Блог Евгении Ватсон (The Blog of Eugenia Watson)

Блог Евгении Х. Ватсон, Девушки с Жемчужной Серёжкой 2 декабря Я в Нью-Йорке, и это потрясающе! Хотела написать об этом ещё вчера, но так устала, что решила подождать до сегодняшнего дня. Вот почему Шерлок взял нам билеты на пятницу, хотя первая игра у меня только в понедельник: перелёт через пять часовых поясов не мог пройти для организма бесследно. Итак, вчера мы вылетели где-то около четырёх часов дня. У меня нет уроков в пятницу в послеполуденное время, так что я пришла домой к обеду. Свои сумки я собрала накануне вечером, а вот Шерлок, как обычно, ждал до самого конца: я слышала, как они с папой бегали по квартире в поисках нужных вещей, пока я терпеливо ждала их в нашей гостиной рядом со своими тщательно собранными чемоданами. Мама тоже ждала: она должна была отвезти нас в аэропорт. В итоге он наконец-то собрался (была половина третьего), и мы все выехали из дома. Мы с мамой и папой болтали о предстоящем турнире, о Нью-Йорке и о том, что мы с Шерлоком будем делать в свободное время. Шерлок молчал, глядя в окно, его рука сжимала папину руку. Видите ли, у Шерлока есть маленькая тайна. Он не любит путешествовать. Хотя нет, не так: он не любит путешествовать без папы. Ему вполне нравится ехать куда-то, когда они едут вместе. Мама припарковала машину у терминала Хитроу. Папа помог нам вытащить сумки из багажника. Я крепко обняла маму. - Удачи, солнышко, - пожелала она. – Мы будем смотреть трансляции по вечерам. Держи нас в курсе всего. - Спасибо, мам. Я отпустила её и обняла папу. Он казался капельку взволнованным. - Слушайся Шерлока, - сказал он. Я рассмеялась. - Пап, скажи мне честно, кто из нас, я или он, скорее вляпается в какую-нибудь невероятную историю? Он усмехнулся. - Ты права. В любом случае, повеселитесь. Постарайся за мыслями о турнире не забывать и про себя – посмотри город, пофотографируй достопримечательности. - Обязательно. Папа повернулся к Шерлоку, и они тоже обнялись. Шерлок на мгновение ткнулся лицом в папину шею. Наконец папа опустил руки. - Позвони мне, когда доберётесь, - тихо сказал он, поправляя лацканы пиджака Шерлока. - Хорошо. – Шерлок взял папу за руки. – Я присмотрю за Джини, не беспокойся об этом. - Я никогда в этом не сомневался. – Папа поцеловал его. – Я люблю тебя. Шерлок лишь улыбнулся и коснулся папиной щеки. Он сам почти никогда не говорит папе этих слов, по крайней мере, на людях. Папа повернулся ко мне. - И тебя, Евгения, я тоже люблю. – Он снова сжал меня в объятиях и поцеловал в щёку. – Буду ужасно по тебе скучать. - Мне б так хотелось, чтоб вы с мамой могли поехать… - Нам тоже, но нельзя же оставлять семью без кормильцев, - улыбнулся папа. Шерлок чмокнул в щёку маму, потом оглянулся и посмотрел на папу. Они обменялись кивками, Шерлок развернулся, взял чемодан и направился к терминалу. Я снова поцеловала родителей, схватила свою сумку и поспешила за ним. - Слава богу, это закончилось, - проворчал Шерлок. – Поистине нет ничего хуже прощаний. Я оглянулась через плечо. Мама с папой стояли у машины и смотрели на нас. Перехватив мой взгляд, они помахали мне. Я помахала в ответ, затем решительно развернулась и пошагала вперёд. Что я люблю больше всего в путешествиях с Шерлоком, так это то, что он обеспечивает для себя только самые лучшие из возможных условий. С папой мы бы теснились в экономе, Шерлок же купил нам билеты в первый класс. По крайней мере, так десятичасовой полёт будет вполне сносным. Пройдя через охрану, мы сели в самолёт и нашли наши места. Я тут же достала небольшие шахматы, которые беру с собой в поездки, и свои записи. Я должна была разрабатывать стратегии, пока не получу расписание своих игр. Предстоящий турнир будет проходить по стандартной швейцарской системе: каждый участник играет одинаковое количество раз, пары игроков составляются на основе рейтинга и очков, высчитывающихся по какой-то совершенно непонятной математической формуле. Таким образом, твои противники становятся всё сильнее по мере того, как ты выигрываешь, и к концу недели друг с другом соревнуются уже самые лучшие игроки. Победитель определяется по общему количеству набранных очков. Шерлок достал книгу, уткнулся в неё и больше не шевелился. Прошло два часа, прежде чем мне стало скучно. - Мне скучно, - объявила я. - Значит, заниматься больше не будешь? - У меня глаза в кучку собираются. - Почитай. - Не хочется. - Посмотри фильм. Спроси, что у них есть. - Ничего хорошего, я уже спрашивала. Он тяжело вздохнул. - Что ты от меня хочешь? Станцевать джигу тебе на потеху? - Да, пожалуйста. - Не дождёшься. - Давай просто поговорим? Он отметил страницу закладкой и отложил книгу в сторону с выражением явного неудовольствия на лице. - О чём ты хочешь поговорить? - Расскажи мне какие-нибудь истории. Что было, когда я была маленькая? Или когда меня вообще ещё не было? - Какие именно «истории» ты бы желала услышать? Я повернулась на бок и поджала под себя ноги, устраиваясь поуютнее. - Не знаю. Расскажи, как вы с папой познакомились. - Уверен, ты уже знаешь об этом всё, что только можно. - Не особенно. Только то, что вы были соседями по квартире. - Что ещё ты хочешь знать? - Это была любовь с первого взгляда? – спросила я, улыбаясь до ушей. Он вздохнул. - Джини, если ты намереваешься вытянуть из меня этакую романтичную сказку на ночь, которая уже сложилась в твоей голове, о большой и чистой любви между мной и твоим отцом, то я могу предложить тебе скачать пару подростковых любовных романов – они будут больше соответствовать твоей цели. - Какой ты зануда. - Ты не первая, кто говорит мне об этом. – Он снова взялся за книгу; я пристально смотрела на него, пока он снова не повернулся ко мне. – Что ещё? - Неужели это было не так? - Неужели что было не так? - Это не была большая и чистая любовь? Он ненадолго задумался, потом его губы изогнулись в полуулыбке. - Всё же я не могу не согласиться с этим определением. Он неловко поёрзал и кашлянул. Я сжалилась над ним. - Итак, Америка. Какая она? Чего мне ожидать? Это моя первая поездка в Америку. Об этой стране столько всего говорят... Одни говорили мне, что нет места хуже, другие – что это рай на земле. Думаю, теперь мне предстоит узнать, кто из них прав. - Множества людей, отмечающих твой акцент. - Серьёзно? - О, да. Готовься к тому, что он будет назван «миленьким» непозволительное количество раз. И к тому, что все будут думать, что ты из Австралии. - Но австралийцы говорят совершенно по-другому! - Видимо, для американцев мы с ними звучим одинаково. - А правда, что у всех будет этот нью-йоркский акцент? - Нет. Разве он есть у Эстель? - Оу. Нет, думаю, нет. Она просто говорит как американка. - Просто порадуйся, что мы едем не на юг. Там ты не поняла бы ни слова. – Он на секунду задумался. – Американцы не пьют чай, а тот, что они пьют, недостоин называться чаем, зато они варят отличный кофе и пьют его в ужасающих количествах. Шоколад у них отвратительный, они попытаются впихнуть в тебя невероятное количество еды за один присест, а телепередачи прерываются на рекламу каждые пять минут. - Вот чёрт. - Американцы очень… прямолинейные. Они или крайне дружелюбны, или крайне недружелюбны, и в любом случае не будут скрывать своего отношения к человеку. - Ага, Джейсон был точно такой же. Крайне дружелюбный и совершено не чувствующий личного пространства. - Американцы мало беспокоятся о сдержанности и пристойности. - Звучит так, будто ты ненавидишь Америку. - Я бы так не сказал. У любого места есть свои достоинства и недостатки. – Он вытащил одеяло из-под сиденья и протянул его мне. – Попытайся поспать, хотя бы немного. Ты же не хочешь заснуть во время первой игры? Мы приземлились в полночь, хотя для нас было пять часов утра. Шерлок вызвал такси до центра, попросив водителя провезти нас через мост. Я не знала, что он имел в виду, поэтому просто глазела на панораму Нью-Йорк Сити, так сильно отличавшуюся от Лондона, где Глаз и «Огурец» выделяются на фоне остальных сооружений. - Смотри, это Всемирный торговый центр! – воскликнула я. - Да, это он. - Это самое высокое здание в городе? - Во всей Америке, полагаю. - И Эмпайр-стейт-билдинг! Мы можем подняться на его вершину? - Думаю, я смогу это организовать. - Где мы сейчас едем? - Кажется, мы в Куинсе. - Ага, это Куинс, - подал голос водитель. Я ухмыльнулась: у него был самый настоящий нью-йоркский акцент! – Откуда вы, ребята? Из Англии? - Из Лондона, - ответила я. – Я приехала принять участие в турнире по шахматам. - Шахматы, а? Сам-то я никогда не понимал эту игру. Ты выглядишь довольно юной для неё. - Мне шестнадцать. Но я очень высоко в рейтинге! Водитель засмеялся. - Охотно верю, юная леди. - Через какой мост мы проедем? – Я подалась вперёд, чтобы было удобнее разговаривать с водителем через невысокую пластиковую перегородку. – Через Бруклинский? Он снова засмеялся. - Не, это в центре, а вам, ребята, надо в Деревню. Мы переедем через Вильямсбургский мост. Обычно я вожу народ через тоннель, но, вижу, твой папа хочет, чтоб ты посмотрела город, хотя это чуток не по пути. - Вы правы, - подтвердил Шерлок. - В какую деревню мы едем? - Шахматный клуб находится в деревне Гринвич, Джини, а наш отель всего в одном квартале от него. У меня кружилась голова от восторга. Настоящая деревня Гринвич! Я прижалась лицом к окну, когда мы приблизились к мосту, переехали через реку и оказались в Манхэттене. Наш водитель решил взять на себя роль гида, чему я была только рада. - Вон там китайский квартал, видите? – указал он, ловко петляя между другими машинами, которых даже в это время было удивительно много. – А через пару кварталов мы будем в Сохо. Потом я поверну на север, и останется совсем чуть-чуть до Деревни. - У нас в Лондоне тоже есть Сохо! - Правда? Наш Сохо расшифровывается как «Саут-Хьюстон». Я нахмурилась и повернулась к Шерлоку: - А наш как расшифровывается? - Насколько я знаю, никак. - Ну, у нас многие районы имеют сокращения. Нохо, Трайбека, Бед-Стай и тому подобное. – Водитель усмехнулся. – Кажется, мы просто не любим произносить слишком длинные слова. Через несколько минут он припарковал такси у нашего отеля – скромного краснокирпичного здания. Вдоль всей улицы были высажены деревья. Я выбралась из машины, глазея по сторонам. - Не думала, что здесь будет так много деревьев! Деревья росли линиями вдоль тротуаров, раскинув свои ветви, сейчас, в декабре, обнажённые. - А чего ты ожидала? – спросил Шерлок, вытаскивая наши сумки из багажника. - Не знаю. Стекло и бетон повсюду? Водитель пожелал нам спокойной ночи и уехал. - Я думала, ты забронируешь нам номера в «Плазе» или в другом таком же шикарном месте, - сказала я, пока мы с Шерлоком заходили внутрь. - Я подумал, что близкое расположение шахматного клуба будет более важным. Ты сможешь возвращаться сюда и отдыхать или упражняться, если тебе понадобится. И нам почти не понадобится брать такси: мы сможем ходить пешком. - О-о-о, Шерлок! Я даже готова подумать, что это проявление заботы! Выбирать отель, основываясь на моём удобстве, и всякое такое. - Ну, в общем, так и есть. Только не вздумай распространять эту информацию. - Он подмигнул мне. Наш номер был очень симпатичным. Я сразу же расположила свой ноутбук и большую шахматную доску. Шерлок, даже не сняв пальто, уже доставал телефон. - Джон. Да, мы на месте. Всё в порядке. Ты же поспал хоть немного, я надеюсь? Ради бога, ложись спать. У вас, должно быть, уже светает. Она нормально, полёт прошёл нормально, всё нормально, окей? Хочешь поговорить с Джини? – Он повернулся ко мне. – Хочешь поговорить с отцом? - Скажи ему, пусть идёт спать. - Слышал? Да, хорошо. – Он замолк на секунду, слушая папу, потом его щёки слегка порозовели. – В общем, да. Я, эм-м… Я тоже скучаю по тебе. Да, хорошо. – Он смущённо кашлянул и повесил трубку. - О-о-о, - умилилась я. - Тихо. Тебе, между прочим, стоило бы последовать собственному совету и лечь спать. Я продержалась ещё час или около того, но потом усталость взяла своё и я таки уснула. Сегодняшний день был замечательным! Шерлок был очень терпелив со мной и моим желанием увидеть все туристические места. Метрополитенский музей искусства просто потрясающий! А ещё мы поднялись на вершину Эмпайр-стейт-билдинг. Было ужасно холодно, но вид того стоил. Я смотрела сверху на центр города, где огромным пальцем одиноко возвышался Всемирный торговый центр. - Это там стояли башни-близнецы? – спросила я Шерлока. - Да. Новая башня была построена на их месте. - Ты помнишь, как это случилось? - Конечно. Мне тогда было двадцать с небольшим. Я не обращаю особенного внимания на события, происходящие в мире, но новость о таком едва ли можно пропустить. Я опустила монетку в подзорную трубу и через неё рассмотрела Центральный парк и мост Джорджа Вашингтона. Пока я разглядывала достопримечательности, с Шерлоком попытались познакомиться. Это было довольно забавно. К нему подошла очень решительная, довольно симпатичная американка лет тридцати. Он изо всех сил пытался отвязаться от неё, но она и не думала сдаваться. Я ни капельки не была удивлена: Шерлок очень привлекателен, с ним постоянно пытаются познакомиться. Ему пятьдесят лет, но он едва ли выглядит на сорок. Я видела фотографии того времени, когда они с папой только-только познакомились, и он почти не изменился, лишь волосы на висках чуть поседели. Папа тоже не изменился. Он даже шутит, что до сорока лет старел преждевременно, зато потом перестал стареть совсем. В конце концов Шерлок просто отошёл от этой женщины, не говоря ни слова, и присоединился ко мне у подзорной трубы. - Неужели люди неспособны понимать даже очевидных намёков? – проворчал он. - Некоторые просто думают, что их настойчивость рано или поздно будет вознаграждена. - Не понимаю, как она может быть вознаграждена в моём случае: очевидно же, что я женатый человек. - Я слышала, что это может оказывать противоположное воздействие. Он хмыкнул. Я пыталась разглядеть через трубу Статую Свободы. - Мы с Джоном были здесь однажды, - задумчиво произнёс Шерлок. - Да? Когда? Во время отпуска? - Нет, по делу. Ты была ещё малышкой. Он настоял, чтобы мы поднялись сюда, как и ты сейчас, даже несмотря на то, что это не имело никакого отношения к нашему делу. – Он бросил взгляд на другой край смотровой площадки. – Мы стояли вот там. Он был очарован панорамой. Я же определил двух карманников и одного серийного насильника, пока он любовался видами, как турист. - Он и был туристом. - Ты поняла, что я имел в виду. – Он вздохнул и плотнее запахнул пальто. – Давай, пойдём, пока мы не замёрзли до смерти. Мы прошлись по магазинам (не верьте Шерлоку, ему было так же интересно в магазинах дизайнерской одежды, как и мне), а потом он отвёл меня на ужин в тот сумасшедший ресторан, где всё, казалось, было посвящено говядине во всех её видах. - Это Америка, здесь все потребляют огромное количество говядины, - объяснил Шерлок, сам, однако, ограничившийся тарелкой ракового супа. Я ела рёбрышки на гриле, и они были божественны. Пускай и разложены на тарелке не очень аккуратно. - Мы что, особенно симпатичны? – спросила я его, пока мы ехали на такси обратно в отель. - Естественно. Почему ты спрашиваешь? - Просто… Все так учтивы с нами. Официанты, продавцы и даже коридорный в отеле. Предлагают понести наш багаж, помочь нам так, как только возможно, постоянно улыбаются. Это немного пугающе. Как будто они все роботы или что-то в этом роде. - Помнишь, большая часть служащих работает здесь за чаевые. Они финансово заинтересованы в том, чтобы быть обходительными. - Продавец в галантерейном магазине не работал за чаевые. - Культурные требования для работников сферы услуг здесь немного другие, Джини. Люди, чья работа предполагает взаимодействие с клиентами, должны лезть из кожи вон, чтобы всеми мыслимыми способами проявить свою учтивость – и делать это с искренним удовольствием. - Не думаю, что смогла бы так, если бы работала в магазине. - В таком случае я рекомендую тебе и не пытаться устроиться на работу в этой стране. К тому моменту мы как раз подъехали к отелю. Когда мы уже подходили к нашему номеру, у Шерлока зазвонил телефон. - Это папа, - сказала я. Шерлок улыбнулся, и я поняла, что права. - Добрый вечер, Джон. Да, всё хорошо. Знаешь ли, я могу счесть, что твой уже второй звонок за сегодня является индикатором твоих сомнений в моих способностях позаботиться о твоей дочери. – Он замолчал, слушая ответ папы, и его щёки снова порозовели. – О. Это меняет дело. Что ты хочешь от меня услышать? – Он снова замолчал, затем со значением кашлянул. – Джон, я никак не могу этого сказать. Потому что наша дочь сидит прямо здесь! Вот, поговори с ней, ты просто невозможен. – Он без слов протянул мне телефон и сел за свой ноутбук. - Привет, пап. - Привет, солнышко. Как тебе Нью-Йорк? - Восхитительно! Мы поднимались на Эмпайр-стейт-билдинг! - Я тоже был там. Чудесный вид. - А еще были в Метрополитенском музее искусства. Шерлок сводил меня по магазинам. - О, боже. Сколько всего ты накупила? - Не так много, как он. Два новых костюма, если не ошибаюсь. - Это был один костюм и пиджак, - вклинился в разговор Шерлок. - Слышал? Вот. Как вы там одни с мамой? - С твоей мамой всё в порядке, но со мной нет. Я ужасно скучаю по вам обоим. - О-о-о. Я тоже по тебе скучаю, пап. Всего неделька, и мы будем дома. - Скорее бы. Какие планы на завтра? - Собираюсь в шахматный клуб, встретиться с ребятами. Сыграть пару раз для разминки. - Нервничаешь перед турниром? - Не очень. У меня хорошая позиция: я нахожусь в верхних строчках рейтинга, но не в самых первых, поэтому не ожидаю выигрыша. Зато и переживаю не так сильно. Лучше играть без лишнего волнения. - Мы с мамой болеем за тебя. Ты их всех сделаешь. Я улыбнулась. - Это вряд ли, но спасибо за вотум доверия. Хочешь ещё поговорить с Шерлоком? - Да, спасибо. Спокойной ночи, Джини. - Спокойной, пап. Я вернула телефон Шерлоку и повернулась к своему ноутбуку. Если бы только можно было позвонить Заку по мобильному или по скайпу, но дома было уже за полночь. Сделаю это завтра. Будто не соглашаясь с моими мыслями, пискнул телефон. Новое сообщение. Скучаю по тебе. У меня дрогнули руки. Это был Зак. Я тоже по тебе скучаю. Как раз думала позвонить тебе. Лучше не надо. Должен спать сейчас. Не хочу, чтоб родители услышали. *вздох* *больший вздох* Как проходит поездка? Классно. Поднялась сегодня на Эмпайр-стейт. Ела рёбрышки-гриль. Не должна ли ты там играть в шахматы? Одни шахматы без игры – скучной будет Джини жизнь. Нескладно получается. Между прочем, это сексистская поговорка. Одна работа без игры сделает скучной жизнь любого, а не только Джека. Смерть патриархату? Аминь. Мне нравится иметь парня-феминиста. Эй, в могущественной девушке тоже есть свои плюсы. Звучит так, будто у вас бесчестные намерения, мистер Ланкастер. Я молчал. Пригляди за моими родителями, пока меня не будет, ладно? Папе становится одиноко. Джини, я люблю тебя, но не буду точить лясы с твоим папой. Ты… что? Я тупо глядела на предыдущее сообщение несколько минут. Зак долго не отвечал, и я уже начала нервничать. Ага. Я люблю тебя. Знаю, что для этого должно было пройти время. Но оно же прошло. Прошло много лет, и за это время для меня не было никого, кроме тебя, никого серьёзного. Это звучит как сопливая серенада. Ужас. Я не могла перестать улыбаться. Можешь петь мне сопливые серенады в любое удобное для тебя время. Я серьёзно теряю сейчас баллы мужественности, да? Да, теряешь, и тебе гораздо лучше без них. Ну, только если ты так думаешь. Ладно, я пошёл. Пора спать. Окей. Спокойной ночи. Подожди. Что? Я тоже тебя люблю. Сегодня мне будут сниться только хорошие сны. Споки. Когда я закрыла телефон, Шерлок смотрел на меня, уже закончив разговаривать с папой, пока я переписывалась с Заком. - Мистер Ланкастер? - Что меня выдало? Мой выразительный румянец? Ёрзанье? Глупая улыбка? Угол, под которым я держу голову? - Нет. У тебя установлен особый звук на оповещения о его смсках. Я почувствовала себя очень-очень глупо. - Оу. Действительно. Мы немного посмотрели телевизор (Шерлок не шутил насчёт рекламы), я села писать эту запись для блога, которая теперь завершена, и скоро пора будет ложиться спать. Завтра я пойду в шахматный клуб и поучаствую в парочке сражений. Потому что я приехала сюда, чтоб надрать всем (почти) задницу и сделать так, чтоб моё имя запомнили. Имена других-то я уже помню.