Собственники.

Рин даже не замечала слежки за собой. Она стояла у входа в парк и осматривалась, поджидая своего парня. – Почему он всегда так долго? – выдохнула девушка, опуская взгляд. Внезапно со спины ее обняли за плечи и поцеловали в макушку. Она счастливо улыбнулась и повернулась к парню лицом. – Я снова заставил тебя ждать, – произнес Юнги, обнимая девушку за талию и впиваясь в ее губы поцелуем. – Ничего. Хатико ждал, и я подожду, – ответила Рин, когда Юнги завершил поцелуй. – Останешься сегодня у меня? – Шуга прижал девушку к своему телу и нежно укусил за мочку уха. – Юнги, мы вроде договаривались не торопить события, – Рин обняла парня за шею и прикрыла глаза. – Я ничего такого и не имел в виду, – парень мягко поцеловал девушку в щечку. – Ты же знаешь, ты только моя. Я могу ждать сколько угодно. – А что мы будем делать? – Рин любила во время своих встреч с Юнги включать "малышку". – Все, что ты захочешь, – Шуга улыбнулся своей милой улыбкой. – Прям все? – засмеялась Рин. – Пойдем уже. – она взяла парня за руку и потянула в парк. – Так что там с моим предложением? – Я подумаю. А тем временем в машине бесится один Чон Хосок. После прогулки Юнги потянул девушку в кафе. – Горячий шоколад. Два, – произнес Шуга сразу подошедшему к ним официанту. – Ты замерз? – спросила Рин, касаясь руки парня. – С тобой замерзнешь. – Шуга мило улыбнулся, переплетая свои пальцы с ее тонкими пальчиками. – Знаешь, я придумал, чем мы займемся у меня дома. – Люблю тебя. Ты всегда все за меня решаешь. И чем же? – Фильм посмотрим. – Какой? – Ну, то что ужасы, это не обсуждается. А вот "Антихрист" или "Звонок" – это тебе решать. – Йа, Шуга! Ты же знаешь, я не люблю ужасы. Я потом всю ночь спать не буду. – Ты итак не будешь. Ну так что? Антихрист? Звонок? – Ладно, вопрос ребром. "Звонок" американский? – Японский. Парочке принесли их шоколад. – Еще лучше. Я спрячусь под одеяло. Юнги вскинул бровь. – Решай уже. – Ладно... Антихрист. – Ты уверена? – Юнги засмеялся. – Что, такой страшный фильм? – Да нет... Шла только первая глава фильма (как сказал Шуга, фильм разделен на главы), а Рин уже подтягивала одеяло к горлу и прижималась к Юнги. – Как ты можешь на это спокойно смотреть? – Пффф. Не страшно же. – Ну да. На экране показался кадр с мертвым олененком. Рин взвизгнула и прижалась к Юнги сильнее. – Ну что же ты так кричишь? – Шуга поставил фильм на паузу и погладил девушку по волосам. – Страшно... Надо было "Звонок" смотреть. – Эх, любимая... – Шуга выключил телевизор и, взяв девушку на руки, понес ее в спальню. Бережно уложив Рин на кровать, Юнги скинул с себя футболку, демонстрируя свое красивое тело. Рин изначально, как только пришла к Юнги, наглым образом стащила у него рубашку и нацепила на себя. К слову, ей всегда были к лицу мужские кофты, футболки и рубашки. – Шуга... Иди ко мне, – улыбнувшись, произнесла Рин, протягивая руки. – Прекрати меня Шугой называть. У меня есть имя. – Парень улегся рядом с девушкой, прижав ее к себе и целуя в губы. Его рука скользнула по ее бедру, приподнимая рубашку до талии. Рин хотела было оттолкнуть парня, но тот уложил ее на спину и придавил своим весом к кровати. – Я знаю, что ты боишься, но прости... – он взял с прикроватной тумбочки свою бандану и связал ей руки девушки, умудрившись привязать их к спинке кровати. Особо Рин не сопротивлялась, но ее тело предательски дрожало. Юнги не собирался лишать ее девственности. Договаривались, что первый раз – как только Рин исполнится 18 лет. – Тебе понравится, обещаю... Юнги неторопливо расстегнул рубашку и обнажил тело девушки. Все, что могла делать Рин, так это завороженно наблюдать за парнем. Шуга горячими поцелуями покрывал грудь Рин, изредка покусывая нежную кожу. Тихие стоны сводили с ума, парню хотелось уже наплевать на договор, но он сдерживался. Он обещал... Ласки парня опускались ниже, отчего Рин стонала громче и протяжнее. По природе своей она была очень чувствительна, и поэтому она сейчас сильно жалела, что ее руки связаны. Юнги же наслаждался ее стонами. Хотя навряд ли сильное напряжение в паху можно назвать наслаждением. Подцепив пальцами резинку от трусиков, Шуга медленно стянул их с Рин и мягко поцеловал ее в низ живота. – Юнги... Что... ты... – она не смогла договорить: шустрый язычок сорвал с ее губ громкий стон, который прервал ее речь. Она дернулась, сжимая ноги в коленях и прикусила губу; терзающий своим языком ее плоть Шуга туманил ее рассудок. Мучительные ласки Юнги меняли темп: то были слишком медленными, то слишком быстрыми, отчего кожа Рин покрылась мурашками, а тело пробрала мелкая дрожь. Бандана крепко сдерживала руки, а девушке безумно хотелось вцепиться в волосы Шуги или хотя бы ухватиться за плечи. – Юнги... – удалось ей проговорить сквозь стоны, – пожалуйста... развяжи мне руки... Но Шуга игнорировал ее просьбы, лишь к ласке языком добавил еще и пальцы. Девушка чуть выгнулась от дискомфорта, когда два пальца Юнги проникли в нее. Полуосвещенная лунным светом комната наполнилась громкими стонами; Рин была на пределе, и Шуга прекрасно это чувствовал. Ускорив темп до запредельного, через пару минут он убрал пальцы, а Рин обильно потекла, запрокидывая голову назад. – Ты хороша на вкус, девочка моя... Рин лишь слабо улыбнулась. Домой она вернулась лишь под утро. Хосок лежал на диване в коридоре; он был не просто пьяным. Бухой – вот это слово подходило идеально. Рин хотела было уйти в комнату, но она не осталась незамеченной. – Стоять, – заплетающимся языком произнес Хосок, поднимаясь с дивана. – Нам с тобой надо поговорить.