Сборник упоротых яойных драбблов

Воронин лежал на кровати в, по экспертному мнению Лукаша, весьма эротичной позе, наслаждаясь редкой тишиной, установившейся в их с лидером анархистов семейном гнёздышке. Лукаш, хоть душой и всегда был рядом с благоверным, физически находился на базе собственной группировки и, разумеется, знать не знал, что генерал зачастил в неприметный домик на окраине Армейских складов именно в то время, когда тот пустует. Ну, а что ещё можно было поделать наитипичнейшему интроверту, если ни во тьме ночной, ни, тем более, при свете дня нельзя было укрыться от вездесущих людишек хотя бы на минутку? В "Долге" его, как генерала, ждал извечный детский сад "Трусы на лямках", в этом же несчастном домишке - не в меру общительный муженёк, да и Гофман со Звягинцевым теперь частенько заглядывали, так что покоя Воронину не было нигде. А так хотелось иногда просто остаться одному! Просто в течение некоторого времени не видеть никого в радиусе километра и слышать только стук собственного сердца! Но ведь не скажешь же такое своим подчинённым, а тем более супругу? Поэтому Воронин средь бела дня под шумок смывался с облюбованной должанами территории, не зазывая с собой Лукаша, и приходил на место их почти еженочных встреч. Здесь генерал мог вздохнуть спокойно и почитать книжку-другую до прихода муженька, благо предыдущие обладатели этого дома, похоже, были книгоманами и оставили должанину шикарный выбор. Сегодня генеральские ручонки дотянулись до сборника стихов Маяковского. Зачитавшись, Воронин совсем забыл о времени. - Я достаю из широких штанин... - по привычке долговец чуть слышно бормотал себе под нос. Однако этого оказалось достаточно, чтобы с улицы его присутствие почуял Лукаш: - Уже?! - раздался истеричный вскрик. - Не, Воронин, ну ты хоть погоди меня-то! Плохо учившийся в школе Павсикакий влетел к генералу со спущенными штанами. Воронин хлопнул себя рукой по лбу. - И как я мог выйти за тебя замуж?