Where the Streets Have No Name

Я всхлипываю, и с губ срывается стон. Прижатая к мокрой груди, я целую лицо и губы мужчины, зажмурившись, потому что его руки, обхватив бедра, методично насаживают меня на плоть Лето, которую возбужденное тело, раскрепощенное алкоголем, принимает с тройной дозой эйфории. Глубоко, там, где, кажется, перекрещиваются все мои нервы, он оказывается снова и снова, быстрыми толчками врываясь внутрь и покидая меня. Губы, однажды знакомые. Я кусаю их, выдыхаю в них, стону… Я сошла с ума, я просто вычеркнула весь мир. – Эш… – хрипло, надрывно… Я чувствую ускорение, и знаю, что скоро последует разрядка. Перед глазами картинка, как с меня срывали вещи, как я сама, и от этого завожусь еще больше, села на Джареда, направляя в себя. Упал с лестницы, потеряла сознание? Давайте закончим вечер большой ночью долгого секса, иначе никак. Я знаю, что он – мой босс. Я знаю, что это уже не официально. А еще мне хорошо, я пьяна и плевать на все вокруг. Пара движений – и я взорвана в его руках, закрываю глаза, и из горла вырывается почти нечеловеческий крик облегчения, как будто я только что освободила себя от чего–то, быстро растрачиваю силу, отдаюсь Джареду, сжимая его волосы в кулаках, натягивая их, прислоняясь к шее, где пульсируют артерии… Жарко. Я знаю, что сделала только что. Знаю… Ранее Мне хотелось лечь как можно ниже, чтобы сдавливающая горло жара ушла, но я лишь беспомощно закрыла глаза, отдаваясь темноте. – Надо бы тебя на улицу вынести, здесь жарко… – голос начальника, который я узнаю в любом состоянии, заставляет на миг открыть глаза. Я схватила Лето, возвышающегося надо мной и сияющего как начищенный цент, за руку и прошептала: – Джаред, мне плохо… – Бледная, мокрая… Здесь жарко. Есть идея бросить тебя здесь, мы же не на работе. – Моей смерти желаешь? – О, это слишком дешево, милочка. Мучайся со мной. Он стоит не шевелясь, а я держу его за руку. Мне страшно. Я боюсь смерти в затхлом клубе Европы, в крови много спиртного… Я хочу открыть глаза, но не могу. – Это будет моим «спасибо», – резко поднимая с дивана мое обмякшее тело, Джаред идет куда–то, но мне плевать – я хватаюсь двумя руками за расстегнутую рубашку и ловлю его дыхание. Действительно кажется, что я умираю, пока на меня удивленно не смотрят одинокие звезды мегаполиса, пока холод на отнимает тепло Лето у меня – я на улице. Я спасена. В легкие медленно проникает кислород, заставляя мысли проясниться, и я сопротивляюсь в руках мужчины. Джаред опускает меня на асфальт, все еще прижимая к себе. – Что ты здесь делаешь? – я сняла туфли и села на асфальт, тяжело и часто дыша. – Мало полетов? – А тебе – спиртного? – Пофиг, – махнула рукой я, глядя сквозь волосы на улыбающегося Лето. – Пришла в себя? – Да. – Разум прояснился? – Да. – Алкоголичка, поехали в отель, не хватало еще сплетен. – А о чем думал ты, цепляя девушек в клубе? – О разрядке. – Ясно, – я встала с земли, отряхивая платье. – Такси проще вызвать, чем поймать. Тыкая пальцами по клавишам, я с горем пополам набрала простой номер с билборда перед нами и, когда желтая машина через минуту остановилась у черного входа в клуб, я забралась на заднее сиденье и легла на удобную поверхность, постанывая от радости. – Куда едем? – спросил таксист. – Сюда, – я протянула ему картинку нашего отеля с рекламки, взятой на ресепшене. – И вас? – водитель указал на Лето возле себя, который беспомощно пожал плечами. – И это, – ответила я, не зная, правильно ли звучит по–русски знакомая мне комбинация слов. Алкоголь в крови заставлял меня засыпать. Ноги ныли от танцев и я, закрыв глаза, немного развела бедра в стороны – было плевать на все вокруг – мне жарко везде, и я с радостью бы выпрыгнула из этого платья. Стягивая декольте как можно ниже, я понимала – платье мокрое от пота, липкое и соленое. Оно больше не пахнет духами, а просто мной. Я случайно столкнулась с черными от темноты глазами Джареда – он повернулся в пол–оборота на сиденье и просто смотрел. – Отвернись, – сказала я. – Чулки, платье откровенное… Умру, но пересплю с кем–нибудь, да? – спросил ехидно Лето, прекрасно понимая, что водитель нас не понимает. – Умру, но пожалуюсь на говнюка–начальника, – ответила я, интуитивно понимая все за один взгляд еще раз. Глаза мужчины чернеют не от темноты, да и я часто дышу не из–за жары… Я вмиг представила вид себя – воздымающаяся грудь, чулки уже показывают своё кружево, непроизвольные стоны–выдохи. Я все понимаю. Глаза раздели Джареда до того состояния, в каком я видела его недавно и, сжав руки в кулаки, я закусила губу и повернулась к нему спиной. Меня парализовало на миг, когда рука Лето коснулась моей талии. – Тебе лучше? – Тебе же плевать. – Давай притворимся, что нет. – Это твое дело, ибо все это время ты играл «босса–пофигиста», я знаю, что не плевать. – Умная самая? – разозлился Джаред. – Приехали. Протянув водителю деньги, он быстро вышел из машины и поспешил в отель. Я же, едва оторвавшись от сидения, взяла с коврика туфли и, поправляя волосы, побрела к себе в номер, забирая у полусонной девушки на ресепшен ключи. Я с третьей попытки вставила ключ в замок и положила пальцы на ручку, чтобы наконец упасть в ванную и смыть с себя все тяготы этой ночи, как вдруг тепло и тяжесть – эти два ощущения сбили мое дыхание. Горячие пальцы проскользили от талии к бедрам, проникли под платье… Джаред прислонил меня к двери еще сильнее собой, и я вжала ладонь в стену. – Тш… Не сопротивляйся… – М… – я откинула голову на его плечо, понимая, что падение неизбежно. Злость, алкоголь, чувство, странное и тупое… Я просто стояла, чувствуя обжигающие нервы прикосновения. Пальцы Лето как будто случайно задевали кружева танго, и я с большим усилием убрала его руку, заставляя волны возбуждения уйти. – Иди к черту. – Уже… – сказал Джаред и резко повернул меня к себе. Нельзя было сдаваться, не стоило пить, но все… Поздно. Я позволила себе поцеловать его, я сорвала рубашку, прислоняясь губами к теплой и вкусно пахнущей коже. Удивившись этому, Лето на миг прекратил доминировать, даже прекратил искать руками застежку платья, и я, поднявшись на носочки, укусила его за губу, а потом поцеловала, чувствуя вкус крови. Я не контролировала себя, я не знала, что больше всего хочу сделать – отомстить за все плохое или просто расслабиться. Использовать или быть использованной?.. Путаясь в руках и ногах, мы ввалились в его незапертый номер, и я отключилась от всего. Сейчас Лето целует меня, и его язык обжигает мой. Прижимая меня к себе, Джаред покидает мое тело, и дрожь по коже заставляет меня вернуться в реальность – трясет от эйфории дискомфорта из–за потери контакта. – Вот так, – он укладывает меня на живот, умещаясь сзади, прижимая за выпрямленные в коленях ноги к постели. – Отлично, – и вот мужчина прислоняется к моей спине, целует вдоль позвоночника, сжимает рукой мою грудь. Ничего не остается, как только вцепиться в прутья кровати пальцами и кусать свою собственную руку – мне хорошо, мне так хорошо… – Эшли… – мурлакание, стон, и это нравится мне, я возбуждаюсь. – Ты просто сука… Что ты делаешь со мной? С нами?.. – Что… – хриплю от новых волн наслаждения. – Сломайся уже… Истерика… Я жду ее. Мне нужны твои слезы, твоя покорность, твои чувства. Я хочу видеть твою заботу, как сегодня вечером, я хочу знать, чем так плох и не заслуживаю твоего внимания. Просто открой мне этот секрет… Я люблю познавать мир. – Неважно… Не скажу… – Попробуй, – он приподнимает меня за бедра над постелью, и я хочу упереться в нее коленями, но Джаред не позволяет. – Просто прогнись немного… Он снова устраивается между ног, снова ложится на меня, целуя в шею, и я закрываю глаза. Проникновение, новое и глубокое, уже привычный темп, только теперь его тело скользит на мне, волосы Джареда рисуют на моем мокром лице хаотичные узоры, губы исследуют шею, а пальцы, перемещаясь от груди к животу чуть приподнимая, сжимают кожу. Я знаю, что он может дать мне еще больше – подаюсь бедрами навстречу, позволяя проникнуть еще дальше, взять еще больше. Почти нечеловеческий темп, равно как и наши крики. Снова и снова отдаюсь ему, забываю о гордости. Потому что знаю, какой Джаред настоящий, а не актер, который сейчас и всегда с того момента рядом. Это не любовь или влюбленность – месть. Мы мстим друг другу, используя наши тела как инструменты, обращая одно из таинств любви в порок. Снова взрыв, ослепление… Зачем я это сделала? *** Я открыла глаза, когда на улице разлился рассвет. Лето поспешно натягивал джинсы, пересекая номер. – Вставай быстрее, – заметив меня, поторопил Джаред. А чего я, собственно, ждала? Что он бросится ко мне и предложит мировую? – Не хочу. – Эшли, не время сейчас, – Лето набросил на плечи рубашку. – Ну же. Сердце странно жало, к горлу подступили слезы – я ненавижу его так же сильно, как и хотела вчера. Я слышу шаги и успеваю обронить «Ты кого–то ждешь?» перед тем, как на пороге комнаты появляется Шеннон. Еще не заметив нас, он бросает ключи на комод и замечает брата. А потом и меня. Мы были в его номере, это понятно по лицу. Сердце бешено стучит. Эпичнейшая немая сцена.