Я и прочие неприятности

Часть первая « Прелюдия к апокалипсису» — Мы все умрем! – чересчур оптимистично заявила Ланка, впрочем, её можно понять, всё-таки, конец света наступит минут через десять, понятно, что нервы сдают. — Ну почему же все? – Мрак флегматично провёл ногтем по стене. – Я, например, выживу. — А смысл? — Гугрик свернулся клубочком и взирал на нас со вселенской тоской в глазах. — Мдаааа, — не смог поспорить Мрак. Все замолчали, сосредоточенно ожидая, когда же наши не слишком чистые души отправятся в рай. Хм, интересно, а вампиры и драконы после смерти тоже попадают в рай или ад? Или у них какая-то своя контора? Да уж, докатилась Руська, сама с собой разговариваешь, да ещё на такие философские темы. А что делать? Рыцаря на белом коне или, накрайняк, супермена в розовых лосинах по близости не наблюдалось, а значит, нашей компании так и суждено сгинуть в дебрях никому неизвестного мира, да ещё и заточенными (блин мы ж не карандаши для заточки), запертыми одним хитрож… не в меру смекалистым магом в башне! Умирать так было обидно, впрочем, умирать вообще было обидно. — Апчих! – выразил своё мнение мой непривычный к холодным и заплесневелым помещениям организм. — Будь здорова, – шмыгнул носом Гугрик. — А смысл? — передразнил его Мрак. Ланка в углу хлюпнула носом и разрыдалась… ну просто замечательно! И как я докатилась до такой жизни? То есть, смерти? Хотя как раз-таки понятно, всё началось с того, что бабуля влетела ко мне в комнату… *** Бабуля влетела ко мне в комнату, когда я этого меньше всего ожидала — в полшестого утра — и, светясь энтузиазмом (буквально), принялась меня будить. Пришлось открыть глаза и, найдя Аду взглядом, завистливо облизнуться – сегодня она выглядела как школьница-модель, т.е. молодая, фигуристая и как всегда безвкусно одетая. Да что б я в 670 так выглядела! Хотя мне бы для начала дожить до этих лет, или хотя бы до ста. — Руська, ты уже проснулась! – совсем не искренне изумилось это исчадие ада. Конечно, проснулась, попробуй не проснуться, когда твоё одеяло превращают в тонкую корочку льда. Но, говорить это Аде всё равно, что бодаться с танком табуреткой, поэтому я только согласно кивнула и уселась в кресло, готовая внимать речи верховной ведьмы. Ведьма не заставила себя ждать, набрав побольше воздуха в легкие, она «обрадовала» меня по полной. — К нам едёт Ланка! Я сейчас только получила от неё телеграмму. Завтра утром она будет в городе, сначала заедет к твоим предкам – моим деткам, а потом двинется сюда. — Уууууууууууууууу, – выразила я протест космическому абсолюту. Абсолют в ответ промолчал, зато Ада, приняв крик отчаянья за вопль радости, решила «дорадовать» меня до конца: — Ланка у нас поживет недели две, правда, я завтра отправляюсь на лысую гору, у меня там конференция на тему «Ведьмовство и профессиональный рост в условиях рыночной экономики», так что пару дней потусите без меня, ну да ничего, вы девочки большие, помагичите чего-нибудь, рога кому-нибудь прирастите или хвост, короче, найдете чем заняться. Протараторив все это, Ада скрылась за дверью, оставляя меня наедине с мыслью о самоубийстве. Ланка, она же Светлана Снежная была первой женой моего третьего по старшинству брата Клауда. Женился на ней Клауд случайно – перепил на какой-то тусовке и утром проснулся уже окольцованным. Впрочем, стоит отметить, что со Светкой он прожил счастливо долгие три дня, а потом они развелись. Казалось бы, какое мне дело до того, на ком женился брат, который старше меня аж на полтинник. Я сама думала, что никакого. Пока эта блондинка не появилась на пороге родительского дома, где в ту нежную пору я кантовалась. Ланка оказалась ведьмой, причём из той опасной категории — глупые, сильные и пышущие энтузиазмом… Три дня под одной крышей с этим наманикюреным чудовищем показали, что проделки братьев моих старших - это не худшее, что может случиться… И вот сейчас это чудовище приезжает в гости. Ууууууууууууууужас! Пристрелите меня тапком. *** — Марусь, может, тебе помощь нужна? – Ланка, покачивая своим четвертым размером, вплыла в кухню. — НЕЕЕТ! – вежливо отказалась я и для верности замахнулась поварешкой. Ланка жила у нас три дня и за это время жертвами её помощи стали: Прогоревшая (насквозь!) сковорода – 3 штуки. Кастрюля погнутая – 1 штука. Утюг покалеченный – 1 штука. Утюг сбежавший – 2 штуки. Это ещё не учитывая всю ту утварь, которая разбежалась по квартире и попряталась до отъезда Ланки. Единственная вещь, сохранившая спокойствие – моё приданное (да эту чертову сковородку даже Ланке ухайдакать не удалось, подлая чугунка дала сдачи…). — Лучше иди бельё с балкона сними и разложи по ящикам, — нашла я достойное и безопасное занятие для ведьмы-растяпы. — Ага, – качнула кудрями Ланка и смылась искать балкон, ну что ж, в бабушкиной квартире на это может уйти часа три, в зависимости от настроения квартиры (помнится я сорок минут искала туалет, пока не пригрозила, что вот прямо в коридоре открою филиал этой комнатки). Короче, несколько часов я была спокойна, пока откуда-то не раздался жуткий вопль. Вопила, естественно, Ланка, я, естественно, побежала на этот вопль и застала следующую сцену: старинный комод на пять ящиков жрёт бывшую жену моего брата. Из комода торчала филейная часть Ланки, за которую я и решила ухватиться, за что была одарена метким ударом пятки в глаз. «Значит, жива», — прокомментировал голос разума, ощупывая поврежденный глаз. «Ненадолго», — прошипела жажда мести, поняв, что синяк будет грандиозный. Получив по зубам, в ухо и челюсть, я, наконец, ухватила Ланку за кхм… лучшую её часть… Комод будто только этого и ждал: открытый до этого наполовину ящик выдвинулся полностью и… и уже привычный для меня тоннель черноты, по которому мы с визгом летим, я при этом продолжаю держать Ланку, а она машет руками, будто пытается взлететь. «Не поможет», — авторитетно заявил мой жизненный опыт. Да уж, с ним не поспоришь. Мне вообще пора прописку в межмирье давать, так часто я тут бываю. — Аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааай! — звуковая волна Ланки сошла на позорный писк, и прежде чем я поняла причину, земля чужого мира подло нырнула под ноги, тут же оттоптав босые пятки. О Ланке, приземлившейся в эту саму землю лицом, я предпочла малодушно забыть. *** — Кажется, именно такие ситуации Клауд называл полным писцом, – Ланка с интересом первоиспытателя-камикадзе тронула кончиком пальца острие копья, которое едва не упиралось ей в нос. Ах, да! Забыла сказать: нас, кажется, взяли в плен. — Ну что ты, это не полный писец, пока, – заверила я Ланку. – Вот сейчас придет их главарь и возьмёт меня в свой гарем шестнадцатой женой при седьмом шатре, а тебя пустит на опыты, вот тогда писец будет полный. Ланка замолчала, осмысливая сказанное. — А почему тебя в жёны, а меня на опыты? – шепотом. — Потому что! – рявкнула я так, что подпрыгнули и наши захватчики. Они, кстати, так, ничего, нормальные ребята, судя по виду, на людей похожи, только кожа цвета молодой листвы и семь пар глаз. На каждой голове. Ланка, кажется, собралась думать, а это значит, я сейчас останусь один на один с этими годзилами недомутировавшими. — Ланка, рыба ты моя отпергедроленная, колдани! Сделай уже что-нибудь, пока они нас реально не сожрали, – взмолилась я. — А что? — А что умеешь? — Ну, заклинание для роста волос знаю. — И всё?! — Для завивки! — Ещё! — Ещё для просушки вещей и поисковое, только оно на предметы меньше 5 метров в диаметре не действует. — Отлично! Сейчас мы отрастим им волосы. Потом окудрявим, и они будучи как звезды в шоке забудут о нас! Ланка, так твою раз эдак, а потом поперёк и этак, ты хоть что-нибудь путное знаешь?! – заистерила я. — Ну, знаешь ли, если не нравится, сама колдуй, – обиженно крикнула бывшая жена моего брата. — Могла бы, уже наколдовала, – тоскливо протянула я. Полный тоски вздох у нас получился синхронно. Видя такую неподдельную покорность судьбе, аборигены несколько отодвинули копья от наших носов. Бежать, впрочем, всё равно не получалось. Обидно. — Слушай. А это заклинание, оно как, волосы только, в определенном месте отращивает или везде? – решила поддержать я беседу. Ланка посмотрела на меня как на психа. — Как повезет, – наконец, созналась она. — А… На этом диалог закончился. Некоторое время мы молчали, потом в мою гениальную голову пришла гениальная мысль. — Слушай, Ланка, есть идея. Я сейчас озвучиваю одно заклинание, а ты его повторяешь и вкладываешь силу. Может, что-нибудь и получится. Вообще-то, заклинание призыва ведьма моего уровня знать не должна. Ведьма моего уровня вообще ничего мощней бытовой магии знать не должна, но я как-то не спросила мнения общественности, когда залезла в бабушкин гримуар, и сами виноваты… Заклинание призыва было длинным, как имя самого высадного препода, и заковыристым, как интегральное уравнение, поэтому мне пришлось его сначала повторить раз пятнадцать, но поняв, что Ланка его хорошо, если вообще когда-нибудь выучит, ещё и читать по слогам, а эта горе-ведьма (привет, нас уже двое!) повторяла за мной. Что из этого должно выйти, страшно представить, по правилам такое заклинание нужно читать на одном дыхании с правильной расстановкой ударения, а не спотыкаясь через два слога и матерно ругаясь на третьем. — Альхом ин твоюзаногуроук, – закончила Ланка. — Вот теперь полный писец, – заявила я то ли Ланке, то ли в раз потемневшему небу. В ответ небо выкинуло со своих просторов что-то витиевато матерящееся. — Ну, и какого ежика пушистого я здесь делаю? – спросил подарок неба, отплевавшись от земли (да, у преземления лицом вниз есть свои минусы)… Часть вторая «Я нечаянно!» *** «Полный писец», как выяснилось, был попутно и королём Вампиров, Мраком – одним из моих немногих друзей и собутыльником Ады. Впрочем, моей дружбы и авторитета Ады явно не хватило для того, чтобы положить миниатюрную армию аборигенов, захвативших нас. Нет, вообще–то, Мрак мужик сильный и магичит не в пример мне и Ланке, в чём собственно вся проблема и заключается… — Вы, курицы доморощенные, как заклинание читали?! – закованный в цепи вампир не оставлял попыток придушить хотя бы одну из этих куриц. А мы что? Мы ничего, ну подумаешь в чужой мир вытащили, силы вампирьей лишили (мы не специально! Мы так больше не будем). Ещё и в плен неизвестно к кому по нашей милости попал. А крику, будто мы у него любимую корову украли! — Ладно, я вас позже придушу, а сейчас просветите меня, что вообще происходит, – обвис на цепях Мрак. — К Аде приехала Ланка! — И? — Нас съел комод! — Комод? — А потом окружили зеленые человечки этого мира. — Кхм… — И тут мы поняли. Что можем только отрастить волосы и удавить их кудряшками. - В осадок выпали и Ланка, и Мрак. — А потом мы решили прочитать заклинание, и пришел ты, – добила я несчастного носферату. — В общем, мы нечаяно, – забила последний гвоздь в психику вампира Ланка. Мрак засмеялся так громко и искренне, будто он не в плен попал, а с друзьями байки травит. Кажется, это называют истерикой. — Руська, вот скажи мне, почему за пять лет нашего знакомства я влипал в такие истории, что потом и рассказать кому стыдно: решат, белая горячка. — История - это не худшее, во что можно влипнуть, – пожала плечами Ланка. Наше трио заткнулось, обдумывая этот философский вопрос. — А может, ещё раз заклинание прочитаем? – невинно предложила я и порадовалась, что Мрак так хорошо привязан, а то удавил бы точно. — А что, давайте все вместе, – поддержала Ланка. Мраку "как меньшинству" пришлось смириться и читать заклинание вместе с нами... *** — А ты уверена, что правильно выучила заклинание? – придушено зашипел вампир. — Конечно, нет, — праведно возмутилась я. – Во-первых, это было семь лет назад, во-вторых, я очень торопилась, пока Ада не запалила. Мрак закатил глаза и грохнулся в обморок прямо на бронированную тушку дракона. Ах, да! Я уже сказала, что на этот раз мы призвали дракона? Нет? Ну вот говорю, совместное творчество вампира и ведьм—неудачниц переместило в камеру лазурного дракона Гугрика. Тот, оглядев нашу компанию и особенно меня, немедленно закатил по-кошачьи желтые глаза и рухнул в обморок. Откуда я знаю, что дракона зовут Гугрик? Ну, так мы уже встречались, впрочем, это не важно, важно то, что камера явно не рассчитана на размещение одного в меру упитанного дракона. Первыми перенаселения камеры не выдержали цепи, удерживающие Мрака, с легким звоном они лопнули, и тот оказался погребен под драконом. Потом капитулировали стены, на которых болтались мы с Ланкой. А потом прибежал местный авторитет. — Вашу мать! – совсем не по-злодейски высказался рыжий парнишка лет шестнадцати и нервно взъерошил волосы. — Ты кто? – перешла к допросу Ланка. — Я – Санксус. Великий Колдун и Правитель этого мира. – пафосно заявил парнишка. — Ага, Саня, значит, – перевела на простой русский язык Ланка и задумчиво уставилась на свой испоганенный маникюр. – И зачем же ты, Саня, приличных нелюдей в темницу сажаешь, мы к тебе понимаешь ли на экскурсию приехали, а ты нас вот так варварски по стенам развешиваешь? К концу монолога Ланка поняла, что помимо маникюра порвала джинсы и любимую майку… «Ну, всё, теперь паренька ждёт персональный апокалипсис», — мстительно прогнозировал жизненный опыт, который знал: для гламурных блондинок внешность святое, и за неё они хоть черту глаза выцарапают. «Угу, причём не только от Ланки», — мстительность наблюдала, как Мрак, наконец выбравшийся из под дракона, разминает руки. Сверхспособности сверхспособностями, но набить морду Мрак и без них может. — Бей гада! – завопила я и первой кинулась на рыжего, но по пути споткнулась о Гугрика, который все ещё имитировал шланг, и Ланка с Мраком пробежали вперед по моей тушке. Малолетнего волшебника мы гоняли по всему замку часа два, пока не загнали в лабораторию, а Гугрик не прикрыл дверь своей мордой. Собственно, кроме морды в лабораторию ничего не влезло. — Ну, всё, потерянное звено эволюции, теперь тебе кранты, – Мрак поднял ближайшую колбу и швырнул в рыжего. — С чего это потерянное?! – тот ловко отклонился от колбы, но ударился носом о книжный шкаф. — Потому что сейчас я тебя в порошок сотру и по ветру пущу, – свирепствовал вампир, демонстрируя набор колюще-кусающих клыков. Санксус совсем не мужественно взвизгнул и, взлетев, вцепился в люстру. Мы так не могли, поэтому принялись азартно швырять в него, чем попало. Как итог у рыжего появился маленький пушистый хвостик и ослиные уши. Кидались мы долго и азартно, кажется, совсем позабыв о причине. Так продолжалось до тех пор, пока я не разбила о филейную часть волшебника маленькую светящуюся хренотень. Как только осколки брызнули на пол, замок хорошенько тряхнуло. — Дура! — завопил с потолка мальчишка и принялся по этому самому потолку расхаживать, периодически дергая ушами. – Ты хоть понимаешь, что разбила сердце мира?! И теперь нам всем конец. На меня уставились четыре пары глаз. Ну да, знаю, сердце мира – это жизненная сила всех живых существ в этом мире, если хотите, душа мира, и если её повредить, последствия будут ужасны, а если разбить, то наступит конец света… — Упс, – я шаркнула ножкой, думая, что теперь бить будут меня. — Вы психи!!! – заявил парень и, создав телепорт, скрылся в нём. Мы остались одни, в чужом мире, без малейшей надежды на спасение. Капец! — Я, кажется, застрял, – пророкотал Гугрик и посмотрел на всех нас полными печали глазами… *** — Мы все умрем, – чересчур оптимистично заявила Ланка, впрочем её можно понять, всё-таки конец света наступит минут через десять, понятно, что нервы сдают. — Ну почему же все? – Мрак флегматично провел ногтем по стене. – Я, например, выживу. — А смысл? — Гугрик свернулся клубочком и взирал на нас со вселенской тоской в глазах. — Мдаааа, — не смог поспорить Мрак. Все замолчали, сосредоточено ожидая, когда же наши не слишком чистые души отправятся в рай. Хммм, интересно, а вампиры и драконы после смерти тоже попадают в рай или ад? Или у них какая-то своя контора? Да уж, докатилась, Руська, сама с собой разговариваешь, да ещё на такие философские темы. А что делать? Рыцаря на белом коне или на крайняк супермена в розовых лосинах по близости не наблюдалось, а значит нашей компании так и суждено сгинуть в дебрях никому неизвестного мира, да ещё и заточенными (блин мы ж не карандаши для заточки), запертыми одним хитрож… не в меру смекалистым магом в башне! Умирать так было обидно, впрочем, умирать вообще было обидно. — Апчих! – выразил свое мнение мой непривычный к холодным и заплесневелым помещениям организм. — Будь здорова, – шмыгнул носом Гугрик — А смысл? — передразнил его Мрак. Ланка в углу хлюпнула носом и разрыдалась… ну, просто замечательно! И как я докатилась до такой жизни? То есть, смерти? Хотя как раз таки понятно, всё началось с того, что бабуля влетела ко мне в комнату… — Точно! — Я вскочила с пола, который до этого усиленно протирала задом. – Нужно связаться с Адой! Кажется, мою идею не оценили. Или я как-то не так поняла мрачные взгляды в мою сторону. — И как же ты собираешься это сделать? Пошлешь ей почтового голубя? — Зачем? Позвоню, — под изумленные взгляды я вытащила из кармана мобильник и быстро натыкала знакомый номер. Длинные гудки, это хорошо… — Роуминг по всем мирам специально тариф подбирали, а то меня по жизни куда-то не туда заносит, – пояснила я вытянувшимся лицам и морде. — Я вас внимательно слушаю, – как всегда с легкой угрозой в голосе поздоровалась Ада. — Бабушкаааааааа! Спасиииии нааааас! – заорала я в трубку. – Нас комод проглотил и сейчас наступит конец света. Вот, - для выразительности я шмыгнула носом. Ада только вздохнула и, пробормотав то ли ругательство, то ли заклинание, отключилась. — Ну вот, теперь всё будет хорошо, – порадовала я до сих пор вытянутые мордашки и плюхнулась на пол. Эпилог. — А всё—таки интересно с чего на Ланку комод напал? – я прихлебнула чай и уставилась в окно. — Ну, вообще-то, я хотела заклинание для глажки использовать, чтобы вещи в комод сложились сразу отглаженными, – Ланка покраснела и уставилась в свою чашку. Язва, таскавший из вазочки печенье, подло заржал. — Ланк, ты, когда в следующий раз приезжать соберешься, напиши сначала мне, а потом Аде. — Зачем? Хочешь, первая со мной встретиться? – распахнула та глазищи. — Нет. Свалить куда подальше...