Дочь тамплиера

Многие утверждают, что самое важное в победе — это победа. Чушь. Самое важное в победе — это то, над кем она одержана. Тайгер Вудс.

Ближе к ночи следующего дня мы достигли Дамаска. С этим городом у меня связаны не самые приятные ассоциации. Именно здесь произошло событие, изменившее всю мою жизнь. Кто знает, кем бы я сейчас была… Но нельзя предаваться воспоминаниям, сейчас я должна отбросить все сомнения и сконцентрироваться на работе. Оставив коней у главных ворот, мы с Альтаиром опять устроили гонку до Бюро по крышам. В этот раз выиграла я, опередив противника буквально на несколько секунд. Усталые, мы спустились в Бюро и встретились с его начальником, Рафиком. Тот презрительно поглядел на Альтаира и объяснять задание, глядя только на меня и лишь изредка делая колкие замечания или стараясь поддеть моего напарника, но тот никак не реагировал на провокации. Я бы давно выругала Рафика всеми известными мне бранными словами. Закончив, Глава Бюро отправил нас отдыхать до утра, что мы и сделали с огромной радостью. Утром Рафик снабдил Альтаира скудной информацией о жертве и отправил в город, я же решила побродить по Дамаску в одиночестве. На крышах было мало лучников. Это настораживало, хотя никто не мешал свободно перемещаться по крышам. Сверху я заметила ту самую скамейку, с которой начался новый этап в моей жизни. На ней сидели люди и весело что-то обсуждали. Я остановилась и задумчиво вздохнула, вспоминая все события той ночи. Долгожданная поездка, отец, жара и старик в белом… Опомнилась я только тогда, когда в меня полетели камни, запущенные стражниками. Пришлось уносить ноги, ибо драться мне не хотелось. Чтобы осмотреться, я полезла на высокую башню. Такие здания мы называем точками обзора. Оттуда открывался прекрасный вид на весь Дамаск и дул сильный ветер. Когда видишь город с высоты птичьего полёта, люди внизу кажутся такими маленькими, а все проблемы такими мелочными и незначительными… Этот мир прекрасен, но и настолько опасен, что порой забываешь, какой он там, за пеленой страха и насилия где-то там, где люди живут в мире. И тут мне захотелось сделать то, чего я не делала уже очень давно. Я медленно сняла капюшон и распустила волосы. Сильный ветер мгновенно растрепал их, но меня это лишь позабавило. Я чувствовала себя свободной впервые за долгое время… Я стала думать не о том, что сейчас меня кто-то убьёт, а о том, что творится в моём сердце. Вспомнила последние события, и ненависть вновь проснулась в моём сердце. Я вспомнила своего настоящего отца, тамплиеров, убивших Карима, других тамплиеров, всех предателей… И вновь подумала об Альтаире с ненавистью. Если бы он только знал, сколько усилий мне приходится прикладывать, чтобы сдерживать эмоции. Приходится вспоминать всё, чему меня учили наставники. Контроль своих эмоций и сокрытие ненависти глубоко в сердце. Необходимо направить отрицательные эмоции на что-то другое. И это будут тамплиеры и все, на кого укажет рука Повелителя. Я вновь собрала волосы, надела капюшон и спрыгнула вниз. После того как я выбралась из стога, я решила пройтись по улицам Дамаска, посмотреть на жителей этого города. Устало вздохнув, я двинулась в неизвестном направлении. Тут, в городе, всегда было многолюдно, всегда бойко шла торговля, и слышался шум толпы. Пройдясь немного по рынку и поглядев на товар, сквозь гул, шум и голоса я услышала крики о помощи. Они раздавались из какого-то переулка. Я, оглядевшись по сторонам, двинулась туда, откуда раздавались крики. Одинокий сарацин мучил бедную девушку, требовал у неё деньги. Я стала медленно и тихо подходить со спины, оглядываясь через каждые три шага, нет ли никого сзади. Наконец, оказавшись за спиной неприятеля, я воспользовалась скрытым клинком и, зажав жертве рот свободной рукой, убила его на месте одним движением. Девушка, которую мучил сарацин, вскрикнула от неожиданности, а я уже опустила бездыханное тело на землю. Подняв взгляд на девушку, я приложила палец к губам и скользнула на крыши по лестнице, оставив бедную девушку в растерянности. Я решила вернуться в Бюро, но ещё на полпути встретилась с Альтаиром. — Чтобы мне было проще убить главную цель, мне нужно убить его союзников, — Альтаир впервые за всё время нашего знакомства смотрел прямо на меня. — Я направляюсь на Крытый рынок. Ты со мной? — Пожалуй, — я пожала плечами. — Вдруг тебе понадобится помощь. Тут же мы двинулись по крышам в сторону рынка. — Ты заметил, что на крышах мало лучников? — спросила я. — Давно, — мрачно ответил Альтаир. — Честно говоря, меня это мало волнует. До рынка мы добрались молча. Каждый думал о чем-то своем. Честно говоря, я даже и не предполагала, о чем может так долго и скрупулезно думать этот ассасин. Наконец, отыскав открытое окно, мы влезли внутрь Крытого рынка по балкам и стали высматривать жертву. Наконец, нужный нам человек появился в поле зрения. Альтаир приготовился к прыжку. — Ты так и убьёшь его посреди рынка? — спросила я. — А есть другой выход? — Альтаир еле заметно напрягся. — Он близко. Я промолчала. Наконец, жертва приблизилась на нужное расстояние. Альтаир спрыгнул и точным ударом клинка совершил убийство. Тут же началась паника, люди стали бегать по рынку, не зная куда спрятаться. Откуда-то появились сарацины. Один из них решил напасть на Альтаира, но несчастный был убит мною в прыжке. Я достала меч, и мы с Альтаиром встали спина к спине. Противники окружили нас. — Мы окружены, — сообщил Альтаир с усмешкой. — Отлично. Теперь можно атаковать в любом направлении, — ответила я, ухмыляясь. — Давай кто больше? — Ты проиграешь, — ехидно пробормотала я. — А если нет? — А давай проверим. Альтаир первым кинулся на сарацина. Я, последовав его примеру, угрожающе двинулась на противников, которые начали что-то кричать.