Эта странная жизнь

- Не забудь про встречу! – Дал наставление дедушка, покидая особняк вместе с Реборном и Спейдом. Тсуна весь сморщился от мыслей об этом. Нет, он был готов вновь – в восьмой раз – прийти в эту семью и попросить сотрудничества, но не сегодня же! Это первый день рождения Мукуро, когда он точно будет в особняке и никуда не собирается! Поэтому, Савада уже мысленно проклинал эту семейку. Джессо вроде? Странные они. Все в очередь выстраиваются для того, чтобы сотрудничать с Вонголой, а они напрямую отказываются уже столько раз. И все бы ничего – ну, не хотят и не хотят, что с них взять? - но Реборн настоятельно советовал уговорить их, отправляя юного босса на встречи с Бьякураном уже… семь раз и восьмой - сегодня. Однако в этот раз все будет по-другому. Тсунаеши окончательно решился не выполнять это задание, а найти Мукуро и поговорить. Да, именно так. И пусть Реборн провалится – Вонгола, и без сотрудничества с Джессо, сильна. Савада улыбнулся своим мыслям, устало выдыхая – выдался жаркий денек. Обычно этот день был ясный, но прохладный, а в этом году столбик термометра поднялся до отметки в тридцать градусов. Это определенно что-то значило. Что – неизвестно, но, следует надеяться, что хорошее. Поворот и еще один… в крыле с комнатами Хранителей всегда очень запутанно. Хоть Тсуна и хотел переехать в эту часть особняка, но он был не уверен, что привыкнет к такому плутанию по коридорам. Поэтому оставалось наслаждаться своей комнатой с видом на сад. За последние пять минут ему встретились уже шесть человек. Нужно быть осторожнее за день – они заметят, что он непривычно не занят делами, и могут сказать Реборну. А может это просто паранойя того, кто первый раз пропускает важное задание Вонголы? Наконец, перед глазами предстала дубовая резная дверь, в самом дальнем конце крыла, с символом кольца Тумана вместо номера. Шатен глубоко вдохнул, переминаясь с ноги на ногу. Они уже давно не общались больше нескольких слов. Тем более – один на один. Да, он боялся, что случится что-то плохое. И еще больше боялся громко трубящей гипер-интуиции. Она что-то настойчиво кричала, но разобрать, что именно, парень не мог. Еще один вдох и Тсунаеши робко стучит два раза, прижимая руку к ноющему животу, который вдруг понял, что его хозяин волнуется. - Войдите. – Твердым голосом раздалось откуда-то изнутри. Тсуну передернуло от металла в этом тембре. До боли знакомый, но жестокий. Гипер-интуиция взвыла, стараясь отогнать от этой комнаты, но, в протест ей, Савада неуверенно нажал на ручку, приоткрывая дверь. Как и следовало ожидать – комната выполнена в стиле минимализма и в темных тонах. Типично для иллюзиониста, разве нет? Все, что ему нужно – он может создать в помещении сам, а все, что не нужно – хоть в окно выкидывать. Что Мукуро как-то раз и сделал со шкафом в доме, в Намимори, чуть не убив им собаку соседа. Тсуна улыбнулся от воспоминаний, но тут же спохватился, нервно осматриваясь и ища глазами нужный силуэт. Собственно нашелся он быстро. Высокий – выше, чем был до этого, держащий ровную осанку, со своим типичным “хохолком” на голове, но более длинными волосами, черной одежде, из смеси кожи и латекса, и непривычно холодным взглядом разноцветных глаз. - Мукуро-кун, с днем р-рождения! – Выпалил, как на духу, Тсунаеши, почтительно кланяясь и протягивая небольшой сверток, обернутый наспех выбранной подарочной бумагой с цветными воздушными шариками и тортиками, вперед. Иллюзионист спокойно приподнялся с кровати, подходя к - не способному выпрямится - боссу, и осторожно принимая довольно легкий и некрупный подарок. Саваду слегка трясло. Он искренне надеялся, что не прогадал с подарком. Из года в год он оставлял ему дорогие вещи, под стать его характеру, но в этот раз, когда ему удалось встретиться один на один, решил поступить иначе. Не то, чтобы он был неуверен в себе… хотя, да. Он был чертовски неуверен! Тем временем Рокудо внимательно осмотрел неаккуратно оклеенную упаковку подарка и даже потряс его, чтобы узнать, что внутри, но звуков не раздалось. Тогда, не убирая с лица безразличное выражение, он стянул обертку, откидывая ее в сторону и, немного в ступоре, посмотрел на то, что осталось в руке. Тсунаеши чуть было не ударил себя по лбу, поняв, что облажался. Нужно было твердую упаковку! Ну, как знал, что все рассыплется! Мукуро продолжал гипнотизировать взглядом прозрачный пакетик с раскрошившимся печеньем явно ручной – и не очень профессиональной – работы. - Это ты сделал? – Только и смог проговорить он, переводя взгляд от подарка к боссу и обратно. Тот сильно покраснел, энергично кивая. Саваде было страшно поднимать голову и открывать глаза. Он боялся реакции этого нового, незнакомого Рокудо. Время шло, а в воздухе держалось напряжение. Это подкашивало ноги и убивало – и без того минимальную – самоуверенность. Иллюзионист громко выдохнул. Тсуна вздрогнул. Мукуро удовлетворенно усмехнулся и весело потрепал Тсуну по волосам. - Спасибо, это лучшее, что я получал за всю жизнь. – Улыбка стала шире. Кажется, и без того красный, как помидор, Савада залился краской еще больше, распахивая глаза и поднимая взгляд. Красный и голубой глаза блеснули насмешкой. Черт возьми, как же ему не хватало этого наглого Хранителя все эти годы! Именно этого, а не какого-то другого. Именно этого, который все время смеется глазами, несмотря на то, что чувствует Савада. Шатен поддался вперед, безвольно падая на ухмыляющегося иллюзиониста и цепляясь за его рубашку пальцами из-за всех сил. Мукуро даже не сопротивлялся, позволив себе ответить, приобнимая его за плечи, прижимая к себе, показывая, что все в порядке. - Спасибо, - только и выдохнул Тсунаеши, прикрывая глаза. *** - Да ничего особенного. Устранял мелкие семейки, смотрящие на Вонголу с вожделением, некоторых киллеров, нанятых убить Моего босса, доставка важных документов и еще некоторые семьи, способные обогнать Вонголу по силе, - в своем привычном, наигранно эгоистичном, тоне проговаривал Мукуро, активно жестикулируя и с удовольствием смотря на – уже успевшего приспособится в его комнате – Саваду. Тот же осматривал помещение, с восхищением смотря на немаленькую коллекцию книг и несколько безумно дорогих картин. - Серьезно? Насыщенная жизнь. – Тсунаеши не смог сдержать неудовлетворение жестокостью своей “правой руки”. Но тот уже не обращал внимания на это. – А я в кипах бумажной работы сидел и по банкетам гулял да переговорам. Скукотища! Рокудо усмехнулся, пожимая плечами. - Вполне нормально для босса, разве нет? Это наше дело – грязная работа, а не твоя. Но Савада все понял по-своему. - Хочешь сказать, что я не могу справиться с устранением других семей? - Я этого не говорил, - с улыбкой пробормотал Мукуро, качая головой. *** - Реборн, когда ближайшее задание у Мукуро-куна? – Тсуна влетел в двери столовой, где попивал чаек только что прибывший с задания репетитор. Следом за боссом в помещение вошел и сам иллюзионист, неодобрительно фыркая на переполненного энтузиазмом шатена. Все-таки, сказывались воспоминания о ранении. - Ты был на встрече с Бьякураном? – Игнорируя вопрос ученика, спросил Реборн, отпивая еще глоток горячей жидкости. - Нет, не был, - поспешно проболтался Тсунаеши. – Так что насчет задания? - Заданий не будет неделю – он все, что мог, выполнил. – Короткая пауза. - А вот насчет тебя, глупый Тсуна, еще стоит поговорить. Я надеюсь, ты осознаешь, что сделал главную ошибку своей жизни, подведя Джессо? Это был последний раз, когда ты мог помочь Вонголе и себе. Даже сочувствовать не буду твоей глупости. - Что… что это значит, Реборн? – Савада не мог собрать слова в предложения. - Еще поймешь, глупый Тсуна, ты первый, кто поймет. *** - Что ты будешь делать всю неделю, Мукуро-кун? – Савада устало плелся по коридору, рядом со своим Хранителем, обреченно смотря в пол. Слова Реборна ввели его в ступор и огорчение. Может, он действительно плохо поступил? - Думаю, - иллюзионист сделал вид, что задумался, - ничего. Планов нет, особого желания что-либо делать – тоже. Есть предложения? Тсунаеши немного приободрился, улыбнувшись и мягко кивнув. - Ага. Завтра банкет у Каваллоне и я опять приглашен. Честно говоря, уже устал я от этих мероприятий, но отказаться – неприлично. Если никто не пойдет, то ко мне опять приставят бесполезных телохранителей, которые не будут отходить ни на шаг. Раздражает неимоверно! Ходят за мной туда-сюда, а сами ведь ничего сделать не смогут! Да я сам себя лучше защищу, чем они! – Вдруг прорвало на жалобы его. Рокудо лишь усмехнулся. - Значит, я буду лучше, чем они или ты сам? – Промурлыкал он с вызовом. - Да. – Честно ответил Тсуна, не видя в этом ничего необычного, но заставляя Мукуро удивленно распахнуть глаза. *** - Спа-а-а-ать! – Тсунаеши громко застонал, падая спиной на большую кровать и зарываясь лицом в подушки. Рокудо удивленно приподнял бровь. - Ты осознаешь, что это моя комната? – Слегка неуверенно спросил он, чертя ногами полукруг от входа до кровати, пересекающий часть комнаты со стулом, где он быстро стянул кофту. За окном был уже второй час ночи, а утром рано вставать. - Угу, - только и простонал в одеяло Савада, уже засыпая. - Едва поговорили впервые за столько лет, а ты уже решил испытывать мою выдержку? – Мукуро присел на край кровати, проводя рукой по каштановым волосам и довольно усмехаясь, когда босс издал звук, похожий на мурлыканье. - М-м? Я ни-ичего не испы-ытываю, - сонно зевнул Тсунаеши, перебираясь поближе и требовательно дергая Рокудо вниз. Заставляя его лечь на кровать и устраиваясь рядом, уткнувшись носом в его грудь. Иллюзионист лишь обреченно покачал головой, усмехаясь. Похоже, впереди очень длинная ночь. *** - А может не на-а-адо? – Устало потянул Савада, настойчиво теребя своего Хранителя за рубашку, точащую из-под пиджака. – Не хочу-у-у туда! Мукуро громко выдохнул, оборачиваясь и раздраженно смотря в карие глаза босса. - Сам решил туда идти. - Меня не спрашивали! Рокудо покачал головой. - И сейчас не спросят. – Твердо отчеканил он. - Ну, Мукуро-ку-ун! – Взвыл Савада. - Нет, мы идем. - Тсуна! Шатен отшатнулся, вцепляясь в предплечье своего Хранителя и вопросительно взглядывая на источник звука. Дино приветливо помахал рукой, улыбаясь. Тсунаеши чертыхнулся – теперь точно не сбежать. Босс Каваллоне позвал к себе жестом, а Мукуро недовольно повел носом, но босса не остановил. - Сегодня без телохранителя? – Смеясь, спросил Дино, когда Савада подошел. – Совсем бесстрашным стал, когда место босса занял? - Хи-и? Нет, Дино-сан, я с Мукуро-куном. – растерянно пробормотал тот, нервно улыбаясь. – А где Бьякуран-сан? Мне нужно с ним поговорить. Мустанг посерьезнел, опуская взгляд. - Тут такое дело, - короткая пауза, - в общем, Джессо ушел из всех союзов, помимо союза с Юни-тян, и… и сказал, что получит кольца Вонголы любой ценой. – На одном дыхании выпалил Дино. - К-кольца Вонголы? Но, зачем? – Савада опешил. Он явно не ожидал такого исхода событий. - Он хоче… Не дал закончить фразу громкий женский визг. - Помогите! *** Конечно, трудно быть уверенным в спокойствии, когда в одном помещении собрались больше четырех мафиозных семей, но все же, Тсунаеши искренне надеялся на то, что банкет пройдет без проблем. Как говорится – не судьба. Поэтому, за счет старой-доброй привычки, он сорвался с места и бросился туда, откуда раздался крик, на ходу проверяя наличие перчаток, пилюль Посмертной воли и револьвера, спрятанного под пиджак. Все на месте, а значит, волнения нет и не должно быть. Однако, гипер-интуиция опять паниковала, трубя в горн прямо на ухо Саваде. Звук, мольбы о помощи, доносились из соседнего зала. Там на полу сидела девушка двадцати лет, прижимающая к груди пожилого мужчину, который громко кашлял, покраснев и задыхаясь. В уголках ее глаз проступили слезы, что было видно, когда она подняла взгляд на Тсуну. - П-помогите! – Губы дрожали. – У м-моего отца… астма… ингалятор… пустой… - Быстро бормотала она, трясущимися руками сжимая белый баллончик. Решение пришло в голову быстро. Босс Вонголы подлетел к мужчине, поддерживающе кивая девушке и пытаясь помочь его поднять. - Нужно отнести его в холл. Там должен быть врач. – «… Все-таки, это особняк Дино-сана» - закончил про себя Тсуна. – Не волнуйтесь, мисс, все будет хорошо. Девушка промямлила слова благодарности сквозь слезы и встала, следуя за Вонгола Дечимо на ватных ногах. Мужчина сделал глубокий вдох, замирая от того, что боль пропала. - Ну, вот и все, - мягко улыбнулся Тсуна, облегченно выдыхая и хлопая по плечу рыдающую девушку, что нашла “рубашку для успокоения” в его лице и безвольно прижималась, неспособная остановить слезы. – Вас проводить на воздух? Это поможет успокоиться. Она слабо кивнула, не отпуская рубашку Десятого. “Пострадавшая” подошла к краю балкона и, с облегченным вздохом, наклонилась из-за забора вниз, глубоко дыша. Кажется, слезы прекратили течь и она, наконец, смогла улыбнуться. Савада был рад этому. Все-таки, люди, особенно женский пол, не должны грустить. Девушка повернулась к нему, смотря своими большими голубыми глазами, все еще блестящими после истерики, тут же распахивая объятья и, с улыбкой, обнимая его за шею, как можно аккуратнее. Тсунаеши не понял, сколько это длилось и почему у нее есть такие порывы, но спустя какое-то время она тихим шепотом произнесла: - Извини, Десятый босс Вонголы. Ровно через секунду что-то блеснуло у нее в руке и резко направилось к его сонной артерии. - Никчемная. Нож отлетел в сторону, грустно звеня по каменному полу. Девушка отшатнулась, удивленно распахивая глаза и тут же сужая их в любопытной насмешке, смотря, как Саваду прикрывают собой. - Чего и следовало ожидать, да, Рокудо Мукуро? – Полупьяным голосом проворковала она, слегка пошатываясь. Да, такой исход дел явно не водил в ее планы. – Похвально-похвально, я не предполагала, что ты найдешь нас так быстро. Иллюзионист презрительно фыркнул, будто его недооценили слишком сильно. - Хватит трепаться, у тебя мало времени. Когда подействует яд? – Резко ответил он, закатывая глаза. - У-у-у, неужто тебя волнует, когда меня настигнет роковой час? – Она засмеялась громче. – Поверь, ты даже не успеешь поглумиться. И, если ты действительно такой “мега-крутой иллюзионист”, то будь добр – оставь меня одну. Все равно даже допросить не успеешь. Мукуро сдержано кивнул, подхватывая под руку босса и направляясь к выходу. Не хватало, чтобы он еще смерть видел лишний раз. - Мукуро-кун, что это было?! Тишина. - Мукуро-кун, куда мы идем? Нет ответа. - Мукуро-кун! Хранитель останавливается, раздраженно смотря на болтливого босса. - Успокойся. Если что-то не нравится – иди в основной зал, а сейчас нет времени объяснять. Иллюзионист развернулся, направляясь в сторону мед. пункта. Собственно, Тсунаеши даже не думал отставать, едва ли поспевая за своей “правой рукой”. Рокудо громко хлопнул дверью, входя в помещение. Мужчина на кровати вздрогнул, поворачиваясь. Его глаза расширились от удивления. - В-вы?! Савада забежал в комнату следующим, смотря на невеселую картину. Мукуро недовольно фыркнул на него, но ничего не сказал. - Итак, будешь говорить сам или дождемся, когда начнет действовать яд, чтобы продлить агонию? – Отчеканил он, скрестив руки на груди и выставив одну ногу вперед. - Я-я… я… я не могу… нельзя говорить… нельзя… Рокудо засмеялся в своем куфуфукающем стиле, вытягивая вперед трезубец. В воздухе повис запах паленой плоти, мужчина взвыл, прижимая к себе руку. Тсунаеши непонимающе посмотрел на него. Рука не горела, но, похоже, он чувствовал именно это. Боль отражалась в карей радужке глаз мужчины, заставляя босса Вонголы сглотнуть, будучи не способным отвести взгляд. - Прошу! Пожалуйста! Хватит! – Слезы градом катились из глаз. Савада зажмурился, чтобы не сорваться. - Умоляю! Сердце бьется в бешеном ритме. - Прошу вас! Н-не надо! Тсуна ослабляет хватку. - Мукуро-кун, остановись! Иллюзионист нервно моргает, игнорируя босса. Шатен делает шаг вперед, мертвой хваткой вцепляясь в трезубец и дергая его на себя, ощущая, как пламя Тумана жжет кожу. Нет, раньше он тоже так делал. Но сейчас Мукуро в ярости, а значит пламя – разрушительная сила. Тсунаеши шипит и слегка дрожит, по руке скатываются первые капли крови. - Идиот, отпусти! – Громко, вкладывая все эмоции. - Не дождешься. – Савада морщится от боли. – Если кто и умрет от твоей руки, то это – я! Рокудо что-то шепчет себе под нос, явно нецензурного характера, но пламя стремительно угасает, после чего и вовсе исчезает. Тсуна смотрит на руку, на которой стремительно затягиваются раны. Что было иллюзией – разрушительное пламя или быстрое лечение? Неизвестно, да и узнавать не особо хочется. - Что за концерт ты устроил? Я говорил остаться в холле, если ты настолько мягкотельный. – Шипит Мукуро, касаясь лба пожилого мужчины, от чего тот быстро уснул. Наверно, это замедлит эффект яда. Савада подходит ближе, упирая руки в бока и делая серьезное лицо. - Мукуро-кун, ты осознаешь, что это негуманный метод и так поступать нельзя? - Мне никто не сообщал, что я должен делать и ограничений не ставил. Я делаю все на свой вкус. – Фыркает иллюзионист, эгоистично вздергивая нос. - Значит, теперь я ставлю ограничение. Все-таки, босс здесь я. – Пользуется званием Тсунаеши. Хранитель Тумана смеется. - О, рыбка, ты осознаешь, что, если бы я не пользовался этими методами, то за несколько лет на твою жизнь покушались бы уже не менее тридцати-сорока раз? Более того, не только на твою. - Я предпочитаю пацифизм. – Проводит “черту” Савада. - Это ужасное качество для босса мафии. – Высказывает свое мнение Мукуро. Шатен слегка дрожит. Он не любит ссориться. Тем более с друзьями. Тем более с этим чертовым иллюзионистом. Но сейчас он не понимает – тот ли это паренек, который в семь лет прибыл в тюрьму Виндиче и впервые показал ему снег? - Знаешь, Мукуро, - Тсунаеши отводит взгляд в пол, поджимая губы, - я помнил тебя другим. Рокудо на секунду замирает, тут же поворачиваясь к мирно дремлющему мужчине, который даже не подозревал, что действие временного «противоядия» закончится именно сейчас. И без того слабое дыхание прерывается. Туман тихо выдыхает, понимая, что опоздал с допросами. - Сочувствую. Если даже ты меня не знал, то за все эти годы – с появления в Виндиче – ничего не изменилось. Тсунаеши сглатывает. Мукуро все такой же одинокий и недоверчивый. Это не поменять. - Я пойду к Дино-сану. Иллюзионист не отвечает – ему это не важно.