В стиле Темного Лорда, или Наследник

Путь Тома Реддла от мальчика-сироты до Темного Лорда был долог, полон опасностей и, чего уж таить, предательств. Он предавал, его предавали. И речь даже не о его предательстве по отношению к другим, а скорее к самому себе. Он отказался от спокойной, обеспеченной жизни, признания, которого бы непременно добился, и погнался за мечтой. Вполне себе такой нестандартной: захватить и «перекроить» магический мир. Он собирался начать с малого, с родной Британии, а там уж как дела пошли бы. Так появился Темный Лорд Волдеморт. Волшебник понимал, что при всех его способностях, так просто переворот не совершить. Тем не менее, он не захотел добиваться власти путем длительного карабканья по лестнице политической карьеры. Волдеморт отказался от нормального дома, семьи, выбрав непростую дорогу к мировому господству. Естественно, изначально он не осознавал, насколько непростой будет эта задача. Война может быть куда как затяжнее любых выборов. Сейчас Темный Лорд взирал на поредевшие ряды своих сторонников, с трудом скрывая раздражение и ярость. Не хватало как минимум человек десять. В основном пропал молодняк, недавно окончивший школу и присоединившийся к Пожирателям Смерти. По левую от него руку стоял Люциус Малфой, вытянувшись, как по струнке, будто в любой момент ожидал команды «бежать». Он пытался сохранить хотя бы внешний вид спокойствия и невозмутимости. Тщательно подобранная мантия, аккуратно уложенные, неестественно белые волосы и рука на черной трости с серебряным набалдашником-черепом создавали впечатление уверенного аристократа. Однако его лицо земельного оттенка выглядело нездоровым, а часто раздуваемые ноздри выдавали волнение. Рядом стояла его жена. Нарцисса, воспитанная в лучших традициях семьи Блэк, сохраняла абсолютную невозмутимость. Гордо вскинутая голова, расправленные плечи и спокойствие, граничащее с безразличием, на лице, было идеальной ширмой. Она стояла прямо, не дергалась, не бросала украдкой взгляды по сторонам, однако от внимания Темного Лорда не укрылось, что она стоит значительно дальше от мужа, чем обычно. Волдеморт мысленно усмехнулся, похоже, что у четы Малфоев свои проблемы. Однако тут же нахмурился, вспомнив о письме Нарциссы Белле. Возможно, Малфои еще не успели ничего предпринять, но явно собирались, раз пытались вызнать что-то через Беллатрису. Скорее всего, они не были предателями, иначе бы не стали искать информации у опальной Пожирательницы. Вероятно, Нарцисса решила подстраховаться, и узнать все через сестру, чтобы не вызвать ни у кого подозрений. Пойди она с расспросами к тем же Долохову или Руквуду, они бы точно «проверили ее на верность». С этим он разберется позже. Места Лестрейнджей рядом с четой Малфоев были по-прежнему пусты. Единственная оставшаяся в живых представительница этого рода находилась сейчас у себя в поместье по приказу Темного Лорда. Судя по лицам окружающих, их вообще не волновало отсутствие Беллатрисы, похоже, тут ее уже списали со счетов. Что ж, это только на руку. Через несколько шагов стояли Крауч младший и Августус Руквуд. Оба выдержали тяжелый взгляд Волдеморта, не отведя глаз. В синих отблесках магического света их лица отражали абсолютную готовность немедленно выполнить приказ, а взгляд был наполнен преданной, болезненной фанатичностью. Между ними и еще несколькими Пожирателями, чьи имена Лорд не считал нужным запоминать, тоже было свободное пространство, значительно большее, чем занимаемое когда-то Лестрейнджами. Судя по всему, тут не хватало человек пять, не меньше. Темный Лорд посмотрел на людей справа от него. Первым, ближе всего к его креслу, стоял Антонин Долохов. Это был высокий, худой мужчина, его темные густые волосы уже тронула седина у висков. На суровом небритом лице застыла маска превосходства. В темных глазах, под густыми черными бровями, проглядывала смесь насмешки и снисходительности. Волшебник стоял, с достоинством расправив плечи. Он никогда не задирал носа к потолку и не изображал из себя аристократа, но в нем было куда больше чести и достоинства, чем в том же Малфое. Рядом с ним стоял Нотт, спокойно разглядывающий остальных собравшихся своими бледно-серыми глазами. Он не нервничал и так же спокойно выдержал взгляд своего Повелителя, как и Крауч с Руквудом до него. Нотт многое повидал за свою жизнь, и игра в гляделки явно не могла заставить его нервничать. Он смотрел на собравшихся с высоты своего немаленького роста, что вкупе с широкими плечами и спиной, не согнутой еще от возраста, придавало ему несколько устрашающий вид. Нотт был одним из первых Пожирателей, он уже доказывал свою верность, и не раз. А вот пустующее место рядом с ним, обычное занимаемое Мальсибером, Эйвери и Снейпом, наводило на мрачные мысли. Все трое не так давно присоединились к Пожирателям. Волдеморт мог бы предположить, что Снейп верен ему, ибо именно он рассказал своему Повелителю о пророчестве, но было две причины усомниться в его преданности. Первая — это именно пророчество, то, из-за которого Темный Лорд начал охоту за Поттерами, и в итоге оказался втянут в некую игру, смысл которой еще не понял. Снейп мог как-то быть в этом замешан. Вторая — это то, что Волдеморт смутно помнил, о просьбе молодого Пожирателя пощадить магловскую девчонку, жену Поттера. Слухи о том, что Темный Лорд виновен в ее смерти, наверняка дошли до него. Возможно, именно этим обусловлено его отсутствие, что тоже могло указывать на его предательство. Хотя Волдеморт и не понимал выбора Снейпа, он осознавал, что чувства порой могут затуманить разум, и предательство из-за смерти девчонки было вполне возможным. Еще одна проблема. Дальше стояли Каркаров, изредка поглаживающий свою козлиную бородку, и седовласый Трэверс с братом и сестрой Кэрроу, а вот Петтигрю тоже не наблюдалось. Это было самой большой проблемой. Волдеморт вновь кинул взгляд на темноволосого бледного мужчину, стоящего справа от него. Долохов был уверен, что пропавшие Пожиратели вовсе не дезертировали, а скорее всего были схвачены, попав в такую же западню, как в свое время и Лестрейнджи. Мнению этого мага Темный Лорд доверял. Они познакомились больше тридцати лет назад, и за это время Долохов ни разу его не подвел. В то время Волдеморт, будучи еще совсем молодым, только начинал вынашивать свои планы по перевороту. После неудачной попытки получить место преподавателя Защиты от Темных Искусств, он устроился на работу в «Горбин и Бэркес». Благодаря должности приказчика ему удалось завести нужные знакомства, собрать множество артефактов и ценной информации. Эта информация, в конце концов, и привела молодого волшебника к путешествию по Европе. В годы своей молодости, Темный Лорд был крайне горяч, горд и своенравен. Во время его путешествия по Румынии, волшебник попал в очень опасную ситуацию и именно Антонин Долохов пришел тогда ему на помощь. Долохов был сторонником другого, тогда уже побежденного, темного волшебника. С первых минут двух магов объединили общие цели и общая же нелюбовь ко всем известному Альбусу Дамблдору. Как оказалось, далеко не всем было известно, какую именно роль этот волшебник сыграл в судьбе Гриндевальда. Красивая история о победе добра над злом была без прикрас пересказана Долоховым, утеряв при этом все свои лоск и возвышенность. Волдеморт злорадствовал. О, сколько же грязного бельишка этого вычурного мага вытащил на свет его новый знакомый! Помимо пересказывания биографии пресветлого волшебника, Долохов помогал будущему Темному Лорду с исследованиями. Так, постепенно, между ними и возникло долгосрочное сотрудничество. Темный Лорд откинулся на спинку кресла, прекратив, наконец, сверлить взглядом своих сторонников. Некоторые из них ощутимо расслабились, из темного мрачного помещения резко ушло все напряжение, последние несколько минут буквально заставлявшее воздух трещать. Волдеморт смотрел на их подобострастные заверения в преданности и радости встречи сквозь пальцы. Если бы он не успел переговорить с Долоховым до начала собрания, то, скорее всего, так легко они бы не отделались. Бросив еще один взгляд на толпу волшебников, Темный Лорд величественно махнул рукой, намекая, чтобы те поскорее исчезли. Они тотчас же подчинились.       — Ты уверен, что они не просто сбежали? — поинтересовался Волдеморт у своего самого верного соратника, будто продолжая прерванный разговор.       — Они бы не посмели, мой Лорд, — криво усмехнулся Долохов. Он единственный из Пожирателей, кто остался со своим Повелителем после завершения общего собрания. Мужчина по-прежнему стоял рядом с креслом своего Лорда, по правую руку. Уже много лет он занимал это место, и всем было прекрасно известно, что это проявление милости. Каждый Пожиратель знал, что Антонин Долохов — второй человек после Темного Лорда. Его авторитет среди всех Пожирателей был неоспорим, даже круг приближенных подчинялся его приказам. Именно Долохов оставался управлять делами, если Волдеморт куда-то отлучался.       — Я бы посоветовал надавить на наших людей в Министерстве, — предложил он, — Они должны узнать, где у нас происходит утечка информации. Лестрейнджи были превосходными волшебниками и, тем не менее, им не удалось уйти. Ожидать чего-то от сопляков, только выпрыгнувших из-за парты, не имеет смысла. Стоило бы попросить Августуса задержаться.       — Я предполагаю, что ты следил за ситуацией во время моего отсутствия? — Волдеморт бросил вопросительный взгляд на собеседника, проигнорировав часть про Руквуда, и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил: — У тебя не возникли какие-нибудь подозрения? Может, кто-то вел себя странно?       — Мой Лорд, — вновь криво усмехнулся маг и едко продолжил: — Они все вели себя странно. Это стадо «аристократов» решило, что вы… пропали. Тактичная замена слова с «проиграли» на «пропали» нисколько не обманула и не успокоила Темного Лорда. Он прекрасно знал, что думали его досточтимые «верные» соратники, ну, большинство из них.       — В таком случае, — медленно протянул Волдеморт, недобро улыбнувшись, — может, нам стоит с ними поговорить по душам? Порой, даже спустя столько лет, он позволял себе такие вот мальчишеские заявления в присутствии своего верного соратника. Долохов на это хрипло расхохотался, чуть запрокинув голову назад.       — Нам следует сохранить оставшиеся силы, а не сократить их. Темный Лорд только хмыкнул, но все же согласился с ним. Действительно, вряд ли подобное мероприятие закончилось бы чем-то хорошим. Им всем было что скрывать, но Темный Лорд сомневался, что кто-либо из присутствовавших сегодня волшебников мог предать его. По-крайней мере теперь, когда они знали, что он никуда не «пропал». Куда большие опасения вызывали отсутствующие. Даже если они не были предателями по своей воле, они могли стать таковыми по другим причинам. Если они были схвачены, то наверняка могли раскрыть немало тайн, естественно, Волдеморт даже своим приближенным не раскрывал всех своих планов, но раскрытие любой мелочи может привести к проигрышу войны. Однако больше всего волшебника волновали Петтигрю и Снейп. Оба молоды и далеко не самые влиятельные фигуры, только вот у обоих были «особые обстоятельства». Петтигрю бесследно исчез после того, как отправил своего Лорда в Годрикову Впадину, Снейп же изначально был тем, кто поведал душещипательную историю с пророчеством. А еще, если Темному Лорду не изменяла память, а он никогда не страдал подобными проблемами, то оба этих новоиспеченных Пожирателя вместе учились в Хогвартсе. Паранойя подсказывала, что они могли быть заодно, разум уверял, что объединение гриффиндорца и слизеринца маловероятно, хотя бы по причине болезненной неприязни на интуитивном уровне. Правда, Петтигрю, даже с натяжкой, не походил на образчик среднестатистического гриффиндорца. Однако же, все они давно не дети. Волдеморт был уверен, что эта внутришкольная политика завязана совсем не на традициях и какой-то там мистической врожденной неприязни, все дело во внушении. Всех учеников распределяли по факультетам в зависимости от их способностей и отличительных черт характера. Представители факультета Слизерин были умны, хитры, честолюбивы и властолюбивы, в меру горды. Идеальные качества, чтобы добиться очень многого. Однако предвзятое отношение к ним несколько ограничивало их возможности. Тут уж магическое сообщество может кричать о чем угодно, но здоровенная доля дискриминации присутствовала везде, во всех сферах. Темный Лорд допускал, что некоторые поступали подобным образом, даже не осознавая этого. Промывка мозгов — великая вещь. Тем не менее, Снейп, похоже, на дух не переносил Петтигрю, он с таким презрением смотрел на невысокого полного волшебника, словно готов был раздавить его как жука, дай только шанс. Это было еще одной причиной против того, что эти два Пожирателя могли действовать заодно. Сыграть подобные проявления чувств практически невозможно.       — Мой Лорд, — нарушил возникшее молчание Долохов, серьезно посмотрев на Волдеморта. — Нам необходимо поскорее решить проблему утечки информации. Наши ряды сильно поредели, мы просто не можем больше терять людей.       — Это так, Долохов, — согласился с ним Темный Лорд, мрачно уставившись тому прямо в глаза, — но это только в том случае, если мы их потеряли. Темноволосый волшебник нахмурился, глядя на сидящего перед ним мужчину. Он не совсем понимал, куда тот клонит. Долохов пристально следил за ситуацией, он ограничил перемещения всех Пожирателей после того, как на следующее утро после пропажи Темного Лорда, на связь не вышло несколько волшебников, однако, сегодня явилось еще меньше людей… Была и еще одна причина для волнений. Антонин знал, куда мог без каких-либо предупреждений сорваться его лидер, и это заставляло его волноваться. Было время, когда он и сам думал, что Темный Лорд побежден. Альбус Дамблдор был опасным противником, не менее хитрым и изворотливым, чем любой темный маг. Что ж, клин клином вышибают. В этом не было ничего удивительного. Однако, сообщать о победе в войне старикан с его прихвостнями не спешил, значит, все было не так. С помощью Руквуда им удалось узнать, что в ту ночь, когда пропал Темный Лорд, были убиты Поттеры. Долохову было известно о пророчестве, и он действительно обеспокоился о судьбе Волдеморта, однако, ничего о нем или ребенке нигде не говорилось. Видя сосредоточенное выражение на лице своего соратника, Темный Лорд не сомневался, что тот обдумывает его двусмысленные слова, сказанные сейчас и во время собрания. Волдеморт весьма уклончиво поведал о Поттерах. Он сказал, что был в Годриковой Впадине, и что хозяева дома мертвы. В принципе, то же самое, что и так уже было всем известно. Однако уточнять у него никто не решился.       — У вас есть какие-то предположения касательно пропавших? — спросил, наконец, Долохов.       — К сожалению, нет, — качнул головой Темный Лорд, увидев проступившую на лице соратника озабоченность и некоторую степень разочарования, продолжил, — не о всех. Антонин вскинул голову, пристально посмотрев в глаза собеседника, слегка приподнял брови, но не озвучил вопроса. Впрочем, Волдеморт в любом случае собирался ему все рассказать.       — Нам нужно наведаться в гости. Похоже, что его собеседник ожидал какого угодно продолжения, только не такого. Он выразительнее вскинул брови и открыл рот для вопроса, но Волдеморт его перебил. Изящным взмахом палочки он начертал в воздухе стул и слевитировал его к Долохову.       — Присядь, — участливо предложил Темный Лорд волшебнику. Тот проигнорировал предложение, раздраженно тряхнув головой, и нетерпеливо посмотрел на него. Волдеморт на это лишь притворно красноречиво вздохнул, но настаивать не стал.       — Нужно посвятить кое-кого в детали смерти печально известных Поттеров. Долохов встрепенулся, чуть сузил глаза и негромко произнес:       — И о чем же конкретно, а главное, кого вы собираетесь посвятить? — спросил он.       — О, просто хочу рассказать о том, что произошло той ночью, — пожал плечами Темный Лорд, — я имею в виду ту часть, о которой знаю. Это заявление, похоже, еще больше сбило с толку Антонина, он инстинктивно стиснул рукой свою волшебную палочку, которую уже некоторое время назад вытащил из рукава мантии. Волдеморт явственно уловил на его лице тень промелькнувшего раздражения. Долохов всегда был таким, он был предан ему, но без фанатичности и подобострастия. Они были чем-то похожи с Беллой. Только та была несколько эмоциональнее… Женщина, что с нее взять? Лестрейндж просто вываливала на него все, что думает. Долохов же сообщал свои соображения в несколько ехидной форме, но никогда не настаивал и не доказывал свою правоту. Он предлагал, чаще всего, когда Темный Лорд сам спрашивал его совета. Антонин не настаивал на своих идеях, предоставляя Волдеморту принимать решение самому, брать ответственность. Он просто разводил руки в стороны и пожимал плечами, когда сталкивался с несогласием со стороны своего лидера. Зато как он злорадствовал и ехидничал, когда оказывалось, что именно он был прав. Естественно, если Долохов считал, что ситуация критическая, он мог просто без зазрения совести отвесить символу нового порядка подзатыльник и поставить перед фактом. Правда, теперь Волдеморт уже не был ведом своей горячностью и порывистостью. Те времена, когда Долохов выступал в роли некоего покровителя для молодого, начинающего властелина, прошли. Может, когда-то он и был опытнее и мудрее, теперь же… Они были скорее друзьями, в чем оба ни за что бы не признались. Не по статусу.       — А вот кому… — продолжил Волдеморт, чуть растягивая слова и наслаждаясь реакцией собеседника, — если я прав, то нам придется наведаться кое к кому в гости. Долохов сжал губы плотнее, сдерживаясь из последних сил, чтобы не высказать все, что он думает. Однако, окончание фразы заставило его пожалеть, что он не воспользовался любезным предложением волшебника. Ему бы следовало знать, что подобная предупредительность явно неспроста.       — Нам нужно наведаться в Хогвартс, — буднично произнес Темный Лорд.