БиБ

Какая, оказывается, у Багиры богатая мимика. И как это он раньше не замечал? Не до того было или же не демонстрировала? Да нет, Рита вроде всегда была остра на язычок. Но сегодня уровень стервозности не просто зашкаливает, он достиг критической отметки и вот-вот рванет. — Здравия желаю, — майор протягивает руку, но Рита ее игнорирует. — Зачем нам специалисты? У нас свои есть. Фу, Багира, некрасиво, и язык так и чешется сказать, что офицеры так себя не ведут, но вслух произносить это крайне опасно, наверняка потом окажется одним из первых, кому достанется просто за то, что капитан первого ранга Маргарита Кошкина сегодня утром встала не с той ноги. — Введи Елену Владимировну в курс дела, — бравый контр-адмирал, ещё не до конца оправившийся от ранения, чувствует себя чем-то вроде мебели. Вроде и присутствует в центре, но былого трепета в груди у сослуживцев уже не вызывает. И хорошо же он, наверно, выглядит в глазах Калединой, ничего не скажешь. Совсем разболтались подчинённые, но разговаривать с Багирой в приказном тоне, да особенно в присутствии посторонних чревато, поэтому он наклоняется чуть ниже и мягко, но с толикой язвительности якобы просит, — пожалуйста. — Кузьмин меня ненавидит, — тяжело вздохнув, сообщает женщина. По ней видно, что она из тех, кому очень трудно признать свои ошибки или неудачи. И сейчас Каледина явно переступает через себя, стараясь смотреть сквозь бойцов, дабы ни один мускул на ее лице не дрогнул. А вот Кошкиной скрывать эмоции ни к чему, и на ее лице расцветает победная самодовольная улыбка, которую она даже не думает прятать. — Не муд-ре-но, — нараспев, по слогам, констатирует Рита, крутясь в кресле. Со стороны это выглядит так, словно женщина забыла, кто она и где находится. Булатов замирает на короткое мгновение, не то просто наблюдая за сослуживицей, не то любуясь, не то офигевая от ее наглости. И надо бы хотя бы намекнуть на то, что бойцы контр-террористического центра, тем более в таком звании, так себя не ведут, но ее озорное ребячество выбивает из колеи. Странно, Рита впервые ожила за все время на новом месте и выбрала странный для этого катализатор. Калединой Кошкина тоже не нравится, и рассмотреть это можно невооружённым глазом, но она, в отличие от капитана первого ранга, ведёт себя куда сдержаннее, чем только раззадоривает разошедшуюся не на шутку Багиру. А Рита тем временем продолжает вращаться в кресле, язвительно улыбаясь. И да, она не одна. И если с Бизоном и Котом все ясно как божий день, то энтузиазм Шумова и Родионова поражает. Но до мимики Багиры им, конечно, далеко. Тут, видимо, нужны годы упорных тренировок с перерывами для вылазок в «поля». — Елена Владимировна, как у вас дела? В ответ тишина. Булатов даже не уверен, слышит ли его сейчас майор. — Лена! — срывается с губ прежде, чем он успевает оценить масштаб своего провала. Провала? Нет, скорее даже краха. Но на удивление убийственным взглядом его не одаривают. Багира только театрально закатывает глаза и гримасничает так, что сидящая у него за спиной Свердлова давится от смеха. И надо бы, наверное, все-таки разозлиться хотя бы чисто для проформы, но Маргарита настолько естественна в своем кривлянии, что не получается. А в голове молоточком стучит одна мысль — так не вели себя даже Мура с Умой, у которых юношеский максимализм до сих пор играет в известном всем месте. Но, черт побери, ему нравится эта Багира. Прежняя, живая, настоящая. А еще помимо всего прочего, в глубине души зарождается догадка о возможных причинах ее поведения, и, может, это слишком самоуверенно, но мысль не может не греть. Кошкина банально ревнует. — Эх, а я буду скучать по Елене Владимировне, — морща носик, с наигранной печалью выдает женщина, когда вечером, сидя в кабинете, попивает ароматный чай. Иван хмыкает и старательно прячет улыбку за кружкой. Не уверен, что Каледина такого же мнения. Она неслась отсюда так, словно за ней неслись все черти ада, а не Багира, «мило» улыбающаяся ей в спину. Впрочем, от такой улыбки у любого мороз по коже. — Можем как-нибудь организовать вам совместную работу. Из вас получается весьма эффективный тандем. Договорить не получается, потому что Рита смешно кривит губы и даже высовывает язык, отчего контр-адмирал давится, а подоспевшая на помощь Кошкина стучит по его спине с такой силой, будто выбивает пыльный ковер. И все это с невозмутимым выражением лица. Пара горячих капель расплескавшегося напитка падает на колени, и только тогда Булатов додумывается поставить кружку на место. Рита к этому моменту уже ехидно улыбается. — Мда-а-а, задумчиво тянет мужчина, наблюдая за озорными чертятами в ее глазах, — не знал, что у тебя такая богатая мимика.  — Это что, — подмигивает Рита и, грациозно закинув ногу на ногу, наклоняется к нему ближе, — ты и половины моих талантов не знаешь, Вань.