From Yesterday

Ирма Сойер лежала на полу в ванной, плотно прижав колени к груди и обхватив их руками. Десять минут назад она поела. Минуту назад ее стошнило. Несколько раз. Пока ее не стало тошнить одной жидкостью. Майка дома не было. Сегодня он работал допоздна, как и всегда, когда в редакцию попадали криминальные новости города, и полиция либо давала подробные списки подозреваемых, либо корректировала статью, чтобы не вызывать панику у жителей города. Вчера пропал еще один мужчина, и все понимают к чему это приведет, поэтому в редакции такой переполох. Ирма Сойер продолжает лежать на полу. Время от времени она пытается встать, но тошнота накатывает вновь, и девушка ложится. Холодный кафель в ванной приятно остужает горячую кожу. Холодный кафель в ванной напоминает кожу мертвой Элизабет Смит. Когда-нибудь это закончится. Еще две минуты, и студентка сидит, прислонившись спиной к стене. Еще несколько мгновений и медленно она поднимается. Затем неторопливо идет в спальню. Ей нужен сон. Нормальный здоровый сон. Она поспит и все будет так, как было прежде. У нее будут силы для борьбы с этим миром. Голова на подушке, тело под одеялом, свет выключен. Все как всегда. Все так, как было раньше. Вдох. Выдох. Закрыть глаза. Но как только Ирма Сойер почувствовала, что начинает дремать, раздался телефонный звонок. Ирма взяла трубку и не успев даже проговорить в нее стандартное «Алло», услышала торопливый и нервный голос агента Грина: - Через двадцать минут подъедет машина. Поговорим на месте. Она подскочила, словно пожарный, услышавший вой сирены и собралась гораздо раньше приезда машины. Девушка никогда не испытывала иллюзий по поводу работы в ФБР. Ты всегда должен быть готов — не важно ночь или день. Ты не человек для них. Дождь, снег, простуда, неприятности дома — забудь про все и выполняй свою работу. Ведь от твоей работы зависит многое. Другая человеческая жизнь. Это много. Слишком много. Теперь она, как никто другой, понимает это. Водитель машины был человеком неразговорчивым и, отделавшись приветствием, продолжил поездку в тишине. Впрочем, Ирма и сама не собиралась разводить светские беседы о погоде. Машина подъехала ко входу в небольшой детский парк. Темное время суток всегда придавало этому месту пугающий вид, а скрипучие дверцы и хлипенькие качели, мягко раскачивающиеся даже при сравнительно легком ветерке, вовсе вызывали ужас у особо пугливых личностей. Эту дорогу старались избегать и не сокращать путь по ней вечером. Особенно после известий о подражателе. Днем это место наполнено детскими радостными визгами, запахами сладкой ваты и газировки из автомата, но ночью.... Десяток машин, среди которых были машины полиции, ФБР и скорой помощи, словно подтверждали мысли жителей города. Теперь это место омрачали не только разбитые колени от первого неудачного опыта поездки на велосипеде, но и нечто похуже. Еще выходя из машины, Ирма поняла, что ей не следует туда идти, если она хочет спать спокойно. Если она все еще хочет нормально жить. Но долг был выше ее самой. Она не могла оставить агента Грина. Его голос при разговоре по телефону приобрел странные нотки тревоги. Он бы ее не бросил, если бы она позвонила ему среди ночи. Долг выше агента Грина. И почему она так невзлюбила его в самом начале? Как же часто мы обманываемся! Пара шагов навстречу красно-синим огням, и Сойер замечает Майка. Он держит в руках стаканчик с кофе. «Наверняка, горячий. И точно с молоком и сахаром», - думает девушка. Она ведь знает его, как облупленного. Мысли о Майке ненадолго отвлекают и успокаивают. Есть такие люди, которых часто описывают как «человек-дом». Майк именно такой, несмотря на то, что он часто бывает погружен в работу и не всегда покупает продукты по дороге домой, что просит Ирма для ужина. Стоит только посмотреть на него, и в душе царит уют. Ирма Сойер была искренне рада тому, что первый труп в своей жизни она осмотрела, находясь рядом с Майком Шинодой. Как бы странно это не звучало. Ему тоже было страшно. И вряд ли он был счастлив. Но он был рядом. Иначе бы она точно сошла с ума. «Нужно будет снять фото со стены в спальне», - продолжая разглядывать стаканчик с кофе, вздыхает студентка. И почему именно сейчас ей так хочется быть нормальной? Когда вокруг творится этот ужас.... Ирма продолжает идти вглубь , обходя очередную машину, лавируя между суетливыми людьми. Найти бы агента Грина. - Вы Ирма Сойер? - спрашивает молодой полицейский. - Да. Где я могу найти агента Грина? Он вызвал меня. - Все только Вас и ждут, мисс Сойер. Ирма не на шутку удивилась. Ее? Простую студентку? ВСЕ?! Ворота, ведущие в парк, были открыты, ярко горели фонари, привлекая глупых мотыльков. За ней и полицейским, словно дождавшись команды, последовала целая делегация из медиков, таких же полицейских, криминалистов и Бог знает кого еще. Но не это ее смущало. Скорее эта извилистая дорожка, скрипучие качели и абсолютная тишина, царившая в полной суматохе. Или же это у нее так сильно заложило уши от волнения? - Предупреждаю, что сейчас Вы увидите не самую приятную картину, мисс Сойер. Хоть мне и сказали, что Вы крепкий орешек, я все равно думаю, что Вас следует предупредить. - Спасибо. Как мне к Вам обращаться? - Называйте меня Джереми. Агент Грин приказал ничего не трогать до Вашего визита. Подпустили только медиков, чтобы те убедились, что.... - Что все мертвы. В последнее время эта фраза не вызывает у меня должного ужаса, Джереми. Можете говорить мне все. - В общем даже криминалисты еще не видели тел. Все ждут Вас. - Немного неожиданно, - призналась Ирма. Мужчина и женщина сидели на скамейке, держась за руки. Они оба были хорошо одеты, словно здесь проходила фотосессия на обложку журнала для подростков. Клетчатая рубашка мужчины была чуть ему великовата, но темные джинсы и массивные коричневые ботинки сидели идеально. Девушка, в легком белом платье, доходящем до колен и темно-зеленых балетках, была ухожена. Ее волосы были заплетены в косу, а на губах сиял прозрачный блеск для губ. И все бы ничего — идеальная парочка, уединившаяся в темном парке..... Если бы не одно «но»: они мертвы. Два. Все тело пестрит порезами. На лицах неестественная гримаса. Ледяная кожа. Бледные губы. Пустые глаза. Ирма Сойер стояла напротив скамейки, и лицо ее не выражало ничего. Она сама себе казалась такой же мертвой и бледной, как и люди, сидящие на скамье напротив. Как только они дошли до места преступления все стало ясно. Агент Грин поприветствовал всех и попросил встать подальше, буквально выталкивая Ирму поближе к скамейке. Он стоял рядом. Они стояли и смотрели. Молча. - Почему Ваши люди не работают? - Сейчас мой человек — это ты, Ирма. Пока их не осмотришь ты, я не дам им начать. Или пока ты не скажешь, что это необходимо. - С чего такое доверие? - Ты что-то чувствуешь. - Вы не сказали, что пропала девушка. - Мы и сами не знали. Заявлений не поступало. Ее личность установлена. Ее зовут Андрэа. - Ее так звали, - поправила она. - Есть зацепки? - Можно мне перчатки? - спросила девушка, поворачиваясь к толпе. - Да, - Майк вышел ей навстречу и протянул запечатанные принадлежности. - Спасибо, - девушка заглянула в его карие глаза, чтобы понять злится он на нее или нет. Но глаза Шиноды выражали лишь искреннею заботу и волнение. Ирма быстро натянула перчатки и стремительно приблизилась к скамье. Она не чувствовала того, что почувствовала тогда в морге, когда осматривала тело Элизабет. Тогда ей было страшно. А сейчас страх исчез. И пока что Сойер никак не могла это объяснить. Она решила начать осмотр с девушки. Шея. Два. Уши. Два. Пальцы. - Агент Грин, посветите сюда пожалуйста. Мужчина подошел поближе и направил поток света фонарика прямо на руку погибшей. - Буква «р» на мизинце правой руки. - Может, еще что-нибудь? - Нет. Парня осматривать бесполезно. Он оставил букву на девушке. Снова. Не знаю, что он хочет этим сказать. Пока не знаю.... - А прошлая буква была «и»? - Да. Агент Грин, пусть увозят тела. На всякий случай проверят и эту букву тоже на почерк и глубину. И пусть найдут ее родных, если есть. - Конечно. Ирма отошла на пару шагов и еще раз взглянула на тела. Такая поза. Они как влюбленные.... Пара.... - Стойте! Не трогайте тела! - неожиданно сказала девушка, и агент кивнул в подтверждение ее слов. Толпа вновь встала за ее спину. - Как они держались за руки? Вот так? - она подошла и сплела пальцы погибших. - Да. - Они влюбленные. Не просто пара. Это нечто большее. - Что ты имеешь в виду? Так находили все тела. - Нет. Они все одеты достаточно скромно. У девушки никогда нет яркого макияжа или короткой юбки. У парня аккуратно выглажены брюки или рубашки. Так, словно их гладила женщина. Жена. - Думаешь, он работает в паре с женщиной? - Нет же.... Тут что-то другое. Муж и жена. Жена и муж, - она закусила губу. - Он ищет семью.... Он воссоздает свою семью.... Это его мать и отец. Он не может найти их. - Ирма, я не понимаю твою мысль, - агент Грин взял ее за плечи и заглянул в глаза. Зрачки расширены, даже сквозь свитер чувствуется жар тела. - Милая, да ты горишь.... Ты в порядке? - Его родители.... С ними что-то не так! У него были проблемы с ними. Они не любили его. Он ищет тех, кто будет похож. И кто будет его любить и заботиться о нем. Это брак! Все тела, что мы находим — это брак! Он пытается донести до нас что-то.... - Хочешь сказать, что мы ищем большого ребенка с проблемами в семье? - Мы уже нашли его. И он в городской тюрьме. - Будет море жертв. - Именно.... Он ищет семью, и ничто его не остановит в поисках идеала. Это слово.... «Два».... Это подсказка. Или шифр. Но мы не поняли его. Теперь он вводит новые правила — оставляет нам буквы. Он беспомощный ребенок, он нуждается во внимании к своей проблеме. Возможно, раньше ни полиция, ни ФБР не помогли ему. Ваши люди могут поискать запросы из неблагополучных семей, которые были отвергнуты? - Само собой. Только охват лет будет большим. Сразу мы не управимся. - Я должна съездить в тюрьму. - Только завтра, Ирма. С тобой что-то не так. Боюсь, что ты не здорова. - Но времени у нас все меньше и меньше. - Потерпи хотя бы до завтра. И еще.... Если сложить две буквы, что мы нашли, то получается «Ир».... Что, если следующая буква «м»? Ирма вспомнила слова Майка, которые он произнес в морге, когда они нашли букву «и».... Ведь это первая буква ее имени. А это вторая. Но никто не знает, что она помогает вести расследование. Майк никому не говорил, она сама молчала об этом, даже не рассказывая родным. В университете об этом даже думать запретили. В прессе ее имя не светилось.... Если это действительно ее имя, то тогда как его узнали? А что, если он следит за ней? Что, если следующая жертва — Ирма Сойер?