Я существую или живу?

— Куда пасуешь? — кричал парень с длинными каштановыми волосами своему товарищу по команде, недоумевая и разводя в стороны руки. Снова соперники забили данк, перехватив мяч у Кибы.       «Сколько уже можно играть как идиот?»       Взяв таймаут, парни собрались около подгнивающей скамейки. Эта битва между двумя лучшими командами района, наверно, никогда не закончится. Сколько лет они доказывают друг другу, кто лучше в баскетболе? Два? Три? Такие матчи на уличной площадке уже вошли в привычку. Каждая игра была с непредсказуемым исходом, ведь они встречались на поле только раз в месяц, а в остальное время была возможность набраться опыта, играя с другими соперниками. — «Звук» уже давно нас обходит на десять очков, — начал капитан команды «Лист» — Шикамару. — Надо с этим что-то делать.       А ведь всё началось с одной печальной истории, которая вскоре смогла перерасти в нормальную жизнь. Ну, как нормальную…

Воспоминания

      Шесть лет назад в старое здание больницы привезли на каталке шатена с искорежённой мимикой лица от боли. От одежды ничего почти не осталось, поэтому парня накрыли белой простынёй, что пропиталась уже засыхающей кровью. Врачи не были в шоке, поскольку в этих местах такое — обычное явление, ведь это маленький поселок из разваливающихся домов и таких же душ его жильцов. Не сильно спеша, доктора всё же решили помочь. Было очень стыдно, когда врачи увидели то, чего не должно было быть вообще. С каменными лицами залатали все кровоточащие участки кожи. В итоге парень чувствовал себя мумией, которой нельзя двигаться — практически полностью перебинтованный с множеством трубочек, которые были прикреплены в частности на груди. Собственные крики боли из того подвала отдавались в мозгу, заставляя вновь и вновь вспоминать неприятные жуткие моменты недавнего прошлого.       «За что?»       Никто из них не мог понять этого. Только лежа на своей светлой койке, Киба вспомнил о своём лучшем друге — Наруто.       «А где он? Его тоже привезли в эту больницу? Или нет? Хочется верить в лучшее. Нужно спросить у медсестры при встрече.»       Придаваясь воспоминаниям о прошлом разделенном вместе с другом, шатен чуть не прозевал уже уходящую девушку с записями его истории болезни. — Девушка, подождите! — вышло коряво из-за боли в побитой челюсти, но пересилив себя, он продолжил. — Скажите, Наруто Узумаки тоже здесь? — стараясь чётко выговаривать каждую букву. — Нет. Такого не привозили. Что-то ещё? — учтиво поинтересовалась миловидная брюнетка, в то время, когда на лице расплылась измученная улыбка.       Инузука был в шоке. Он надеялся, что брат будет рядом, они снова будут вместе, пройдут через эти невзгоды и пойдут дальше нога в ногу навстречу светлым мечтам, что таились глубоко внутри них, с широкой улыбкой на лицах. Получается, этого всего не будет? И что тогда? — Нет, больше ничего, — дрожащим искорёженным голосом ответили ей. Ком подступал к горлу. Воспоминания дали понять, что друг возможно уже мёртв.       «Нет! Этого не может быть! Надо выбираться скорее из койки и найти этого белобрысого!» — Хотя… когда меня выпишут? — уже не так пессимистично настроено продолжил Киба. — Думаю, через недельку-две. У вас глубокие раны в области живота. На их заживление нужно больше времени, — задумчиво пересказала слова доктора девушка. — Мне нужно быстрее выздороветь! — голос даже прозвучал ровно и грозно, в общем, как и хотел шатен. — А… Вы куда-то спешите? Лучше полностью залечить раны, иначе в будущем могут разойтись швы. Вам, думаю, это не нужно, — уже как-то ехидничая, сверкала тёмными глазами брюнетка в сторону парня. — Вы не понимаете! У меня там друг, как и я, ранен! Ему нужна помощь! — восклицал он на всю палату. — Хорошо, — сказал вошедший доктор в белом халате. Ростом он был почти под косяк двери, относительно длинные светлые волосы, из одежды на нём была белая рубашка и того же цвета брюки, из-за чего казалось, что сам ангел пришел в это место, где людям стараются либо помочь жить дальше, либо умереть. Похоже, он услышал последние высказывания. — И где же твой друг? — оскал и ехидный взгляд показались немного неуместными в этом «светлом» человеке. — Ведь тебя привезли одного с места происшествия. Я думаю, если там были еще пострадавшие, то их тоже бы нашли. Не так ли? — как-то прохладно продолжил мужчина. Ему не нравилось, когда нарушают тишину в больнице. Этого парня нужно остудить. — Или вы выдумали своего друга, или он находится в морге, поскольку после таких повреждений, как у вас, выжить без оказания помощи невозможно. — Но… Он не мог так просто умереть! — приподнявшегося парня медсестра рукой прижала обратно на подушку. Боль дала о себе знать только после усмешки врача. Ослеплённый разными чувствами мозг не сразу вспомнил, что не следует сейчас двигаться. Парень сжал челюсть до скрежета зубов, дабы этот врач не думал, что он слаб. — Вы, — выдохнув, попытался успокоиться Инузука. — Вы должны его найти, — со злостью смотря на этого бесчувственного доктора. Понятно, конечно, что на такой работе нельзя принимать все близко к сердцу, но настолько быть сухим внутри — это что-то запущенное. — Я ничего никому не должен, — теперь каменное выражение лица говорило: «отвали, парень». — Я могу поставить тебя на ноги за меньший срок — это всё, что я могу предложить. Неделя устроит? — скрестив длинные худые руки на груди, поинтересовался блондин. — Пять дней. Не больше, — грозно смотря в малиновые глаза своего лечащего врача. — Хорошо. Ты будешь у меня летать. Вот только плата будет соответствующая, — ухмыляясь. — Какая плата? — Киба был в недоумении. Его там избили, изнасиловали, а этот упырь ещё и деньги требует. — Нам сказали из скорой помощи, что ты влез в драку. А твои другие раны, — под чем понималось «ранение ниже пояса». — В общем, нам сказали, что ты любитель таких игр. Наверно любишь боль? — ехидный оскал не предвещал ничего хорошего. Доктор уже предвкушал момент, когда этот интересный и самоотверженный шатен будет весь в его власти.       Никто из сотрудников не выяснял правдивость слов санитаров скорой помощи. Это было никому не нужно. Так и пролетели эти пять дней лечения. Быстро и почти безболезненно Инузука шел на поправку. Киба мог только догадываться, откуда взять назначенную сумму.       «Воровать? Нет, слишком низко. Пойти работать? Куда? Тем более без образования, да ещё сирота. Кому он нужен?»       Хоть такие мысли и крутились в голове, парень не отчаивался и надеялся, что всё образуется.       За весь курс лечения светловолосый доктор не появлялся. Понятное дело, что у него много других пациентов и всё в таком роде, но это напоминало затишье перед бурей. Ты лежишь на своей койке и ждешь первого дуновения ветра, чтоб успеть спрятаться подальше от страшной силы стихии. К нему никого не поселяли, от чего чувство одиночества заполняло сознание. И только мелькающие в его палате медсестры подтверждали, тебя не забыли, ты вылечишься. — Ну, как ты тут без меня? Сестрички хорошо о тебе заботились? — доктор всё в той же одежде без стука подошел к парню. Не успел спрятаться. Пятый день как раз завершался кровавым закатом за деревянными рамами окон. — Как расплачиваться будешь? — ехидно скалясь, мужчина присел на краешек постели рядом с парнем и смотрел своими глазами, которые казались практически малиновыми в сумерках, прямо в черные, похожие на кошачьи своей формой, омуты, уже зная ответ. Инузука не знал.       «Сказать „Извините, у меня нет денег, но я могу мыть посуду у вас в столовой“ будет совсем не к месту. А что тогда?»       Киба поник, опуская голову и стараясь смотреть только вниз. — Ну, что ты? — длинные пальцы с мнимой лёгкостью и нежностью взяли за подбородок, приподнимая. Может они найдут компромисс — читалось в глазах пациента.       «Да, Киба. И какой же, интересно?» — Я уже придумал, как ты можешь оплатить долг. Хочешь узнать? — продолжая рассматривать грустные черты лица, доктор получил короткий кивок. Усмехаясь такой откровенной беспомощности, светловолосый доктор приблизился губами к уху парня и тихо продолжил. — Ты будешь моим, — также медленно отодвигаясь и снова пожирая взглядом эмоции на чужом лице. — Как тебе? — уже громче поинтересовался мужчина. Киба был поражен этой наглости, что и отразилось во взгляде чёрных глаз. Сумма, которую он был должен оплатить, была не так высока, чтобы он не мог её выплатить нормальным способом. Он был даже согласен полы мыть, но быть чьей-то игрушкой — нет, ни за что. — Нет. Я могу заработать и потом отдать весь долг сразу, — вырываясь из захвата цепких пальчиков, Инузука прожигал злым взглядом ухмыляющиеся глаза напротив.       «Что за черт?! Как можно вообще такое предлагать?»       Нет. Ему не предлагают. По глазам ясно — не шутит, это ультиматум. Вот только, какие будут последствия в случае его не исполнения? — Мне все равно, парень, — лицо резко посерьезнело, взгляд стал колючим и немигающим. — Собирайся. Через час едем ко мне. Там конкретнее узнаешь, что делать, — мужчина, закончив, резко встал и твердым шагом устремился к выходу, не обернувшись на растерянного парня.       «А если сбежать?»       Инузука судорожно размышлял, как выбраться с третьего этажа больницы. Черт! Он не игрушка, чтобы им распоряжались! Нужно выбираться, пока этот хмырь не вернулся. Шатен не заметил, как в комнату проскользнула миловидная брюнетка, которая остановилась около прикрытой двери, наблюдая за ним. Ей было велено проследить за упрямым парнем, дабы не избежал своей кары. А Киба продолжал затравленно смотреть на зарешеченное окно, вцепившись за короткие каштановые волосы. Как выбраться? Инузука обернулся, уже строя план побега, и увидел девушку, что в первый день так измученно его обслуживала. — Мне сказали помочь Вам собрать вещи, — и милая обезоруживающая улыбка украсила ее личико.       «Ясно, не хочет, чтобы сбежал. И что теперь?»       Вздыхая, Киба прошёл к шкафчику со своими немногочисленными вещами. Там даже собирать было нечего: кошелёк с мелочью, чудом выживший ещё с того случая, и, собственно, остатки его бывшей одежды. Хмыкнув, парень показал все медсестре и уселся на койку, ожидая приход врача.       «Может, удастся на улице сбежать?»       Додумать план побега ему не дали и профессионально вкололи снотворное.