Паранойя

И снова этот кабинетик. Этот стол. Эти папки, бумажки, ручки, диван, шкафы - опять же с папками. Ковер, короче опять двадцать пять. И пусть утро началось с облома, я ликовал. Черт с ними, с бумажками. Где там мой личный искуситель? Найти, срочно найти! Дверь хлопнула прежде, чем я успел додумать мысль. На лице сияла почему-то отказывающаяся слетать в ровную линию улыбка. Даже свет был сегодня по-особенному мягким, а местные медсестрички не раздражали вечно порхающими ресницами при виде меня. И даже принять от одной из них порцию любви в виде печенек-сердечек я был сегодня не против. Даже хрумкнул парочкой по дороге в общий зал, на задворках сознания надеясь, что она ничего туда не сыпанула, когда пекла, и не заговаривала. А то сталкивался уже с подобным позерством на привораживание. Тогда это «обошлось» для меня небольшой диареей. И вот я уже у косяка двери. И какое везение: властелин моих эротических снов один-одинёшенек сидит себе на стульчике и хмуро сверлит теперь, по-видимому, уже совсем не сексапильные рамы. - Привет, страна! - поприветствовал я хмурого искусителя. - Привет, модель для рекламы отбеливающей зубной пасты, - в моей манере ответил парень. - Пфф, ты значит страна, а я всего лишь модель пасты? - не унимаясь, шутливо продолжил я. Парень приподнял правую бровь, говоря: что? Но все же ответил ровным тоном со слегка дергающейся левой бровью. - Ладно, тогда пусть... Привет. Корпорация по отбеливанию зубов. - Вот, это уже что-то, - садясь напротив него и все так же лучезарно улыбаясь, ответил я. - Раз мы разобрались с приветствиями, перейдем сразу к делу. Как там насчет моей просьбы? - перешел в наступление парень. - Просьбы? – удивленно-наиграно. Парень нахмурился. – Аа, ты про это. Ну, что я могу сказать. Мне жаль... - Черт, - расстроился было Томо. - Мне жаль, но теперь тебе придется тусить в моем обществе. Плюс, с тебя должок, - заулыбался я еще шире. Минутное смятение в глазах напротив. Улыбка. - Засранец, а я уж, блин, было расстроился. Спасибо, Ре-чан, - он протянул руку. Мы обменялись рукопожатиями, и он уже хотел было убрать свою конечность, но я не разжал ладонь, следя за его реакцией. Томо заглянул мне в глаза, приподнимая вопросительно обе брови: - Эммм... может, отпустишь уже мою конечность? - Так что, сматываемся сегодня же ночью? Не будем терять время, – решил я бить по теме. - Ээ... а Нишикидо-сан разве успеет выписать пропуск так быстро? - уже не пытаясь отнять свою ладонь. - Успеет-успеет, прямо сейчас к нему за этим загляну. В общем, будь готов к вечеру. Надевай свои самые красивые трусишки и жди. Он снова изогнул бровь и усмехнулся. - Хорошо, напялю свои самые стильные, раз такое дело. Усмешка так и застыла на его лице. Ох, с нетерпением жду момента, когда смогу его в них лицезреть; всего остального можно вообще не одевать, а потом и эту деталь снять. Ладно к этому мы еще придем. Эх, так бы и сидел с ним... Мдаа, Нишикидо, ты попал по самое "не хочу". И это уже даже не открытие, а очевидность. Представляю, как, перекатываясь по полу, будет ржать надо мной Джин, когда узнает. Брр... надо будет весь компромат, что у меня на него имеется, приготовить и тыкать ему в лицо, как только он зайдется новым приступом смеха. Так, а сейчас надо сходить, как и обещалось, за пропуском к бате. С неохотой отпустив его ладонь и попрощавшись до вечера, я пошел искать вечно где-то пропадающего отца. Опросив свидетелей и проведя расследование, я нашел его в кабинете у столовой. Отец сидел на диване и что-то объяснял другому врачу, постоянно тыча в какую-то бумагу. Войдя, я сразу доложил о сути своего визита. У бати все было уже наготове, и даже штамп уже стоял. Он лишь немного поворчал насчет того, что я забираю Ямашиту уже сегодня, а раз так, то время сдвигается, и значит, мы должны быть здесь в это же время завтра вечером и, как он добавил, не секундой позже! Я все понял, взял пропуск, на котором отец дописал число и время, и поспешил скорее унести ноги. Перед самым выходом отец окликнул меня и сказал, что Ямашите сообщат, чтобы собрался и ждал у выхода. Мол, не шатайся там у палат, пациенты только пришли с общего зала, прогулок, и сейчас отдыхают у себя, не надо травмировать их психику своим неожиданным появлением. Чем же мое появление их так может травмировать, объяснять не стал. Лишь провел пальцем овал лица и, поняв, что я что-то не догоняю, махнул рукой на дверь. Я же, в свою очередь, скорее поспешил хлопнуть ей с другой стороны. Так, все идет пока просто отлично. Жаль, конечно, в палату за Томо сходить не позволили, а то я надеялся и там подсластить вечер небольшой торцевой оголенностью перед переодеванием. Ну да ладно, увижу еще участки и попикантнее, только попозже. Оптимизма мне сегодня было не занимать. Так, надо еще узнать, как быстро он пьянеет, и дело практически в шляпе. Станет, надеюсь, вяленьким, сонным, можно будет "по-братски" обнять, ненавязчиво потрогать и проверить ощущения. Хотя проверять-то чего, если меня от одного его вида прет в невесомость. Точнее будет сказать, надо будет попытаться укрепить наши узы за общей бутылкой. Да, начнем с прощупывания почвы. Еще раз улыбнувшись своим мыслям и открывающимся перспективам, я дошел до выхода. Томо еще не было, и я предположил, где примерно находится его окно. По рассказам Уэды, оно было на втором этаже в конце коридора. Направился в ту сторону, ну, так, осмотреться, сделать пометки в дневнике памяти. Всякое же может быть, вдруг нам скоро придется пустится в бега. Надо понять: если связать узлом пару штор и протянуть их в окно, то сможет ли мой будущий парень благополучно спустится на землю, не имея навыков ниндзя. Я как раз прикидывал расстояние от окна до земли и откуда бы мне притащить мат, чтобы в случае чего мой без пяти минут парень не поранился, как вдруг почувствовал тычок со спины. Упс, кажись, охранник. Ну вот, теперь начнутся расспросы, чего я тут под окнами околачиваюсь. Я напустил на себя серьезный вид и обернулся. И... ооо... За спиной стоял немного озадаченный Ямашита. - Ты чего это тут? - задал он вполне логичный вопрос. Я же... ну а что я, решил отвечать в привычном репертуаре. - Тебя ждал. - Под окнами? - Я думал ты по шторке с окна спустишься. - Это же не побег. - Хотел получить заряд острых ощущений. - Заряд острых ощущений от вида моего спуска? - Ну да, знаешь, от вида чужих страда… то есть, стараний, оно ощущается острее, - "а именно, от твоего болтающегося на шторке вида сверху. Я еще и удовольствие получу". - Ре-чан, ты что, прибывая в этом здании, тоже хлебнул немного сумасшествия? - Ну, возможно немного безуминки и мне перепало. Ты лучше скажи, откуда ты узнал, что я здесь? - А, это... Иду по коридору, смотрю в окно, а там кто-то под ними шатается. Я уже думал позвать охранника, но пригляделся, оказывается, ты тут ходишь наглядным примером: отбеливающей зубной пастой сверкаешь. - Понятно. Не завидуй, Томохиса, однажды я и тебе раскрою секрет столь ослепительной белизны своих зубов. А потом, смотришь, и у тебя что надо засверкает. - Какой ты добрый, Ре-чан, с нетерпением жду открытия сего секрета, - понизив голос, с сарказмом проговорил Томо. - Держись меня, еще и не такое узнаешь, - не остался я в долгу, довольно улыбаясь. Да, Томо, держись меня, и чем ближе, тем лучше. Сокращай расстояние, я только "за". Главное, чтобы это сокращение было с целью ласок, а не для того, чтобы набить мне морду. - Ха-ха, - бесцветно кинул Томо, поняв, что любое слово, кинутое в меня, будет обращено против него. - Ладно, пошли, часики тикают, а нам еще до клуба пиликать, - напомнил я и потянул уже слившегося с местной живописью Ямашиту к воротам. У ворот крупного размера охранник, изучая пропуск, кидал на нас двусмысленные взгляды. И, казалось, спрашивал одними лишь глазами: "Ну и? А где добавка к зарплате в виде припрятанных в уголках этого самого пропуска «йеновых» купюр?". После пятого такого вопроса глазами, я решил напомнить ему, что мы как бы вообще-то торопимся, и, если он не хочет нас пропускать, ему придется посидеть с объяснениями в кабинете главврача. Отец имел достаточно полномочий, чтобы вынести ему мозг в случае несоблюдений установленных правил. Он, видимо, думал, что бумажка липовая, и пациента я пытаюсь забрать без разрешения. А вот фиг, сегодня все по правилам. Так что в нашем случае, не пропустив нас без банкнот, он попадал по самое "не хочу". Я уже думал добить его известиями о жутком кабинете, в котором ему придется объяснятся, но он сдался уже после упоминания имени бати. Видать, сталкивался уже по воле случая, не только во время въезда в клинику. Оказавшись за территорией здания, мы направились к припаркованному, заранее вызванному мною такси. Я сел впереди, Томо расположился позади. Мы тронулись; во время езды я постоянно кидал взгляды на зеркало заднего вида и наблюдал приятное расслабленно-улыбающееся лицо Ямашиты. Парень был чертовски хорош. В нем все притягивало взгляд, тем более теперь он был в своей обычной одежде, а не в больничной пижаме. Голубые, местами потертые джинсы обтягивали его ноги и аппетитную филейную часть. Красная футболка с v-образным вырезом подчеркивала шею, выделяла ключицы и приковывала взгляд к накаченной грудной клетке, заостряя внимание на выделяющейся груди. Дополняли всю эту красоту кожаная куртка и черные лакированные ботинки. Я, между прочим, тоже был хорош; ну, я-то всегда хорош, но Томо... Любая девчонка ради такого костьми легла бы. И, думаю, не только девчонки. А теперь вот еще и я в этой коллекции «желающих полапать и сделать своим». Докатился, признаю. Ну и пофиг, живем один раз, нравится - надо пробовать. Надо взять от жизни все, что можно, и что нельзя - тоже. Класс, сам перед собой оправдываюсь. Что он со мной делает? Это полный привет. За раздумьями и самоанализом своего состояния я и не заметил, как мы доехали. Томо уже вышел из машины и разглядывал вывеску клуба перед собой. Заплатив таксисту, я пошел в клуб, ожидая, что Ямашита последует за мной, однако он так и стоял перед вывеской как вкопанный. На название он уже не глядел, просто как-то нервно оглядывался по сторонам и бросал взгляд мне вслед. Что это с ним?! - Идем, Томо, тебе тут понравится, - я махнул ему рукой в призывающем жесте. Он еще немного помялся, снова глянул по сторонам и подошел ко мне. Я хотел было спросить, чего он тормозил, но решил отложить разговоры до «вип»-посиделок. В клубе как всегда было шумно. Народ отдыхал по полной. Я помахал бармену, показал на себя и Ямашиту, остальное он понял сам и кивнул. Томо все еще был немного нервным, хотя вроде как ему тут нравилось. Решив не задерживаться на приветствиях с остальными знакомыми, я скорее направился в свой спокойный «вип»-уголок, краем глаза следя за парнем позади себя. Ямашита следовал за мной, попутно оглядываясь и помахивая головой под орущую музыку. Странный, как всегда, и это заинтересовывало в нем еще больше. В «вип» было поспокойнее: музыка, что играла у танцпола, доходила сюда очень слабо. Здесь имелась своя музыкальная система, которой мы нередко норовили воспользоваться, тусуясь на своей волне. Томо тут понравилось. Оглядевшись немного, он сразу расположился на диване и откинул голову, прикрывая глаза: - Как же мне этого не хватало, - блаженно проговорил он. В этот момент зашел парень с подносом, полным разнообразной выпивки, среди которых, естественно, была моя любимая текила. Выложил все на стеклянный стол у дивана прямо перед носом Ямашиты и отклонился. Томо потянулся было к виски, но я преградил ему путь, сев рядом и схватив его руку. - Ты чего? - удивленно вскинул бровь парень. - А, тебе пить-то можно? Ну, знаешь, твоя мама потом на меня не нагонит? - решил немного подколоть я. - Тебе что, надо разрешение моей мамы?! - Ну, не помешало бы, - продолжил издеваться я. - Издеваешься, сволочь? Тогда нафиг ты вообще меня сюда потащил? - ехидно щурясь. - Ты же хотел расслабится, отдохнуть от клиники. Вот и отдыхай, этот диван просто само райское объятие, не правда ли? А пить я буду, - улыбаясь во все тридцать два продолжил я. - От твоей улыбки у меня скулы сводит. Не жадничай, ты не тот человек, кому понравится нажираться в одиночестве, и слово "выпьем", между прочим, мелькало в твоем предложении ранее. Так что не тяни быка за рога, давай уже бухать. - Хм, вот ведь, тут и возразить нечего, ну что же, - я поднял стопку текилы, - за собутыльничество! Он усмехнулся, чокнулся по рюмке своим бокалом. - Отличный тост для начала, - улыбаясь, отметил он и осушил содержимое, даже не поморщившись. Он еще и пить умеет. Просто находка, а не парень. Я же лизнул немного соли и тоже залпом выпил свое. Пьянка началась что надо. Но неожиданно мы начали пьянеть, вроде вот сидишь, все хорошо, алкоголь струится как вода. Так тепло, компания просто пальчики оближешь, все в кайф - и на тебе. Перед глазами медленно, но верно начинает плыть. Как говорится, на самом интересном. Мы с Томо только было разговорились как давние друзья, покрутили бутылочку в процессе. Умничка-бутылочка даже указала в нужном направлении. И я уже готов был распушить перышки и ринутся в бой, точнее, к первому заданию моего пункта - заполучить аппетитный перс, как в мои планы «нежданно»-«негаданно» постучался доехавший градус. Причем постучался так конкретненько. Даже язык начал заплетаться. Я собрал всю свою суть и плывущего перед глазами Томохису в единое целое, мысли вроде как направил в нужном направлении и огласил желание проигравшему. Точнее, постарался огласить, вышло как-то скверно: - С.т.рип.т.тиз... ты.. сча.. тут. Муз.. ыку врууубай там вон, - кривой палец в указательном направлении, тычущий за Томо на стоящий за ним музыкальный центр.- Вкл... вкл и-и впеее... ред подд траляля... ля. Всмахняй.. прелест.. ями... яхуу корочь шоб. Выслушавший меня с прищуренным взглядом и красными щечками, не менее пьяный Томо желание мое, кажется, все же понял. И даже более, не возражал. Включил музыку, пошатываясь, встал, вышел из-за стола. Схватился за шест напротив дивана, на котором я сидел. Да, тут во всех «вип»-зонах были предусмотрены, такие вот шесты. Чтобы, видимо, раз народ отрывался, так на полную катушку и со всей присущей фантазией. И спасибо им за такую задумку. Раньше на нем уже исполнялось несколько пьяных танцев с импровизированной акробатикой в исполнении неких девиц. И даже Джин под шумок как-то тесно общался с этим куском блестящей трубы. Но я даже и представить не мог, что в ближайшем будущем на нем будет кружить объект моих не совсем культурных фантазий. Пусть и пьяный, и, может, не совсем ритмичный, но танец - и только для меня. Ах, люблю подобные сюрпризы жизни. Да, начал Ямашита на своей волне и совсем не подстраиваясь под музыку, но потооом... Видать, парень вошел в раж, кровь забурлила, здравый смысл умотал в неизвестном направлении, и понеслось. Раскрепощение Томо ударило по голове не хлеще, чем алкоголь. Стало жарко, так жарко, словно жаришься над костром. Внизу живота дружок начал подавать тревожные тесные знаки. Во рту увеличилось слюноотделение, я еле сдерживал голодные слюни во рту и постоянно сглатывал. Но они все прибывали и прибывали. Все так давило, а атмосфера все накалялась. Вот парень делает очередной кружок, поворачивается к шесту спиной, скользя по нему вниз. Медленно, тем же путем скользя по гладкой поверхности, раскрывается, словно цветок. Футболка игриво скользит вдоль накаченных в меру рук, медленно оголяя соблазнительный пресс на животе, открывая широкую грудь, шоколадные соски. Охота подойти и дотронутся до этого совершенства. Накрывает непреодолимое желание лизнуть, прикусить сосок. Покрыть поцелуями загорелую шею, ключицы. Впиться в голодном ненасытном поцелуе в сладкие, пухлые, приоткрытые под момент губы. Но я лишь смотрю, пытаясь не пропустить ни один жест и удержать внимание на его танце. Реальность пытается уплыть, но я не поддаюсь, полостью околдованный происходящим напротив меня. Томо продолжает, отбрасывает футболку, двигает бедрами, изящно отрываясь от шеста. Круговые аппетитные движения загорелым тазом. Сексуальный полустон-полувздох, еще больше обогативший и без того сексуальную сцену. Тянет за ремень, бросает затуманенный игривый взгляд на меня. Улыбается, расстёгивает ширинку. Я же уже полностью готов. Еле сдерживаюсь, чтобы не кончить, поглаживаю в успокоительных движениях возбужденное по самое "не хочу" достоинство. Уже плевать, где мы, кто он, и что вообще происходит. Его хочется настолько сильно, что сравнить это чувство можно разве что с голодающим на необитаемом острове, только-только наткнувшегося на поджаренный сочный бифштекс. Удержаться невозможно. Но вот загвоздка: у выпитого алкоголя насчет меня тоже свои планы, и их осуществление уже в завершении. И уносит меня, и уносит меня в расплывчатый облом. Нееет, только не сейчас. Как могу, пытаюсь очухаться и сконцентрироваться. Фиг там. Ни битье себя любимого по щекам, ни натягивание век на дрожащие в возбуждении пальцы, не тряска головой в ритме обезумевшей рок-звезды не помогает. Реал, громко крикнув "Сайонара" и ехидно хохотнув в лицо, отключает меня от розетки, дерзко дернув за вилку. Зараза... Ааа, вернись мгновение. Аут. И только джинсы, сползающие с соблазнительных бедер, остаются ярким отпечатком в пьяной вырубившейся памяти.