Гаражи и граффити (рабочее)

POV Tom В субботу и воскресенье у мамы был выходной, поэтому утром, когда я соизволил встать с кровати и пожаловал на кухню, на плите готовился прекрасный завтрак в виде яичницы с ветчиной и гренками. -Наконец-то нормально поем! – возопил я, повиснув у мамы на шее, отчего она чуть не упала. -Томми, тише, не забывай, что ты уже выше меня вырос, - засмеялась она. -А, точно, - согласился я, а потом улыбка с моего лица пропала, и я уселся за стол с унылой рожей. -Время-то летит... -Ешь давай, иначе Гордон проснется!- мама поставила передо мной сковородку с завтраком. Отчим тем временем валялся в зале. По выходным обычно он устраивал настоящую синьку со своими приятелями, поэтому я заранее планировал, как бы удачнее улизнуть из дома, и чем заниматься до ночи. А еще лучше – найти у кого переночевать. Мама изо всех сил старалась контролировать, чтобы Гордон не приводил в квартиру своих друзей, однако это удавалось не всегда, а заканчивались все эти дружные мужские посиделки обычно драками и выбитыми дверьми, не говоря про такие мелочи, как разнесенная вдребезги посуда, сорванные занавески и едва не устроенный однажды пожар. Наша соседка ужасная баба Фёкла не раз грозилась вызвать полицию, но я надеялся, что она этого не сделает, ее же первую и упекут за самогонный аппарат на кухне! Я бы никогда о нем и не узнал, если бы однажды, когда ужравшийся Гордон подпалил наш балкон и весь дым полетел в окно к бабке, она не начала бы носиться по лестничной клетке с воплями, типа: спасать от пожара самогонку, баллоны со спиртом!... Ох уж это бабка! -Мам, а давай старые фотографии глянем? – попросил я. Мама нахмурилась, уж слишком часто я доставал ее этим вопросом...уже третий раз за лето. Старые фотографии и ценные бумаги, как ни странно, хранились именно в моей комнате, потому что только там они были наиболее защищены в тех случаях, когда Гордон рылся повсюду в поисках заначки. Папу я почти не помнил, мне было примерно четыре годика, когда он ушел от нас, или даже меньше. Со слов мамы, отчима и родичей, у меня складывалась некоторая картина всего произошедшего – мама развелась с папой около двенадцати лет назад, причем, что меня злило, основной причиной развода стали козни родственников, которые на дух не переносили Йорга, то есть моего родного отца. Ну а через год он погиб в автокатастрофе. -Мам, - начал я серьезный разговор, постаравшись выглядеть как можно солиднее. -О чем хочешь спросить на этот раз? Надеюсь не о том, о чем всегда? -Мам, мне просто интересно, скажи, да или нет. У тебя же было два ребенка? Симона перевела взгляд на окно. -Да, Том, два сына! Ты и твой брат-близнец. Только я прошу тебя, не будем поднимать эту тему больше! Я поерзал на стуле. -Мам, а он жив сейчас? -Все, хватит. Мне пора идти. -Куда идти, у тебя выходной же! – крикнул я, вскакивая вслед за мамой и тут же наступил на свою же сползшую штанину, - он тоже погиб в тот день, скажи! Или нет? -Да, Том, да, ты сам ответил на свой вопрос. Это все? – с болью в голосе спросила Симона, и я скис. И почему нельзя мне все было рассказать, я же, наверное, имею права знать это! Было ли мне грустно? Пожалуй нет, все равно я не помню ни отца, ни братика, я просто теперь знаю сам факт того, что они когда-то были. И вообще, мама могла и ошибаться, раз они с Йоргом и его родственниками порвали все отношения. -Мам, можно последний вопрос, а это кто? – спросил я, поймав маму в коридоре и протянув ей фото, которое нашел в семейном альбоме, спрятанное под другими фотографиями. На нем был изображен папа с каким-то другим парнем, оба в одинаковой спортивной форме, совсем молодые, веселые и беззаботные, и по всему было понятно, что они хорошие кенты. Прямо как мы с Гео! Мама мельком взглянула на фото, и я был уверен, что она прекрасно поняла, о чем идет речь! Но мама пожала плечами. -Не знаю, Томми. Ну вот, отлично. Хотя я чувствовал, что меня обманывают, ну или что-то недоговаривают. На обратной стороне была подпись: «1986, от Дэвида, на память о соревнованиях!», но маме я говорить об этом не стал, она же мне не говорила о близнеце. Тем более, папиных фото у нас так мало, что она наверняка знает историю каждой, раз не выбросила их. И, возможно, этого Дэвида она тоже знает. Хлопнула входная дверь, мама не сказала, куда она пошла и скоро ли вернется. Я был предоставлен самому себе, и поэтому тут же отправился наводить марафет. А что его наводить, собрать дреды в хвост, одеть кепку, кроссовки, схватить рюкзак – и я уже готов к выходу! Выбегая из подъезда, я едва не врезался в бабулек, устроивших там какие-то разборки. Я уже собрался поскакать на остановку, но ко мне потянулась корявая клюка. -А ну стой, куды собрался! – прохрипела злобная бабка Фёкла, - и не стыдно, а? -Чё? – не понял я, чувствуя, что пора подавать сигналы SOS. -А вот я в полицию звонить собираюсь, они-то вам покажут, а? Позвонить? -Да что опять! -Ты посмотри на него! – гневно воскликнула какая-то бабка, подойдя к нам. Остальные бабуси, кряхтя, слезли со скамейки и теперь надвигались на меня грозной стеной. И только дедулька по имени Шуроп остался на лавочке читать газетку и кушать соленую рыбку. -Да он наркоман, я иглы в подъезде видела! -И на чердаке стены все расписал! Он туда дружков-алкашей водит! -А вы сами-то чего на чердаке шарились? – спросил я, пытаясь незаметно удрать, но Фёкла вцепилась в мой рукав. -Куды собрался? Ты мне тут не дерзи! -Отпустите! – заверещал я, - на Тома напали! Тут Фёкла мне разъяснила свою предъяву. -Вы мне квартиру затопили, наркоманы! Весь ковер испортили! Я схватился за дреды. -Бабушка Фёкла, как мы могли вас залить, если мы живем с вами на одном этаже! -Знаем мы вас, по вам тюрьма плачет! – гневно завопили бабки, а особенно громко та бабка, которая жила над Фёклой. Я на нее намекнул, но она меня чуть не придушила. -Да мы с Фёклой еще до стены на чай с грибом друг к дружке ходили! Это вы Фёклу со свету сжить хотите! -Отпустите, я опаздываю! – заныл я, воткнув в одно ухо наушник и слушая любимый рэпчик, особенно смешно он звучал в те моменты, когда бабки что-то ляскали своими ртами. Я заржал. -А что, залило кого-то? – вдруг сообразил дед Шуроп, - так это я вчера дрелью трубу сверлил, и случайно просверлил, так и думал, зальет нас здесь и все! Бабий бунт отхлынул на меня и перекочевал на дедульку. -Так вот кто по утрам сверлит и спать не дает, а! -У меня давление! -Какого ты вообще коммунальные трубы сверлишь, старый хрыч? Дедулька оправдывался. -Оох, ну мне стружка-то нужна была, чтобы радиоприемник спаять, понимаешь? Радио Маяк слушать-то, хорошее радио такое... Я поскорее вставил в ухо второй наушник и вприпрыжку, пританцовывая, направился к остановке, чтобы сесть в душную жаркую потную парилку под названием автобус. В мою веселую дредастую голову приходили всевозможные мысли про то, как было бы круто иметь брата-близнеца. В этот день мне очень повезло, листовки требовалось раздавать не на жаре в тридцать градусов, а в прохладном центре, рекламки Макдака, Сабвея и вообще фудкорта. Я гордо занял свою позицию, заметив, что на меня из каждого бутика косятся охранники, но я-то здесь был на законных правах! Несомненно, их бесил мой внешний вид, но это только их проблемы. Раздавая буклеты, я поглядывал на свое отражение в стеклах, представляя, что внезапно встречу точно такого же парня, как две капли воды похожего на меня, такого же репера в гигантских шмотках, со светлыми дредами на голове, карими глазами и тупой улыбкой. Я аж просиял от таких мыслей, прикидывая, как здорово можно бы было разыгрывать всех вокруг, рисовать граффити в ближайших дворах, а также мстить вредной бабе Фёкле за все ее коварные проделки! Потом мне стало печально от того, что этим мыслям никогда не сбыться. А потом я просто разозлился. Да ведь каждый хотя бы раз в жизни мечтал о двойнике, а у меня он БЫЛ по-настоящему. И эти скользкие слова, что он, якобы, погиб...Не верю. Мне захотелось поскорее закончить с листовками и заняться расследованием, хотя я абсолютно и не подозревал, за что хвататься в первую очередь. -Знакомая рожа! – раздался сзади меня голос Георга, и вскоре мой дружище уже стоял передо мной. -Что ваша светлость здесь забыла? – спросил я, хотя на самом деле знал прекрасно, что Георг устроился работать на лето в салоне сотовой связи через дорогу. -Пожрать, - ухмыльнулся Жора, - дай мне листовку, похаваю со скидкой! Жора выхватил у меня сразу четверть стопки, но в этот раз это не ускорило мою свободу, поскольку от меня требовалось не раздать определенное количество листков, а проторчать здесь до определенного времени. -Слушай, Гео, - серьезно начал я, улыбаясь людям и протягивая им буклеты, поскольку охранники пырились на меня уж слишком строго и недовольно, - как найти человека? -Нуу...смотря зачем. Решил морду кому-то набить? -Нет, я просто братана хочу отыскать. -«Брат, ты только держись, мы рядом!» -Причем тут эти пацанские цитаты, я серьезно! Жора улыбнулся. -Вот как ты нас не ценишь. Чем тебя твои друзья-то не устраивают? Я сначала возмутился, что Георг такой тупой и не умеет читать мои мысли! А потом вспомнил, что я его в свои семейные проблемы не посвящал, и решил наверстать это упущение. Мы поднялись на фудкорт, заняли столик, Жора сделал заказ в Маке и приготовился слушать мою печальную историю, а я и рад был ему лапшу повесить на уши. Собственно, моя просьба заключалась в том, чтобы помочь мне найти этого Дэвида с фотографии, с которым, видимо, близко дружил отец. Жора как программист, задрот и айтишник высшего уровня, сказал, что попробует, и временно конфисковал у меня старую фотографию. Когда долгий и нудный рабочий день закончился, и я вышел на улицу, было уже не слишком жарко, и я с наслаждением подставил лицо порывам ветра. Вот такое лето я люблю, как бы хотелось, чтобы всегда было такое время суток! Мы отправились домой к Георгу, и там Жора одел очки и принялся усердно колотить по клавиатуре и кликать мышью, сказав, что постарается разобраться с Дэвидом. Он также включил детектива, принялся выяснять, что за спортивная форма на фото, какие соревнования были в 1984, и так далее, а мне, чтоб я бесцельно не лез к нему под руку и не завешивал дредами весь обзор, вручил свой старенький нетбук. И я решил времени не терять, а занятья самым главным – поиском близнеца. Ну а что, я оптимист, поэтому я не собирался верить, что брата у меня больше нет. Интересно же! Но я сам не был уверен, что нужно делать, чтобы его отыскать. Часы летели быстро, я пересмотрел всех парней с фамилией Трюмпер в социальных сетях, попробовал искать по дате рождения 1 сентября 1989 года, но ничего похожего найти не смог, хотя потратил уйму времени. Тогда я пошел по другому пути и вбил фамилию своего отца - Каулитц, пересмотрев всех учеников разных школ нашего городка, а их от силы было штук тридцать, я имею ввиду школы. Но меня ожидала пустота. -Жора, как успехи? – спросил я. Георг не отвечал, сосредоточенно клацая мышью. Я встал, похрустел всеми костями и подошел к открытому окну. На улице уже почти стемнело, и теперь фонари освещали пыльные густые кроны деревьев прямо под окнами. Как же хорошо Жоре жить в такой уютной чистой квартирке, это совсем не похоже на мой бомжатник! На стене висели всякие постеры, вырезки из журналов, а еще записи самого Гео, и одна из них гласила: «Никогда не сдавайся, выход рядом» -Слышишь, это правда? – спросил я. Жора кивнул, даже не оторвавшись от монитора. Значит выход действительно рядом? Я оглянулся на выход и заметил там зеркало, возле которого сразу же оказался и принялся кривляться. Потом принял надменную позу, подмигнул отражению и представил, как все девушки при виде меня будут таять и влюбляться с первого взгляда...Только почему же это не происходит? И тут я понял тайный смысл записки Георга! Выход рядом, это значит, что у меня под рукой тот самый инструмент, о котором я просто не догадываюсь. Точно! Это же тот факт, что теоретический брат мне не просто брат, а близнец! Близнец, это значит мы как две капли воды похожи! Вот она, зацепка! Я внимательно присмотрелся к отражению. Там в полумраке виднелся парень в широких штанах, которые бесконечно приходилось подтягивать, и такой же огромной футболке. Но самый главный признак Моей Светлости – это же...это же дреды! Точно, и в школе, и во дворе Тома узнают в первую очередь по моим ненаглядным дредам! Ответ был найден, и я в восторге понесся обратно за комп, едва не навернувшись. -Ты чего забегал? – удивился Жора, но я сурово ответил: -Меня нельзя отвлекать! Жора засмеялся, а я принялся вбивать в поисковике парикмахерские нашего города, сообщества в соцсетях – любые места, где могли бы общаться люди, обладающие дредами. Ведь дредастые – это особый вид, мы любим и бережем наши прекрасные патлы, и готовы часами обмениваться фотками и обсуждать все тонкости техники плетения и ухода за дредлоками. Я еще хотел провернуть ту же тему с пирсингом, но сообразил, что, во-первых, пирсинг практически у всех имеется, а во-вторых, возможно мой брат не стал бы прокалывать губу, хоть это и странно! Ну а вдруг не захотел и все! Радость замаячила перед глазами, а вдруг действительно?! Вдруг совсем скоро я познакомлюсь с парнем, как две капли воды похожим на меня? Сколько же проделок мы сможем провернуть вместе,ммм...!