Правдивые дороги лжи...

Гроттер с нескрываемым удовольствием осмотрелась у себя в кабинете. Ей здесь отчаянно нравилось, к тому же, Таня прекрасно понимала, что место получила просто замечательное. Он показался ей каким-то необычным, изнутри пышущем свободой и чем-то крайне непонятным для девушки. Рыжеволосая с любовью рассматривала шкафы, доверху забитые книгами - здесь их было два, расставленных по обе стороны от массивного дубового стола, более свойственного для кабинета мужчины. Ей хотелось сейчас же открыть створки и внимательно рассматривать каждый из неизвестных пока что, запыленных столов. Таня знала, что все эти книги явно неинтересные, а в большинстве случаев содержат в себе что-то вроде очередной отчётности, но всё равно никак не могла сдержаться. Ей и вовсе слишком нравилось здесь - нравилось абсолютно всё. Таня любовалась на пушистый ковёр, который напоминал о чём-то далёком и приятном, и хотелось сесть на него прямо в платье, водя ладонью по пушистому ворсу. Особенный восторг вызывал стол, доверху заставленный бумагами, которые следовало перебрать. Таня не ожидала, что будет настолько рада работе - ведь нет человека, который желал бы заниматься всем этим... Впрочем, она всегда была ненормальная, а сейчас работа казалась не просто привлекательной, а и вовсе гениальным выходом из её не слишком замечательной ситуации. Среди всех секретов Гроттер могла поделиться ими только с одним существом - со своим кабинетом. Он не мог разговаривать, не мог ничего выдать, и девушка чувствовала себя защищённой здесь, словно находилась в родном доме. Настроение резко поднялось, и рыжеволосая вновь улыбнулась сама себе. Казалось бы, что это не на неё свалили все горы работы, которую так сильно запустил Семь-Пень-Дыр, что подвёл несоизмеримое доверие королевы и едва ли не предал её! Она вновь выглянула в окно и задумалась. Уже наступил вторник, и сегодня Бейбарсов вновь всучил ей кучу папок, которые следовало перебрать и перечитать, но Таня совершенно не злилась на него. Она была уверена в том, что Глеб совершенно не желает ей зла и не пытается заставить девушку буквально захлебнуться в горах бумаг. Таня самодовольно улыбнулась, наблюдая за тем, как пинками проводили к самим воротам Семь-Пень-Дыра. Тот кричал о том, что служил верой и правдой, но прислушиваться к нему не стали. - Жаль всё-таки, что его не приговорили к смерти, - Гроттер вновь перевела взгляд на собственный стол и с удовольствием провела ладонью по его деревянной поверхности. – И Бейбарсова заодно. Глеб ей нравился, но это не значило, что Таня относилась к нему хорошо. Нет, девушка видела в нём слишком серьёзного соперника, который мог бы привести к неожиданному завершению её недолгой, пока что, карьеры. Гроттер же, в свою очередь понимала, что всё, что только она будет делать, пройдёт через руки Бейбарсова, и ни один документ не выскользнет из этого замка, пока министр магии не поставит под ним свою подпись. К тому же, Таня опасалась странного договора. Она понимала, что всё это было сказано только устно, и никто не заставит её подписывать никакие бумаги, но всё равно боялась того, что у Бейбарсова теперь появилась над ней дополнительная власть. - Как же тебя переиграть? – спросила она сама у себя и прикрыла глаза, пытаясь представить, как хорошо ей будет властвовать здесь. И вправду, Ягуна давно следовало отпустить, и даже не пытаться хотя бы немного околдовать его – Таня относилась к нему, как относятся к любимому шуту королевы. Ну что поделаешь, если у Ягге такое непутёвое существо живёт под боком и упорно пытается сделать что-то не то? Она, впрочем, не особо раньше и посылала потоки магии в сторону Ягуна, нет, наверное, это было обыкновенной реакцией на любого человека, который мог быть для неё лишним, а по причине собственной глупости превратился в союзника. Внук королевы был не слишком умён, и поэтому многие пытались крутить им. Таня стала просто одной из тех, кто смог это сделать. Но... Пусть бы и женился на принцессе Екатерине – Таня была совершенно не против и не понимала, почему Ягун так отнекивался. И вообще, она специально на него волшебство направляла только тогда, когда просвещала ауру, и это не было приворотом. Послышался стук в дверь, и Гроттер недовольно содрогнулась. Она была уверена, что пришёл не Бейбарсов, потому что тот вошёл бы так, безо всякого предупреждения, даже не подумав о том, что вообще, надо было бы попросить разрешение войти. Может быть девушка вообще раздета? Нет, это не было её спальней. И для того, чтобы отправиться к себе в комнату, Тане требовалось пройти по веренице путанных коридоров, но она всё равно не видела ничего хорошего в бесцеремонности со стороны Бейбарсова. Нет, убить его было просто нереально, да и девушка не собиралась это делать. Победить – тоже достаточно сложно, особенно если учитывать природу дара Глеба, выставить из замка – невозможно, потому что уж слишком его любит королева. Но Бейбарсов мог быть и хорошим союзником, на что Гроттер отчаянно надеялась. - Войдите! – воскликнула она, всё же надеясь на то, что к ней заглянул на огонёк министр магии. - Госпожа Гроттер… Сначала в дверях показались ромашки, после – взлохмаченная светловолосая голова, а потом проскользнул и сам парень, молодой и какой-то слишком худощавый, для представителя интеллигенции. - Иван, - недовольно протянула Таня, пытаясь спрятать собственные чувства за вежливой улыбкой. – Как я рада вас видеть, герцог Валялкин! - О, герцог я только пока, - немного неуверенно пожал плечами парень. – Если уважаемый министр магии не лишит меня этого звания, - он содрогнулся, вспоминая с явным недовольством о Бейбарсове. - Он тяжёлый человек, - согласилась Таня. "Понизил бы тебя до пастуха, - промелькнуло у неё в голове. - И казнил бы за пропавшую овцу, я была бы только счастлива!" - Да, согласен. Иван, даже не спрашивая разрешения, осторожно присел на стул, который предназначался для посетителей. Таня хмыкнула. Подобная наглость ей не понравилась – девушка считала, что Иван не проявляет достаточного уважения ни к ней, ни вообще ко всему королевству, и всё искала поводы для того, чтобы выставить его за дверь. - Герцог, вы что-то хотели? – усаживаясь в собственное, гораздо более комфортабельное кресло, спросила Таня. Сегодня уже можно было не переживать о косых взглядах. Зная, что видеть ей придётся разве что подчинённых, Таня не стала долго думать и одела то платье, которое казалось ей вообще неимоверно закрытым. Оно не обнажало ни руки, ни грудь, ни вообще какую-либо часть тела, что заставляло Гроттер довольно кивать и улыбаться при взгляде на себя в зеркало. К тому же, платье было идеально серого цвета, до такой степени мрачного, что многие вообще сначала поймали себя на мысли о том, что у министра финансов сейчас какой-то траур. Гроттер же не соизволила ответить на этот вопрос, лишь недовольно хмыкнув тогда, когда она услышала его. На платье не оказалось ни единой оборочки, ни единой складки, и поэтому было достаточно странно то, что Таня одела его в достаточно солнечный и приятный день, но она в свою очередь отчаянно пыталась избавиться от слишком уж назойливого мужского внимания, которое давно уже надоело девушке. Опять - Называйте меня просто Ванька! – вдруг радостно сообщил парень. – Так мне будет намного приятнее, честное слово! - Нет, я не имею права, - отрицательно покачала головой девушка. – Я не собираюсь обращаться к Вам, как к Ваньке. Герцог недовольно пожал плечами. Совсем недавно он подслушал разговор между Бейбарсовым и Таней. И сейчас, он решил использовать его, словно какое-то доказательство: - Но ведь с министром магии, Вы общаетесь спокойно. Корме того, обращаетесь к нему на "ты"! – это показалось для Валялкина столь важным фактом, что он даже достаточно гордо улыбнулся. - Он попросил меня об этом, - кивнула Гроттер. – Но он выше по званию и может предлагать мне всё, что угодно, и это всё равно прозвучит как приказ! А Вы - нет, не можете отдавать мне приказы. - Я герцог, - отметил вдруг Иван. - Да Вы можете быть кем угодно, но если я прекращу финансирование вашего дела от государства, и решу, что Вы просто дали Семь-Пень-Дыру нужного размера взятку. И вот в тот момент всё ваше герцогство закончится в стенах небольшого поместья, которое у вас останется, - промолвила с некоторым достоинством Таня и довольно улыбнулась. Она считала, что Валялкин действительно позволяет себе слишком многое. Разве она вообще разрешала ему говорить о герцогстве или о чём-либо другом? - И всё же, может быть, на "ты"? – с надеждой поинтересовался Валялкин. - Товарищ герцог, я попрошу вас покинуть мой кабинет! – приказным тоном заявила Таня, - иначе я позову слуг и потребую, чтобы вас и вовсе выставили из замка! Таня взяла в руки папку с неимоверно скучным отчётом за прошлое десятилетие, предоставленное каким-то очередным шпионом, и принялась внимательно его читать, хотя раньше никак не могла заставить себя даже посмотреть в текст. Она была уверена, что отчёт окажется слишком скучным, но вдруг поняла, что это куда интереснее, чем общение с местными вельможами. - Вы всё ещё здесь? – холодно поинтересовалась она. - А если я предложу Вам выйти за меня замуж? – заинтересованно спросил Иван. – Вы тогда станете герцогиней! - Да хоть графиней, - пожала плечами рыжеволосая, а после, отложив документы, вдруг промолвила. – А если я вдруг выйду замуж за принца и стану королевой, то сразу же прикажу отрубить Вам голову. - А Ягун уже делал предложение руки и сердца? – вдруг настороженно поинтересовался Валялкин, явно ревнуя. Гроттер неуверенно пожала плечами. На самом деле она совершенно не собиралась соблазнять принца и становиться королевой – Таня вдруг поняла, что это будет для неё слишком скучно. Да и вообще, то и дело вспоминался поцелуй Бейбарсова. Какой-то странный, непонятный, мимолётный, но уже тогда обжигающий. Министр Магии стоил гораздо большего внимания, чем сам принц. - Нет. Но если вы сейчас же не покинете этот кабинет, то я лично сделаю предложение плахи и палача! – вдруг послушался чей-то ревнивый голос, и Таня, подняв глаза, увидела Ягуна. – Мамочка моя бабуся, Ванька, с каких это пор ты начал соблазнять министров? Так сходи к Бейбарсову, его пособлазняй, может, он и выгонит тебя с этого замка, чтобы ты к себе наконец-то поехал! Прекрасно зная, как Глеб и Иван ненавидели друг друга, внук Ягге знал, как пригрозить Валялкину. Ему не нравилось, что его лучшие друзья вот так относились к подобному обществу и не понимал почему, но… С Ванькой можно было повеселиться, побегать где-то и похохотать около зверей. А к Бейбарсову он мог бежать сразу же, как видел какую-либо проблему. Именно это и заставляло Ягуна предпочитать компанию Глеба. - А ты что, ревнуешь? – недовольно поинтересовался Валялкин, покосившись мимолётно на Таню, будто бы она и вправду была невестой принца. - Я прямо зверею! – возмутился Ягун. – Может, и ревную, да только это ты обещал со мной съездить в своё герцогство ещё вчера, а сейчас, я жду тебя у кареты уже полчаса, пока ты строишь Татьяне глазки! Он весело улыбнулся, посмотрев на Таню, и подмигнул ей, словно подсказывая, что он явно обманывает Валялкина, лишь бы избавить Гроттер от его общества. - Разве сегодня? – удивился Иван, который планировал переезжать обратно домой только завтра, но, поймав недовольный взгляд принца, поспешил на выход. Ягун же вальяжно подошёл к Гроттер, взял в руки отчёт и пробежался по нему взглядом, узнавая путанный почерк Семь-Пень-Дыра. - Министр магии лучше, - вдруг сообщил он. - Что? – удивилась Таня. - Министр магии лучше, - повторил Ягун. – Если ты станешь женой этого, то он моментально отберёт у тебя работу. А вообще… Он хочет десять детей, - и, довольный разоблачением, парень хихикнул и выскользнул за дверь. Гроттер неуверенно пожала плечами, и вдруг задумчиво провела пальцами по подбородку, а после прикоснулась к прохладной ткани собственного платья, как раз в том месте, в которое её целовал Бейбарсов, и содрогнулась. Почему она до сих пор помнит каждое прикосновение? Таня внимательно осмотрела кабинет, который вдруг перестал казаться ей таким прекрасным. Шкафы бездумной грудой громоздились вокруг, окно было на всю стену, и с него дуло так, что хотелось завернуться в какую-то шаль, несмотря на жару на улице, а бумагами оказалось завалено всё вокруг. Странно, ещё несколько мгновений назад всё это казалось замечательным, прекрасным, но сейчас неизвестными наборами бумаг и ненужных предметов валялось вокруг девушки и превращалось для неё в самый настоящий кошмар. Она вновь скользнула глазами по некоторым стопкам бумаг, которые показались ей теперь слишком ненужными и неважными, в который раз осмотрела дубовый стол, до того массивный, что давил на голову, а потом решила, что больше всего на свете ненавидит свою работу. Даже персидский ковёр, по которому Таня так осторожно ступала своими чистыми туфлями, сейчас раздражал, потому что кто-то умудрился пройтись по нему грязными сапогами – ну, естественно, ведь Валялкин после конюшен навещать её пришёл. - Кузя! – громко позвала девушка своего слугу, и дождавшись, пока тот появится, уверенно заявила. – Кузя, убери здесь всё, вычисти мой ковёр, а после, почини замок на дверях, потому что меня достали постоянные гости здесь! Довольная тем, что хотя бы отдала приказы, Таня вихрем вылетела из собственного кабинета, отправляясь на обед и радуясь тому, что ни принца, ни Валялкина там не окажется…