Правдивые дороги лжи...

Таня вздохнула, открывая, в который раз, дверь перед Бейбарсовым и спокойно пропуская его вперёд. Это что-то ненормальное, наверное – то, что она позволяет ему находиться рядом с собой - но бороться сил совершенно никаких нет. - Привет, - усмехнувшись, поздоровался Бейбарсов, устраиваясь по привычке в кресле, которое принесли Тане в комнату совершенно недавно. - Рада тебя видеть, - хмыкнула Гроттер. – Только вот здороваться не вижу смысла, ведь мы всего несколько часов назад вместе танцевали. Ты, к слову, обещал мне принести то самое зелье! Между прочим, я устала ждать! Глеб лишь скривился и протянул Тане пузырёк, наблюдая за тем, с какой жадностью девушка схватила его, сжимая в собственных тонких смуглых пальцах. Почему-то только сейчас у Бейбарсова вдруг промелькнула мысль, что он где-то раньше видел её, ещё несколько лет назад – она тогда не позволила рассмотреть своё лицо, но руки… Нет, Глеб словно видел перед собою, как точно эти же пальцы, тонкие, музыкальные, сжимают что-то с такой силой, что это нечто, едва ли не разламывается пополам. Где он мог раньше видеть её руки? - Кто ты? – вдруг, поднимая голову, спросил Бейбарсов. - Ты что, с дуба упал и регенерировать разучился? – удивилась Таня. – Я – Татьяна Леопольдовна Гроттер, увы, в будущем Валялкина, надеюсь ненадолго, министр финансов. - Это я знаю, - отрицательно покачал головой Глеб. – Это все знают. Но кто ты на самом деле, Таня? Гроттер хмыкнула, а после, словно пытаясь его даже немного испугать, вдруг резко наклонилась вперёд, упираясь ладонями в перила кресла, и протянула: - Я – твои слёзы и кровь, некромаг, и беда тебе, если твоё зелье не подействует. Глеб натянуто улыбнулся. Почему-то ему было не слишком-то и весело – потоком ревности ударило в голову осознание того, что Гроттер всё-таки станет женой Валялкина, этого ненормального человека, которому интересны исключительно зверушки и то, будет ли его жена самой честной и праведной в этом мире. - Иди ко мне, - прошептал Бейбарсов, положив руки девушке на талию; Гроттер внимательно посмотрела на него сверху вниз и лишь легонько ударила по ладоням, явно пытаясь продемонстрировать сопротивление. - У меня, господин некромаг, всего лишь через неделю свадьба! – воскликнула девушка. – И поэтому я не вижу никакого смысла продолжать целоваться с вами, господин, и по ночам составлять вам увеселительную компанию. - Девушка скрылась за дверкой шкафа, явно пытаясь что-то отыскать, а после вышвырнула из своего укрытия очередную белую тряпицу. – К счастью, я хотя бы целую неделю не буду видеть своего будущего мужа, потому что желание убить его порой становится просто невыносимым! – Рыжеволосая радушно улыбнулась. – Знал бы ты, насколько он противен… - Я это замечаю и без всяких напоминаний, - язвительно отозвался Бейбарсов. – А у тебя уже есть свадебное платье? Таня хихикнула. Валялкин присылал ей какие-то свои варианты, вероятно решив, что раз он герцог, то имеет на это полное право, но Таня лишь отбрасывала их в сторону. - Мне это надоело, - наконец-то промолвила она. – Все так ждут моей свадьбы, будто бы это я – внучка Ягге, а не Ягун, её ближайший родственник. Почему так? Почему столько внимания? - Потому что свадьба Ягуна и Кати после, через несколько месяцев, а твоя уже вот-вот будет, - пожал плечами Бейбарсов. – Просто смирись, любовь моя, и попытайся не обращать внимания на всевозможные слова и всё прочее. Запомни: ты будешь его женой только на бумагах, и то ненадолго. - Я верю тебе только потому, что ты слишком уверенно об этом говоришь, - недовольно отметила Таня. – А каково подтверждение? Что ты можешь мне пообещать, чтобы я наконец-то имела полное право верить тебе на слово? Ты ведь вечно лжёшь, так почему сейчас не такой день? - Кто ты? – в третий раз спросил Бейбарсов. – Кем ты была? - У меня амнезия, - вдруг моментально помрачнела Таня, не собираясь отвечать на поставленный вопрос. - Валялкин считает, что вытаскивает тебя из трущоб. Он уверен, что герцогство для тебя – как манна небесная. Ответь только: да или нет? - А кто ты по званию? – спросила вдруг Гроттер, внимательно всматриваясь в черты лица Бейбарсова. – Кто ты? Не только ведь министр, верно? - Граф, но какая к чёрту разница? – возмутился Глеб. – Кто меня отсюда отпустит-то, а, если я вечный слуга своего замечательного народа? Таня рассмеялась. Она чувствовала это – девушка вдруг убрала руки от подлокотников кресла и закружилась сама с собой. Юбки её красного платья, которое Гроттер так и не соизволила снять, развевались и вновь создавали нечто подобное кровавым волнам – и девушка радостно улыбалась, хохоча. - Ты сумасшедшая, - хмыкнул Бейбарсов. - А ты почему-то со мной, несмотря на то, что я сумасшедшая! – используя привычную ей аргументацию, воскликнула Таня, а после вновь бросилась в пляс, словно пытаясь окончательно сойти с ума и так и не суметь больше нормально вести себя в относительно логичном обществе. Казалось, девушка попросту потеряла нить собственного сознания и теперь никак не могла вернуться в реальность. Внезапно Гроттер остановилась и подскочила к зеркалу, которое тоже появилось в её комнате не слишком-то и давно. Нет, раньше тоже было, но другое, не такое – а это казалось необыкновенно красивым для девушки. Таня всматривалась в золотую раму, минуя взглядом те места, где можно было бы увидеть собственное изображение, и неуверенно водила кончиками пальцев по великолепным узорам, что заставляли её удивлённо улыбаться. - Странно как-то, - прошептала она, скользя пальцами по холодной поверхности зеркала. – Почему такая дешёвая рама? - Ты хотела сказать – дорогая? – удивился Бейбарсов. Он, конечно, никогда не был бедным, и даже средним его достаток никогда никто не называл, но всё равно зеркало, рама которого была отлита из чистого золота, нельзя было назвать дешёвым. Каким угодно – вульгарным, некрасивым, но только не дешёвым. - Я сказала то, что хотела сказать, - пожала плечами рыжеволосая. – Это дёшево. Золото – это дёшево. Почему не алмазы? Почему не рубины? - Хочешь рубиновую раму? – удивился Бейбарсов. – Подарю тебе такое зеркало на день свадьбы – хочешь? - Нет, не хочу. Я хочу то, что принадлежит мне по праву. - Гроттер вдруг обняла его и прошептала тихо на ухо. – Бейбарсов, я тебя, скотину такую, люблю. А любишь ли меня ты? - Да, конечно, - кивнул Бейбарсов, не особо задумываясь над этим вопросом. – Я тебя люблю. Раньше это показалось бы для него слишком парадоксальным, но сейчас Глеб уже практически привык к непонятным ощущениям, которые то и дело одолевали его, стоило только остановиться рядом с Таней. Она сводила его с ума и прекрасно знала об этом. - Зачем ты позвала меня? – настороженно спросил Бейбарсов, словно что-то заподозрив. – Гроттер, что ты опять задумала? - Я? Ничего, - покачала головой Таня. – Я не хитрю, я всегда говорю правду. Таня вздохнула и села на край собственной кровати. Ей не нравилось всё то, что было здесь вокруг – девушка не понимала, почему вокруг всё настолько неухоженное, а герцог считает, что для неё честь – стать герцогиней. - Я не хочу за него замуж, - протянула уверенно девушка. – Я не хочу опять понижаться в звании! - Тогда откажись, - равнодушно промолвил Бейбарсов, в который раз натягивая привычную маску, которая обычно так сильно помогала ему. – Я ведь не прошу тебя становиться женой совершенно ненормального ветеринара со званием герцога! - Он говорит, что вот-вот получит графство в своё распоряжение. - Всё, что он может получить в своё распоряжение – это гроб! – скривился Бейбарсов. – Ты должна остаться со мной. - Я и так твоя, - отмахнулась Таня. – Расскажи лучше мне, как следует пользоваться этим зельем? - Таня, почему ты не хочешь пояснить мне, кем ты была раньше? – возмущённо поинтересовался Глеб. Раз уж он позволял этой девушке окончательно заполучить его сердце, то почему не имеет совершенно никакого права, никакой возможности узнать о том, кто именно она и что таит в себе? Может быть, это станет ключевым решением в их жизни? Может быть, это единственное, что может спасти Гроттер от нежелательного брака? Глеб вновь внимательно посмотрел на зеркало. Дешёвое? Нет, он никак не мог подумать так, но уже видел перед собою великолепную рубиновую оправу, в которой можно было отыскать вкрапления алмазов. - Ты была очень богата, если считаешь это дешёвой игрушкой, - пожал плечами Бейбарсов. – тогда зачем тебе Валялкин? - Он мне не нужен, - отрезала Таня. – Мне нужен ты, и только ты, но если уж не бросился тогда на колени с просьбой выбрать именно тебя, то давай, ускорься дорогой, сообщи мне наконец-то, как этим пользоваться! Тонкие смуглые пальцы. Зелёная вуаль. Рубиновая оправа. - Я тебя когда-то видел, - вдруг сообщил Бейбарсов. - Правильно, вот уж месяц ты меня регулярно видишь, - пожав плечами, протянула Таня. – Что тут удивительного, если мы, как бы мне не было неприятно это слово, любовники? - Нет, не в этом дело, - отрицательно покачал головой Бейбарсов. – Я видел тебя давно. Год… Даже два года назад. И ты тогда была кем-то. Гроттер недовольно повела плечами и поспешила отвернуться, совершенно никакого внимания не обращая на Бейбарсова. Глебу показалось, что она просто отмахивалась от него, но когда парень всмотрелся в столь родные черты лица, то осознал, что на самом деле девушка сильно побледнела. - Не вспоминай меня, - прошипела наконец-то Таня, повернувшись к Бейбарсову и схватив его за воротник рубашки. – Если ты вспомнишь меня, то я тебя убью, ты понял? - Но почему? – удивлённо переспросил Бейбарсов. - Потому что тогда ты будешь этого заслуживать, - послышался равнодушный ответ, а после Гроттер, словно желая загладить свою вину, поцеловала его в губы. Бейбарсов привлёк девушку к себе, не позволяя ей и на шаг отойти от него, поглаживал с нежностью по спине, расстёгивая шнуровку великолепного платья, но никак не мог отогнать сомнения в сторону. - Ты мне не доверяешь, - сообщил вдруг Глеб. – Я не пойму, почему так. - Потому что пока ещё рано. Ответ оказался слишком лаконичен, но Бейбарсов заставил себя угасить всякое любопытство и даже не задумываться о том, что именно может таить в себе Гроттер. Это всё равно было неразрешимым вопросом, ответ на который предстояло ещё достаточно долго искать. Таня не хотела отвечать самостоятельно. - Просто капнешь ему вечером, в еду, этого зелья, и он попросту уснёт сразу же, как ляжет на кровать, и проснётся исключительно после восьми утра, - ответил спокойно Бейбарсов на вопрос, который Таня задавала уже достаточно давно. – И давай забудем на время о твоей свадьбе, милая моя. Гроттер кивнула. Она и сама хотела забыть. Утонуть в поцелуях оказалось легче всего, и девушка наконец-то позволила себе расслабиться и растаять в руках Бейбарсова, выметая из сознания лишние вопросы и утверждения.