Воспоминания

На несколько мгновений повисла гробовая тишина, разбавляемая разве что тревожными волнами, с шумом разбивающимися о скалы и песок. Противники изучающими взглядами смотрели друг на друга, словно все могло ограничиться простыми «переглядками» и разговорами на повышенных тонах. - Ну, и долго будем в «гляделки» играть? – нарушил молчание Моран абсолютно безразличным и уставшим тоном человека, который, отпахав восемь часов на работе, с трудом добрался до дома, а там его нагружают домашними обязанностями, что априори невозможно: у таких… существ, каким являлся этот очаровательный злодей, просто не может быть дома, как ни крути. Даже его замок в безвременье таковым не является и создан он был, наверное, ради поддержания в мире стереотипов. Самое страшное: Ник начал понимать, что Мэлор им тут не особо помощник. Точнее, лучшее, что он может сделать, - это смотреть, как одну. – а то и обе - из враждующих сторон размажет по стенке, оставив от нее лужицу крови. С Мэлором творилось что-то странное. Он просто стоял с энерго-шаром наизготове, но вдруг что-то заставило его замереть на пару секунд, а потом, обреченно опустив голову, точно ребенок в магазине, которому отказали в игрушке, о покупке которой он молил родителей до потери сознания. Воин посмотрел на Ника пустыми глазами, слегка поджал губы и покачал головой, мол, я вам тут не помощник, а потом и вовсе растворился в воздухе, словно став призраком с пустыми и абсолютно безразличными глазами. Мэдисон, старавшаяся даже не смотреть на эту со слов безобидную, а с виду ужасающую картину, дабы не усугублять шаткое состояние своей избитой всеми «прелестями» жизни психики, уставила на главного врага. Нервное сглатывание слюны не заставило себя ждать: прикид у Мелибора был еще тот. Тем более сказывалось недавнее «купание» в заговоренной воде, которое наверняка выльется минимум в простуду средней тяжести, а о максимуме и думать не хочется. Девушка, однако, более или менее сохраняла спокойствие, пытаясь решить, на что она способна без своей волшебной палочки. На многое, конечно! Лет через десять. Жаль, десяти лет у нее не было, и, если верить сложившейся ситуации, могло и в будущем не быть. Что касается ее спутника… Сначала Рассел ничего не хотел слушать, ведь ему с подругой помощь нужна была как никогда, а единственное, пожалуй, здравомыслящее существо сейчас говорило, что по каким-то неведомым причинам полностью бессильно в данной ситуации. А это уже откровенная подстава, ага! Моран сквозь маску усталости смотрел на соперников. - Хватит ломать комедию! – уже грубее воскликнул он. – Ни у меня, ни у вас нет ни сил, ни желания драться! – а ведь дело говорит. - Ты что, мало получил? Или хочешь превратиться в зажаренную котлету?! – крикнул ему в ответ Ник еще более жестко, хотя это вряд ли требовалось. - Ты знаешь, парень, что мне нужно. Разойдемся по-хорошему: я забираю эту, - он кивнул на Мэди, которая уже всерьез задумалась над своей карьерой и даже придумала рекламную вывеску, которая гласила: «Синяки! Быстро, недорого! На плечах, руках, под ребрами! Круглосуточно!». А что, этим вполне можно зарабатывать на жизнь. Индивидуальное предпринимательство вполне ценится, правда, придется за справками побегать, но это наверняка будет стоить гордой лицензии и личного офиса в каком-то из небоскребов. - … а тебе даю портал, ты уходишь и навсегда забываешь про эту историю, потому что я больше не буду возвращаться в этот мир. Согласен? – вроде бы звучит как дешевый подкол, но тон и взгляд говорящего выражали полную серьезность предложения. Нет, он реально думает, что один человек может отпустить другого, с которым столько пережили, мир спасли и провернули столько других обычных бытовых дел, на верную смерть просто так? За какой-то портал? Или что там он предлагает? Нет, в принципе, предложение заманчивое, однако… Нет, ну он точно псих! - Ты хоть понял, что ты несешь, урод? – Николас явно был на взводе. Мелибор опустил голову, прищурился и усмехнулся: - Как видно, нет. – проговорил он с усмешкой, а потом поднял на пару холодные, как изумруды в морозилке, – кстати, надо бы попробовать их туда засунуть – глаза и выстрелил очередным бесформенным сгустком черно-фиолетовой жижи. Реакция последовала незамедлительно: с выставленной в перед – откуда она вообще только взялась? – палочки с красным наконечником сорвалась тонкая пленка щита. А пославший ей Ник, ничуть не смутившись довольно ощутимому толчку, еще и умудрился перенаправить атаку в сторону противника. Тот, явно не ожидая такого исхода событий, широко распахнул глаза и, получив своим же шаром в живот, отлетел и впечатался в мощный ствол дерева, которому, кажется, глубоко было пофиг на всю агрессию внешнего мира, ведь оно – спокойное дерево, искренне наслаждающиеся солнышком, утром, миром… нет, тут деревья явно что-то употребляют… и не всегда законное. Пока злодей медленно пытался подняться и оправиться – кажется, потеря медальона и искренний пожар ВЕЗДЕ, любезно подаренный ему разъяренным фениксом, явно добавили сил воспоминанию – от столько внезапного и нехилого удара, Ник, слегка встряхнув подругу, которая была явно уже в своих мыслях относительно будущего богатства, которое ей принесут ее руки, пытающиеся раздавить предплечье парня, тихо спросил, почти что шепотом, иначе бы она просто не слышала, не смогла услышать: - Мэди, у меня есть план, - барышня на секунду воодушевилась: «Неужели не все потеряно?». – но мне нужен постоянный щит. Тут волшебница грустно опустила голову. Беззвучно плача. - Палочка, Ник. – произнесла она охрипшим от недавно заработанной ангины голосом, - а вот не стоило захлебываться ледяной водой, ой, не стоило!.. - отчего душу ее собеседника посетило довольно скорбное предчувствие. – Он ее сломал… Юноша, которому всегда до тонкостей магического мира было, как до Китая на сломанном самокате, не особо понимал глубокие причины невозможности использования сил, но одно понял точно и верно: их использовать не получится. Моран уже успел встать и довольно ощутимо выйти из себя. С диким ревом он, собрав все свои силы, - кажется, солнце начало потухать, или нет?.. – преобразовал их в огромный поток, почти такой же, каким сражался с Мэдисон, только раз в десять больше и мощнее. Он что, призвал всю свою силу сквозь время? Круто! Но он, конечно, гад еще тот. - Ну, тогда остается только одно… - Николас закатил глаза и за секунду до смертоносного для него – свою «игрушку» злодей явно бы не стал убить так просто, пусть и эпично, он же не идиот? Хотя… эти воспоминания такие странные. Мысли смешались в кучку, но среди этого хаоса вдруг зажглась спасительная, пусть и рискованная лампочка. Да, сейчас вполне возможно, что никто и не выживет, но… Других-то идей нет. Пока девушка настраивалась на испуг от потока чего-то невообразимого и пугающего, ее друг с поразительным хладнокровием развернулся и, игнорируя краткий писк, выхватил руку подруги… Что было дальше, догадаться несложно: две стороны предпочли отправить сражаться свои энергии, а не себя, хотя в этом случае рисковали получить куда более серьезные увечья. Две - или их там три? – силы сошлись и встретились искрящийся стеной. Полетели горящие брызги воды, горький привкус в воздухе уже начал давить на легкие; все живое, что только имело разум и могло перемещаться, поспешило с визгами покинуть поляну, и даже волны решили прекратить свой законный прилив и теперь просто застыли на берегу, словно гладь вечно спокойного озера. Моран, явно ожидавший от своих сил нечто большего, скажем, мгновенного уничтожения преграды на своем пути, – всего-то! – сейчас впервые за много лет начал чувствовать себя неумелым волшебником, который ни на что не способен. Господи, какое противное чувство! На лице воспоминания застыло истинно звериное выражение. Все это только подливало масла в огонь, поэтому двум молодым людям там, за искрящейся стенкой, тоже приходилось несладко. Мэдисон, и до этого-то так не твердо стоявшая на ногах, в конец обессиленно опустилась на колени, но в ее взгляде было столько решимости, что усомниться в силе ее скрытой магии не приходилось. Ник, до этого и так потрепанный жизнью и собственным огнем, начал чувствовать, как земля превращается во что-то мягкое и пленительное, как одеяло в семь утра… нет, даже в шесть пятьдесят пять… Но эту парочку подстегивало чувство возможной скорой победы, которая, возможно, их и убьет, но они хотя бы заодно захватят с собой одну сволочь. Короткой встречи взглядов и двух кивком вполне хватило, чтобы усилить совместную атаку. Стена, возникшая из-за столкновения далеко не слабых потоков энергий, не желала пропускать никого, лишь искрилась, готовясь вот-вот взорваться, на что, собственно, надеялся Моран, который уже весь дымился и сам едва ли не взрывался. Но тоненькая. Совсем незаметная – кажется, силы действовали сами по себе и лишь нуждались в постоянной подпитке – тоненькая струйка чего-то голубоватого-то, наскоро изучив преграду, нашла лазейку и пробилась сквозь нее, а там, уже со стороны Мелибора, вдруг вспыхнула, точно спичка, сломав тем самым злополучную перегородку между двумя атакующими сторонами, и со скоростью света понеслась к врагу, точно целясь в его сердце. Раздался нечеловеческий крик, от которого сознание, стремительно махая ручкой, уходило куда-то в отпуск на несколько часов - или даже дней, кстати говоря. – а порой даже сердце вырубалось на пару секунд. Маленькая голубоватая ниточка уже растворилась в темноте – у него что, вместо сердца черная дыра или как? – почти сразу получила поддержку от тысячи своих собратьев, которые были ее явно и сильнее, и больше. - Глаза закрой!!! – рявкнул Ник на подругу, словно она была виновата во всех бедах мира, в том числе и в том, что шар земной имеет именно такую форму, или в том, что не менее важно, кстати, что кетчуп из стеклянной бутылки вечно не достать. Второе важнее, конечно! Мэдисон, ничуть не обидевшись, – а на что? –послушно зажмурилась, как можно сильнее. И не зря. Ник и сам сдерживался от рвотных позывов. Конечно, видеть, как твоего врага словно протыкает огромный нож, а все его внутренности разрываются и разлетаются во все стороны, пропадая, правда, спустя секунды полторы, а везде еще и фонтан из черноватой крови, можно, конечно, но лучше уж какому-нибудь бесчувственному мужику, который, наверное, потом все равно откроет хотя бы маленький кирпичный завод, а не хрупкая девушка, которая сейчас без опоры даже стоять, бедняжка, не может. Рассел, кажется, уже вслух матерясь всеми известными ему нелицеприятными выражениями, зачастую придуманными на ходу, отвернул голову и лишь сильнее сжал руку, чтобы не потерять контроль над ситуацией, потому что это было бы чревато эффектом зеркала: в противном случае вся мощь обернулась бы против своих хозяев. Повернутый взгляд увидел почти бесформенный – или нет? Это уже галлюцинации? – белый призрак с пустыми глазами. Оказывается, он все время был здесь, за парой. Кажется, он даже руку приложил к драке. Сначала до парня даже не дошло, кто это, словно вся эта атака отобрала у него даже частицу разума, за неимением другой подпитки, ибо энергетический запасы были истощены, но потом клетки мозга все же решили заработать, и вот уже белое почти прозрачное пятно начало приобретать очертания всеми знакомого Мэлора, который был явно изнеможён, зато почти доволен. Вот ведь зараза, а! они тут трудятся, а он просто в сторонке стоит! Ник, с трудом удержав себя хотя бы на коленях, кинул взгляд на подругу: та уже отключилась, и парень с радостью бы последовал ее примеру, но… Но черт его дери, он должен всех спасти! Опять! Ему за это хотя бы заплатят?! Наконец – наконец!!! – раздался взрыв и Морана как ни бывало. Да, просто так взорваться ив се. А сколько боли было до этого! Маленькие черные точечки, переливаясь фиолетовым, осели на песок и вскоре унеслись в море снова пришедшей волной. Парень, ощутив себя простым мешком с картошкой, последний раз втянул воздух носом, в котором еще оставался какой-то привкус горечи – недобрый, однако, знак – и, закатив глаза, упал навзничь, провалившись в необъятную страну забвения и снов. *** Солнце медленно тянулось к закату, лениво зевая, отчего на всем берегу царила прекрасная огненно-оранжевая нега. Свет, точно приятное одеяло, окутывал все и вся, заставляя насекомых с самыми позитивными мыслями разлетаться по домикам и ульям. Волны сонно растекались по песочку на пляжике, деревья тихо шумели, птица спешили залететь в свои гнезда и закрыть своих птенчиков от крадущегося вечера, который, конечно, не мог сулить ничего плохого, но все же вся фауна и флора была напугана недавними событиями, которые пусть и закончились несколько часов назад, но все равно произвели неизгладимое впечатление на всех, кто за этим наблюдал. Ник, недовольно сощурившись от того, что кто-то щекотал нос, что-то пробурчал, а потом медленно открыл глаза. Картинка была нечеткой и расплывчатой, но уже спустя минуту обрела нужную резкость. С удивлением парень обнаружил что-то на носу, и, машинально отмахиваясь, сбил сидящую на нем бабочку, которая, недовольно хлопнув крыльями, какой-то пьяной и сонной «походкой» полетела в сторону леса. Кажется, насекомому понравилось сидеть на теплой коже, а ее, видящую уже десятый, наверное, сон, так бесцеремонно согнали с насиженного места. Все-таки парни такие хамы бывают! Ник огляделся: закат. «М-да, неплохо так отключились…» - подумал он. Позади него, свернувшись калачиком, лежала его подруга. На первый взгляд она не подавала признаков жизни и страх, давно закравшийся в душу, заставил Рассела с силой тряхнуть ее за плечо, прежде чем он увидел, как медленно рассыпается песок от убаюканного солнышком дыхания девушки. - Сейчас, сестренка… - промурлыкала она, не открывая глаз. – Еще пять минуточек! - Эй, Мэди… - невольно засмеялся Ник. - Н-ни.. уфф… - барышня потерла сонные глаза ненароком задев рану на лбу и болезненно шикнув на это досадное маленькое происшествие. – Ник? - Да, - пожав плечами, ответил парень. - А что произошло? – словно маленький ребенок, спросила волшебница, приподнимаясь на локте с запекшейся кровью М-да, все эти раны явно не подходили к романтичной атмосфере на пляже. - А ты сама не чувствуешь? Девушка задумалась, положив ладонь на голову. Вроде бы ноющие конечности, раскалывающаяся голова… засохшие корочки крови… - все, как обычно, ничего выходящего из нормы не наблюдается… Но душа… Словно огромный камень раскололся внутри, оставив там лишь легко выветриваемую временем пыль. Время… как его мало, и это-то с его вечной бесконечностью! - Мы его уничтожили! – радостно воскликнула Мэдисон и кинулась на шею другу, словно пыталась его задушить. – Мы его уничтожили!.. - Я же говорил, что все будет хорошо!.. – улыбнулся Ник, стараясь, в отличие от подруги, не свернуть ей шею, и уже чувствуя, ка кот слез облегчения намокает рубашка. Но здравый смысл в конце концов взял власть над эмоциями и заставил девушку оторваться от ликования и всерьез задуматься. - А что же мы будем теперь делать? – спросил она, принимая, сидячее положение. Ее собеседник замолчал и огляделся. Он тоже не знал ответа на этот вопрос. Однако все за двоих решила трель урчащих животов. - Неплохо было бы поесть… - протянул юноша, загадочно улыбаясь. - Поесть? – сначала не поняла его подруга, а потом почему-то залилась смехом. – ну, можно и так, конечно! *** И вот, все уже позади. И бесконечная боль, и страх засыпать… но так ли это? Ведь если смотреть вперед, то там еще куча загадок, неизведанных тайн, которые заставляют сердце биться чаще, но… Но что там, сзади, осталось незакрытым? Или эти ничего не подозревающие волны унесли кого-то больше, чем просто черно-фиолетовые песчинки?