В стиле Темного Лорда, или Наследник

Посвящается В. Помню. Люблю. Скучаю. Когда после нескончаемого водоворота образов и беспорядочного шквала звуков, ты попадаешь в размеренные серые будни, кажется, что ты оглох. Лишился привычного хаоса. Гарри вывалился из тесной деревянной кабинки, напугав странного вида мужчину, грязного и раздетого по пояс, склонившегося над замызганной потрескавшейся раковиной. Его странно большие глаза в недоумении смотрели с небритого, перемазанного грязью лица. Со слипшихся паклями мокрых волос капала мутная вода. Тусклый белый свет дешевой лампочки издевательски мигал, довершая картину. Мужчина открыл было рот, чтобы что-то сказать. Оправдаться или возмутиться, сейчас это было неважно. Это неравномерное миганье света слишком сильно влияло на него сейчас. Не дожидаясь, пока незнакомец озвучит свою мысль, Гарри рванул к единственной двери в помещении. Врезавшись в дородного вида бабку, мальчик лишь отшатнулся в сторону и еще больше ускорил шаг, не слушая ее причитаний о невоспитанной молодежи. Он шел, и сам не знал куда. Не понимал почему важно не останавливаться. Идти, идти и не о чем не думать. Просто переставлять ноги. Главное было не давать себе ни секунды, чтобы задуматься. Просто механически шагать, куда угодно, лишь лавировать сквозь толпу, и пусть весь мир останется за пределами этой простой и абсолютно обыденной задачи. Нужно лишь удерживаться от перехода на бег, потому что он боялся не заметить во время тупика. А еще, нужно как можно медленнее и глубже дышать. Пусть сейчас тело и ощущалось чужим, но оно все же еще продолжало его слушаться. Пусть и неохотно. Гарри боялся смотреть в лица прохожих, боялся, что они поймут, что у него что-то случилось и попытаются выяснить, что же именно. Он не мог говорить, он не мог ничего сказать. Если он откроет рот, все это станет реальностью. И это неправильно. Слишком неправильно. И в мире слишком мало слов, чтобы описать… это… Гарри нырнул в неумолимый человеческий поток с трудом осознавая, что он делает и зачем. В руках и ногах ощущалась непонятная легкость, словно бы он подхвачен течением и плывет куда-то. Очень важным казалось слиться с толпой. С обычными людьми, у которых ничего не случилось. Гарри ускорил шаг, потому что непрошенные мысли, вопреки всему, лезли в голову. И ему было страшно, что он чувствует все это. Слишком много, слишком много всего. Гарри не знал, что это вообще возможно. Ему показалось, что кто-то окликнул его, но звук его имени быстро сменился на пронзительный предсмертный крик, отзвуки которого все еще звенели где-то на задворках сознания. Заставляя тем самым только еще больше ускорить шаг. Он не раз врезался в возмущающихся и сердитых прохожих. Отлетал в сторону, снова врезался, словно на волнах в разбушевавшемся море. В тот миг, когда Гарри в очередной раз столкнулся с высокой безликой фигурой и дернулся в сторону, его неожиданно остановила сильная рука, обхватившая его за плечи. Гарри обреченно замер, и послушно позволил завести себя в проулок, где знакомое чувство скрутило живот, увлекая его куда-то в междумирье. Он даже зажмурил глаза, ожидая упреков, когда его ноги соприкоснулись с землей. Однако, он почувствовал, как кто-то присел напротив него, продолжая сжимать его плечи руками.       — Гарри… Мальчик резко распахнул глаза, на звуки незнакомого голоса. Они стояли на земляной дороге с глубокими рытвинами от колес, берущей крутой поворот сразу после небольшого спуска с пригорка на который они перенеслись. Старый деревянный забор, с несколькими отвалившимися столбиками с одной стороны и густые высокие кусты с другой. Тишину нарушало только щелканье кузнечиков и одинокий скрип флюгера откуда-то сбоку. И дыхание странно взволнованного незнакомца, заслоняющего собой последние солнечные лучи. Гарри заторможено уставился в яркие голубые, глядящие на него с осунувшегося лица. Он было дернулся, чтобы освободиться, но тонкие руки неожиданно цепко удержали его на месте.       — Гарри, Гарри! — мужчина чуть тряхнул его, пытаясь остановить попытки ребенка вырваться, — послушай меня, это очень важно. Я не причиню тебе вреда, но ты должен кое-что сделать, немедленно, меня могу хватиться в любую минуту.       — Я вас не знаю! — выкрикнул он в ответ, все еще пытаясь избавиться от чужих рук.       — Гарри! — как-то умоляюще-обреченно воскликнул незнакомый волшебник, потом тряхнул длинной светло-каштановой шевелюрой и скороговоркой произнес, — Лайелл и Хоуп живут в доме номер 13 по Фоксгроу Фолли в графстве Йоркшир.       — Что? — он только успел растерянно моргнуть, когда его уже с силой потянули прямо в заросли какого-то непонятного кустарника. Мужчина уверенно отодвинул ветки в стороны, и Гарри увидел впереди пустую ровную поляну. Не успел он что-либо сказать, как с изумлением заметил в воздухе небольшую черную точку. Она стремительно разрасталась, превратившись в кляксу, чьи неясные очертания, расползаясь все дальше в стороны, начали приобретать форму узора. Прямо перед ними из ниоткуда соткался высокий кованный забор и небольшая калитка, а дальше, на поляне стали прорисовываться сначала две каминные трубы из красного кирпича. Потом три небольших белых окна на неровной каменной кладке под нависающей соломенной крышей. За вторым этажом последовал первый с такими же симметричными белыми окнами, украшенными небольшими поддонами с цветами и старинной черной дверью, едва различимой за разросшимися цветами в висящих горшках. Дом был старенький, не самый богатый, но явно ухоженный. И судорожно вцепившиеся в Гарри руки, тащили его именно к этому неприметному во многих смыслах, строению. Одно было ясно, чем бы это место ни было, не похоже, что Темный Лорд имел к нему хоть какое-то отношение. Мальчик, переживший столько всего за последние несколько часов, наконец, сорвался, разразившись криками. Он и сам не помнил, что кричал, запомнил только голос кричащего в ответ похитителя, резко распахнувшуюся деревянную дверь и пожилого мужчину, кинувшегося к ним с порога. Вдвоем они втащили Гарри в дом, протолкнув его мимо лестницы в гостиную с большим камином и креслом-качалкой перед ним. Не долго думая, они вдвоем толкнули мальчика на мягкий светлый диван в мелкий цветочек. Гарри с силой опрокинули на спинку, так что кружевная салфетка, лежавшая на ней, упала мальчику на плечо. Пока воспитанник Темного Лорда пытался сесть и сориентироваться, где он находится, и как ему отсюда выбраться, его похититель что-то лихорадочно объяснял своему сообщнику. Помещение было выдержано в чисто английском стиле. Светлые обои с большими бутонами роз, темная деревянная мебель на гнутых витиеватых ножках. Фарфоровые заварочный чайник и кружка на столике перед камином, кресло-качалка с перевернутой открытой книгой и пушистый плед в клеточку. Тяжелые портьеры, перевязанные ленточками и обрамляющие ажурную белоснежную тюль, на окнах. Тонкий аромат сдобы и теплого молока. Мерное потрескивание поленьев в камине. И двое взволнованных, даже сердитых, мужчин, никак не вписывающихся в спокойную и уютную обстановку. К тому же, совершенно ему незнакомую.       — Кто вы такие?! Где я?! — закричал он, вскакивая на ноги, но тут же был откинут назад на диван более молодым из двух мужчин.       — У меня нет на это времени! — крикнул он, обращаясь к своему собеседнику и, казалось, даже не обратил внимание на разозленного и перепуганного ребенка, — мне больше некуда его отвести.       — Просто посмотри на него! — повысил голос тот, обличительно указав рукой в сторону Гарри, — он же до смерти напуган. И что это? Кровь? На это мальчик растерянно моргнул, опустив взгляд на свою перепачканную кровью и пылью мантию.       — Думаешь, что его следует вернуть Ему?! — рявкнул в ответ похититель.       — Ты объявляешься спустя столько лет и требуешь укрыть у нас ребенка, — грозно начал пожилой мужчина, — которого ты притащил сюда силой, и ждешь…       — Это сын Джеймса! Прошу, у меня нет времени, но я должен ему, и ты тоже.       — Кто вы такие?! — вновь закричал Гарри. Он наконец вскочил с дивана, увернувшись от чужих рук и ухитрился выхватить свою волшебную палочку, которую Темный Лорд и леди Белла подарили ему на последний день рождения. Гарри еще не умел толком колдовать, но сейчас просто то, что он держал ее в руке придавало ему сил. Двое спорщиков замерли, наблюдая за тем, как он начал медленно пятиться к выходу.       — Гарри, не глупи, — обратился к нему более молодой, делая шаг в его сторону, — ты можешь навредить себе.       — Навредить?! — вновь закричал он, направив кончик своей палочки точно мужчине в грудь. Будто до этого момента он был в порядке. Будто бы он не шел по Косому переулку, устланному телами, будто бы его Наставник с Наставницей не брали заложников. Словно бы они не прорывались с боем, и он не видел смерти, будто Гарри с Долоховым не бросили леди Беллу ради своей безопасности. Что еще ему может навредить?       — Гарри! — предупреждающе воскликнул его похититель, — успокойся! Он медленно достал свою палочку, настороженно следя за рукой ребенка, волшебная палочка в которой начала окутываться ярким голубым сиянием. Наследник Темного Лорда и сам с ужасом и долей удивления посмотрел на нее. Голубое свечение, словно кокон окутало палочку и уже охватывало держащую ее руку. Он поднял глаза. Теперь уже оба мужчины держали свои палочки наготове. Старший из них кинул в ребенка оглушающее заклинание, красная искра соприкоснулась с голубым светом и завертелась в вихре незнакомой магии, сливаясь с общим потоком. То же случилось и со следующей красной вспышкой. Гарри видел неподдельный страх на лицах волшебников, и сам боялся не меньше, поскольку не понимал, что происходит и не мог это остановить. Руки, неохотно слушающиеся его всего несколькими минутами ранее, перестали подчиняться совсем и тело переполнила легкость, словно оно уже и не существовало вовсе. Он попытался закричать, когда синие всполохи вокруг него почти полностью превратились в сплошную беспорядочно вертящуюся вокруг него стену, когда что-то ослепительно красное, наконец, прорвалось внутрь, окрасив все в фиолетовые тона, прежде, чем мир вокруг погас.