Boggart

- Здесь Пенни четыре года, - легонько провожу указательным пальцем по поверхности цветастой фотографии. Изображенная на ней маленькая девочка с медово-русыми косичками, приветливо улыбается в камеру беззубым ртом... Яркое летнее утро наполнено щебетом уже проснувшихся птиц и легким шелестом листьев. Наша маленькая деревенька на юге Ирландии только начала пробуждаться от долгой ночи. Душная непроглядная темнота постепенно сменяется. Бывшее темным небо приобретает мягкие, нежно-персиковые тона, сопровождающие восход яркой утренней звезды. Смотря на него, невольно закрадываются мысли, что где-то там далеко существует Небесное Царство, что проливает свой свет на Землю. Глупые мысли, но их невозможно контролировать... В воздухе начинает витать утренняя свежесть и легкий холодок. Через приоткрытые окна доносятся звонкие голоса прохожих, шум машин и крики чаек, пролетающих над портом. Именно в этот прекрасный день, поддавшись натиску своего домового, я решила сделать капитальную уборку в нашем жилище... Сетуя на наше неумение договариваться, он выносил мне мозг уже около недели. Из-за этого получал неоднократные сообщения от меня о волшебных свойствах святой воды и о том, как они могут воздействовать на всяких домовых. После всех этих перепалок, в ходе которых обе стороны не забывали припоминать всех родственников друг друга до пятого колена, исход был один - мы сидели по разным углам квартиры, не разговаривая. Но факт остается фактом, уборку мы все-таки договорились провести. В ее ходе я успела набить себе несколько синяков. По большей части в этом был виновен старый темный чулан, в котором, разбирая хлам на ощупь, я умудрилась несколько раз неудачно спикировать вниз, отвлекая этим еще и домового в придачу. Сам он тоже не вышел сухим из воды. Как на зло его несчастной голове, из кухонного шкафа, который Курт самоотверженно вызвался разбирать, на него сошла лавина из кастрюлей, мисок и, как бы ужасно это ни было, сковородок... Уборку пришлось на время приостановить. Пока поверженный, сидя на полу, морщился и бормотал проклятия в сторону теории заговора, следуя которой кто-то очень сильно хочет, чтобы он повторно задвинул лыжи, став жертвой сковороды, я искала что-нибудь холодное для его головы. Это оказалось настоящей проблемой, так как ни замороженного мяса, ни замороженных овощей у меня не было. Я уже хотела направиться за молотком, чтобы наколоть льда из морозилки, но Курт, сделав жутко-испуганные глаза, предостерег меня от этого шага, объяснив это тем, что цитирую: "одному идиоту уже пришло в голову так сделать, а теперь он мертв, правда, умер он вовсе не от этого, но такой опыт ума не прибавил". Последовав совету музыканта, я решила просто намочить холодной водой тряпку, как уже делала однажды, причем, почти по тем же причинам. Иногда, мне кажется, будто бы я живу по законам фильма "День Сурка"... После этого происшествия Кобейн уже не так рьяно бросался в бой, а вскоре просто молча сидел, придерживая у лба холодную тряпку. Я начала было подумывать, чтобы отвести его ко врачу, но отказалась от этой идеи, вспомнив, кем вообще является мой друг в миру. Да и вряд ли кроме синяков с ним произойдет что-то страшное. Разбираясь в старом шкафу, который пострадавший домовой помог мне выдвинуть из чулана, дабы и меня не постигла похожая участь, но с целым шкафом, я нашла много интересных и давно забытых вещей. Там нашелся и мой старый дневник, и пыльные фенечки, которые я плела когда-то, кучка каких-то камешков и веток и сложенный до размера небольшой фотокарточки плакат Nirvana, который я еще в девяносто четвертом со злости сложила и убрала к чертовой матери, узнав о трагических событиях, случившихся с лидером группы. Вначале не узнав находку, я принялась разворачивать ее, но, вскоре сообразив, что это, принялась также быстро сворачивать все обратно, привлекая этим внимание музыканта, тяжелым взглядом смотревшего в окно. Не знаю точно, но, судя по мелькнувшей хитрой усмешке, он понял, что такое я нашла. Затем из этого "Королевства Забытых Вещей" выпала какая-то небольшая книжка бурого цвета. Смахнув с нее пыль и пролистав несколько страничек, я узнала старый фотоальбом... - Что ты бормочешь? - раздался хриплый голос со стороны окна. Все еще не веря своей находке, перевожу взгляд на, сидящего на подоконнике, светловолосого парня. - Иди сюда, - Курт нехотя поднимается с насиженного места и медленно подходит, придерживая у лба мокрую тряпку. - Что это? - кивает он на вещь в моих руках, присаживаясь рядом со мной на пол. - Пенни... - Твоя сестра? - киваю, продолжая разглядывать изображение маленькой девочки, сидящей в красном ведре. Со стороны Кобейна доносится удивленная усмешка: - А чего она в ведре-то делает? - Пенни очень не любит воду, - отвечаю я, одновременно уносясь в воспоминания. "Пенни! Куда ты бежишь?! Мама тебя ругать будет," - маленькая девочка лет пяти в спущенных полосатых гольфах и джинсовом сарафане бежит за другой девочкой в одних лишь розовых шортах. Последняя скрывается за дверью детской и закрывает ее изнутри. "Не хочу купаться! Я утону и умру!" - доносится плаксивый голос из комнаты. "Да ничего с тобой не случится! Там же мама, она тебя спасет," - отвечает ей девочка в спущенных гольфах и стучит в дверь со своей стороны. Из-за двери доносится копошение, а затем тишина. "Не хочу мыться!!!" - вдруг оглушительно визжит девочка. Ее сестра закрывает уши ладонями и зажмуривается. "Тогда ты превратишься грязную свинку!" "Ну и пусть!" "А потом в лягушку, а они всегда рядом с водой!" - хитро отвечает девочка в сарафане: "Ну раз ты так хочешь вечно жить у воды, то ладно, можешь не мыться," - нарочито безразлично продолжает она и стучит ногами, делая вид, что уходит. "Кая! Погоди," - доносится из-за двери напуганный голос, а затем шорох и скрип. Деревянная дверь в детскую открывается и глазам маленькой Каи предстает ее собственная сестре Пенни, сидящая в красном ведре. "Мойте меня в этом!" - Каждые водные процедуры становились для нее сущим кошмаром! - хохоча, отвечаю я. Курт, узнавший историю этой фотографии, теперь уже не глядит угрюмо по сторонам, а во весь голос смеется вместе со мной, представляя, очевидно, эту картину. Поразительно, как же давно я не видела этого альбома! Переворачиваю страницу. На следующей располагается изображение двух обнявшихся девушек. - О! Это Пенни в честь выпускного средних классов нарядилась! - объявила я Курту, указывая на фотографию. "Как же там?" - девочка лет пятнадцати сгорбившись сидит на не заправленной кровати в темной комнате под чердаком. В помещение сквозь закрытое занавесками окно проникают солнечные лучи, останавливаясь на коричневом деревянном полу. Девочка, время от времени чертыхаясь, пыталась наиграть на гитаре, лежащей на ее коленях, некую мелодию, которая никак не хотела получаться. "She lives on love street... Lingers... Черт!" - вдруг дверь в комнату резко распахивается, и в помещение влетает высокая девушка с длинными медово-русыми волосами, убранными в замысловатую прическу. "Кая! Кая! Угадай кто пригласил меня на бал!!!" - радостно верещит девушка, подпрыгивая на месте. Ее сестра медленно отрывает взгляд от гладкого корпуса гитары и смотрит на пришедшую Пенни. Ее взгляд сразу становится восторженно-пораженным. Вся святящаяся от счастья Пенни похожа на ангела. Длинное, легкое, светло-розовое платье мягко струится к ее ногам. Лицо выглядит свежим и юным. А волосы похожи на витиеватые узоры из темного золота. Как прекрасна! "Ладно, можешь не гадать!" - девушка запрыгивает на кровать к своей сестре и, обнимая подушку двумя руками, зажмуривается: "Джек Аллен! Джек Аллен пригласил меня на бал!" - радостно кричит она, будто бы хочет, чтобы об этом узнал весь мир. "Я так счастлива!!!" - Пенни откидывается на стену и мечтательно глядит в потолок. "Оу... Класс," - все еще находясь в легком шоке отвечает Кая. Конечно, она всегда считала младшую сестру самой красивой девушкой в мире, но сегодня этот титул, данный ею, только еще больше подтвердился. И какой-то там Джек поведет ее принцессу на бал? "Что-то ты не больно рада, я смотрю," - недовольно сообщает Пенни, а потом, резко сменив тему, продолжает: "Ты знаешь кто такой Джек Аллен?" - Кая отрицательно мотает головой, на что Пенни выпучивает глаза. "Да ты что?! Это ведь самый красивый мальчик в средних классах!" - восторженно объясняет она и снова мечтательно закрывает глаза. Кая усиленно пытается вспомнить, как он выглядит и кто он вообще. Но на ум ничего не приходит... "И чем же он тебя так заинтересовал?" "Он высокий брюнет, с зелеными глазами! А еще он капитан футбольной команды! А еще," - пока Пенни взахлеб рассказывала о своем "принце", Кая начала немного вспоминать этого Джека. И привлекательным она его точно не находила, а вот заносчивым и высокомерным - да. Казалось, этот парень смотрел на всех свысока, а девушкам, которым посчастливилось стать его избранницами, он будто бы делал одолжение. Неприятный тип... "Это ты с им пойдешь?!" - в шоке воскликнула старшая сестра. Пенни удивленно моргнула и кивнула. "Нет! Только через мой труп! Он ведь... такой... такой," - попытки Каи высказаться были приняты Пенни неправильно. Она усиленно закивала и снова начала рассказывать о его достоинствах: "Такой потрясающий!!! Он хорошо учится, а еще он очень умный, а еще... Я говорила, что он очень красивый?" "Так стоп! Я не это имела ввиду." "А ты с кем пойдешь?" - вдруг спрашивает Пенни. "Ни с кем, я сама себе кавалер," - Пенни улыбается и качает головой. "Ну, а что? Танцевать я все равно не буду, а просто послоняться по залу могу и одна." "Ох, ну это же бал!" "Подумаешь! Может вообще не пойду," - с этими словами Кая возвращается к гитаре и снова пытается наиграть мелодию. Пенни скучающе выдыхает и легким движением поправляет прическу, привлекая тем самым внимание сестры. Кая снова смотрит на младшую и еще раз поражается. И этот заносчивый засранец будет делать одолжение и ее сестре? Будет танцевать с ней? А может и что-то еще... "А знаешь что?" - откладывая гитару произносит Кая: "Я пойду с тобой и твоим Джеком," - Пенни удивленно выпучивает глаза. "Зачем это?" "Ну мало ли что, тебя же должен кто-то защитить в случае чего," - отвечает Кая. "Ну ты же сестра, а не брат." "Плевать, на один вечер могу стать и братом, раз уж моя сестра такая красавица," - после этих слов обе девушки звонко рассмеялись. - И ты серьезно с ней пошла? - давясь смехом, спрашивает Курт. Я киваю головой. - И весь вечер наблюдал за этим Джеком, видимо, это на него сильно подействовало, и он вел себя очень скованно! - снова смеюсь, вспомнив, как опасливо на меня смотрел этот парень во время танца с Пенни, не смея передвинуть свою руку ниже ее лопаток. - Ну ты даешь! - улыбаясь, качает головой музыкант. Снова переворачиваю страницу. - О! Это мой тринадцатый день рождения! - радостно восклицаю я, - я и Пенни поехали к отцу на выходные и справили его там. Думаю, весь город запомнил тот фейерверк в два часа ночи! - на том дне рождении были только я с сестрой, отец и мой крестный, но это был самый запоминающийся праздник из всех. Со слегка грустной улыбкой провожу пальцами по фотографии с четырьмя улыбающимися лицами на ней. Курт падает на пол на спину, раскинув руки в разные стороны, и, слегка улыбаясь, произносит, глядя нереально голубыми глазами в потолок: - У меня тоже сестра была, - тут он запнулся и, подумав, продолжил, - ну, в смысле, она есть, но... В общем ты поняла. - Да, я слышала о ней, - отвечаю я, откладывая альбом на колени. Курт удивленно вскидывает брови. - Откуда? - но мой красноречивый взгляд все проясняет, - ах, ну да. Сейчас все обо всем знают, даже о том, о чем ты сам не знаешь... - Что поделать. - Ким, так ее зовут, - продолжает музыкант, снова гипнотизируя потолок голубыми фонарями, - она меня младше года на три. И она тоже очень красивая, хоть многие этого и не замечали, а еще очень добрая, - я невольно поразилась тем, с какой теплотой он говорит о своей сестре. Неужели, я в такие моменты тоже так выгляжу со стороны? - Нас, правда, странными считали, особенно после развода родителей, - задумчиво произносит Курт. - Да уж, это я понимаю, - с грустной улыбкой отвечаю, вспоминая, какие отношения с некоторыми сверстниками были у нас из-за того же развода. - Я часто ее вспоминал... Прохладный ветер гоняет по дороге опавшие с деревьев листья, превращая их в вихрь огненных красок. В Абердине наступила осень. Невысокий мальчик лет одиннадцати, сутуля плечи под черной курткой, медленно идет по тротуару, загребая ногами листья. Он смотрит вниз, на серый бетон, изредка оборачиваясь назад. В нескольких метрах от него идут две маленькие девочки, одна из которых является его сестрой. Кимберли, так ее зовут, весело рассказывает своей подруге о своей новой кукле, которую ей недавно подарил Майк - новый друг ее мамы. Девочка радостно скачет, от чего светлые вьющиеся хвостики на ее макушке подпрыгивают, как на пружинках. "Ух ты! Здорово, Ким!" - восторженно отвечает девочка в розовом плаще, идущая рядом с Кимберли. Кимми согласно кивает и поднимает глаза на спину идущего впереди брата. "А это ничего, что чужой дядя дарит тебе подарки?" - немного язвительно спрашивает девочка. Услышав это, Курт тут же оборачивается, глядя на девчонку мрачными синими глазами, но продолжает идти дальше. "Да нет," - нерешительно начинает Ким: "Майк хороший..." Курт тихо хмыкает и про себя думает, что совершенно не согласен с сестрой. "Майк хороший, ага, как же!" "Ну, наверное, раз он тебе такие подарки делает," - отвечает подруга Кимберли. Последняя заметно погрустнела после этого. Вдруг Курт резко останавливается и, развернувшись, идет к своей сестре. Маленькая девочка, стоящая рядом с ней, испуганно распахивает глаза. "Идем, Ким, нам пора," - старший брат берет Ким за руку и уводит с собой, не обращая внимания на ее подругу, оставшуюся позади. "Что это за девочка?" - после нескольких минут молчания спрашивает Курт. "Это моя подруга - Джейн..." "Хороша подруга," - с сарказмом произносит он. Ким шмыгает носом. "Да я сама виновата, не надо было вообще говорить про куклу." "Да ты-то тут причем?" - раздраженно спрашивает мальчик и, сдвинув брови продолжает: "Это они виноваты, что у тебя такие друзья..." "Ты про родителей?" "А про кого же еще?! Все взрослые такие..." "Они же не виноваты, что разлюбили друг друга," - упрямо восклицает Кимберли и останавливается, вырвав руку из ладони брата. Курт поворачивается к сестре и медленно произносит: "Значит и своих детей они тоже не любят. И так себя ведут абсолютно все взрослые! Я вот не буду взрослеть." "Ничего у тебя не получится," - тихо отвечает Ким и, снова взяв брата за руку, продолжает идти домой. Курт молча глядит в потолок, наверняка, вспоминая о своей прошлой жизни. А я, не зная, что сказать просто листаю альбом. Все-таки не получается у него отделаться от всех этих воспоминаний, будто это вообще возможно в его-то ситуации... - Да-а, - протягиваю я, закрывая альбом, - это моя семья... Хотя, семьи-то уже давно и нет, а воспоминания остались, - Курт грустно усмехается. - Мне бы тоже хотелось иметь такие воспоминания, - он кивает на фотоальбом моих руках. Похоже, ему не повезло во всех смыслах. Зачем же его обратно отправили, если начать абсолютно новую жизнь этот человек все равно не сможет? Тут мою голову посетила мысль. Я осторожно кошусь в сторону лежащего на спине музыканта. - Хм, - как бы невзначай произношу я, - раз уж тут собраны фотографии всей моей семьи, то одного человека тут явно не хватает. Курт вопросительно изогнул бровь. - Сейчас приду, - бросаю я, хлопнув его по плечу, и выхожу из гостиной. Захожу в свою комнату. В глаза сразу бросается старенький фотоаппарат, висящий на гвоздике на одной из полок. Ну, сейчас будет шоу! - Надеюсь, - заходя обратно в гостиную, произношу я, - что домовые отражаются на фотографиях! - услышав последние слова, Кобейн недоуменно садится и успевает произнести лишь короткое "что?", после чего, щелкнув, фотоаппарат запечатлеет удивленное лицо моего домового с полуоткрытым ртом. - Ого! Отражается! - удивленно произношу я, просматривая фото. Курт, все еще ничего не понимая, поднимается и подходит ко мне. - Зачем это? - Ну я же сказала, что фотографии одного члена моей семьи явно не хватает, - после этих слов Курт долгим и очень внимательным взглядом смотрел в мои глаза, будто бы искал подвох в той фразе. А потом неожиданно крепко обнял, от чего у меня чуть фотоаппарат из рук не выпал. Все еще стоя в некотором шоке, я не сразу сообразила, что происходит и лишь потом, спустя несколько минут обняла его за пояс в ответ. Кажется, теперь мы действительно семья...