Пусть наступит утро. Сиквел

POV Наруто - Утро, засранец, - приятный сон оборвался на половине. Мне даже не удалось понять, о чем он вообще был. Но четко осталось понимание того, что сон все-таки был приятным. Стихийное бедствие, разбудившее меня с утра пораньше, никак не унималось, и продолжало что-то орать, периодически огревая меня подушкой. Что ж, поспать, похоже, уже не выйдет. Открываю один глаз и почти жалобно стону: - Раньше ты был послушнее. - Пф, - фыркнул Гецу, - приютил, получай. Я не говорил, что буду пай-мальчиком. - Эх, зараза ты, - серьезно говорю я, стаскивая свою задницу с кровати. А как спать-то хочется – ужас. – Может, мне от тебя избавится? - Ага, уже, - Гецу нагло заржал, - ты без меня сопьешься. - И то, правда, - легко соглашаюсь с ним и иду на кухню. А то ж, почему он так рано меня разбудил? Конечно, пора завтрак готовить. Это право блондин безоговорочно отдал мне, мотивируя это тем, что от его стряпни мы только несварение получим. Впрочем, спорить я и не пытался. За три дня, что он тут живет, мы успели неплохо поладить. Гецу оказался очень даже веселым, чуть хамоватым пареньком. Почувствовав себя в безопасности, он расслабился и полностью раскрылся. Даже приятно как-то, ведь это я заставил его раскрыть себя. Он ведь неплохой парень. - Ты как себя чувствуешь? - достаю из тумбочки кастрюлю, наполняю ее водой и ставлю на газ. Суйгецу же в наглую уселся за стол и с крайне сосредоточенным видом вертит в руках салфетку. - Нормально, - отвечает он, загибая края бумаги. Через несколько минут на столе красуется уже целых три бумажных журавлика. Мило-то как. - Точно? Если я в школу уйду, не найду вечером твой бездыханный труп? - Не смешно, - на полном серьезе отвечает он. Потом обиженно дуется и говорит, - и не надейся. - Я без тебя сопьюсь, - напоминаю, смеясь. - И то правда, - соглашается он, откладывая в сторону пятого по счету журавлика. Несколько минут проходит в полной тишине. Я в это время успел забросить в кипящую воду макароны, а Гецу полностью сервировать стол. В хозяйстве он очень даже не плох. Так что на мне теперь кухня, а уборка – его забота. Никогда не любил убираться. Не передать моей радости, когда блондин предложил мне в этом деле помочь. Отношения у нас, правда, слегка накаленные, но, думаю, это пройдет. Впрочем, между нами ровно та дистанция, которой требует дружба между геями. Просто дружба, без каких либо эротических подтекстов. Впрочем, меня это вполне устраивает. После этих трех дней секс с Гецу кажется мне чем-то кощунственным. В общем, я стараюсь не расклеивать ярлыки на людей, но цветная бумажка с надписью "друг" уже слишком надежно прилипла к Гецу. - Какие у тебя планы? – спрашиваю вдруг. Суйгецу пожимает плечами. Потом устало вздыхает и говорит: - Да черт его знает. Работать, наверное, пойду. - А у тебя специальность вообще есть? – искоса смотрю на него. Вода в кастрюле вскипела, и густая белая пена покрыла поверхность. Убавляю огонь. - Неа. Я универ так и не закончил, - со вздохом отвечает мой сосед. – Все деньги отец забирал. У меня даже сбережений никогда не было. - Хреново, - флегматично заявляю я, почесывая затылок ложкой. - Да ты не парься. Свою долю арендной платы я внесу, - со смехом говорит мне блондин. Ну, вот не верю я его смеху. Ни на грамм не верю. Но улыбку возвращаю. Моя фирменная. После такой улыбки настроение обычно поднимается у всех. - Я тебе помогу, если нужно будет, - улыбаюсь еще шире, глядя на парня честными-пречестными глазами. Тоже фирма. - И зачем… - Гецу не договорил. На полуслове его прервал звонок. И кого принесло в такую рань? – Я открою. - Ага, - блондин выходит из кухни, я же задумчиво помешиваю макароны, обдумывая посетившую мою голову мысль. Впрочем, что это за мысль я понимал с трудом, но она надежно заняла мой разум. - Какого…- удивленный вскрик, донесшийся из коридора, вернул меня на землю. По-быстрому выключаю газ и иду разруливать третью Мировую. Это ж надо было Гааре прийти. Обнаружил я рыжего на пороге, с открытым от изумления ртом. Он во все глаза разглядывал моего новоприобретенного соседа. Когда в коридоре нарисовался я, в меня вперилось сразу три удивленных взгляда. Почему три? За спиной рыжего тенью маячил его братец. - Это Суйгецу, мой сосед, - с преспокойным выражением лица и милой улыбкой заявляю я. – А что? Вдвоем квартиру снимать дешевле. - Э, - выдал Гецу после минутной паузы. Потом недоверчиво осмотрел моих гостей, несколько раз меня и неожиданно спрятался за моей спиной. - Наруто, - вкрадчиво спросил Канкуро, двигаясь ко мне, - а ты вообще знаешь, чем занимается твой сосед? - Конкретно сейчас? – не растерявшись, спрашиваю я. И сразу же спешу ответить. – Конкретно сейчас он лечится от простуды и сидит на моей шее, но он клятвенно обещал найти работу. - Э, - шатен замер на месте, переваривая то, что я только-что сказал. - Слушай, Канкуро, а ты откуда знаешь, чем он занимался? – спрашиваю вкрадчиво, чуть прищурив правый глаз для эффекта. Нечего со мной расслабляться. Шатен густо покраснел, сжал кулаки и даже замахнулся на меня, но вовремя остановился видимо, уловив что-то в моем взгляде. Потом он сжал зубы, что-то невнятно промычал и отступил на шаг. Вот разумный человек заткнулся бы и на рожон больше не лез бы но… приятно познакомится, Узумаки Наруто. - Ну так как? – не прекратил наседать я. Парень сверкнул на меня глазищами и выдал полушепотом. - Друзья как-то подарок сделали… Гецу задумчиво почесал подбородок, скептически вгляделся в гостя и заржал, сложившись пополам. Нет, вот честно, я в этот момент в его психическом здоровье немного усомнился. Чего это с ним. Но когда он заговорил, то и дело срываясь на ржач, стало все понятно. - Да этот… лошара… ахах… тот еще гомофоб. - Да ладно, - буркнул Канкуро. – Просто предпочитаю тискать девушек. - Странно, что ты с Узумаки вообще заговорил. С такими-то предубеждениями, - фыркнул Гецу. Вот в этот момент мне захотелось, чтобы он откусил себе язык. Я не стыжусь своей ориентации, да и Гаара в курсе, но вот его гомофобный братец в курсе не был, и просвещать его в этом вопросе я не планировал. То, что я гей, ведь не значит, что я должен на каждом шагу об этом кричать, одевать розовые кофточки с перьями, красится и приставать ко всем подряд. - Т-ты тоже? - Канкуро ошарашенно посмотрел на меня, потом отшатнулся в сторону. Хорошо хоть крестить воздух не начал. Парень хотел вылететь за дверь, но ему не дал Гаара. Рыжий встал в дверях и с на редкость независимым видом заявил: - Он к тебе приставать не будет, - шатен уставился на брата. Потом осел на пол, хватаясь руками за голову. - А сам-то, - говорю я, глядя в зеленые глаза друга, - сбежать не хочешь? - Нет, - преспокойно заявил Гаара, скрестив руки на груди. – Но если ты ко мне полезешь – сломаю челюсть и буду орехи в больницу носить. - Заметано, - со смехом говорю я. Потом поворачиваюсь и иду на кухню. У меня еще макароны не готовы. – Вас кормить надо? - Нет, - ответил рыжий. Судя по звуку, он снял обувь и верхнюю одежду. И правда, через несколько секунд он появился на кухне на пару с Гецу. - А?.. – начал я. - Он убежал, - ответил блондин, тыря из тарелки кусочки колбасы. Я поспешил поставить перед ним тарелку макарон. - Да ладно, - отмахнулся Гаара. – Переварит и вернется. Я отвесил блондину несильный подзатыльник и тоже уселся за стол, в обнимку с тарелкой. - За что? – справедливо возмутился мой сосед. - За длинный язык. - Ну знаешь, - фыркнул он, - не велика потеря. - И то правда, - согласился я. - Я чего зашел, - нашелся рыжий. – Ты сегодня на учебу пойдешь? - Это ты через весь город ехал, чтобы меня об этом спросить? – поинтересовался я. Все-таки, на сколько мне не изменяет память, рыжий живет совсем в другой стороне. - Да я у Канкуро ночевал, - отмахнулся он. - Кстати, - чувство любопытства во мне снова победило чувство такта, - а что этот идиот сделал-то? Суйгецу, которому и адресовался мой вопрос, загадочно улыбнулся. Потом посмотрел на мою заинтригованную моську, тяжело вздохнул и буркнул: - Да ничего. Убежал он. Убежал. Другу фонарь на память оставил и убежал. - Другого и не ожидалось, - философски заявил я, вспоминая реакцию Канкуро. Мда. Мне его даже жаль немного стало. - Помяни мое слово, - усмехнулся Гецу, - Матушка судьба его еще накажет за такую нелюбовь к нашему брату. - Это как же? – заинтересовался Гаара. Видно, наша компашка не только не накаляла его, но и вполне себе поднимала настроение. Надо будет как-то узнать, как у него раньше с друзьями было. В лоб о таком не очень спросишь. А знать надо. Это поможет мне выстроить линию поведения. - Ниспошлёт ему боженька парня в подарок. - Да еще и натурала, - брякнул я, провоцируя волну неудержимого ржача. Вон даже Гаара сдержано засмеялся. Вот ведь ляпнул. А у меня язык-то злой. ********* Очередное пробуждение не принесло должной легкости. Все тело какое-то ватное. Попытка пошевелится успехом тоже не увенчалась Что со мной? Почему так сильно шумит в висках? Кажется, будто совсем недавно кто-то старательно сверлил мне голову дрелью. - Саске, - знакомый голос где-то рядом прозвучал до ужаса взволнованно. Ах да, я же после операции. Ну и, каких плохих новостей мне теперь следует ожидать? Странно, но все былые чувства без следа стерлись. Впрочем, я и не помню, что чувствовал и чувствовал ли хоть что-то. Эта чернеющая пустота где-то в области груди так противно сжимает легкие. Моя отчаянная попытка ответить особым успехом не увенчалась. Очень сильно хочется пить. Такое ощущение, что у меня во рту самая настоящая соленая пустыня. Не очень приятное чувство, надо заметить. - Извини, тебе пока нельзя пить, - проговорил брат, видимо разгадав причины моего беспокойства. Впрочем, я не думаю, что так уж и беспокоился по этому поводу. - Ты в порядке? Нормально себя чувствуешь? - и как прикажете ответить? Язык-то, кажись, к небу давно присох. Не сильно поболтаешь. Так что, все, на что меня хватило - это неуверенный кивок. - Врачи сказали, что бинты можно будет снять где-то, через неделю. Бинты? Какие бинты. Тянусь к своему лицу. Руки слушаются, хоть и нехотя. Ну, с этим еще можно как-то сосуществовать. Странно, моя кожа такая холодная на ощупь. Почему тогда я не чувствую этого холода? Мои пальцы скользят выше, натыкаясь на шершавую ткань повязки. Бинты накрывают половину моего лица, полностью скрывая глаза. Мой разум заполняет совершенно неразумное, но оттого не менее сильное, желание впиться пальцами у повязки, разорвать их на ошметки, освободится от этой ненадёжной защиты. Я хочу видеть. Если бы вы могли понять, насколько я хочу видеть. Брат не позволяет. Он хватает меня за руки, вжимает их в простыни. Кажется, он не совсем меня понял. Расслабляю руки, давая понять, что ничего неразумного делать не собираюсь. - Ты что творишь, сорванец, - буркнул брат. Странно, но в этот момент мне стало действительно стыдно. Перед глазами всплыло его обеспокоенное лицо. Все-таки, сколько неприятностей я уже успел ему принести. Перехватывают его руку, сжимаю в своей. Кажется, я в подробностях могу себе представить его удивленное лицо. - Прости меня, - шепчу я. На несколько минут в палате повисает тишина. Напряжение такое явное, что кажется, будто скоро оно не даст двигаться. Я могу понять настроение брата только по тому, как напряжены его пальцы и нервно вздрагивает рука. Наверное, он сейчас ждет, что я вытащу из-под одеяла нож и высажу ему в печень. Мда. Давно не чувствовал себя такой сволочью. Одно я знаю точно, если бы кто-то сейчас спросил меня, зачем я все это делал, я бы не сумел дать ответ. Но спрашивать об этом никто не будет. - Нии-сан, - говорю я, когда тишина становится невыносимой. - Это ты меня прости, - он сжимает мою ладонь в ответ. - Ты ни в чем не виноват, - странно, но сейчас все кажется таким нелепым. Наши, ну ладно, мои глупые детские обиды теряют всякий смысл. - Врач сказал, что повязки можно снять где-то через неделю, - говорит брат, справившись с собой. - Хорошо, - ни он, ни я не спешим убирать руки. Кажется, он все еще не очень мне верит. Могу его понять. Ох как могу. - Завтра я заберу тебя домой. - А можно? - с надеждой спрашиваю я. Если честно, то запах медикаментов и хлорки осточертел мне до колик. - Можно, - с улыбкой в голосе говорит Итачи. Я только сильнее сжимаю его ладонь. Как же я люблю эти редкие улыбки. Можно ли передать словами, как сильно мне сейчас хочется видеть его лицо. Что бы там не случилось, я очень люблю своего брата.