Серые небеса

- Лимфома?* Аллен тяжело вздохнул и уставился в белую больничную стену. - Да. Не самая тяжёлая стадия, но хватило для того, чтобы надолго запереть меня в четырёх стенах. Ослабленный иммунитет, частые болезни и пристальное внимание со стороны отца – всё из-за этого. Они сидели в самом конце коридора, где практически не было людей. Холодные стулья заставляли Уолкера вздрагивать при воспоминании, что ещё не так давно он был частым гостем в подобных помещениях с похожей мебелью. Канда слушал внимательно, почти не перебивая его. Краткая история болезни увлекла мальчишку в свой тёмный мир, запрятанный глубоко внутри. Рассказывая это, он словно заново переживал несколько лет своей жизни. Стоит заметить, не самых приятных. - Сейчас твоё состояние… ухудшилось? – бархатный голос дрогнул. Аллен не смог сдержать улыбки. Юу отстранённо смотрел в область между стеной и потолком, выглядел совершенно равнодушным и не проявлял особого интереса к чужой истории. Так ли это на самом деле? - А ты волнуешься? – ехидно поинтересовался мальчик, устремив взгляд на брюнета. - Ещё один подобный вопрос и… - Ладно, я понял, – опомнился Аллен, осознав, что заигрался. - Отец считает, что я не должен забывать о своей… участи, - ему не нравилось это слово, но ничего другого на ум не шло. – Поэтому даже если я попытаюсь высказать своё мнение, меня никто слушать не будет. Теперь он всё знает. Но Уолкер не боялся того, какой окажется реакция Юу. Он верил этому человеку и знал, что не получит в ответ насмешек. Канда был не из тех, кто не понимает, насколько тяжёлой и сложной может быть жизнь. - Есть чистый лист? Аллен не спросил, зачем ему вдруг понадобился листок, но поднял с пола сумку и протянул одну из тетрадей. Канда оторвал клочок бумаги от самого последнего листа и вывел на нём карандашом несколько цифр. - Что это? – мальчишка пробежался глазами по семи цифрам, покрутив оторванный клочок в руке. - Придурок, - изрёк брюнет, сунув тому обратно тетрадь. – Уже телефонный номер узнать не можешь?

***

Сумка уже была собрана и отнесена к двери. В комнате стало непривычно пусто и одиноко. Обойдя её по периметру, Аллен с тоской посмотрел на школьную сумку и исписанные в процессе учёбы тетради. Он совершенно не устал за прошедшее время, чтобы ехать куда-то далеко для отдыха. Скорее, он устанет ждать, когда же закончится ближайший ещё даже не наступивший месяц. Мана всё же настоял на своём решении, отказываясь слушать всякие аргументы в пользу того, чтобы провести остаток лета в городе. Один раз Аллен чуть не сорвался и не проговорился о главной причине того, почему ему нужно быть именно здесь. Он настолько боялся потерять Канду, что месяц казался вечностью. За этот месяц многое может измениться. - Аллен, поторопись, такси ждёт! – крикнул из коридора отец. - Сейчас! – мальчик в последний раз посмотрел на родной пейзаж за окном и развернулся, отходя к двери. Взгляд невольно наткнулся на городской телефон, которым он практически никогда не пользовался. Стоит ли попробовать позвонить? А что, если Канда не ответит? - Аллен! – снова позвал отец, утащивший его сумку в машину. - Минуту! – недолго думая, он схватил трубку и дрожащими пальцами набрал заученный совсем недавно номер. Ожидание раздражало сильнее всего. Отсчитывая тянущиеся гудки, Аллен барабанил пальцами по стене, молясь о том, чтобы его звонок не остался незамеченным. В груди отчаянно забилось сердце, когда пошёл четвёртый, пятый гудок. Отклика на его звонок так и не было. Волнение основательно засело внутри, нашёптывая самые разнообразные причины молчания в трубке. Стал бы Канда писать несуществующий номер? Глупость. Он просто не слышит. Ничего страшного. - Аллен! – голос Маны приобрёл агрессивный оттенок – терпение было уже на исходе. Вздрогнув, мальчишка лишь крепче зажал трубку между ухом и плечом, опасливо оглядываясь на дверь в коридор. Длинные гудки оборвались, сменяясь короткими. Канда так и не ответил на прощальный звонок. Нажав кнопку отбоя, Аллен вернул телефонную трубку на место и поспешил выйти на улицу, витая далеко в своих мыслях. Мана о чём-то оживлённо болтал с таксистом, иногда смеясь и щурясь от яркого летнего солнца. - Наконец-то, - обрадовался отец, завидев сына. – Волнуешься? Аллен никогда не умел особо скрывать страх, но в этот раз Мана неправильно расшифровал его задумчивое лицо. - Немного, - соврал он, чтобы не придумывать другую причину. - Всего лишь несколько часов на поезде, и ты на месте. Всё будет хорошо, - лучезарно улыбнулся Уолкер-старший. Понуро кивнув, мальчишка сел на заднее сидение автомобиля, желая избежать светлых разговоров на тему того, что это всё ради его блага. Аллен не раз и не два слышал такие речи, но почему-то по мере течения времени верилось в добрые побуждения всё меньше и меньше. Он знал – Мана его любит и старается делать так, как будет лучше. Только вот порой явный перебор с отцовской любовью доводил до ненавистной дрожи в коленках и бессонных ночей. Прощание на месяц вышло сухим. Аллен лишь помахал рукой Мане, как только водитель вставил ключ в замок зажигания. Заверив отца в том, что с посадкой на поезд можно справиться и в одиночку, он почувствовал некую лёгкость. Автомобиль сдвинулся с места. В открытое окошко стал врываться прохладный ветерок, и Аллен с удовольствием подставил лицо мягким потокам воздуха. До вокзала оставалось ехать около получаса. Удобнее устроившись в сидении, Уолкер глубоко вдохнул и с тоской посмотрел на дома, к которым уже так привык. Он покидал это место всего на месяц, но казалось, что месяц покажется годами. Дни будут тянуться медленно, словно резина, а ночи станут холодными и бесконечными. Луна, которую Аллен так любил, останется единственным близким существом, способным услышать его мысли, а сердце так и будет ускорять ритм от волнения за того, кто даже не ответил на последний звонок.

***

Месяц спустя.

Белый потолок и знакомые стены. Задёрнутые шторы, привычная жёсткость кровати и приоткрытая дверь. Его комната, по которой он скучал. Вернуться сюда было самым большим желанием. Но даже сейчас, после возвращения, не отпускало беспокойство. Что-то явно было не так, пусть это и подсказывало всего лишь подсознание. Отчаяние. Аллен ещё никогда не чувствовал это настолько сильно. Отчаяние от продолжавшейся тишины в телефонной трубке, от вида довольного жизнью отца и уже наступившего первого дня сентября. Через несколько часов нужно вставать, собирать новые тетради и идти по дороге, выученной слишком хорошо. А страшнее всего – зайти в тот самый класс и встретиться с неодобрительными взглядами Лави и Линали. Они так и не разговаривали после того случая. А жизнь постепенно двигалась дальше, оставляя их тёплую зародившую дружбу где-то далеко позади. Коридоры школы с непривычки давили со всех сторон. Аллен жался к стенке, отчего-то ощущая себя совершенно неуютно. Школьники с радостными лицами проносились мимо него, здороваясь со своими знакомыми. Искренняя радость, которой сегодня было пропитано здание школы, заставила и самого Уолкера невольно почувствовать себя чуточку счастливым. Чужие эмоции передавались довольно легко, особенно если для радости действительно есть причина. - Что, тоскливо? Мальчишка отшатнулся в сторону, когда на плечо легла тяжёлая рука. Лави с усмешкой взглянул на него и махнул своим друзьям, чтобы те шли дальше. С ними Аллен повстречался ещё в самый первый день в школе, поэтому первый страх от неформальной внешности многих притупился. - Вовсе нет, - Уолкер привалился к косяку. - Ты, кажется, не понял, о чём я говорю. Несколько раз моргнув, Аллен вновь повернул голову и с сомнением посмотрел на парня. Он действительно не понимал, почему ему должно быть тоскливо. - Юу здесь нет. Похоже, прогуливает в первый же день после каникул, - ухмылка Лави стала шире. Ему явно нравился тот факт, что ненавистный объект отсутствовал. Опустив глаза в пол, Уолкер попытался сообразить, что же, в конце концов, здесь творилось. Его не было. Канды не было месяц назад, когда он оставил свой номер телефона, но впоследствии оставил звонки без ответа. Канды не было и сейчас. - Ну, что ты молчишь? Скажи хоть, куда он пропал. Наверняка отдых у вас прошёл под одеялом. Слова больно врезались в цель. - Прекрати, - предчувствие не обмануло Аллена. Лави никогда не сможет забыть боль, причинённую Линали, а значит, не сможет и простить Аллена за то, что тот поддался своим запутанным чувствам и пошёл у них на поводу. - Или Юу предпочитает трахаться в необычных местах? - Лави! – прикрикнул на него Уолкер, сгорая от стыда и неловкости, но в то же время отчётливо осознавая источник чужого гнева. – Я… провёл прошлый месяц не здесь. И я не знаю, где сейчас Канда. И не надо кидаться в меня грязными словечками. Юноша приподнял брови, явно оценивая защитную реакцию. - Не здесь? – поубавив пыл, переспросил он. - Не здесь, - подтвердил Аллен, видя искры хрупкой нити понимания. Переведя взгляд чуть правее, Уолкер сразу же наткнулся на настороженное лицо Линали. Не похоже, что девушка находилась около них долгое время. Если бы она слышала весь их разговор, вряд ли оставалась бы настолько спокойной. Осторожно пробравшись мимо парней в класс, Ли сдержанно поздоровалась, не обделив вниманием и Аллена. Однако задерживаться и заводить беседу она не собиралась, сразу же отвлёкшись на своих подруг. Её губы растянулись в лёгкой улыбке. Тратить настолько радостный день на воспоминания об обиде – не самая лучшая идея. - Совесть не загрызает? – приглушенно шепнул Лави, слегка наклонившись к Уолкеру. - Да я бы ей в глаза не смог смотреть после такого. - Но ведь она ничего не знает, - глупое, бессмысленное оправдание, но ничего лучшего в голову не шло. – Ты же сам не хотел, чтобы она о чём-нибудь знала. - Я бы сам предпочёл не знать. Вот скажи – не противно? У него член, у тебя член. Где смысл-то? Аллен смотрел на него, не отрывая взгляда, но не говорил. Лави не издевался. Он пытался понять, каким образом зародились настолько странные отношения. Да Аллен и сам не мог назвать день, когда всё началось. Просто в один момент в голове прочно засела мысль – Канда не враг. К Канде можно найти подход, можно разговаривать с ним и не нарываться при этом на грубости, можно подпустить его близко к себе, увидев в нём нечто новое. Вот и всё. Простая, пожалуй, слишком банальная линия. - Ты просишь объяснить необъяснимое. - А если в двух словах? – не унимался Лави. «В двух словах» раскрыть смысл того, что было у Аллена внутри, оказалось ещё сложнее. Будто от него требовалось подробно объяснить человеку, совершенно не понимающему физику, закон Ома, да объяснить это так, чтобы тот после с точностью смог воспроизвести его значение. Совершенно не представляя, как лучше ответить, Уолкер пожал плечами и как-то виновато улыбнулся. - Просто меня к нему тянет. Лави заметно напрягся, несколько секунд обдумывая услышанную фразу, словно боролся сам с собой. По одному только взгляду Аллен определил, что парень считает его круглым дураком. Да что уж там – понимания тут и быть не может. - Я никогда не приму ваших отношений, - отозвался он, сунув руки в карманы, и поспешил направиться в свой класс. _____________________________________________ *Лимфома - заболевание опухолевой природы, которое поражает лимфатическую систему. Основное назначение лимфатической системы - защита организма от инфекций. (с) Для подробностей гуглим)