Блог Евгении Ватсон (The Blog of Eugenia Watson)

Блог Евгении Х. Ватсон, Мастера На Все Руки 6 декабря У меня были наполеоновские планы на эту неделю. Я собиралась поделиться впечатлениями от турнира, что называется, в режиме реального времени. Вооружиться планшетом и периодически обновлять посты, чтобы потом выложить всё одной полноценной супер-пупер-виртуальной записью. Но всё накрылось медным тазом, когда я встретилась со своим первым противником. Шерлок говорит, что во время расследования невозможно думать о чем-то кроме него. И я полностью его понимаю, когда начинаются соревнования. Мозг переключается в Шахматный Режим, и, даже жуя бутерброд, я продумываю ходы и комбинации. Вот почему я люблю, когда Шерлок сопровождает меня на турниры. Во-первых, он (почти) понимает уровень здешней игры. А ведь если ты не в состоянии уследить за ходом соревнования, тебе становится скучно. Во-вторых, не достаёт болтовнёй и попытками подбодрить, как мама с папой. Они хотят как лучше, но, на самом деле, просто отвлекают. Когда он со мной на турнире, и мы идём перекусить, он не заговаривает первым. Позволяет мне прокрутить в голове тридцать четвёртый ход последней игры и понять, из-за него ли я осталась открыта для атаки чужой ладьи. Вот и среда. Половина турнира пройдена, а в блоге ещё конь не валялся, поэтому работы – непочатый край. Решила наверстать упущенное утром. Мой следующий противник выбыл, так что здравствуй, негаданная свобода. Пока Шерлок занят поисками чашки достойного чая, я коротаю время до послеобеденной игры за печатанием в одной из маленьких комнаток. Флэшбек. В воскресенье мы с Шерлоком завтракали в маленьком кафе «Французское жаркое» в двух шагах от отеля. Оно круглосуточное. Там подавалась французская кухня, но интерьер был простеньким. Я заказала омлет, который оказался размером с моё лицо. Шерлок не врал: кофе там действительно был потрясающий. Затем мы отправились в Шахматный Клуб Маршала. Я немного боялась. Здесь играли величайшие шахматисты. Здесь состоялась Игра Века между Дональдом Бирном и Бобби Фишером, которому тогда было лишь тринадцать. Но стоило перешагнуть порог, как я ощутила: здесь все свои. Многие знали меня, многих знала по турнирам я. Меня тут же захватил ураган приветствий, рукопожатий, объятий и представлений. Шерлок решил не мешать и сел в углу с книгой и мобильным. Бедный папа. Сегодня он наверняка получил не меньше восьми биллионов смс-ок. Из восьми игр я выиграла шесть. Проиграла лишь международным гроссмейстерам. Я победила одного парня, который опережал меня в Эло почти на сотню очков. Он казался впечатлённым. Да я и сама впечатлилась. Так увлеклась, что не замечала ничего вокруг, пока Шерлок не заговорил об ужине. Ужин? М-да, я восемь часов проиграла в шахматы. Мы опять пошли во «Французское Жаркое». Я начала ощущать смену поясов, и Шерлок, хоть и не признавался, тоже. Как бы он ни доказывал обратное, он человек. Мы легли спать рано. В понедельник начался турнир. Даже не знаю, как всё это описать. Вести блог о шахматах – непростое дело. Как расписать множество разнообразных ходов? Это будет неинтересно никому, кроме меня и моих коллег-игроков, но я всё же тщательно записываю ход каждой игры. Позже я смогу воссоздать каждый шаг с Леонидом и проанализировать свою стратегию. Он скажет, что некоторые победы должны были стать поражением и наоборот. Он редко признаёт победу заслуженной или проигрыш – неизбежным. Поэтому учитель он, а не я. Свои первые две игры я выиграла в понедельник утром. И довольно быстро, как обычно бывает со мной в начале турнира. Это побочный эффект моего образа жизни. Противники подбираются частично исходя из рейтинга Эло, а, по словам Леонида, мои навыки выше на добрую сотню очков, чем отражает рейтинг. Виноват распорядок: занятия и различные мероприятия не позволяют мне часто участвовать в турнирах ФИДЕ[1], где можно заработать очки. Из-за этого меня недооценивают и ставят против менее умелых игроков. Но это ненадолго. По ходу турнира противников начали подбирать по числу побед-поражений, и я наконец получила достойных соперников. После утренних игр у нас оставалось ещё немного времени, и мы с Шерлоком прошерстили пару кварталов в поисках какой-нибудь кафешки. В конце концов наткнулись на странную забегаловку «Грейс Папайя» - да, звучит как фруктовый рынок, но на самом деле здесь подают хот-доги. И просто восхитительные! По возвращении я расспросила всех, знает ли кто-нибудь это место. В ответ получала лишь смех. Видимо, «Грейс Папайя» - своего рода нью-йоркская достопримечательность, в которой должен пообедать каждый приезжий, как… даже не знаю. «Четыре сезона»? Только с хот-догами. Кто ж знал? К вечеру вторника мой счёт увеличился – 5-2. Не было ещё ни одной ничьи, что удивительно. Я чувствовала себя достаточно уверенно, чтобы начать беседу за ужином в какой-то пиццерии, порекомендованной одним из игроков. Шерлок не ел. Думаю, я налопалась за нас обоих. Пицца была огромной, пышной, жирной, ужасной, отвратительной и просто потрясающей. Я не знала, как нужно её есть, пока не заметила, что люди вокруг складывают кусочки пополам, и сделала так же. - Ты никогда так не играла, - произнёс Шерлок. – Становишься быстрее, решительнее. - Я в хорошей форме. - Оно видно. Твой первый утренний соперник так и не понял, что произошло. Я улыбнулась. - Знаю. – Этот дерзкий паренёк двадцати-с-чем-то лет, опережающий меня на пятьдесят очков, усаживаясь напротив и глядя свысока, намеревался разгромить меня в пух и прах, а в итоге удрал, поджав хвост. Хватило двадцати девяти ходов. Так-то, детка. - Леонид будет в восторге. - Я не могу думать об том во время игры. Или о тебе, маме или папе, наблюдающими со стороны. Доска – всё, что важно. – Я прервалась, чтобы откусить и прожевать. – Конечно, важна совсем не доска. - А противник. - Верно. Шерлок уставился в пустоту отрешённым взглядом. - Хочешь знать правду? – вдруг спросил он. Я понятия не имела, о чём он. - Какую правду? - О нас с твоим отцом. О нашем... как его там? Большом романе. - О! Конечно хочу! - Твои слова о том, что важен противник, а не доска. Они… кое-что мне напомнили. – Он понизил голос и нацепил «Задумчивое» лицо. – В первый вечер нашего знакомства Джон застрелил человека, чтобы спасти мне жизнь. Я оторопела. - Что?! – Шерлок просто посмотрел на меня. Я слышала его, и он знал это. – Он… застрелил человека? - Да. Не очень хорошего, - добавил он, чуть скривив губы. – Мы охотились за серийным маньяком, который заставлял жертв покончить с собой. Под дулом пистолета они должны были выбрать между двух таблеток – одной безвредной, другой отравленной. Оставшуюся он принимал сам. Меня обдало волной ужаса от мысли о подобном выборе. - Это жутко. - Ты права. Так получилось, что я оказался в роли жертвы. Должен признать, сам виноват. Я был очарован методами убийцы и позволил втянуть себя в это. Джон понял, что произошло, и нашёл меня. Я уже собирался проглотить выбранную таблетку, когда он застрелил моего похитителя через два ряда окон со ста метров. – Тихий вздох. – Он спас мне жизнь. По крайней мере, он так считал. - Он так считал? - Мне ничего не угрожало. Как выяснилось, пистолет убийцы оказался фальшивым. Я мог просто уйти, но он... – Шерлок чуть поёжился. – Я не мог устоять: я должен был выиграть эту игру, выбрать нужную таблетку и оставить отравленную ему. Я до сих пор верю, что сделал верный выбор. Твой отец, конечно, не знал всего этого. Он думал, что меня принуждали и что, застрелив похитителя, он спас мне жизнь. Я не стал разубеждать его, хотя, учитывая, насколько хорошо он знает меня, он мог и сам догадаться. – Шерлок положил руки на стол и посмотрел мне прямо в глаза. – Джини, твой отец кажется обычным человеком, но это не так. Уверен, тебе это известно. Я понял это в ту ночь. Он – первый человек, который удивил меня и продолжает делать это все время, сколько длятся наши долгие, запутанные отношения. Я мало кого люблю, ещё меньше кого уважаю, и есть лишь один человек, чьё мнение важно для меня. Задолго до нашей встречи я избрал жизнь отшельника. Не хотел и не верил, что смогу испытать такое банальное, неудобное чувство как любовь. Я видел, что она делает с людьми, сколько преступлений совершается из-за неё. Я считал себя выше всего этого. Не верил, что существует на Земле человек, способный пошатнуть мои убеждения. Как я уже сказал, твой отец удивляет меня с завидным постоянством. – Он кивнул на мою тарелку. – Доедай, пора в клуб – у тебя игра через полчаса. Я схожу за счётом. Буду ждать снаружи. – Он встал и зашагал прочь. Я просто сидела и глядела на свой недоеденный сэндвич «Рубен» (охрененно вкусный). Шерлок столько на меня обрушил. Я знала, что папа служил и что убил по крайней мере одного человека на гражданке в целях самозащиты (я сама видела), но и предположить не могла, что он застрелил кого-то в день знакомства с Шерлоком. Почему он не рассказал мне? Боялся, что это меня шокирует или травмирует? В любом случае, больше нет смысла гадать. Но почему Шерлок вдруг решил излить душу именно сегодня? Хотя в чём, собственно, состояло откровение? Он не рассказал ничего нового (за исключением истории с убийством), я слышала всё это и раньше, только не из его уст. Я знала, что за безобидной внешностью папы скрывается настоящий крепкий орешек и что Шерлок не в состоянии контролировать свои чувства к нему. Уверена, будь он способен вырвать эту любовь из сердца в самом начале, чтобы сохранить бесстрастное состояние непривязанности, он вырвал бы. Но уже поздно. Он женился. Подкорректировал жизненные убеждения, и теперь они включают любовь папы и их совместную жизнь, а также нас с мамой. Я вышла на улицу. Он стоял на тротуаре, наблюдая за прохожими. Молча шагая в ногу, мы вернулись в клуб, где я выиграла очередную партию. Этим утром мы оба были немногословны. Я начинаю тосковать по дому. По маме, папе, Заку и Бейкер-стрит. Я была так рада оказаться здесь – и до сих пор рада, - но теперь не отказалась бы оказаться дома. Там, где ездят по правильной стороне дороги, а продавцы не улыбаются, как диснеевские мультяшки. В итоге я проиграла утреннюю партию. Настроение упало ниже плинтуса. - Выше нос, - подбодрил Шерлок, когда я присоединилась к нему в холле. – Ты всё ещё в первых строчках турнирной таблицы. - Я должна была выиграть. У него на двадцать очков меньше. - Ты побеждала игроков с рейтингом выше твоего – понятно, что иногда эта система работает в обратную сторону. - О, слава тебе и твоей логике, - пробурчала я, но с лёгкой улыбкой. Подвинулась к нему и положила голову на плечо. – Я скучаю по дому. - Скоро вернёмся. - Ты скучаешь по папе? Пауза. - Безумно, - тихо ответил он. - Я так и не поблагодарила тебя за то, что поехал со мной. Он посмотрел на меня сверху вниз. - Не нужно благодарностей. Это моя обязанность как родителя, так ведь? - Но всё же. Я знаю, как ты злишься, когда тебя отрывают от работы. - Эта злость несколько смягчается от наблюдения за твоей игрой. Я улыбнулась. - Ты хотел сказать, за надиранием задниц? - Разве это не синонимы? – Он ухмыльнулся. Как раз тогда подошёл один из управляющих ФИДЕ и сказал, что моя вторая игра отменена в связи с выбыванием соперника и следующая будет лишь после обеда. Шерлок отправился на поиски чая, а я забрела сюда, чтобы написать этот пост. Уже четыре часа. Пойду-ка подкреплюсь перед игрой в шесть. Только где же, чёрт возьми, Шерлок? позже Шерлок не вернулся со своего забега за чаем. Я начинаю волноваться. Я пошла искать его, чтобы мы отправились ужинать. Его не оказалось ни в холле, ни вообще в клубе. Никто его не видел. На смс-ки он не отвечал. Попыталась позвонить, но безрезультатно. Я сама отправилась в «Грейс Папайю» и купила хот-дог. Иду поужинать в «Грейс Папайю». Встретимся там. Доедая хот-дог, я продолжала искать глазами чёрное развевающееся пальто. Он не пришёл. Он просто наткнулся на что-то интересное и чересчур увлёкся. С ним бывает. Вернётся к вечерней игре. Я не особо надеялась. Шерлок легко отвлекается – тысячу раз правда, - но он всё равно не мог бросить меня ради какого-то дела, не сказав ни слова и не отвечая на смс, которых набралось уже не меньше дюжины. Я бродила по холлу почти до самой игры, ожидая его, но он не явился. В конце концов подошло время занимать место за доской. Мои мысли были далеко, и играла я плачевно. Мой оппонент выиграл в быстрой часовой игре. Мне было плевать: хотелось лишь убедиться, что Шерлок вернулся. Но нет. Я всё ещё в клубе. Подожду немного, вдруг он придёт, а потом пойду в отель. позже Наконец-то я снова могу печатать. Приступ истерических рыданий прошёл. Шерлок исчез. Просто исчез. Его нет здесь. Нигде нет. Пока что его официальный статус - без вести пропавший. Сразу после моего последнего обновления я нашла Джейсона Фитцуоллеса, президента Шахматного Клуба Маршалла и, можно сказать, хозяина турнира. - Привет, Джини, - весело поздоровался он. – Последняя игра прошла не совсем гладко, да? Мне было абсолютно параллельно. - Мистер Фитцуоллес, у меня проблема. Мой папа. Не могу найти его. После ланча он пошёл за чаем и не вернулся. Он не отвечает на звонки и смс, а это на него не похоже. Он пропустил мою вечернюю игру. Теперь он выглядел обеспокоенным. - Раньше он всё время был с тобой. - Да, знаю! Говорю же, не похоже на него. Я не знаю, что делать. – На последних словах голос дрогнул. - Конечно. Не волнуйся. Сейчас сделаем пару звонков. – Он обнял меня за плечи и повёл в свой кабинет. Они с секретаршей обзвонили полицейские участки и больницы – проверить, не произошёл ли с ним несчастный случай или ещё чего. Без результата. Я продолжала названивать и писать ему. Ничего. Нервы на пределе. Шерлок скорее перестал бы моргать, чем продолжал игнорировать такой поток смс-ок. Можно позвонить папе. Нет, не сейчас. Подожди – может, всё не настолько серьёзно. Было сложнее и сложнее представлять, что здесь не замешана никакая катастрофа. Он не бросил бы меня в чужом городе, не сказав ни слова. Просто не смог бы. Джейсон Фитцуоллес предложил переночевать у него, с женой и детьми, чтобы я не оставалась одна, но я просто хотела вернуться в отель. На ресепшене не было сообщений ни для меня, ни для Шерлока. Я рванула в номер, слабо надеясь, что обнаружу его там – крепко спящего или вроде того. Номер был пуст. Багаж на месте – его тоже. Я села на кровать и снова позвонила ему. Услышала звонок. В комнате. Его телефон покоился на столике возле окна. Я взяла его. Рука дрожала. Все мои текстовые и голосовые сообщения были здесь, непрочитанные. Шерлок никогда, ни за что в жизни, не оставит телефон. Не по доброй воле. Я позвонила папе. - Алло? Джини? – Голос сонный. Дома час ночи. - Папа? – почти пропищала я. - Что случилось? – Он мгновенно проснулся. - Не знаю. Я не знаю, что делать. Что-то произошло. Шерлок пропал. - Что? Что случилось? Он… он что? Я рассказала всё по порядку. - Он не поступил бы так, папа, не поступил. Не бросил бы меня одну, не оставил телефон. Наверняка что-то произошло. Он просто исчез, и я не знаю, что делать. - Нет. Нет, он не бросил бы тебя. – Папа был уверен не меньше, чем я. – Джини, слушай меня внимательно, хорошо? Оставайся в номере. Не выходи. Не вздумай, повторяю, не вздумай идти искать его. Оставайся на месте. – Я слышала шорохи и как что-то упало – значит, он одевается и пакует вещи. – Я скоро прилечу, первым же рейсом. Позвоню Майкрофту. Он займётся этим. Поговорит с американской полицией. К тебе могут прийти с расспросами или чтобы куда-то забрать. Если они от меня или Майкрофта, они будут знать пароль. Помнишь его? - Да, - твёрдо ответила я. - Если они не знают пароля, не открывай дверь, не разговаривай с ними. Звони Майкрофту и говори, что кто-то пытается заговорить с тобой. - Папа, к чему всё это? Что происходит? Ты как будто уже знаешь, что произошло. Он вздохнул. - Милая, я не хочу пугать тебя. - Мне уже страшно! Не скрывай от меня ничего, так только хуже! Я не ребёнок, мне нужна вся возможная информация. - Есть люди, которые обязательно навредят Шерлоку, если появится возможность. Есть и другие, которые хотят использовать его навыки в своих целях. - Думаешь, кто-то похитил его? - Если только он не ранен или не пострадал в несчастном случае и не может связаться с нами, это единственное разумное объяснение. – Папин голос звучал бесстрастно и уверенно, но я знала, что творится у него внутри. – Ладно, на это нет времени. Помни, что я сказал. Прилечу, как только смогу. Позвоню, как буду в самолёте. - Хорошо, - прошептала я. – Поторопись. - Я и так тороплюсь, дорогая. Оставайся в номере. И Джини, не рассказывай никому об этом. Ни Заку, никому. Если мистер Фитцуоллес спросит, скажи, что Шерлок звонил, он в порядке, и всё разрешилось. - Хорошо. Я люблю тебя. - И я тебя. Попытайся поспать. – Он отключился. И тут начался приступ истерических рыданий. Я приняла душ и надела пижаму. Поспать. Да, конечно. Засну сразу же. Я села на кровать и огляделась, словно Шерлок мог вдруг выскочить из стены или внезапно материализоваться. Посмотрела на дверь и поняла, что не заперлась. Подскочила, провернула замок и вдела цепочку. И увидела его. На полу за дверью – войдя, я его не заметила. Маленькое фото меня, папы и Шерлока с прошлогоднего Прайда. Шерлок хранил его в бумажнике. Сложенное пополам, оно было втиснуто между визиток. Само не выпало бы. Он бросил его. Специально. Я вспомнила его странное признание накануне. Внезапное желание выпить чая. Он пришёл сюда, оставил телефон и это фото. Он знал. Знал, что кто-то следит за ним, наблюдает или что там ещё. Он знал: что-то произойдёт. Если я когда-нибудь ещё увижу его, то сначала задушу в объятиях, а потом по-настоящему.