Я ненавижу тебя, Малфой!

Гарри На следующий день мы проснулись практически одновременно в семь утра. Малфой, сонно глядя на меня из-под одеяла вяло пробурчал: «Дбр… тр…». Я, напялив шорты и футболку, пошел готовить завтрак, а Малфой направился в душ, забавно шлепая босыми ногами по холодному паркету, душераздирающе зевая и потягиваясь. Пока я готовил омлет с томатным соусом, пока засовывал еще не прожаренные гренки в тостер, пока тер сыр, Малфой успел оглядеть мою гостиную, неопределенно хмыкнув, отправился на задний двор. Побывав на чистой дубовой веранде, шикнул на кота, впустив того в дом, залез в кладовку, пару раз чем-то явственно гремел, что-то уронил себе на ногу, охнув на весь дом: «Уй!... Твою Моргану!» И наконец, через десять минут с царственным видом вплыл на кухню. Громко подвинув стул, он уселся за стол, зашуршал новой газетой, которую только что принесла утренняя сова. Я, не оборачиваясь, подвинул к нему кружку кофе, сам продолжая резать лопаткой омлет и класть на тарелки, щедро поливая томатным соусом сыр. Потом подал ему тарелку с вкусно пахнущим омлетом и сел напротив по-хозяйски расположившегося на удобном стуле Малфоя. Я почувствовал быстрые взгляды, которые бросал на меня Драко поверх газеты, но не стал поднимать свои глаза, наблюдая его смятенный вид из-под полуопущенных ресниц. За все утро мы не сказали друг другу ни слова. И Малфой явно нервничал от недомолвок, которые были между нами. Я же, полностью удовлетворенный замечательным завтраком, вкусным кофе и свежим утром, преспокойно допивал свой напиток, блуждая взглядом по обоям за спиной Малфоя. Удивленный выдох вывел меня из глубокой задумчивости. Малфой с напряженным выражением лица рассматривал статью в газете, весь уйдя в процесс чтения. Дойдя до конца страницы, он сложил газету, откинулся на спинку стула и, прикрыв веки, начал массировать виски кончиками пальцев, будто его голова раскалывается, как после сложного рабочего дня. Потом пробурчал что-то похожее на «чертова Грейнджер, в каждой бочке затычка», стремительно поднялся и исчез из кухни, оставив после себя четкий запах волнения. Одним взмахом волшебной палочки я очистил посуду и стол, другим – отправил все по своим местам. Заразившись малфоевским волнением, я пролистал газету на ту самую статью, и в глаза бросился кричащий заголовок: «По делам бывших Пожирателей заведены новые смотры». Это было интервью Гермионы Уизли. Ругнувшись про себя, я отправился наверх. Навстречу мне уже выходил Малфой, на ходу завязывающий шейный платок. Промчавшись легкой тенью мимо меня, он через секунду уже был в прихожей, натягивая свои туфли. Я немедленно призвал одежду из гардероба, через пару секунд стоял рядом с ним, поправляя мантию. Малфой так же стремительно вылетел из дома, собираясь аппарировать, но был остановлен мной, ухватившимся за его руку. — Драко, успокойся, — спокойно произнес я, мягко поглаживая подушечками пальцев его горячее запястье. Малфой обернулся, обдав меня холодом пустых глаз, проговорил сквозь зубы: — Поттер, несмотря на то, что было между нами, ты мне никто, и сейчас ты не имеешь права держать меня, — высвободив руку решительным движением, он, не разжимая зубов, произнес заклинание и исчез, затянутый в гиперпространство. Я тут же нащупал след его аппарации, шагнул следом за ним. Оказалось, он аппарировал не к Министерству, и даже не на Косую аллею, а к дому Уизли. Множество вопросов за мгновение пронеслись в моей голове, но ни один не нашел ответа, пока я догонял идущего по неровной тропинке Малфоя. Снова попытавшись остановить его (все так же безрезультатно), я пошел рядом с ним, про себя гадая, какая будет реакция у семьи Уизли. Так мы подошли к дверям заново отстроенного новенького трехэтажного коттеджа. Распахнув дверь, Драко сразу прошел на кухню, застав за столом спокойно завтракавшую молодую чету Уизли. Захлопнув за мной дверь, он вынул палочку и приставил ее к горлу… Рона. — Ты, рыжая мразь, что ты еще рассказал своей женушке-грязнокровке обо мне? Драко Не помня себя от гнева, переполненный жгучей ненавистью к этому подонку, которого я мог считать своим товарищем еще год назад, я был готов порвать неистово бьющуюся жилку под тонкой кожей. Почему-то в глазах Уизли не было ненависти, злобы или отблеска предательства. В них было только безграничное, ничем незамутненное изумление, и, какое-то непонятное мне беспокойство. Так мы простояли секунд тридцать, когда мое дыхание успокоилось, и рука слегка расслабилась. — Драко, что происходит, о чем ты? – спокойно произнес Рон, осторожно отводя мою руку с палочкой от своего горла, все с таким же беспокойством смотря мне в глаза. Я отрывисто выдохнул, рухнув на стул, с силой провел по лицу ладонями. Грейнджер в это время, перешептываясь с Поттером, ставила на стол чайник с вкусно пахнущим мятными травами чаем. Уизли, сев напротив, мягко тронул меня за рукав и уверенным голосом сказал: — Ну же, давай, расскажи, Драко. — А что тут рассказывать? – сквозь пальцы посмотрев на него, пробурчал я. – В Пророке опубликовали интервью с миссис Гермионой Уизли, которая наговорила много лишнего обо мне и о моем невеселом прошлом. Либо кто-то выпытал у твоей благоверной всю информацию, а потом стер ей память, либо, во что я не верю, она сама пошла и рассказала обо всем. — Мне никто не стирал память! Если бы такое случилось, я бы заметила, — воскликнула миссис Уизли, всплескивая руками. — Драко, я решительно не понимаю, причем тут я, и что вообще случилось? – полувопросительный-полувозмущенный голос Гермионы зазвенел в теплом воздухе июльского утра. Встряхнув тяжелыми локонами, она разлила чай по стоящим на столе четырем чашкам, подавая мне одну из них, с забавными купидончиками на боку. Такая же чашка грела руки моему напарнику, спокойно попивающему в данный момент чай в гостях у своих друзей. Я не спеша пересказал статью, что буквально десять минут назад взорвала мое самообладание. Рон глубоко задумался, выбивая кончиками пальцев «Собачий вальс» по столешнице. — Так значит, они снова пересматривают твое дело? На кой черт оно им сдалось, ты же лучший работник в Аврорате! - после недолгих раздумий начал он. — У меня есть соображения, — задумчиво произнес Поттер, высматривая в глубинах чашки что-то неизведанное. – Скорее всего, ты, Драко, кому-то из них подпортил жизнь, и теперь тебя хотят выкурить из Англии. — Но ведь пересматривают не только мое дело, но и мамино, отца, Паркинсонов, Забини – всех моих бывших знакомых со Слизерина, — устало заметил я, отпивая ароматный напиток из чашки. – Это затеяли не только ради меня… — Ты, самое главное, нас не подозреваешь ни в чем? – с надеждой в голосе спросила Гермиона, накрывая мою ладонь своей. Я, пожав ее хрупкие пальцы, покачал головой. Рон продолжал сидеть в раздумье, а Гарри почему-то больно толкнул меня мыском туфли в лодыжку. Я, возмущенно подняв на него глаза, проследил за его взглядом. На часах без двух девять. Упс… Мы одновременно вскочили, сбивчиво попрощавшись, пообещав зайти еще, влетели в камин и унеслись в зеленом вихре. Чуть не упав на Поттера, я вышел из камина в холле Аврората, бегом пересек Атриум и поспешил в кабинет главного аврора. Поттер сзади на бегу спросил: — Так значит, ты теперь с Роном в неплохих отношениях? — Долгая история, дома как-нибудь вечером расскажу, — ответил я, почти добежав до двери главного. Обернулся. Поттер стоял с ошарашенным лицом. — Ты чего встал, пойдем, мы опаздываем, — я тронул его за рукав, потянув на себя. Поттер поднял глаза, буквально пожирая меня взглядом. Его рука легла на мой затылок, он резко прижал меня к стене, впиваясь поцелуем мне в губы. Оторвавшись от моих губ, он погладил меня по щеке и, глядя в глаза, спросил: — Так мы теперь вместе? – безумие, страсть, надежда, страх – все смешалось в бурлящем потоке чувств в его невозможных глазах. Сглотнув, дрожащей рукой обняв его, я прошептал ему в губы: — Вместе. На совещание мы фактически ввалились через десять минут, раскрасневшиеся, безумно-счастливые. Кингсли смерил нас уничтожающим взглядом, махнув рукой на наши места…