Невеста с того света

Прошло почти две недели с тех пор, как умерла Мурашова Евгения Валерьевна и пришла в себя Филиппова Евгения Викторовна. Две самые жуткие недели в ее жизни, а будущее и не обещало быть красочнее. Теперь все было чужим, начиная от ее квартиры и новоиспеченной сестрицы и заканчивая жизнью. Ее выписали неделю назад, правда, еще предстояло пройти кучу обследований и анализов, но все же теперь она была свободна и вольна делать все, что ей заблагорассудится. Вот только облегчения долгожданная свобода не принесла. Идти было некуда и не к кому. Нет, на деле она оказалась владелицей не только шикарной квартиры и дорогой иномарки, но единственной наследницей, которую любящий дедушка упомянул в завещании. Так что ничего удивительного в том, что ее поспешили отключить от аппарата жизнеобеспечения сразу после его кончины, не было. Только Женя пока этого не знала, хотя и чувствовала – Лиза только рада тому факту, что у сестры вдруг приключилась амнезия. Но с семейными отношениями Мура решила повременить, для нее гораздо важнее были ребята. Смерч. Соваться в открытую она больше не решилась. Во-первых, это было бы глупо с ее стороны, никто бы ей не поверил, она ведь, по сути, и сама себе не верит. Во-вторых, девушка до сих пор помнила дикую ярость Риты, и нарываться без повода не хотелось. Можно было, конечно, ввалиться к кому-нибудь из них, предоставить факты, рассказать все истории, операции, но опять же – кто даст ей выговориться? Да и где гарантия, что ее не примут за шпионку и не запрут в допросной? Нет, тут нужно было действовать осторожнее и надеяться на то, что она не бросится на шею кому-нибудь из ребят при первой же встрече. Но встречи пришлось ждать. Их не было. Никого не было. Как сквозь землю провалились. Поначалу Мура перепугалась – а что, если их теперь тоже нет? А потом поняла – служба. Конечно же, служба. Только вот раньше время летело незаметно, так как она была вместе с ними, по ту сторону, сейчас же оно тянулось, и ожидание угнетало. Она из раза в раз, изо дня в день, приезжала то к одному, то ко второму дому и сидела в машине, наблюдая за подъездом и надеясь на то, что именно сегодня вечером в окнах загорится свет. Но ни Мыцик, ни Ионов не спешили возвращаться в свои холостятские жилища. К другим она не ездила. Не потому что не скучала. Вовсе нет. Просто Батя с Багирой ее видели, и трудно сказать, чем закончится такая встреча. Бизон в последнее время оставался за городом, так что машину перед домом точно бы заметил, а Олеся же жила в общежитии. Так что вариантов пока было только два – Вася и Серега. Два друга, две противоположности, два надежных человека. Пару дней назад она поступила безрассудно – проникла в квартиру Сергея. Почему именно его? Она и сама не знала ответа, просто была уверена, что там ей будет не так больно, как например, у Васи. Стараясь ничего не касаться, девушка осторожно передвигалась по комнатам, когда случайно наткнулась взглядом на фотоальбом. Руки сами по себе потянулись к тяжелому фолианту, но в последнее мгновение она все же передумала. Что она там увидит? Прежнюю себя? А есть ли смысл? А вот ребят увидеть все же захотелось. Вдруг оказалось, что две недели без них равны двадцати годам заключения в колонии строгого режима. Пальцы уверенно листали альбом, и пару раз на лице девушки даже появилась тень улыбки, когда на страничках обнаружились изображения маленького Сережи Мыцика, но вся веселость испарилась, как только взгляд упал на последнее изображение. Вся группа в полном составе. Даже Леся присутствует. Последнее фото, сделанное всего месяц назад. Странно, все смотрят в камеру, позируя фотографу, а они с Васей почему-то друг на друга. Надо же, как всегда умудрились отличиться. Соленая капелька сорвалась с кончика носа и упала на страничку. Вот черт, сама не заметила, что плачет. Пора уходить. На выходе Женя вновь встретилась взглядом со своим отражением – нет, с этим определенно нужно что-то делать. Может, пластика? Мда, космические какие-то задачи она перед собой ставит, а вот волосы перекрасить стоит. Определенно стоит. Чтобы хоть капельку, хоть самую малость быть похожей на девушку с той фотографии, которую она только что стащила у своего друга. Сейчас это ее единственная связь с ними, единственная возможность быть рядом. Она была уверена – если бы Серега знал, он бы простил ей ее маленький каприз. Группа вернулась поздно ночью, и он уже собирался рвануть домой, когда в руку вцепилась Багира. Не отпустила. Вновь. Словно он маленький несмышленыш, за которым нужен глаз, да глаз. Спорить он не стал, тем более что Рита и так чуть было не расплакалась из-за едва заметной царапины Физика. Расстраивать ее еще больше не хотелось, и он послушно побрел в комнату отдыха, где уже остались ночевать Бизон с Физиком. Сны ему не снились. Совсем. Он просто закрывал глаза ночью и открывал их утром. А ведь так хотелось… хотелось увидеть ее хоть на мгновение, пусть и не в реальности. А ведь раньше она ему снилась почти каждую ночь. Уже сквозь сон парень почувствовал, как кто-то заботливо поправляет сползший на пол плед, но сил поблагодарить не было – темнота засасывала, даруя долгожданное спасение от невеселых мыслей. Женя. Зачем я искала это место и зачем приехала сюда? Чего ради? Удостоверится, что рядом с деревянным крестом на самом деле стоит моя фотография? В очередной раз поежиться от ужаса всего происходящего? Да я прямо мазохистка. Думала, сейчас приеду, и как прорвет – наревусь вдоволь, а на деле ничего – пустота и какое-то безразличие. Лично я уже почти смирилась со своим безумием. Для меня это что-то по типу параллельной реальности. Хотя кому я вру? Ни хрена я не смирилась. Стоит только бросить мимолетный взгляд на снимок, как рыдания приходится заглушать, уткнувшись в подушку. К такому невозможно привыкнуть, и невозможно смириться. Взгляд скользит по огромному количеству венков и почему-то застывает на уже засохшем букете белых роз. Странно, вообще не похоронные цветы. Интересно, от кого они? -Мура… Этот голос она узнала бы из тысячи. Он здесь? Или это опять глупая игра воображения? Вроде нет, сзади слышится шорох, значит, он сделал шаг вперед. Глупо бежать, надо поворачиваться. Тем более что он вдруг судорожно выдыхает и уже отчаяннее просит: -Мура…