Where the Streets Have No Name

- Неужели ни разу за два года ты не подумала о них больше, чем о боссах? Неужели за все это время туров, церемоний и праздников ты не поняла, что стала чем-то большим, чем просто ассистенткой? – спросила меня Эмма, стараясь прочесть ответ заранее у меня на лице. - Послушай, - я поставила чашку с латте на стол. – Нет. Я привыкла работу исполнять на «отлично» и отделять ее от личной жизни. 30 Seconds To Mars – мой работодатель. Все. - Но мы же столько пережили… - У меня органайзер и весь ВВ, забитый информацией о каждом. Я знаю, Эмма, сколько. Это моя работа. - Ты довела его своим пофигизмом. - Знаешь, он принял меня на работу! - вспыхнула я. – На работу и не больше! А делить с вами горести и радости - извини! Я нагло врала, что не хотела бы делить этого с тем, кто стал мне практически всем. Не было друзей, родители живут далеко… Я отдалась работе, будучи второй после Эммы для группы и лично Джареда Лето как актера. Но я не воспринимала их как друзей или приятелей. Да, мне правда плевать на происходящее в их жизни. - Я не понимаю, - призналась Эмма. – Ты не человек. Они же как родные… - Тебе. Я пришла сюда за деньгами и опытом. Сама помнишь. Женщина потупила взгляд в пол – именно она привела меня за руку на порог братьев Лето как «мне срочно нужна помощница, Джаред!». И он сдался. Теперь же все сыграло против него самого. Против их всех. Свою работу я исполняла исправно. - Помню. Но твоя реакция… «Поздравляю!» - это все, что ты сказала? На звонок «Эш, я выиграл «Оскар!»? - Да, потому что в тот момент улаживала дела с… - Это пик его актерской карьеры! - И что? - А как MTV? Ты тогда просто обняла их и уехала! - Да, я планировала их же тур дальше, - напомнила я. - Поразительно… - закатила Эмма глаза к потолку. – Это просто поразительно. - То, что они – просто работа? – спросила я, глядя на свое отражение в чашке. - Надеюсь, ты понимаешь, что с этой секунды уволена? – прошелестел за моей спиной голос Джареда. Честно? Нет. Но я не забочусь об этом. За день до этого. - Эшли Стивенс, 30 Seconds To Mars. Щелк – и передо мной открылась дверь в «Страну чудес» - компания, организовывающая голдены. Я должна проверить, все ли готово к концерту в Финляндии. Быстрым шагом направляясь в отдел, я смотрела в зеркала вдоль коридора. Черные кеды, джинсы, майка, на которой смешно подпрыгивала подвеска в виде кота, сумка почтальона на плече, черные волосы, заплетенные в небрежный пучок, очки… Как будто в здание проникла девочка-подросток. На самом деле, мне 26, и я работаю ассистенткой вышеупомянутой группы и, если брать как актера, то Джареда Лето лично. Уже два года я познаю этот бизнес, летаю по миру и простым «Эшли Стивенс» открываю практически любую дверь. Стремилась ли я оказаться на этом месте? Нет. Я не слушала их музыку, кино и театрам предпочитаю танцы и до этого получила диплом переводчика. Все началось из-за моей мамы, которая дружила с матерью Эммы. Нас просто познакомили, как говорится, в нужное время и в нужном месте. А на следующий день я уже смотрела в глаза Джареда Лето и слушала его «да». - Представься, - попросил меня высокий худощавый мужчина без бровей и во всем черном. - Эшли Стивенс. - Я Джаред, - он протянул мне руку. – А это Шеннон и Томо, - он указал в сторону, но я не посмотрела. - Эш хочет увидеть мир, иметь возможность пообщаться с разными людьми и не прочь помочь мне с документами и проектами. Я немного ввела ее в курс дела, кажется, я нашла нужную мне кандидатуру, - вставила слово Эмма, и я обернулась, умоляя ее прекратить. - У меня непростой характер. Будь готова в час ночи прилететь и налить мне стакан воды или в четыре утра перелететь из Китая во Францию. К тому же, придется проштудировать юриспруденцию и право, научиться разбираться в кино и… Сколько языков ты знаешь? - Шесть, - сказала я. - Шесть, отлично. И вести деловую переписку. Будь частью команды. - Берешь? – спросила Ладбрук. - Давай, - согласился Лето. – Без испыталки, сразу к делу. - А контракт? – спросила я, и Джаред болезненно поморщился. - Не считай меня диктатором, но, скорее всего, ты – временное решение. Зачем условности? Я буду платить тебе, Эшли, не сомневайся. Контракт привяжет тебя, а это не нужно ни тебе, ни нам. - Верно, - сказала я, пожимая протянутую мне руку. Раскачивая ногой в такт песни AFI в моем айподе, я проверяла все данные по Финляндии. Мой ВВ, лежащий между страниц органайзера, затрезвонил, и я, резко дернувшись, ответила Эмме. - Ты привезешь ему смокинг? Детка, я не успеваю, - сказала мне девушка. - Конечно, адрес, - попросила я и зажала телефон между ухом и плечом записывая координаты. - Рик, все верно! – крикнула парню я. – Пока! - Сегодня у твоего босса Оскар? – спросил он. - Да, - сказала я. – Пока! Рик хотел сказать еще что-то, но у меня не было времени на болтовню. Вылетев из офиса AIW я запрыгнула в свой внедорожник и поспешила по адресу. Все эти два года я вот так мотаюсь по поручениям, езжу в тур с ребятами, иногда посещаю церемонии. Кажется, без меня и салфетки не положат на стол Лето – звонки достали, как и факсы, письма, скайп… У меня вообще-то есть нормальная работа – я перевожу статьи американских журналов на другие, «зеркальный журналист», за которую мне платят втрое больше, чем Марсы, но работать с ними – это видеть мир, быть всегда на чемоданах и познавать новое. Мне нравилось это, как и вечный недосып, бардак в квартире и постоянное метание по городу. Я чувствовала себя важной и крутой. Проснулась – на работу – спать. Вот так я жила два года. И это устраивало меня. *** - Вот твой смокинг, - я повесила его на спинку стула на кухне. – Привет, Тэрри, здравствуйте, миссис Лето, - поприветствовала я всех в комнате. - Привет, Эш, - лучезарно улыбнулась мне Констанс. – Как дела? - Хорошо, спасибо. Джаред повернулся ко мне, поправляя пояс на халате. - Спасибо, Эшли. Посмотрела? – голубые глаза выжидающе долго смотрели на меня. - Нет, - призналась я, и Тэрри хмыкнул. – Прости, занята была. - Что ж, твое право, - немного раздраженно сказал Лето. – Попрошу Эмму тебя разгрузить на два часа для «Далласского клуба покупателей». - Ага, - кивнула головой я, открывая меню ВВ. – Хлоя просит тебя позвонить ей. А мне пора, простите, - сказала я, выныривая из гущи событий. Да хоть сто Оскаров, я не спала всю ночь! - Привет! – Шеннон чмокнул меня в щеку.- Не обращай внимания, он нервный. - Я в курсе, - улыбнулась я. Мой приятель – Ше. Только с ним я могла перекинуться парой фраз «ни о чем», попить кофе и пожаловаться, но это случалось крайне редко. Он был еще одним моим боссом, и я знала это, поэтому нарушала субординацию редко. - Не посмотрела ни одного фильма с ним, хоть и ведешь дела как актера? Бывает, - улыбнулся мужчина. – Как тебе это удается? - Я читаю сценарий и говорю с агентами, - раскрыла секрет я. – Кстати, передай Эмме, что голдены готовы. - Она у стилиста. - Я знаю, поэтому прошу передать. - Едешь спать? – карие глаза скользнули по сумке на плече. - Да, ты прав. - Ну, выспись. Ты отказалась поехать с Эммой на Оскар, поразительно. Самая странная девушка из всех, что я знаю. - Это субъективная награда, Шеннон, как и Глобус, и прочие. Просто мы считаем кого-то лучшими, а они – что-то еще. Так что… Но удачи, это же репутация, - рассудила я. - А какое кино смотришь ты? - Арт-хаус! – я уже открывала дверь – на дисплее высветилось напоминание «Позвонить Томо насчет новой аппаратуры, срочно». – Пока! *** Я разлепила глаза, безуспешно пытаясь найти телефон под подушкой. Он трезвонил как больной уже в третий раз. - Алло, - прохрипела я, утыкаясь лицом в подушку. - Я! ВЗЯЛ! ОСКАР! – проорал в трубку босс. - Поздравляю, - ответила я, стараясь уцепиться за сон, чтобы как можно скорее туда вернуться. - Что? - Поздравляю, говорю. Гудки. Просто гудки, но я чувствую, как кто-то мысленно протирает мои кости молотком. *** Сейчас - Надеюсь, ты понимаешь, что с этой секунды уволена? - Джаред! – оборвала его Эмма. - Что? – синие глаза внимательно смотрят на меня. – Эшли, ты больше не работаешь с нами. Я поднялась на ноги и ошарашенно посмотрела на Лето. - И больше не будет звонков, туров, поездок? Ничего из этого? - Да, именно. Я не знала, почему не радовалась этому. - В чем моя вина? - Тебе Эмма объяснила. - С самого начала это было работой, и я справлялась. А то, что творится в вашей жизни – не мое дело. - Да? – он дернул головой. – А меня вот заботило, что с тобой творится вне работы. И я думал, что за два года ты преодолела этот барьер. - Как именно? Ты сразу сказал, что это работа и не более. - Ну, так вот отпускаю. Я подошла вплотную к мужчине и спросила, становясь на носочки, заглядывая в его злые глаза: - Так скажи мне, зачем было быть большим, чем работа, если и ее не осталось? - Кто тебе не давал этого? Быть нашей частью? Я не знала, что сказать. - Собирай вещи, - и он покинул мой кабинет в Марс-лаб. Эмма ушла следом. Может быть, это было шоком, но я тут же принялась складывать в первую попавшуюся коробку все – вот рамка с фото, где я, Марсы и Эмма на пляже в Италии, вот книга, которую мне подарил Джаред. Внутри лежал цветок сухого шиповника, который Лето-младший прикрепил к моим волосам, вручая этот сборник стихов, ни разу не читанных мною. Вот дисконтные карты на покупку любимого кофе Ше, вот их ключи от дома… Я выложила их на стол. - Эй, кто ты? – Джаред всегда спрашивал мое имя, и это задевало меня. - Я Эшли. - А я тебя не знаю. Кто ты? - Джа, ты в кайфе от шоу, все понимаю. - Девочка-робот, посмотри, как прекрасен этот гребаный мир! Неужели ты не хочешь обнять нас? Меня? Эмму? Ты так много для нас сделала, не хочется отдачи? - Ты платишь мне. Тишина. Я оборвала все. - Эшли, идем плавать! – зовет меня Шеннон. - У меня еще три звонка по концерту, - я падаю на шезлонг с нетбуком. – Нет, спасибо. - Эй, идем! – он хватает меня на руки. – Скорее к волнам! - Мистер Лето, опустите меня на землю! – кричу. - Ханжа закомплексованная, здесь нет боссов! Откройся миру! - Отпусти меня, я не разрешала меня лапать! И он опускает, разворачивается, и уходит. Это же работа, нельзя ближе. Не надо. Я сама поставила эти рамки. Я отнеслась к этому как к работе, которой больше нет. Забросив остаток вещей в машину, я пошла за своими вещами. Джаред давно уехал, а Эмме пришлось отправиться по моим бывшим делам. Мне жаль ее, столько всего придется снова разгребать одной. - Привет, Эш! – поздоровался Шеннон. – Куда едешь? - Меня уволил Джаред. - Постой… - он сжал мои плечи, держа на вытянутых руках перед собой. – Стоп. Как так? - За то, что отношусь к вам как к работе, а не как к друзьям. - Ну… Это твое право. - Вот именно. Так что… Всего хорошего! – я села в машину. Как жаль, что я больше не увижу его. Их. *** Квартира стала пустой, а ВВ мертво молчало в стакане с карандашами – отключила, ведь дел больше нет. Наспех дописывая имеющиеся у меня документы, я заказала курьера и, вручив ему пакет, отправила все к Эмме. На почте висело письмо от Тэрри. Фото. Вот Джаред прижимает меня к груди рукой и кормит брокколи, а я смеюсь. Вот Шеннон вырывает из моих рук палочки, а я говорю, когда и где его ждут на интервью. Я так боялась стать их частью, допустить мысль, что мы можем быть ближе. Но мне не надо. Хватило уже. Я просто работала. Я просто ассистентка. И мне правда было плевать. По ящику снова крутили Оскар. «… Спасибо моему брату, самому лучшему старшему брату…» «Спасибо Эмме и Эшли…» Что? Перемотать. Эмме. И. Эшли. Стук в дверь. - Ты все объяснишь мне, черт побери! – и Джаред, грубо отодвигая меня от двери, врывается в квартиру. За два года он первый раз приехал ко мне домой. Первый раз. - Я вызову полицию. - Неужели. Его голос меня бесит - и это первое чувство к бывшему начальнику. Неужели ты сейчас не должен быть на «Артефакте», а после ехать к «Той, чье имя не узнают папарацци и той, кем пахнет моя постель»? - Ты мне никто. - Это я слышал. А теперь правду. И только ее, Эш.