Эта странная жизнь

Рокудо был в смятении. Он действительно думал, что поход к Этому Тсунаеши все решит. Однако это лишь прибавило проблем. Кажется, он чуть не убил его. А ведь мог и не остановиться! А после… почему эти ощущения… они были не такие. Все такое же тело, до боли знакомое, он даже точно так же неловко поддавался, прижимаясь, как и Его Савада. Но все-таки это был не он. Погрузившись в свои мысли, Мукуро и сам не заметил, как самолет с противным гудением коснулся асфальта в аэропорту. Что ж – время объявить охоту на Бьякурана. *** - Гокудера-сан, вам помочь? – Хром неуверенно приоткрыла дверь, заглядывая и неловко краснея. Хаято поднял взгляд, отвлекаясь от горы бумаг. - Говорил же, чтобы на «ты» обращалась. – Раздраженно рыкнул он. – Помощь не помешает. Девушка, слабо дрожа, зашла в просторный кабинет босса, который уже несколько дней пустовал без своего хозяина. На удивление, это было вполне уютное место. Еще бы, тут никогда не проводились переговоры, редко приходили горничные, чтобы убираться, более того – не все Хранители здесь бывали, даже Мукуро-сама не так часто здесь появлялся. В основном Тсунаеши здесь сидел над кипами работы, думал о тяжелых ситуациях в отношениях с другими семьями, иногда проводил здесь целые дни, не выходя, для чего в углу стоял небольшой диванчик и был отдельный выход в ванную комнату. Наверно, чаще всего можно было видеть здесь Реборна, хотя было это давно, до того, как Саваду окончательно признали боссом. После зачастую заходил Джотто Примо и обязательно через столовую, захватив еду для непутевого приемника, забывающего о здоровье. А в последние дни до потери памяти Тсунаеши здесь «проживал» Рокудо. Сейчас же тут обосновался Ураган Вонголы, пытающийся справиться с работой, которую обычно выполнял Савада. Скажем честно, не преувеличивая, - получалось у него крайне прискорбно. Иллюзионистка присела на стул по другую сторону от Хаято, и мысленно прикинула – какая из двух стопок папок «выполненное», а какая «еще нужно сделать». Надежды на то, что меньшая – «еще нужно», погибли. - Без босса трудно, - подвела результат увиденного Докуро, неуверенно вытаскивая следующую папку из большей стопки и начиная про себя читать ее содержимое. - Удивительно, как он сам с этим справлялся и еще успевал на задания ездить, переговоры, банкеты, к нам – в конце-то концов – приходить на завтрак. – Немного устало ответил Гокудера, поправляя хвостик и тут же продолжая что-то записывать на бумагах, лежащих под рукой. Пару минут в помещении царила тишина, разрываемая лишь шарканьем ручки по бумаге. - Босс удивительный. – Почти шепотом заявила Хром, тут же спохватившись и добавив: - Был. - Будет еще. – Немного зло прорычал подрывник, не отвлекаясь от работы. – Мы найдем способ вернуть память. Девушка не ответила, но на бледных губах расцвела улыбка – если Хранители еще верят, значит так и будет. *** Рокудо терпеть не мог подобные заведения. Вроде бы отель, а внутри атмосфера, как в Публичном Доме. Девушки в коротких юбках, почти не скрывающих «самого сокровенного»; мужчины, пьяные так, что спотыкаются на ровном месте; сотрудники заведения, которым плевать на то, что перед глазами детей почти совокупляются взрослые. Неужели люди для этого ездят в другие страны, на море? Как глупо. Двигаясь на нужный этаж, в номер, в котором и засекли камеры босса Мельфиоре, он старательно игнорировал недвусмысленные намеки лиц женского пола, отреагировавших на новую «жертву». Хотя, что таить, были и пьяные мужчины, удивительно, но перепутавшие его с девушкой. Это же, как напиться нужно? Однако на этаже все было гораздо спокойнее. Разве что глаза мозолила целующаяся парочка в углу. Неужели, нельзя перестать проявлять свои чувства публично? Особенно, если они построены на животном инстинкте. Ей богу, если он притащит сюда Тсунаеши и так же прижмет – разве не будет протестующих? Хотя, ладно, протестующим и сам босс будет. Поэтому сначала нужно будет вернуть ему память, а потом тащить сюда. Дверь номера поддалась, пропуская иллюзиониста внутрь и тут же обдувая потоком ветра из открытого окна. Ясно, тот, кто здесь жил, еще не выселился, но, судя по отсутствию вещей, давно не появлялся здесь. Все интересней и интересней. Едва Мукуро сделал несколько шагов, как раздался противный пищащий звук. Спустя секунду трудных размышлений – засада или он просто чего-то не понимает? – взгляд привлек телефон, лежащий на соседней тумбочке от кровати. Точно. Тут же есть телефоны, связанные со всеми номерами в отеле. - Да-да? – Как можно мягче, промурлыкал он в трубку, устроившись на краю огромной кровати. На другом конце раздался восторженный голос. - Доброе утро, Мукуро-кун! Иллюзионист подавил желание сломать телефон. - Для кого доброе, а кому всю ночь до отеля лететь пришлось. – Не меняя слащавый голос проговорил он. – Даже кушать захотелось. Не придешь, не разделишь трапезу? Джессо засмеялся, довольный затеянной игрой. - Очень любезно с твоей стороны! А что в репертуаре? – Наигранно любопытно спросил Бьякуран, кажется, облизываясь. – Хотя, все это не важно, Мукуро-кун. Увы, я далеко и не могу разделить с тобой завтрак, но, если ты так жаждешь со мной пообщаться тет-а-тет, дерзай – этот разговор не прослушивается никем. Рокудо фыркнул, откидываясь назад, на кровать. Бесит. Даже сейчас довольный голос – ну, что за человек? Хотя, какой из него человек? - Что ты хочешь за информацию? - Оя? Какую информацию? – Наигранно непонимающе, удивленно. – А, кажется, понял. Не о Тсунаеши-куне ли ты часом? Мукуро вздохнул, стараясь ничего не сломать из-за раздражения. - Да, о нем. Так что ты знаешь? Какие есть варианты лечения? Босс Мельфиоре ухмыльнулся. - Допустим, я знаю, как можно вылечить Тсунаеши-куна. Но зачем мне это говорить тебе, Мукуро-кун? – Как можно приторнее промурлыкал он в трубку. - А что тебе нужно взамен? - Ха? Мукуро-кун, так не интересно. Ты совсем-совсем дурак? Конечно, я знаю, что ты без проблем отдашь свою жизнь за Тсунаеши-куна. И он так же за тебя. Но вам не надоело? Бессмысленно жертвовать своими жизнями ради друг друга, будучи неспособны прервать эту бесконечную цепочку. Ску-у-учно, - разочарованно проговорил Джессо. Следом послышалось шуршание пакета и довольное чмоканье любителя маршмеллоу. - Если не моя жизнь, то что? - Мукуро-кун тако-о-ой ску-у-учный! Я просто хочу услышать правду – зачем тебе нужно возвращать Тсунаеши-куна в сознание? – ведь гораздо проще сейчас «сделать» из него того, кого ты хочешь видеть. Сейчас, пока он не знает твоих ошибок. Разве нет? Иллюзионист устало выдохнул и прикрыл глаза, потерев переносицу. Это разговор утомлял его, одновременно выводя из себя. - Если ты не можешь этого понять сразу – не поймешь и сейчас. У меня нет корыстных целей на этот счет. Мне нужен МОЙ Тсунаеши Савада. Тот, который жил все детство в Виндиче, а после длительное время в НАШЕМ с ним доме, в Японии. Тот, который еще помнит все события, помнит те эмоции, чувствует то же, что и я. Ты это хотел услышать? – Спокойным тоном проговаривает он, ожидая ответа. - Да, Мукуро-кун, пожалуй, это то, что я хотел. – Смеется Джессо. – Время мне ответить на вопрос? – Рокудо тихо «угукает» в трубку. – Твой ответ ближе, чем тебе кажется. Это «иллюзии». А если конкретно – «настоящие иллюзии». Подумай и быстро догадаешься, - еще громче насмехается Бьякуран, прощаясь и скидывая вызов. *** Савада устало вздохнул. Он так и просидел там, на балконе, еще несколько часов после ухода Рокудо, в надежде, что тот вернется. Это было крайне наивно, потому что у того есть важные дела. Из состояния прострации шатена вырвало настойчивое урчание желудка. Гонимый голодом, он без проблем отыскал уже знакомую кухню. В комнате были три человека – два его Хранителя – Дождя и Грозы – и какой-то парень чуть младше них с короткими волосами цвета охры. Тсунаеши, слегка дрожа, двинулся к холодильнику, опустив взгляд вниз и стараясь не привлекать внимание. Хотя, как босс может не привлечь внимание? - Добрый день, Десятый Вонгола. – Махнул рукой Ламбо. Вроде так его зовут. - Йо, Тсуна. Ты сегодня припозднился. – Улыбнулся Такеши. Его шатен хорошо помнил после первого дня, после амнезии, когда они с Гокудерой все крутились вокруг него, убеждая, что все будет хорошо. - Здравствуйте, Тсуна-ни! – Пропел тот самый, незнакомый, парень. Тсунаеши выдавил улыбку и аналогично кивнул, приветствуя всех. Он не знал, чем занимался последние годы, но явно не учился готовить. Максимум, что оставалось в голове – омлет. Им он и занялся, чувствуя любопытные взгляды за спиной. Наверно, не часто босс занимался этим. Тем более на глазах у других. - У меня есть просьба. – Полушепотом начал Савада, не поднимая глаз и не поворачиваясь ко всем. – Вы можете рассказать мне, каким был Тот Десятый Вонгола? Меня интересует все – характер, привычки, отношения с другими, семья, прошлое. Кажется, окружающие задумались. - Знаешь, Тсуна, лучше тебе спросить Мукуро. – Нашел ответ Такеши, продолжая наблюдать за нехитрыми движениями Тсунаеши, что занимался сковородкой с шипящим маслом. Савада устало вздохнул. - Почему все, что касается меня, каким-то образом связано с ним? Это странно. Но все же, я хочу узнать это от вас. – И чуть тише: - Не хочу грузить Мукуро еще чем-то. - Да, ты точно наш босс, - смеется Ямамото. – Если хочешь – расскажу, но я знаю действительно не так много, как Он. Тсунаеши шумно выдохнул воздух, ставя на стол перед собой тарелку с горячим блюдом и присаживаясь на стул рядом со своим Хранителем Дождя. - Я буду рад, если вы расскажите мне все, что знаете. – Как можно мягче, улыбнулся он. Ямамото скрестил руки на краю стола и слегка наклонился вперед. - Пожалуй, начну с того, что Тсуна всегда был… нет, я даже не знаю, как это назвать. – Растянулся в улыбке он, осознавая свою беспомощность. – Вокруг него создавалась атмосфера уюта. Он улыбался всегда, когда встречался взглядом с друзьями, не важно, что твориться вокруг, но он поддерживал всех своей улыбкой. Всегда краснел от всего, что происходило вокруг, как невинный ребенок, чем любил пользоваться Мукуро. Он не умел врать – никогда даже не пытался. И, конечно, он безумно любил Вонголу. Не ту Вонголу, которую видят все другие семьи, но ту Вонголу, которая встречала его по утрам в этой комнате, за завтраком. – Такеши задумался, потирая переносицу. – Да, он был тем, за кем были готовы идти все. Можно сказать, что вся Вонгола и держалась на его улыбке. Савада неловко отвел взгляд. Все же это говорили о нем самом, но сейчас… сейчас это он, новый Савада, находится тут, хотя здесь должен быть Десятый Босс Вонголы, которого любили все. Это неправильно. - О прошлом Тсуны я знаю немного. – Он вдруг посерьезнел. – Как-то раз слышал, что его похитили от родителей еще в два года, а от врагов его спас Примо, отдав на попечительство Виндиче – вечным стражам порядка мафии. Дальше я знаю, лишь начиная с четырнадцати лет, когда мы с ним и познакомились. Но детство было самым важным в его жизни, я слышал об этом от Хром, ты обязан спросить у Мукуро. Да и он знает тебя, именно того тебя, которым ты был с самого начала, ближе всех. Шатен потряс головой, обреченно выдыхая воздух со стоном. - Да почему? Почему опять его имя мелькает в моей жизни? Почему он, именно он, был со мной связан? – Полушепотом спрашивает он. - Странно, да, Тсуна? – Усмехнулся Такеши, потрепав босса по волосам. – Вы всегда были вместе, не знаю почему. Начиная с момента, как мы с тобой познакомились, и, заканчивая секундой, в которую ты потерял память. Насколько мне известно, ваши отношения были чуть ближе, чем просто дружеские. Хотя, - он выдержал паузу, вспоминая что-то и улыбаясь, - не «чуть ближе», а гора-а-аздо ближе. Но я настоятельно советую тебе отправиться к самому Мукуро и спросить у него. Он ответит – я уверен в этом. *** Всю ночь Савада не мог заснуть. Его терзали мысли, грызли черепную коробку изнутри. Он не должен быть здесь. Здесь должен быть другой Тсунаеши Савада. Способный справиться с этим, способный дать этим прекрасным друзьям то, чего они достойны. Не он. А на утро… А на утро, в шесть часов, он услышал шорох гравия под колесами машины на улице, во дворе. Он знал, кто должен вернуться, и поэтому сорвался с кровати, чуть не запутавшись в одеяле, вниз, перепрыгивая через несколько ступеней за раз, тяжело дыша, споткнувшись об крыльцо и распластавшись на паркете в коридоре. Почему всегда, когда случается что-то важное, он спотыкается и падает? Наверно, это волнение. - Доброе утро, Тсунаеши-кун, - мягко раздалось над головой насмешливым голосом иллюзиониста. Савада расплылся в улыбке и собрался, приняв сидячее положение. - Доброе, - промямлил он, дрожащей рукой принимая помощь Хранителя, аккуратно поднимаясь и краснея от взгляда разноцветных раскосых глаз. Что там Такеши говорил о вечно смущающемся прошлом нем? Все-таки, они похожи. - Ничего не натворил, пока меня не было? - Это был первый вопрос Рокудо за время встречи. Неужели он такого мнения о нем, Саваде? - Я не ребенок, - буркнул Тсунаеши, демонстративно вздергивая носик и отворачиваясь. Вокруг шеи обвились руки, притягивая к себе. - Не ребенок он, как же. - Промурлыкали на ухо, но тут же отстранились. - Тебя что-то волнует? - Иллюзионист внимательно уставился в карии глаза, надеясь в них найти ответ. Шатен немного зажался. - Д-да. Расскажи, пожалуйста, о моем прошлом, Мукуро-кун! - Выпалил он, как на духу, вновь заливаясь краской даже до ушей.