День рождения.

Шеннон держал брата в объятиях, словно хотел отгородить его от всего мира, от всего зла, что может прикоснуться к нему. Джаред уснул, откинув голову на плечо Шеннона. Он дышал спокойно и тихо, лишь иногда постанывал, то ли от пережитого ужаса, то ли от боли, которую причиняли разбитая губа и содранная кожа на запястьях. Мягкие волосики щекотали нос Шеннону. Но тот боялся пошевелиться, что бы не разбудить Джареда. Он чуть раскачивался вместе с братом в такт колыбельной, которую тихонько мурлыкал. Прижимался щекой к макушке Джареда, вдыхал его запах и плакал. Плакал от бессилия, от жалости, от безысходности, от злости на самого себя. Клял себя за то, что отмахивался от брата, сбегал от него и бросал одного. Ведь если бы они были вместе, то никто не смог бы причинить вред его маленькому братишке. В ту страшную ночь, сидя на кровати младшего брата, Шеннон поклялся, что никогда в жизни, ни при каких обстоятельствах не оставит Джареда одного. Но Шеннон сам был еще ребенком и не понимал, что невозможно контролировать все на свете. Иногда, эти самые обстоятельства бывают сильнее желания защитить и уберечь. И Шеннону пришлось в этом убедиться на собственном горьком опыте. Но это будет много позже. А пока что он сидел на кровати, обняв брата и пел вполголоса колыбельную, успокаивая его и постепенно успокаиваясь сам. Братья никогда не говорили об этом ужасном случае. Шеннон не хотел напоминать о пережитом стрессе, думая, что Джаред все забыл. Так и было сначала. Но память постепенно возвращалась к Джареду. Он вспомнил все. Но даже не заикнулся об этом Шеннону, не желая причинять брату боль, невольно заставляя испытывать чувство вины. Кроме этого, ему не давали покоя ощущения которые он испытывал, вспоминая как Шеннон держал его в объятиях, целовал, захлебывался слезами и в отчаянии кричал: " Джаред, Джаред! Ну пожалуйста, не умирай, не бросай меня! Бро, я люблю тебя, открой глаза, ну пожалуйста!" Они были детьми. Но чувства, которые испытывал Джаред сейчас, вспоминая об этом, были отнюдь не детские. Раздался звонок, пришел кто-то из гостей. Резкий звук выдернул Джареда из омута воспоминаний. Он моргнул несколько раз возвращаясь в реальность. Его глаза немного поблекли, но взгляд оставался таким же чистым и по- детски наивным. В свои восемьдесят лет он был по- прежнему красив. Хотя лицо исчертили многочисленные морщины, а волосы поредели и стали полностью седыми. Красить он их перестал лет двадцать назад. Но седина его не портила. Фигура его оставалась по-юношески стройной. Под кожей перекатывались упругие мышцы. Даже в таком возрасте Джаред старался посещать тренажерный зал. Хотя группа давным давно прекратила свои официальные выступления, иногда они собирались в каком-нибудь небольшом зале что бы порадовать своих наиболее преданных поклонников. Они больше общались, чем пели. И это приносило удовлетворение как музыкантам, так и их почитателям. А Джареду очень не хотелось разочаровывать своих друзей и заставлять лицезреть свою расплывшуюся тушку. Приходилось заставлять себя поддерживать форму,хотя это давалось ему с трудом. Многочисленные травмы и стрессы давали о себе знать. Старая болезнь тоже мучила его все сильнее. Суставы давно потеряли свою былую подвижность. Но когда Джареда останавливали трудности? Он отвернулся от окна и окинул взглядом людей, находившихся в комнате. Их было много. Они все пришли поздравить его с днем рождения. Кто-то искренне любил его, кто-то завидовал. Но Джареду было все равно. Эти люди были ему безразличны, они для него ничего не значили. Единственный человек, который был нужен ему, который на протяжении всей жизни заставлял его смеяться и плакать, заставлял его чувствовать, заставлял быть живым, еще не пришел. Значит У Джареда еще было время подумать. В любом случае его нужно дождаться. Он отвернулся к окну, и на него вновь нахлынули воспоминания.