Эта странная жизнь

Высокие силуэты приближались, уже сейчас можно было ощутить холод, идущий от них, но Савада, не раз бывавший на заданиях с ними, видел что-то незнакомое. Странная аура ярости. Первой догадка по этому поводу пришла к Мукуро, а только потом и к нему самому. Они решили, что их «милого Тсунаеши» похитили. Дело – дрянь. Первым к ним подбежал – кто бы мог подумать? – Джотто. Мужчина, едва не запутавшись в плаще, сбил с ног Саваду, прижимая ребенка к груди и изредка бросая злобные взгляды в сторону иллюзиониста. - Тсу-ку-у-ун! Ну, куда ты сбежал? Мы с «папочками» волновались! – Слишком эмоционально восклицал он. Тсунаеши уже было хотел ответить, что все с ним в порядке, но их прервали. Рядом, совсем близко, появились вездесущие Стражи Порядка в мафии, зловеще покачивая из стороны в сторону цепями, которые издавали противный звук, вызывающий дрожь по спине. Дети дружно вздрогнули. - Отойдите от преступника. – Холодным тоном прозвучало рядом. Примо, повинуясь, встал, отходя в сторону и пытаясь за собой потянуть наследника. Но тот не сдвинулся с места. - Тсунаеши, отойди. – Все тем же тоном. Мальчик лишь отпустил руку дедушки, нервно дергаясь от ледяного взгляда Виндиче, и вставая чуть впереди, прикрывая собой друга, закрывая его руками, устремляя твердый взгляд на своих надзирателей, громко хлюпая носом, удерживая всеми силами подступающие от ветра слезы и игнорируя злобный шепот Рокудо, что он идиот и должен думать больше о себе. - Нет. – Детским голосом это прозвучало забавно, но от того, как он выглядел в этот момент, все вставало на свои места. - Тсунаеши Савада, не глупи. Просто не мешай. Мальчик сглотнул, жмурясь, стараясь не реагировать на такой знакомый, даже родной, тон голоса «папочки », но не дрогнул. - Нет. Я не позволю вам его забрать! Карие глаза были влажными, но слезы не катились и это поражало. - Тсунаеши, не устраивай себе проблем. В первую очередь мы – Виндиче, а не твои приемные родит… надзиратели. Мальчика пробил спазм, а в горле появился ком, норовящий вызвать бурную истерику. На плечо Савады легка теплая рука. - Не волнуйся, рыбка, все в порядке. Мы еще увидимся. Иллюзионист улыбался. Это ощущалось, несмотря на то, что вокруг было мрачно и темно. Взгляд алого и голубого глаз был непривычно мягким. - Мукуро-кун… не уходи. Пожалуйста. Звякнули цепи за спиной Рокудо. Он вздрогнул, но не отошел с места, продолжая смотреть в карие глаза друга. Рядом с Тсунаеши встал Примо, кивающий мальчику, что, если что-то пойдет не так, он приглядит за наследником. - Увы, не сейчас, рыбка. Как видишь, у меня есть неотложные дела, а за тобой могут проследить, пока я не освобожусь и не смогу сам быть рядом. – Он улыбнулся, жмурясь, когда на шее сомкнулось ледяное кольцо ошейника. – Еще увидимся. *** Тсунаеши уже третий день не поднимался с нижнего этажа тюрьмы. Сначала все понимали его и старались не трогать, чтобы он отошел от этих событий. Мальчик ни с кем не разговаривал, игнорируя даже любимого дедушку, а первые сутки и вовсе не ел, пока его не заставили почти силой. Создалось ощущение, что за эти пять лет жизни он просто израсходовал всю свою жизнерадостность и улыбчивость. Он почти не спал, а, если это и случалось, то наверняка спал некрепко и с ужасными кошмарами, от которых просыпался в холодном поту. Он не отходил от этой треклятой водяной капсулы и, кажется, вообще не подавал признаков жизни. Проводил дни, опираясь спиной на толстое стекло, закрыв глаза, иногда напевая колыбельную, что слышал, когда был маленький от Джотто, или рассказывая какую-то историю из своей жизни. Никто не говорил ему, что Рокудо фактически в сознании и ощущает все, что происходит рядом, но, похоже, он сам это понимал и продолжал развлекать друга в капсуле своими разговорами, пусть даже и односторонними. Кажется, его это вполне устраивало. Маленький Савада перестал проявлять эмоции. Лишь тогда, когда разговаривал с Мукуро, но больше – никогда. А еще он так ни разу и не заплакал. Для тех, кто знал его сентиментальность, это было ужасной внезапностью. Так бы продолжалось, наверно, до конца заточения, а значит и до конца жизни, если бы верх не взяла привязанность к этому мальчику. *** - Тсу-ку-у-ун! Доброе утро! – В комнату вошел – даже вбежал – Примо, улыбаясь и неся в руках какую-то «магическую» коробочку. Его волосы были непривычно растрепаны, а одежда перекручена на теле. Да, необычный вид Первого босса. Он себе такого не позволял. Мальчик даже не поднял взгляд, смотря в пол, опираясь спиной на стенку капсулы, что-то бормоча едва слышно, одними губами. Джотто, не потеряв надежду, присел рядом и попытался расслышать, что именно он говорит. - …Я сидел на цепи и в капкан попадал, но к ярму привыкать не хотел и не мог… и ошейника нет, чтобы я не сломал, и цепи, чтобы мой задержала рывок… - Тихо-тихо, одними губами, но с заметным напеванием, будто колыбельную. Мальчик зажмурился, ощущая на себе взгляд и заметно дрожа. Теплая рука коснулась каштановых волос, трепля их, поддерживая. Это было последней стадией выдержки Тсунаеши. Громко всхлипнув, он привстал, делая рывок и повиснув на шее дедушки, едва слышно, но ощутимо, плача. Слезы текли сами по себе, он даже не до конца понимал это. Просто это слишком тяжело. Слишком тяжело и вообще, и для такого юного возраста. Это очень больно и неприятно. - Тшш, Тсу-кун, не нужно, я пришел помочь, - мягким тоном, с улыбкой проговорил Примо, поглаживая ребенка по спине. Тот отстранился, поднимая заплаканные глаза на дедушку. Тогда у его лица потрясли небольшой красной коробочкой. - Ч-что это? – Еще всхлипывая, пробормотал Савада, странно осматривая новую вещицу. - Я попросил у Бермуды разрешение, чтобы тебя тренировали и учили сражаться. – Вместо ответа заявил Джотто, улыбаясь все шире. - Сражаться? Зачем? – В шоке пробормотал Тсунаеши. Он действительно не понимал, зачем ему это уметь. Первый Вонгола вздохнул, поправляя волосы и немного грустно смотря на удивленного ребенка. Он еще такой наивный. Сколько же ему предстоит пережить впереди. - Тсунаеши, у тебя впереди трудная жизнь и, я полагаю, начнется она немного раньше, чем должна. Через несколько лет ты покинешь нас и уедешь к своей семье, чтобы в будущем стать боссом Вонголы. Десятым боссом. Ты знал это с самого начала, о чем я немного сожалею, потому что твое детство не было полностью спокойным. Но, четыре дня назад ты узнал, что такое терять друзей, пусть не так ужасно, как бывает в сражениях. Думаю, ты поймешь, зачем это тебе теперь. – Он немного помедлил, ожидая, что ребенок все переварит в голове. – Ты, как босс, как их Небо, должен суметь защитить их всех. Чтобы такое никогда не повторилось. Понимаешь? Тсунаеши замер, размышляя. Он все понимал, но его волновало одно-единственное. - Дедушка, а моя семья… можно Мукуро-кун будет там? – Наконец, смог сформулировать фразу он, немного пугливо вжимая голову в плечи, ожидая отказа. Джотто думал. Думал достаточно долго, ведь это серьезное решение – сделать кого-то своим Хранителем. Тем более, если это касается иллюзиониста. (Вспоминался его неудачный опыт). Тем более, если он – преступник. Но, если думать серьезней, то в итоге решение будет принято боссом, а значит… - Если ты уверен в нем, Тсу-кун. Савада остановился, не веря. Серьезно? Сейчас он сказал, что Мукуро освободят, если он сделает его своим Хранителем? Это не шутка? Восторгу не было предела. Улыбка была слишком широкая, и скулы сводило от боли, но, несмотря на это, мальчик крепко сжал в объятьях дедушку, тут же отпуская и поворачиваясь к водяной капсуле, в которой, закрыв глаза и будучи обмотанным цепями, находился друг. - Ты был прав, Мукуро-кун, мы еще увидимся! – С гордостью на лице проговорил он, ухмыляясь. - Тсу-кун, я понимаю, что ты рад, но, думаю, будет важнее увидеть то, что я принес. – С тонким намеком прервал порыв радости Примо. Шатен кивнул, садясь обратно и обращая внимание на эту злосчастную коробочку, из-за которой вокруг бушевала интрига. Хотелось узнать, что там внутри, но, похоже, дедушка и не собирался показывать это так быстро. Он оценивал эмоции мальчика, размышляя, что из двух вещей сделать первым. Лишь через полминуты сообразив, он достал из коробочки, не показывая остальное содержимое, небольшую капсулу с круглыми шариками. - Запоминай, Тсу-кун, это – пилюли Посмертной Воли. Особая разработка Вонголы. С помощью них можно вызвать Пламя Посмертной Воли. – Тсунаеши зачаровано слушал, пытаясь разобрать и понять новые слова. – Хотя, описывать это сложно, ты все равно детально это не поймешь. Поэтому, ешь. Джотто улыбнулся, протягивая два шарика. Мальчик немного испугался, но взял их дрожащими руками, засовывая под язык. Эффект последовал незамедлительно. *** Жизнь вновь приобрела свой странный темп. Утром – завтрак и общение с дядюшками, днем и вечером – изнурительные, но действенные, тренировки, ночью – посещение друга в тюрьме. Последнее уже стало традицией – проходить к нему и рассказывать про день, напевать какую-нибудь песню или же просто наслаждаться тишиной, составляя компанию ему в этой капсуле. Бунт доброты ушел, когда появился шанс вытащить его отсюда вскоре. Именно это заставляло двигаться дальше, поднимать на тренировках и никогда не сдаваться. Теперь ясно, что имел в виду Джотто, когда сказал, что детство Савады закончилось слишком быстро. Но в мафии возраст – лишь число, не так ли? *** 9 лет спустя. - Доброе утро, Джотто, что-то случилось? – В несколько серьезном тоне звучали нотки обеспокоенности. Тсунаеши едва проснулся после вчерашней тренировки, когда не успел зайти к Рокудо, и сейчас был в не лучшем состоянии. Настроение паршивое, мышцы ноют, еще и дедушка что-то задумал, раз разбудил так рано. Ну, чем не начало очередного ужасного денька? Однако, Савада еще никогда так не ошибался. - О, Тсунаеши, доброе утро! А ты быстро, - усмехнулся Примо, присоединяясь к спуску вниз, в тюрьму. Вокруг было холодно и неуютно, но с годами они уже успели привыкнуть. – Сегодня важный день. Шатен лишь закатил глаза. - Если мне кто-нибудь скажет, почему он такой особенный, то я, возможно, соглашусь. – В голосе не скрывалось раздражение. – Не желаешь просветить? Первый Вонгола немного коварно улыбнулся, пожимая плечами. - Всему свое время, Тсунаеши. Еще чуть-чуть осталось, потерпи. Длинная лестница, наконец, решила закончиться. Парень прикрыл глаза, вспоминая по памяти, что и как там расставлено. Это большое помещение, где по центру стоят водяные капсулы. В одной из них находится иллюзионист. С годами его тело выросло из рубашки в пол и штанов, поэтому они выглядели скорее, как шорты с майкой, а волосы отросли примерно до пояса. Единственное, что не меняется – вечно закрытые глаза. Однако… Савада замер, ошарашено рыская глазами по комнате. Капсула была пуста. - Что это значит? – Только и смог спросить мальчишка, уже привыкший к однообразности будней. Джотто засмеялся. Смеялся скорее его недогадливости, чем удивлению. Он ожидал второе. Поэтому сейчас лишь подошел ближе, положив руку на плечо приемника. - Это и есть тот самый «сюрприз». Но, прежде чем ты начнешь делать поспешные выводы, объясню, ладно? – Савада немного сжато кивнул. – Я ведь говорил, что тебе придется покинуть это место раньше, чем ты станешь боссом Вонголы? Считай, что этот день пришел, Тсунаеши. Уже вижу, что ты не до конца понимаешь, при чем тут Рокудо. Да, тебе еще рано встречаться со своей семьей. Но, извини за поспешность, мы не можем отпустить тебя одного, да и ты сам не согласишься. Поэтому… собственно, ты и сам все понял. Савада молчал, не веря, смотря на дедушку. Кто знает, сколько бы продлилось это оцепенение, если бы его с ног кто-то не сбил. С легким вскриком, Тсунаеши упал на спину, не сильно, но эффектно, ударившись. Сверху его кто-то придавил, но, открыв глаза и наткнувшись взглядом на фиолетовую шевелюру, он быстро догадался «кто». - Вот мы снова и встретились, рыбка. Рокудо улыбался. Так естественно, что Тсуна не смог не сделать того же. Странные, разноцветные глаза смотрели насмешливо, но необычно для них, добро. Удобно устроившись сверху, прижав крепко шатена к полу, он явно не собирался вставать, но, получив нервное шипение от Джотто, слез, поднимаясь и помогая встать лежащему. Однако, тут же от тех эмоций не осталось и следа – улыбка была все так же на лице, но она была немного не такая. Более натянутая. Что уж тут таить – Мукуро похорошел с возрастом, хоть его взгляд и неуютно прожигал спину. Но Тсунаеши был счастлив, видя, что с ним все в порядке. - Давно не виделись, Мукуро-кун. – Улыбнулся он иллюзионисту. – Так что там насчет будущего? Куда мы должны ехать? – Он заметно оживился, когда встретился с другом, хотя вопросы отложил на потом. – Если это Италия, то я сразу отказываюсь – там слишком много мафии, а я еще не стал боссом… - Это Япония. – Заключил Джотто, прерывая болтовню приемника. - Прекрасно! – Вмешался Мукуро, обхватывая рукой шею Тсуны и уже желая отправиться в путь. Ему осточертела эта тюрьма. – Мы выдвигаемся? - Нет. – Отрезал блондин, фыркая на расторопность иллюзиониста. – Я еще не договорил. – Короткая пауза. – Мукуро. Рокудо Мукуро. Ты теперь первый Хранитель будущего босса Вонголы и единственный его Хранитель Тумана. Туман – неотъемлемая и важная часть Неба, но он, увы, непостоянен. Поэтому старайся следить за своим поведением. Если ты хотя бы на секунду подумаешь о предательстве, то ужасно об этом пожалеешь. – Голос стал угрожающим. – Хотя, раз это выбор Тсунаеши, я уверен, что ты будешь верным, преданным и полезным Хранителем. Таким ты и должен быть. Это ясно? Мукуро усмехнулся. - Такое ощущение, что ты нас сватаешь, Первый Вонгола. Вон, твой наследник даже покраснел! И не нужно на меня ТАК смотреть. Я все понял и буду исполнять. - Поверю на слово.