Рожденный Первым

      Джейн с огромным удовольствием вышла из кабинета Громовержца, когда тот жестом попросил оставить их с братом наедине. И сейчас она бежала вслед за Сулимом к Биврёсту. Девушка запоздало вспомнила о кубе, но до башни было бежать дальше, чем до моста, и она решила воспользоваться обычным путем для перемещения.       - С Ётунхеймскими установками не было подобных проблем. Видимо, не зря ты боялась, – на ходу говорил Сулим.       Оказавшись на поверхности Лима, Джейн не пошла проверять данные полученные с помощью измерительных приборов, а сразу отправилась к установке, чтобы попробовать прочувствовать оборудование.       Сама установка напоминала стальное веретено. С такой же формой кораблей столкнулось асгардское войско во время битвы с иномирцами в Ётунхейме, но только эта была значительно меньших размеров.       Джейн положила руку на обшивку и сосредоточилась. Сначала она не почувствовала ничего необычного, но потом ее словно накрыло волной чужого разума.       Девушка ощутила волю создателя, другого техномага, который обращался к своему творению через огромные расстояния. Какой силищей нужно было обладать для подобного?       На какую-то долю секунды разумы двух магов переплелись, информация потекла от одного к другому, более опытный понял, что если сохранить контакт, о нем узнают слишком многое и принял решение.       Джейн не успевала ничего предпринять, она почувствовала волну приказа, увидела процесс запуска, а затем она попала в ад. Кожу опалило жгучее пламя, последнее, что она осознала, были доспехи, которые почувствовав удар, растекались по телу.       Тор готовился к непростому разговору.       - Сядь, пожалуйста, – попросил Громовержец брата. Но тот остался стоять на месте.       - Мама покинула нас. Я нашел это сегодня утром в своем кабинете, - после этих слов царь открыл верхний ящик стола и достал от туда два конверта. – Один из них адресован тебе.       Локи чуть подрагивающей дланью принял послание из рук брата. Это письмо было написано рукой матери. Ее почерк он узнал бы из тысячи. Письмо гласило:       Мой сын я люблю тебя! Всегда помни об этом!       Очень хочется верить, что в твоем сердце хватит тепла для того, чтобы ты смог простить меня, может быть не сразу, но позже. Ведь теперь, познав силу любви, ты в состоянии прочувствовать то, что так мучило меня последнее время. Без Одина я не могу, не желаю жить! Не ищи меня, найти все равно не удастся, скрываться мы учились вместе.       Береги семью, она будет тебе всегда служить маяком в темных водах душевных сомнений.       Мой сын, я любила тебя! Всегда помни об этом!       В кабинете установилась гробовая тишина.       - Мы должны попытаться найти ее! – решительно воскликнул царевич.       - Ее нет в мире живых, Мировое Древо уже скорбит по ушедшей царице, – Громовержец говорил чистую правду, он чувствовал эти эманации от Икдрасиля, видимо, с помощью него отец часто наблюдал за женой, и то привыкло к ее присутствию.       - Их больше нет, – прошептал Локи, отвернувшись от стола, за которым сидел царь, в глазах его блестели непролитые слезы.       - Ты не прав, - Тор подошел к брату, положил руку тому на плечо, - они есть, в наших сердцах, и души родителей навечно связаны с нашими.       Локи положил руку брату на плечо в ответ. Они поддерживали друг друга в скорби, разделяя ее.       Момент единения был прерван появлением стража.       - В Лиме был взрыв, сейчас поднимают раненых.       Как Громовержец оказался у Радужного моста, он и сам не понял. Врачи везли тележки с ранеными. Были подняты несколько тел погибших.       - Где Джейн? - взревел Громовержец, ему вторили раскаты грома с небес.       Ответа не потребовалось, он узнал доспехи, которые выковал сам. На одних из носилок лежало опаленное тело, в котором невозможно было узнать никого конкретного, если бы не эти доспехи…       - Что с ней? – спросил царь у врача, который находился рядом с девушкой, но тот не ответил, он был занят. Руки и торс его пациента покрывал метал. Найти вену, чтобы вколоть лекарство на опаленной коже не получалось, и доктор надеялся, что если снять доспехи будет проще, а избавиться от них он никак не мог.       К этому моменту подоспел Локи. Он понял, что брат опознал Джейн, но пока только мешает доктору, поэтому оттеснив того в сторону спросил у врача: «Чем помочь?».       - Необходимо снять доспехи, – последовал лаконичный ответ.       Громовержец взвыл:       - Я ковал их с расчетом на то, что кроме самой Джейн никто не сможет их снять. В кузню! – после его слов Локи дал указания отправить вслед за Тором лучших докторов.       Громовержцу пришлось собрать все свои моральные силы для того, чтобы высвободить любимую из доспехов. Руки должны были быть тверды, разум холоден. Брат все это время находился рядом с Тором, стараясь служить ему моральной опорой, маяком, как писала мать.       Через час врач вколол лекарство и увез пациентку в больничное крыло. Доспехи валялись в углу, словно смятый лист бумаги.       Сердце царя требовало мести, первый из возможных виновных оказался тот, кто должен был охранять Джейн, поэтому Тор отправил на поиски Бъёварада двух воинов из Высокой Гвардии. Когда его привели в кабинет к царю, Громовержец спросил:       - Где ты был во время взрыва?       - Она была с Вами, и я не вел наблюдений, – Бъёвард говорил, опустив взор.       - Казнить, – рявкнул царь и жестом приказал удалиться.       Локи, стоявший за дверьми царского кабинета прошептал выходящим гвардейцам:       - Царь не указал, когда он желает лицезреть казнь, поэтому пока заприте в темницу.       Гвардейцы выдохнули с облегчением, невиновность стража была им видна, но ослушаться приказа они бы не посмели.       - Приведите ко мне Сулима, я хочу знать, что именно произошло, – раздался приказ царя.       - Он мертв, - сказал вошедший в кабинет Локи, - во время взрыва они с Джейн были в эпицентре, ее хоть как-то защитил твой подарок. На нем доспехов не было.       - Это потеря для Асгарда, – на выдохе произнес царь и прикрыл глаза. Он невероятно устал, кроме того, его держало в постоянном напряжении отсутствии новостей о состоянии Джейн.       - Сколько убитых и раненых? – царь буквально заставлял себя думать еще о ком-то кроме Джейн.       - Мои маги остановили взрывную волну достаточно быстро, так что немного. Мертвы четверо. Сулим, один недостаточно расторопный маг, а также погибли братья, Ин и Ян, – услышав имена, царь вскинулся.       - Один взрыв уничтожил всю гильдию техномагов, как такое возможно? – снова гнев и жажда мести закипели в крови божества.       - Не ищи виноватых среди прочих, царь! – Локи вскриком попытался осадить брата, - безопасность этого проекта организовывали мы сами, винить кроме нас с тобою некого.       Тор тяжело опустился обратно в кресло, усталость снова накрыла его своим тяжелым покровом.       Так и сидели они в тишине. Еще вчера мир был напоен радостью и счастьем. Волшебство свадебного дня всецело захватила сердца всех, а уже сегодня тяжелые, траурные тучи нависли над царством вечности. Фригга, Сулим, Ин, Ян, маг, имя которого Локи даже не удосужился запомнить.       - Тор, – спустя некоторое время Локи нарушил молчание, решив задать вопрос, который вертелся на задворках его сознания, - без Джейн мы сможем дать возможность выжить моему ребенку?       Громовержец поднял взор на брата и молвил, хриплым от многочасовой тишины, голосом:       - Вряд ли.       В дверь постучались, секретарь доложил:       - Вести из больничного крыла.       Царь выпрямил спину, будто готовясь встретить удар.       - Мой царь, жизнь пациентки вне опасности, – доктор не сдержал улыбки, такое облегчение разлилось по лицу Громовержца, и даже всегда холодный царевич не смог скрыть радости, которую доставили ему эти слова.       - Через сутки кожный покров восстановится, пока ее погрузили в искусственный сон. Мы даже сможем восстановить волосы к моменту пробуждения, чтобы она не испытала шока. И еще, я должен признаться. То, что нам удалось ее спасти, это чудо. С такими ранениям мидгардцы не способны выжить, – после этих слов врач удалился.       - Без шока не получится, – прошептал Тор в закрытые двери.