Небо смотрит вниз

Судьба иногда похожа на песчаную бурю, которая все время меняет направление. Хочешь спастись от нее — она тут же за тобой. Ты в другую сторону — она туда же. И так раз за разом, словно ты на рассвете втянулся в зловещую пляску с богом смерти. А все потому, что эта буря — не то чужое, что прилетело откуда то издалека. А ты сам. Нечто такое, что сидит у тебя внутри. Остается только наплевать на все, закрыть глаза, заткнуть уши, чтобы не попадал песок, и пробираться напрямик, сквозь эту бурю. Нет ни солнца, ни луны, ни направления. Даже нормальное время не чувствуется. Только высоко в небе кружится белый мелкий песок, которым, кажется, дробит твои кости. Вообрази себе такую бурю. Харуки Мураками - «Кафка на пляже»

Люси никогда не умела лгать. Нацу это еще понял с той самой секунды, как в возрасте шести лет она протянула ему свою пухленькую на тот момент ручку со словами «меня зовут Люси, а тебя?». Если Люси пыталась соврать — выглядело это неимоверно смешно. Люди словно бы попадали на бесплатную клоунаду — закрытый показ для особого зрителя. Девушка начинала едва слышно заикаться, мешкаться, поспешно отводить взгляд, нести просто неимоверную ахинею и при всем при этом как-то странно покашливать-кряхтеть. Нацу знал это, как никто другой, поэтому он уже предрекал, что ответит Хартфилия еще до того, как она успеет открыть рот. Ее щеки приобрели цвет разбавленного плохого красного вина прежде, чем она успела невнятно выговорить тусклое "да". Нацу помолчал с секунд десять, смотря в ее глаза и пытаясь найти ответы на еще не озвученные вслух вопросы, и покачал головой. Она лжет. Снова. — Кому ты врешь, Люси? Он бы предпочел, чтобы она сама иногда задавала себе этот вопрос. Так, для профилактики. Хартфилия вобрала в легкие побольше воздуха и выдохнула. — Тогда зачем спрашиваешь, если знаешь ответ? — тихим хрипом произнесла девушка и подтянула одеяло повыше — она еще толком не понимала, что и где она делает. Она вообще, казалось, ничего не понимала. — Мне интересно услышать твою версию... Ты хоть что-нибудь помнишь? — Нацу как-то жалостливо, полураздраженно взглянул на нее и вновь во второй раз поджал губы. Если его подруга и не помнила, что творила, то Драгнил помнил все. Иногда ему казалось, что все произошедшее гравированной надписью отпечатается в памяти. — Люси, черт возьми! — Нацу чуть крепче подхватил под талию Хартфилию и вымученно, зло посмотрел на Эрзу. — Ты не могла бы сходить на кухню и взять из аптечки таблетки? Я пока отнесу ее наверх и попытаюсь хоть немного привести в чувство. В этот момент Хартфилия вскинула голову и как-то странно, по-безумному улыбнулась. — Привести... В чувство... Красивый оборот... Надо запомнить! — после этих слов девушка резко дернулась вперед, словно больная эпилепсией. — СТОЯТЬ! — Нацу рывком дернул на себя Люси так, что она начала падать назад, но сильные руки вмиг подхватили ее и сильнее прижали к себе, дабы тело не распласталось на полу, переломав себе все кости. — Эрза! Ну где ты там!? Нацу ненавидел воскресения. Ненавидел так же сильно, как обожал. Он ненавидел воскресения за то, что у прислуги и дворецкого в этот день — выходной. Он ненавидел воскресения за то, что в этот день дом Драгнилов можно считать домом-призраком — ни души. Никого. Никого, кто помог бы Нацу справиться с пьяной в хлам леди и им самим. — Эрза, принеси таблетки в спальню, — произнес Нацу и, сжав зубы до омерзительного скрежета, поднял Хартфилию на руки и направился к лестнице, посылая проклятия всем известным и неизвестным Богам. — А куда мы? — девушка притворно-наиграно невинно заморгала глазками и вновь улыбнулась. — В душ. Пора бы тебе освежиться, юная леди, — процедил Драгнил и ускоренно начал подниматься на второй этаж. Ему было безумно страшно за Люси. И за то, что произойдет дальше. В этот раз его страхи не оправдались и не сошли ожившими с полотна воображения, но Нацу прекрасно отдавал себе отчет в том, что это будет не последняя ситуация такого рода. Он уже несколько тысяч раз давал себе обещание больше никогда не ехать посреди ночи куда-то, черт знает, куда, и вытаскивать из передряг Хартфилию, в которые она всегда влипала с завидной регулярностью. С другой стороны, Нацу был ей другом. А разве не за этим нужны друзья, чтобы в нужный момент подставить плечо, вытащить из беды, когда, казалось бы, все безнадежно? Но что еще было более важно — Нацу не мог не вытащить Люси из вороха проблем, если знал, что ей нужна помощь. Не мог и всё. И с этим ничего было не поделать. Не мог так же, как не мог Грей, Эрза или… Лаксас. Еще больше Нацу бесил тот факт, что он никогда не мог пресечь начало веселой «ночи», плавно перетекающей в день, сразу. Он узнавал почему-то о том, что Люси в очередной раз напилась или во что-то влипла, от каких-то левых людей, которые даже не были знакомы ни с ним, ни с другими общими друзьями Хартфилии и Драгнила. Нацу давно уже беспокоил тот факт, что Люси связалась, скорее всего, не с теми людьми. Или в очередной раз произошло что-то не то, что послужило началом очередного «загула». Размусоливая в голове недавние воспоминания, примечая какие-то, казалось бы, совершенно незначительные нюансы, Драгнил словно бы катал на языке леденец, анализируя и стараясь хоть немного понять ситуацию, уловить причинно-следственную связь. — Я сама ему завтра скажу. Не надо… — Люси зажмурилась и шумно выдохнула. — Лучше сама покаюсь. — С несколько секунд помолчав, девушка всё-таки собралась с мыслями. — Ты не мог бы мне рассказать, что произошло с того момента, как я оказалась в твоем доме? Я помню лишь только, что ты меня дотащил до ванной… Нацу серьезно и пристально смотрел прямо на нее несколько мгновений, а затем флегматично повернул голову и вновь уставился в потолок. Он расскажет ей. Снова. Что произошло. — Я тебя затащил в ванную, облил водой, чтобы ты хотя бы немного очухалась, а то орала и визжала, как резаная. Затем я оставил вас вдвоем с Эрзой, чтобы она помогла тебе переодеться. Ты начала брыкаться. Эр ушла, оставив тебя на мое попечение. Я попытался тебя уложить спать, ты не захотела. Несла какую-то ахинею. И все время просила меня остаться с тобой. Я и остался. Но не только из-за этого. А еще и для того, чтобы ты не сбежала. Потом ты заснула, проснулась уже сейчас. Все? Отчет можно свернуть? — саркастично процедил сквозь зубы Нацу последние слова. Его бесила не Люси и даже не ее поведение. Его отчетливо бесил тот факт, что порой в таких ситуация Драгнил оказывался безоружным. Вместе с Греем и Эрзой. Постоянно. И даже Лаксаса. Лаксаса, черт возьми, который берег свою «золотую девочку» больше, чем самого себя. Люси умудрялась обводить вокруг пальца даже Дрейяра. Даже этого взрослого, вполне себе состоятельного молодого человека, который прожил уже достаточно и хоть немного, но разбирался в жизни. Люси молчала, не в силах вымолвить хоть слово. Она бы хотела извиниться, но даже сейчас, на налитую чугуном голову, не совсем явно понимала, что после этого последует. Нацу тоже не спешил что-то говорить и как-то изъясняться. Они просто вдвоем лежали на кровати и молчали. Молчали. Молчали. — Спасибо тебе, Нацу, — едва слышно прохрипела Хартфилия, будучи полностью уверенной, что друг ее услышит. Услышит и поймет. Поймет в очередной раз. Драгнил лишь кивнул, словно бы доводя до сведения, что он все расслышал. — Ага… — многозначительно сказал он, будто безразлично отмахиваясь от чего-то. Нацу и сам понимал, что вопреки всем ожиданиям, даже не требует от Люси извинений. Он знал, что если что-то подобное приключится, он еще раз поедет за ней. Он еще раз выручит. Он в очередной раз будет успокаивать её. Он в очередной раз будет приводить её в чувство. И они оба будут в очередной раз лежать таким образом в кровати. Пока Нацу, наконец, не найдет способа пресечь весь этот фарс на корню. А он найдёт. Найдёт же… — Спи, Люси. До утра еще три часа. Ты можешь отдохнуть. Думаю, тебе это сейчас нужно. Ответом была сонная тишина. Нацу всегда знал, что Хартфилия может заснуть за считанные секунды. Особенно — в таком состоянии. Особенно, когда её организм требует этого. Прочистив горло, Драгнил сам устроился поудобней на другой половине кровати. До утра еще действительно можно поспать, а дальше — будь что будет.

***

Эрза вышла из машины и недовольно поморщилась. Парковаться нормально, вопреки тому, что Эрза всегда все делает идеально, она не научилась до сих пор. Из-за этого возникала всегда куча проблем и для нее, и для рядом стоящих машин. Сонная, Скарлет достала с заднего сидения сумку и недовольно начала осматривать ее на наличие метки. Но той нигде не было. Словно бы под землю провалилась. Девушка раздраженно фыркнула и, сдув упавшую на глаза прядь, полезла обратно в салон — обчесывать все пространство, дабы найти черный «квадратик», от которого зависело всё: сможет Эрза водить свою машинку дальше или нет. — Доброе утро! — Скарлет чуть вздрогнула от неожиданности, когда услышала внезапное приветствие. Ей не стоило труда понять, кто именно стоит за ее спиной. — Грей? Да, доброе утро… — отмахнулась девушка, сразу же забыв про то, как её отчасти напугал друг, и снова бросилась на поиски метки. Фуллбастер недоуменно понаблюдал за этой сценой со стороны и, выйдя из образа американского наблюдателя, прочистил горло. Надо было с чего-то начать разговор, только он все еще не мог вспомнить, зачем подошел к девушке. — Ты что-то потеряла? — Риторический вопрос, — убрав вновь со лба прядь, Эрза устало выдохнула и выпрямилась. — Я не могу найти метку… Она точно должна была быть в сумке, но я все осмотрела… — А в карманах? — с лукавинкой произнес Грей, явно ожидая отрицательный ответ. — Точно! — Эрза сунула руку в правый карман пиджака и блаженно улыбнулась. — Боже мой… Грей! Ты мой спаситель! — Ничего сложного, мисс, — обворожительно улыбнувшись, парень посмотрел на лицо Скарлет. — Ты чего такая сонная, Эр? Что случилось? Её ярко проступавшие даже сквозь явный слой консилера синяки говорили красноречивее самой Эрзы, которая лишь слегка качнула головой и махнула рукой. Так по обыкновению своему обычно махают рукой люди, не желающие доставлять какие-либо неудобства собеседнику своим рассказом. «Ай, да ладно. Это не столь важно». — Эр!? — Грей поймал её прямо за локоток и с силой развернул к себе. — Что произошло? Скарлет посмотрела в сторону, зажмурившись от колющего, кусающегося ветерка и поджала губы. И вновь не нужно было слов, чтобы понять причины сегодняшней бессонницы. — Люси… Фуллбастер понял это сразу. Не стоило ничего говорить, но уже по взгляду подруги можно было прочесть все, что его интересовало. — Снова? — не вопрос. Скорее, утверждение, на которое он так не хотел слышать положительного ответа. Эрза лишь кивнула. — Нацу вчера привез ее в третьем часу. Она была никакой и в хлам. Как и всегда в таких ситуациях, собственно. Но в этот раз чуть не дошло до крайностей, — она замолчала. —Люси была вообще невменяемой. Давно я ее такой не видела. Благо, мы вдвоем с Нацу сумели ее хоть как-то привести в чувство, а потом он уложил её спать. Силком. С утра я звонила им. Нацу сказал, что Люси, вроде как, в норме. Но плохо себя чувствует. Хоть она и вознамерилась сегодня придти в школу. Я не знаю, что уже с этим всем делать… Было время, когда мы так гуляли, но не до такой степени. Выпалив тираду на одном дыхании, Скарлет развернулась, словно бы обрывая любые попытки продолжить разговор, и сделала шаг вперед. — Ты идешь? — Да. Я просто хотел позвонить Нацу. — Не надо ему звонить. Думаю, у них сейчас и так проблем хватает. С лихвой, — Эрза махнула рукой какой-то проходящей мимо знакомой и вымученно улыбнулась. — Мне вот интересно, а Лаксас знает, где была его девушка этой ночью? — Грей нахмурился и ровно так же, как Эрза несколько секунд назад, приветственно махнул рукой прохожей знакомой компании. — Ха-ха. Смешно, — саркастично буркнула Скарлет. — Не думаю, что Люси могла ему сказать. И я так же не думаю, что Лаксас будет счастлив узнать о том, что она вновь начинает «веселиться». Я никогда не понимала, от чего зависят такие всплески нашей Люси. Ее словно бы в какой-то момент подменяют… — недоуменно покосившись на друга, девушка ускорила шаг. Она всё-таки надеялась встретиться с ребятами до начала урока и хоть немного осведомиться о самочувствии Хартфилии. И, быть может, еще чем-нибудь помочь. — А отец? — Господин Джудо в командировке, — Эрза сморщила носик и переступила через выплюнутую кем-то жвачку. — Теперь ясна хотя бы одна причина такого поведения Люси. — Меня больше всего волнует, кто все время подначивает её. Кто все время спонсирует бесконечные пьянки, — раздраженно выплюнул Грей и сунул правую руку в карман брюк. — Кому не сидится на месте. Пнув ни в чем не повинный камешек, Фуллбастер облизал пересохшие губы и посмотрел на Скарлет, которая ускорила шаг и направилась чуть влево — Грей посмотрел туда же, куда и она, и без труда смог различить розовую шевелюру. А там, где Нацу, — там и Люси. Эрза на миг остановилась и покачала головой, перед тем, как произнести фразу и двинуться дальше. — А меня еще больше волнует то, что как бы вместо алкоголя они не начали толкать наркоту.