Он, как наркотик.

В последнее время я слишком много времени надаю самообману. Гуляя в одиночестве по городу, предаюсь ниске мыслей о том, что все будет хорошо. Это все лишь грустный сон, в котором я – несостоявшийся герой. Цветные полосы жизни всегда чередуются, но, не смотря на цвет, они разной длинны, которая измеряется временем. День, неделя, месяц, год… Вечность. - Все проходит – и это пройдет. Пускай меня сочтут за сумасшедшего, но я свято верю в конец этого безумия. При очередной вылазке в big city, меня с головой окунуло в одиночество. Фонарные столбы, освещающие редких прохожих, напомнили мне о собственных демонах. Я практически всегда был один. Даже сейчас, когда сердце рвет на части, когда ели сдерживаю отчаянный крик, мне не кому позвонить. Хочу выговориться. Хочу вскоре отпустить то, что душит, уже не знаю какую неделю по счету. Но у меня никого нет. Друзей, родственников, знакомых. Есть Пак Чанёль, которому я даром не нужен, а мои переживания и чувства тем более. Я понял это, когда было уже слишком поздно. *** - Чанни, мне надо навестить одного старого друга, - разговор был начат издалека. - Ну, так езжай к нему, - он даже на миг не оторвался от монитора ноутбука. - Чанни… Эта поездка займет неделю… - глядя на него в упор, ожидаю реакцию. - А почему так долго? – даже не смотрит на меня. - Он живет далеко. К тому же, просил помочь с ремонтом новой квартиры. - Так пусть кого-то наймет, - его безразличный тон меня когда-нибудь убьет. - Но я должен ему помочь с дизайном. - Ну, хорошо, раз хочешь, так езжай. Когда ты отправляешься? - Сегодня… - шепчу, слегка опустив голову. - Как сегодня? – Чан с не скрытым удивлением пытался заглянуть мне в глаза. - Прости, я должен был сказать раньше… - Ох, глупый Бэк, ты застал меня врасплох, - он слегка улыбнулся и потрепал меня по волосах. – Когда автобус? - Через полчаса. - Так скоро? - Да. Я уже нужные вещи собрал и с минуты на минуту должен выходить. - Ах… - огорченно выдохнул. – Малыш, ты меня пугаешь. Такие вещи говорить в последний момент – это слишком. - Прости, Чанни. Я пойду? - Идем, - он махнул рукой и мы вышли в прихожую. Прощание прошло намного быстрее, чем ожидал. Чанёль просто целомудренно поцеловал меня в лоб и пожелал приятной поездки. Я же в свою очередь просто отказался от его предложения проводить до остановки, и, сухо попрощавшись, покинул квартиру. Ты идиот, Пак Чанёль? Меня бесят мысли об этом. Неужели ты до сих пор думаешь, что у меня есть друзья? Я сдаюсь. Я… Я… реально сдаюсь. Надоело, достало, устал. Сколько уже можно изводить меня и испытывать терпение? Дорога в другой конец города казалась мучительно долгой. Действительно ли я принимаю мудрое решение? Кто знает. Пути назад нет. Знакомое здание дешевого отеля встречает мрачной вывеской снаружи и не совсем приятным интерьером внутри. Вскоре попав в заранее забронированный одноместный номер, устало плюхнулся на небольшую кровать. Серый слегка треснувший потолок до невозможности был похож на мою душу. Она такая же. Чертов эгоист! Наврал Чанёлю о несуществующем друге, словно мышь, спрятался в этой конуре, так еще и изображаю горе вселенское. Ты слишком глупый Бен Бекхён, но тебе нужно обдумать хорошенько многие вещи. Это убийственное одиночество сейчас, как нельзя, кстати. Когда перестает радовать ночное небо и слезы пленят глаза, ты понимаешь, насколько жалко выглядишь. Сидя на корточках, уткнувшись носом в колени, вспоминаешь все то, что так ненавистно, то, что не в силах забыть. Жалок. Ничтожен человечишка. Все разговоры о не нужных чувствах лишь пустая трата времени, жалкая показуха. И только в такие моменты задумываешься, жил ли ты когда-нибудь по-настоящему, без всего этого пафоса? День первый. Чувствую себя слегка неуютно. Кровать не удобная, так что о хорошем сне я могу забыть. Слегка скучаю по Чанёлю, но пока что держусь уверенно. Были ли наши отношения ошибкой? Определенно нет. Много ярких и светлых воспоминаний связывают нас крепкой нитью. Хотя… Даже они не радуют, только оставляют грустную улыбку. Тех дней не вернуть. И верности Чанёля тоже… День второй. Должен ли я сейчас позвонить ему? Чанни наверно занят. Безумно скучаю и хочу увидеть. Терпи, Бен! Не будь тряпкой! Ты же мужик! Ага, мужик… Без гордости и достоинства. Я безумно люблю своего парня. Он изменил мне, но я всеравно прощаю и продолжаю любить. Второе предательство – немного истерики и опять же прощение. До безумия люблю. Не знаю, что во мне теперь не устраивает его, ведь раньше все было так замечательно. Вернее, я всегда так считал… День третий. Как же мне сейчас хочется плюнуть с высокой башни на все свои предрассудки и помчаться к Чанёлю со скоростью света. Хочу обнять, целовать пухлые губы, слышать как с них срывается сладкий стон… К черту все! Хочу его видеть. Я слишком зависим от тебя, Пак Чанёль, и это не лечится. До конца его рабочего дня еще долго, но меня уже съедает изнутри предвкушение предстоящей встречи. Хочу – вместо тысячи слов. Едва ли дождавшись вечера, бегу на остановку и ожидаю автобус. Еще чуть-чуть Чанни… И я весь твой. Надеюсь, он обрадуется неожиданному возвращению. Эта мысль греет душу. К тому же, я решил прямо спросить Чанёля об его измене. Будь что будет. В конце концов, я увидел свой подъезд и целеустремленно направился к дому. Свет в квартире был включен, что очень радовало. Чанни дома и это главное. Поспешив добраться на нужный этаж, улыбнулся, завидев двери квартиры. Ещё немного. Дрожащими пальцами достаю ключи и стараюсь как можно тише открыть дверь, что у меня и получается. Сюрприз, как ни как. Незнакомую пару обуви замечаю не сразу, но, увидев, не придаю значения. Мало ли, вдруг к нему Сэхун наведался. Не разуваясь, начинаю бродить по комнатам. В гостиной и на кухне никого нет, значит в нашей комнате. Я улыбаюсь и тихо открываю двери в комнату. Лучше бы этого не делал… Пошлые стоны больно режут слух, когда я как парализованный смотрю на то, как МОЙ парень забвенчески трахает неизвестного мне парня. Их тела плавно двигаются, сливаясь воедино. Стоны слегка разбавлены звуками поцелуя. Плечи Чанёля обвивают чужие руки, слегка царапая гладкую кожу. Черт! Уже сто раз забыв обо всем на свете, я с ужасом смотрю на эту картину. Тошнит. От увиденного, от Чанёля, от слез. Срываюсь с места и выбегаю из квартиры, громко захлопнув дверь. Теперь мне понятно, что идиотом в нашей паре всегда был я. Сбегая вниз по лестнице, с каждым шагом, все больше проклинал день нашей встречи. Пак слишком жесток, а Бен – жалок. На этом наша история, Чанёль, и заканчивается. Я вылечусь от этой дебильной зависимости, я научусь жить без тебя.