Дочь тамплиера

Хороша порою и ложь, если она, принося пользу произносящим ее, ничем не вредит слушающим. Гелиодор.

Два месяца прошли в таком же духе. Мы с Альтаиром соперничали во всём что только можно: от того, кто раньше соберёт сумку и запряжет лошадь до того кто убьёт больше противников и быстрее спрячется от стражи. Хоть мне это не особо нравилось, но, по крайней мере, так я могла поддерживать с ним нормальные отношения. Я чувствовала, что он перестает презирать меня. Презрение с моей стороны прошло уже давно, на его место пришло какое-то новое чувство, которое я отказывалась понимать. Но одна ночь изменила всё... В ту ночь мы направлялись в Иерусалим. Разбив лагерь, недалеко от дороги, но так, чтобы нас не было видно, мы договорились, что первой буду сторожить я, а Альтаир займется этим через пару часов. Мой довольный напарник развалился на сумках и, пожелав спокойной ночи, тихо засопел. Какое-то время я смотрела в огонь, но потом отвернулась, чтобы не отвыкнуть от темноты. От скуки я осторожно взяла свой меч и обнаружила, что он, как и всё остальное оружие, в ужасном состоянии. Взяв всё необходимое, я лишний раз удостоверилась, что Альтаир спит, и отправилась к реке, что протекала недалеко от нашего лагеря. Там было тихо и спокойно. Запах сырости ударил мне в ноздри, и я, глубоко вдохнув, сняла пояс и верхнюю часть одежды, оставшись в простенькой рубахе и штанах, заправленных в сапоги. Закатав рукава, я приступила к очистке оружия от крови врагов и прочей грязи. Я провозилась довольно долго, перемыв и своё, и его оружие. Когда всё было готово, я вытерла пот со лба, отложила тряпки и оружие и посмотрела на своё отражение в воде. Оттуда на меня уставилось уставшее лицо с тёмно-карими глазами и тёмно-русыми волосами. Уставший взгляд, мешки под глазами, сдвинутые брови… В тот момент мне начало казаться, что бессонные ночи состарят меня раньше положенного. Опустив гудящие руки в прохладную воду, я зачерпнула немного и умыла лицо. Мне надо было немного освежиться. Распустив волосы, я стала усерднее умывать лицо, вновь раздумывая о прошлом. Снова вспомнился отец, но я решительно отогнала о себя эти мысли, умывая шею и руки. Неожиданно я услышала шаги позади себя. Моля Бога, чтобы это оказался лишь тамплиер, я медленно обернулась. Но удача от меня отвернулась. Позади меня стоял Альтаир. Он с нескрываемым удивлением во взгляде смотрел на меня, а я смотрела на него с ужасом. Постепенно к нему пришло осознание действительности. — Что за чертовщина?! — воскликнул он, придя в себя и помотав головой. — Альтаир, — я вскочила. — Я сейчас всё объясню… — Что ты хочешь объяснить? Как ты это объяснишь?! — он всё ещё не понимал, а его голос повышался. Ещё немного, и он бы начал кричать. Обхватив голову руками, он пошёл обратно в лагерь, бормоча себе под нос проклятия. Я взяла одежду и бросилась за ним. — Послушай, — кричала я ему в спину. — Я могу всё объяснить! Только выслушай меня! Но Альтаир не отвечал. Он просто шел и сыпал ругательствами, проклиная всё на свете, а главное — меня. — Альтаир! — Лучше тебе начать прямо сейчас, — он резко обернулся, а я еле-еле успела затормозить, чтобы не врезаться в него. — Если ты не Шарр, а только притворялась им, то выходит... — Я не Шарр, — я понизила голос и опустила взгляд. Мне было стыдно. — Тогда кто ты? — процедил он сквозь зубы. Я тихо вздохнула и не нашла в себе сил посмотреть ему в глаза. Видимо, теперь точно придётся всё ему объяснять. — Меня зовут Эмили. Это имя, данное мне при рождении. Альтаир выжидающе скрестил руки на груди. Я чувствовала, как он прожигает меня взглядом. — Что ты, женщина, делаешь в Ордене? — с былым презрением спросил он. — Это была вынужденная мера! — воскликнула я, на мгновение подняв голову. — Мне пришлось вступить, у меня не было другого выбора! Я так же, как и ты, фактически выросла в Ордене! — Аль-Муалим знает, что ты женщина? — Конечно, знает! Это была его инициатива. — И что же это была за крайняя мера? — с каждой репликой тон Альтаира становился всё холоднее и враждебнее. — Я с детства тренировалась вместе со своим братом, и позже меня приняли в Орден за выдающиеся способности. Но женщинам в Ордене не место, поэтому... я маскируюсь. Повисла небольшая тишина. Никто из нас не решался её нарушать. Но вот Альтаир тяжело вздохнул и опустил руки. — А я только начал тебе доверять, — в сердцах бросил он и направился обратно в лагерь. Только сейчас я поняла, что старания этих двух месяцев пролетели впустую. Я немедленно бросилась за ассасином, вновь говоря с его спиной. — Что тебе мешает верить мне дальше? Ты же верил мне эти два месяца, даже не зная, что я женщина! Альтаир продолжал молчать. Дойдя до кострища, он занял свое место и начал молча смотреть на меня. Я скинула свои вещи и приготовилась «молить» его о прощении. — Не молчи, — потребовала я. — Меня это выводит из себя. Но он лишь ухмыльнулся, хоть я и видела в его глазах искру гнева. Мне ничего не оставалось, кроме как сесть напротив него и попытаться всё объяснить.

***

Ночь прошла неспокойно. Мы оба не сомкнули глаз. Всю ночь я пыталась объяснить ему, что даже несмотря на то, что я не мужчина, я осталась прежней, но это не сработало. Ещё до рассвета мы собрали вещи и продолжили путь в Иерусалим в полной тишине. Альтаир не сказал ни слова и вдобавок к этому держался от меня в стороне. Он снова стал мрачным и задумчивым, как в самом начале, когда мы только начали работать вместе. — Альтаир, — в сотый раз начала я. — Не молчи, пожалуйста. Но он вновь никак не отреагировал. — Я не могла сказать. Таков приказ Аль-Муалима. Я это уже говорила много раз… Альтаир вздохнул и наконец-то посмотрел на меня уставшим взглядом. — Я просто не понимаю, как я не заметил раньше. И… Это оскорбительно со стороны Повелителя ставить надо мной женщину в качестве надзирателя. Эти слова немного задели меня, но я решила не обращать на них внимания, так как сейчас моей главной целью было помириться с Альтаиром. — Люди не обращают внимания на очевидное, пока их не ткнут туда носом. — Сколько лет ты притворяешься мужчиной? — его тон уже был не таким холодным. — Четырнадцать лет я живу в Масиафе. Из них пять лет я служу Братству. Всё это время я тренируюсь. Альтаир еле заметно усмехнулся. Я подъехала на коне поближе к нему и со всей силы ударила его кулаком по предплечью. В ответ на это Альтаир лишь краем глаза взглянул на меня. — Удар изменился? — спросила я. — Не особо, — скептически заметил он. Это меня и взбесило, и развеселило. С трудом совладав со своими эмоциями, я продолжила: — Во мне ничего не изменилось. Я всё тот же Шарр, только… — Что ж, проверим, — он старался не смотреть на меня. — Ты изменил ко мне отношение, узнав, что я женщина? — спросила я. — А какое отношение у меня к тебе должно быть? Сложно к женщине относится так же, как к мужчине, особенно если ты… Лгала мне. — И в чём сложность? Альтаир чуть ускорился, я не отставала от него. Он подсознательно пытался убежать от меня, но я не собиралась просто так его отпускать. — Есть много причин, — кротко заметил он. — Например? Альтаир немного помолчал, а затем продолжил: — У меня и у других мужчин к женщинам другое отношение. По древним обычаям женщина должна сидеть дома и воспитывать детей, а не брать в руки меч и идти в бой наравне с мужчинами. Понимаешь? — Нет, не понимаю. Что мешает мне… — Так не должно быть! Это неправильно. Не по законам. — Слышу от того, кто законам как раз-таки повиноваться не любит, — я усмехнулась. Уж очень мне не нравилась его точка зрения. — Послушай… Тут же в воздухе что-то свистнуло. Мой конь от страха встал на дыбы и громко заржал, а я чуть не выпала из седла. — Лучники. Нас нашли, — крикнул Альтаир. — Уходим отсюда, быстрее. Он погнал своего коня вперёд. Я бросилась следом. Тем временем нас окружали. Мы слишком громко разговаривали и забыли о маскировке, чем привлекли к себе внимание тамплиеров. — Вот за это я не люблю женщин, — громко, чтобы я слышала, съязвил Альтаир. — Заткнись и следи за дорогой, — огрызнулась я. Тамплиеры преследовали нас. Они были повсюду: сзади, на тропах в горах, и, скорее всего, готовили засаду впереди. Стрелы градом сыпались на нас. Одна задела плечо Альтаира, мне же пока везло, но оно очень быстро кончилось. Одна стрела попала прямо в моего коня. Тот запнулся, а я вылетела из седла и приземлилась прямо перед тамплиерами, проехавшись лицом по земле и сильно ударив правую руку при падении. Я вскочила, левой рукой достала меч и приготовилась к драке. Альтаир, ушедший вперёд, заметил, что я упала, развернулся и бросился на помощь. Тамплиеры окружили меня и начали сыпать угрозами, которые, как ни думали, я не понимала, но это было не так. Ехидно усмехнувшись, я выкрикнула самое грязное ругательство на английском языке, что я знала. Прочитав в их глазах удивление и даже шок, я заулыбалась ещё шире. Это придавало мне уверенности. Наконец тамплиер, кричавший громче всех, бросился в атаку. Блокировав удар, я пинком отбросила тамплиера подальше, но в последнее мгновение я заметила странную улыбку на его лице. — Сзади! — раздался голос Альтаира. Я и забыла, что сзади тоже были тамплиеры. Видимо, это был отвлекающий манёвр. Что-то холодное и острое прошлось по моей спине, через мгновение я ощутила что-то тёплое и жидкое. Затем пришла боль. Я была ранена. Я неосознанно сделала шаг вперёд, и тут же тамплиер спереди взмахнул мечом. Холодный металл прошёлся по груди и задел лицо. Я стиснула зубы, пошатнулась и упала на спину, судорожно дыша. Не знаю что бы я делала, если бы на помощь не пришёл Альтаир. Он отвлёк тамплиеров на себя и весьма успешно сражался с ними, пока я пыталась встать на ноги. Перед глазами всё плыло,а всё тело нещадно болело. Я истекала кровью. Тяжело дыша, я больной рукой подняла меч и бросилась на тамплиеров со спины. Но мне опять не везло. Я пропустила ещё пару атак и уже с трудом справлялась с привычным количеством тамплиеров. Но на помощь вновь пришел Альтаир. Когда последний противник был мертв, я упала на колени и опёрлась на меч, пытаясь не потерять сознание. Мое положение было плачевным. — Я же говорил, что от женщин одни проблемы. У меня не было сил с ним спорить. Их еле хватало на то, чтобы находиться в сознании. — Ты сильно ранена? Я вновь не ответила, лишь чуть кивнув. — Видимо, да. Мы должны где-то подлатать тебя. Я собрала последние силы и медленно, еле выговаривая слова, ответила: — Тут недалеко есть деревушка… Там живут мои хорошие знакомые, — я вдохнула побольше воздуха и продолжила. — Салима и Иман… Они нам помогут. — Посиди немного, я быстро найду своего коня. Я посмотрела на уходящего Альтаира. Ткань на его спине была местами порвана, а кое-где побагровела. Я оглядела себя и заметила, что весь мой плащ спереди покрыт такими же багровыми пятнами. Да, дело было действительно плохо. Скоро ассасин вернулся, ведя коня за узду. Он помог мне сесть, а сам пошёл рядом. Я из последних сил держалась в седле. Постепенно рассудок мутнел, а я переставала реагировать на что-либо. Наконец, я прикрыла глаза и провалилась в темноту.