу, на которой развернулось торжество, но ее молодая копия как сквозь землю провалилась. Эмма не знала, как заставит другую себя поговорить с Крюком, все составленные ранее планы сейчас казались наивными и нереальными, но она готова была пойти на самые крайние меры, лишь бы эти двое смогли провести хоть немного времени вместе. Борясь с охватившим ее беспокойством вкупе с неуместным раздражением, Эмма решила вернуться к тому месту, откуда начала поиски. Не дойдя несколько метров до намеченной цели, она с облегчением перевела дыхание и улыбнулась: другая она стояла немного поодаль от Крюка и бросала в его сторону заинтересованные взгляды, не забывая при этом упорно делать вид, что всецело поглощена поддержанием правопорядка на улице. Эмма была уверена, что в этот момент двадцативосьмилетняя она колеблется, всей душой желая подойти к Крюку и заговорить с ним, одновременно изо всех сил борясь с этим порывом. Крюк же, сменивший дислокацию на пару шагов, расположился возле палатки с воздушными шарами. Казалось, он был полностью увлечен собственными мыслями и лишь изредка окидывал задумчивым взглядом скопление народа. Ни одну из них он не замечал. Эмма судорожно сжала и разжала кулаки, переводя растерянный взгляд с женщины на мужчину и обратно, она не знала, как им помочь. В этот момент ее периферийное зрение отметило движение, от которого она в панике вздрогнула: к другой ней направлялся Нил, с читающимся у него на лице намерением в очередной раз серьезно поговорить с матерью своего ребенка. «Черт! Он же все испортит!» — это мысль пронеслась в голове у Эммы со скоростью света и заставила действовать. Не до конца осознавая, что делает, Эмма сфокусировала взгляд на палатке, рядом с которой стоял Крюк, и сосредоточилась. Через секунду по яркой ткани, обтягивающей каркас палатки, заплясали красные язычки пламени. Заметив, что ее молодая копия ринулась тушить импровизированный пожар, а подоспевший Крюк принялся ей в этом помогать, Эмма поторопилась перехватить Нила, который из-за начавшейся небольшой паники был дезориентирован. Подхватив того под локоть, она решительно уволокла его подальше от разыгравшегося представления. — Эмма! Я как раз шел к тебе поговорить! Там что, пожар? — Нет, небольшая техническая неполадка, — отмахнулась она и, оказавшись достаточно далеко от места преступления, а значит и от пары, которую хотела свести любым способом, остановилась. — Так, о чем ты хотел поговорить? — О нас! — воскликнул Нил, словно другой повод для общения оскорблял его в лучших чувствах. — Ну да. Не о погоде же, — вздохнула Эмма, понимая, что сегодняшний вечер покажется ей вечностью.***
— Все же идея поговорить в кабинке колеса обозрения кажется немного странной, не находишь? — Нил первым нарушил царившее молчание, с опаской поглядывая вниз. — А по-моему, это интересно. И забавно, — добавила Эмма с некоторой долей злорадного удивления отмечая, что лицо Нила зеленеет при попытках опустить взгляд на землю. — Ты боишься высоты? — Не говори глупостей! — раздраженно огрызнулся тот, вцепившись в поручни с такой силой, что побелели костяшки на пальцах. — Я вообще-то за нашим сыном в Неверленд прилетел на Тени, если помнишь! — Да, точно, — рассеянно согласилась Эмма, высматривая с высоты Крюка и другую себя. — Кстати, как тебе это удалось? — Справиться с Тенью? — уточнил Нил. — Я просто в качестве приманки использовал маленького мальчика. Она, оторвавшись от своих поисков, ошарашенно уставилась на него: — То есть ты ради спасения своего сына рисковал чужим ребенком? — Звучит слишком категорично… Эмма секунду изучала лицо Нила, на котором застыло смущение в том, что его уличили в недостойном поступке, но раскаяния в нем не было ни грамма. Заправив выбившуюся светлую прядь за ухо, она отвернулась. Определенно, она ни за что не захочет узнать детали этой темной истории. О некоторых вещах лучше не говорить, иначе рискуешь вовсе потерять уважение к человеку. Сощурив глаза, Эмма не оставляла попыток найти интересующую ее пару. «Мне бы сейчас подзорную трубу! А лучше мои приборы слежения. И почему я не взяла их из сумки в шкафу у Мэри Маргарет? Вот дуреха!» — мысленно ругая себя, Эмма пыталась краем уха уловить слова Нила. — Генри нужен настоящий отец! Мальчик не может расти с двумя матерями! — Да-да, конечно. Нил, а у тебя бинокля с собой нет? Тот,видимо, уверенный, что ослышался, потрясенно уточнил: — Прости, тебе нужен бинокль?! — Ну, да. Обожаю, знаешь ли, любоваться видами, — задумчиво протянула она, не поднимая глаз от бурлящей внизу толпы. — Эмма, мы же не за этим сюда пришли! Нам нужно серьезно поговорить… — Да! — радостно вскрикнула она, заметив, наконец, в толпе два необходимых ей цветовых пятна: красную куртку и черный плащ. — Эм… — смутился Нил. — Я, конечно, польщен, что ты рада нашему общению, но… Эмма улыбнулась своей самой ослепительной улыбкой. — Нил, ты был прав. Это не лучшее место для разговоров! Пожалуй, пяти кругов на колесе обозрения нам хватит. Спускаемся!***
— Эмма, ты не могла бы идти помедленнее? — с нотками недовольства в голосе попросил Нил. Он изо всех сил стараясь поспеть за ней, но все равно отставал. Эмма пробормотала что-то неразборчивое и, заметив наконец тех, кого искала, резко остановилась. Нил не успел сориентироваться и врезался ей в спину. Пока он ойкал и извинялся, ненавязчиво намекая на ее вину в случившемся, Эмма завертела головой в поисках места поукромнее. Схватив Нила за руку, она бесцеремонно потащила его в сторону киоска со сладкой ватой, который позволял с одной стороны спрятаться за ним от посторонних глаз, а с другой — наблюдать за волнующей ее парой. — Нил, можешь продолжать. Я тебя внимательно слушаю, — солгала Эмма, осторожно выглядывая из-за угла киоска со сладостью. — Так вот… — Он сбивчиво продолжил, видимо, смущенный выбором места для разговора. — Почему Генри сейчас с Реджиной? Разве на этом празднике он не должен быть с нами, с семьей? Другая она и Крюк, широко улыбаясь друг другу, соревновались в стрельбе по мишеням. Эмма почувствовала, как напряжение ее отпускает, а в груди появляется странное ощущение теплоты. Жаль, что нет возможности услышать, о чем они говорят! Ну что ж, пока она просто понаблюдает. — Эмма! Ты не согласна со мной? В ее мысли ворвался раздраженный голос Нила. По-прежнему не отводя глаз от подкалывающей друг друга пары, Эмма попыталась спокойно объяснить свою точку зрения: — Реджина — мать Генри, мальчик ее безумно любит. Их общению нельзя препятствовать. Сегодняшний вечер он проведет с ней, а после праздника мы все вместе поужинаем «У бабушки», и Генри отправится со мной домой. Наша ситуация несколько необычная для стандартной семьи — приходится искать компромиссы. — Возможно, мы избежим множества подобных проблем, если станем семьей в традиционном смысле этого слова! — горячо произнёс Нил, делая попытку взять ее за руку. Обернувшись, Эмма спрятала руки в задние карманы джинсов и негромко заметила: — Это плохая идея. Поверь мне на слово! Не обращая на ее ответ внимания, Нил забубнил что-то о семейных ценностях. Прикрыв глаза на мгновение, она отвернулась, не думая о том, насколько невежливо выглядит подобное поведение со стороны. Нил никогда ее не понимал, но проблема не в этом — он не предпринимал попыток услышать ее. Люди могут быть совершенно разными, но при желании они станут друг для друга единым целым, несмотря на многочисленные разногласия. Так вот, не тот случай! Эмма снова высунулась из-за киоска и мгновенно занервничала: Крюк и другая она удалялись от тира в сторону сцены с музыкантами. С раздражением покосившись на Нила, которого нельзя было оставить одного из опасения, что он испортит ее план своей очередной импровизацией на тему брака, Эмма страдальчески предложила прогуляться еще немного.***
Она старалась не упустить из виду Крюка и при этом держаться на почтительном расстоянии от него и его спутницы. Нил не замолкал ни на минуту: — Генри должен расти в полноценной семье… «Они идут совсем рядом, их руки почти соприкасаются!» — Ради нашего мальчика мы должны… «Боже, Свон, как ты смотришь на его губы! Когда же ты перестанешь лгать самой себе?» — Я, конечно, благодарен Реджине за все, но теперь у нашего сына есть настоящие родители, так что… «Мне кажется, или он и правда хотел приобнять тебя, Свон? Черт, как плохо видно!» — К тому же, Реджина владеет магией, а мы оба знаем, к чему это может привести. Вот, например, мой отец… «Он взял ее за руку! Я не верю своим глазам!» Эмма вытянула шею в отчаянной попытке разглядеть происходящее получше. Именно этот момент выбрал изрядно набравшийся Лерой для того, чтобы залезть на сцену и, отобрав микрофон у музыкантов, закричать о том, что он всегда любил и будет любить некую Нову, и пусть Голубая Фея с ее благими намерениями идет в ж… К сожалению, пламенную речь гнома оборвали на самом интересном месте: Дэвид стащил нарушителя правопорядка со сцены, поэтому жителям Сторибрука было не суждено узнать, куда же следует отправиться главе фей в самое ближайшее время. Эмма перевела взгляд с разборок на интересующую ее пару, и заметила, как другая она устремилась на помощь к отцу. Крюк остался один. Обернувшись к разинувшему от происходящего рот Нилу, Эмма решительно потребовала: — Мне нужна мягкая игрушка! — Эм… — Нил перевел ошарашенный взгляд от сцены на нее и неуверенно уточнил: — Ты хочешь, чтобы я выиграл тебе плюшевого медведя? — Боже, да нет же! — закатила глаза Эмма, борясь с желанием врезать Нилу чем-то тяжелым, дабы он перестал строить идиотские предположения. — Просто купи мне большую мягкую игрушку! Не обязательно медведя. С выражением полнейшего удивления на лице он отправился выполнять ее просьбу, а Эмма, убедившись, что никто за ней не наблюдает, зашагала в сторону Крюка. — Эй! — Эмма с улыбкой дернула того за рукав кожаного плаща. — Скучаешь? — В твоем обществе, это невозможно, лапочка, — Крюк обернулся и с беспокойством уточнил. — Все в порядке? Я думал, ты убежала на помощь Дэвиду. — М-м-м… Да, но там и без меня справились. Послушай, — Эмма сделала паузу, старательно подбирая слова. — У тебя же есть ко мне чувства? Крюк, застигнутый врасплох, замер. Его голубые глаза пристально смотрели на нее, пытаясь найти подсказку, понять, в чем заключается подвох. — Пожалуйста, скажи мне об этом! — Эмма с силой сжала его правую ладонь, не сводя просящего взгляда с его лица. — Я сейчас отойду, а когда вернусь, очень прошу, скажи мне о том, что чувствуешь. С этими словами Эмма осторожно отпустила его руку и скрылась в толпе. Она понятия не имела, что сейчас на нее нашло. Словно некий внутренний голос заставил ее совершить этот почти детский поступок. Почему-то Эмма была уверена, что ей, другой ей, необходимо услышать признание Крюка именно сегодня. Увидев Нила, Эмма смогла только сдавленно прохрипеть: — Единорог? Ты серьезно? — Опять ты недовольна! Эмма, как же с тобой сложно! — Нил покачал головой и обиженно поджал губы. — Прости. — Она неловко похлопала его по плечу. — Отличный выбор! Спасибо. Еще увидимся! Не слушая его возражения, Эмма нырнула в толпу и вскоре затерялась в ней. Пряча лицо за большим плюшевым единорогом, Эмма со всей предосторожностью постаралась подойти как можно ближе к Крюку, к которому к этому времени уже вернулась другая она. Скрываясь за спинами людей и прикрываясь плюшевой игрушкой, Эмма смогла подкрасться так близко, что даже расслышала взволнованный голос Крюка: — Я хочу, чтобы ты знала об этом. Мне не нужно ответное признание, и у меня и в мыслях нет ставить тебя перед выбором, но ты имеешь право знать: Свон, я люблю тебя. В этот момент загрохотал вечерний салют. Десятки огненных всполохов, прочертив небо, вспыхивали на нем яркими цветами, заставив всех собравшихся с восхищением запрокинуть вверх головы. Только трое не обращали никакого внимания на волнительное зрелище. Крюк и другая она стояли друг напротив друга настолько близко, что между ними невозможно было провести и лезвие ножа. Голубые глаза, не отрываясь, смотрели в зеленые. Позы обоих были напряженные, словно перед прыжком. Эмма, забыв про плюшевого единорога и конспирацию, замерла, не в силах даже дышать. Ей показалось, что сейчас другая она потянется к Крюку и поцелует его, но вместо этого та, словно очнувшись, в панике сделала шаг назад. В это же мгновения стихли раскаты праздничного салюта, торжество подошло к концу. Людская масса в едином порыве хлынула с Центральной улицы Сторибрука, разведя волнующую ее пару в разные стороны. Наблюдавшая за ними Эмма, испытавшая только что одно из самых сильных разочарований в жизни, попыталась лавировать в этом огромном скоплении людей, но безуспешно. Вздохнув, она позволила толпе вынести себя к началу улицы, где и столкнулась с Генри и Реджиной. — Единорог? Мисс Свон, вы серьезно? — иронично поинтересовалась та, с некоторым отвращением рассматривая успевшую пообтрепаться игрушку. — Это не моя идея! — огрызнулась Эмма, пребывая не в самом радужном настроении. — А мне нравится! — воскликнул Генри, забирая из ее рук плюшевое чудо. — Можно? — Конечно, малыш! — Она с удивлением отметила, что и забыла, какой Генри был маленький, в ее голове прочно укрепился образ взрослого парня. В душе проснулось желание пообщаться с сыном подольше, но Эмма не могла себе этого позволить. По крайней мере, не сейчас. Ласково потрепав мальчика по волосам, она отдала ему игрушку и спросила у наблюдавшей за ней Реджиной: — Ты не видела… — Нила? — приподняв уголки ярко накрашенных губ, перебила та. — Да при чем здесь он! — взорвалась Эмма, но поспешно умолкла, заметив непонимающий взгляд сына. — Тогда, возможно, тот, кого вы ищите, направился на пристань? — в голосе Реджины нельзя было услышать ни доли сарказма, но он явственно читался в слегка прищуренных глазах. — Да, возможно, — не поблагодарив, Эмма устремилась к морю и уже на бегу прокричала: — Малыш, я люблю тебя! Увидимся на ужине! Эмма даже не заметила цепкий взгляд темных глаз, прожигающий ей спину. Присутствуй на этой сцене кто-нибудь из бывших поданых Ее Величества, он бы непременно вздрогнул — это был взгляд не мэра, столкнувшегося с проблемой, а Королевы, решающей занимательную задачку. Судя по скользнувшей по красивым губам усмешке, ответ на нее Реджина уже нашла.***
«Веселый Роджер» встретил Эмму звенящей тишиной. Обойдя весь корабль и убедившись, что его хозяина на нем нет, она некоторое время постояла на палубе, высматривая в пустынной улице уверенную походку пирата. Лишь хорошенько замерзнув, Эмма шмыгнула носом и, не удержавшись, крутанула руль корабля. Проведя рукой по зарубкам, сделанным на нем же, она решительно направилась в каюту капитана. Она дождется Крюка, как бы поздно тот ни пришел!***
Крюк сидел за столиком в «Кроличьей Норе» и с задумчивостью рассматривал дно пустого стакана. Одну порцию виски он уже осушил, самое время было заказать новую, но почему-то сегодня мысль о выпивке не приносила облегчения, вызывая лишь чувство необоснованного отвращения. Полностью погруженный в раздумья, он вздрогнул, когда к его компании присоединилась Реджина, заняв место напротив него. — Чем обязан, Ваше Величество? — откинувшись на спинку стула и растягивая губы в привычной, но уже изрядно поднадоевшей улыбке, поинтересовался он. Скрестив руки на груди и с легким презрением окидывая обстановку взглядом, Реджина не удержалась от колкости: — Только не говори, что ты еще не понял. — Не понял что? — с раздражением переспросил Крюк. Он терпеть не мог подобного рода игры. Облокотившись на стол, Реджина подалась вперед к нему и, сверкнув карими глазами, хмыкнула: — Эмма. Их двое!
