Наши спящие желания

- Блять, да сколько можно?! – бесился Жан с непониманием перебирая листы, - я уже третий раз этот сраный реферат сдаю, а ему не нравится! - Успокойся, тебе просто кажется. На самом деле, ты принёс его один раз, а остальные два почудились твоему расширенному воображению. - Йегер, вот сейчас вообще не смешно нихуя! – он собрал страницы аккуратной стопкой и сложил их в папку, - всё, скажите ему, что я пошёл домой всё переделывать. Всё равно ничего толкового он сегодня больше не скажет. Жан вышел из колледжа и зашагал по направлению к станции метро, но, пройдя пару переулков, услышал, что его окликнул знакомый женский голос. Он обернулся и увидел Микасу, которая пыталась его догнать. Странная встреча. Девушка уже три дня не появлялась на занятиях, а сейчас Жан вот так вот запросто столкнулся с ней на улице. Кирштайна это слегка напрягало. Да и вообще, отношения с ней у него были не самые хорошие. Он уже редко вспоминал тот ненавистный случай, когда ещё глупым первокурсником признался, что она ему нравится. Предложил встречаться и был отшит по всем правилам: «Жан, ты классный парень, но я люблю другого. Нам лучше остаться друзьями». И Жан даже знал, что этот самый «другой» - Эрен Йегер. Он и Микаса вместе выросли, вместе ходили в школу. И поступили учиться тоже вместе. Нет, это не обстоятельства так сложились, это бедная девушка перестала видеть мир вокруг из-за своей привязанности. Сам же Эрен относился к ней больше как к сестре. Воспринимал их близкие отношения как должное, но не видел в них ничего особенного. Вот и сейчас, судя по всему, он был увлечён кем-то другим. - Микаса? – удивился Жан, - Что ты тут делаешь? Девушка подошла к нему ближе, и он увидел, что лицо её красное от слёз. - Я… я просто шла мимо и увидела тебя. Ты прогуливаешь пары? - Прогуливаешь, как раз, по-моему, ты, причём прямо неподалёку от колледжа, - упрекнул её Жан, - что у тебя случилось? Ты плакала? - Я просто очень сильно поругалась с Эреном. Я хотела сегодня пойти на занятия, но, как только подумала, что он там, просто не смогла даже открыть дверь колледжа. Не хочу его видеть! Как же надоело! – слёзы снова навернулись на глаза. Она, никого не стесняясь, плакала и кричала на всю улицу. Жан не был чувственным и понимающим, поэтому ему не нравилась вся эта ситуация. Он всего лишь попал под горячую руку и теперь должен был выслушивать её рыдания, причиной которых, к тому же, являлся вездесущий Йегер. - Чего это тебя вдруг так унесло? – спросил Жан. - Вы уже довольно долго находитесь в таких странных отношениях, и только сейчас ты не вытерпела? Прости, конечно, но твой Йегер - придурок тот ещё, не удивительно, что он тебя довёл. - Это может показаться странным, но сейчас я с тобой соглашусь. Ненавижу его! Он все соки из меня выжал! Бесит, я больше не могу жить с ним, хоть мы обычно и запираемся по разным комнатам. Он ничерта не видит и не понимает. У него своя жизнь, которую он ведёт прямо у меня на глазах! Знаешь, как всё это меня достало! Я попыталась с ним поговорить, и вот уже три дня мы видеть друг друга не можем. - Да, да, я представляю, - ответил Жан, стараясь не смотреть на истерику Микасы. Он и понятия не имел, чем можно её успокоить. Однако следующей её фразы Кирштайн уж точно не ожидал. - Жан, а пойдём к тебе? – её голос уже не дрожал, в нём появилась уверенность, слёзы начали высыхать. - Да ты с ума сошла?! – усмехнулся он. - Успокойся и пойди лучше домой, проспись, ну или просто отдохни. - Нет, нет. Нечего мне делать дома! Пусть он там один, что хочет, творит и кого хочет, приводит. А у меня будет своя жизнь. Я тоже буду самовольничать – посмотрим, как ему это понравится. Сегодня, например, я хочу пойти к тебе! - Нет, ты точно сдурела! – Жан был немного напуган таким предложением, да и не планировал ничего подобного на ближайший день, - ты хоть понимаешь, что сама потом будешь об этом жалеть. Зачем оно тебе? - И не буду ни капельки! Кирштайн, ты что, сейчас мстишь мне за то, что я когда-то тебя отбрила? – Микаса вскинула брови и пытливо заглянула Жану в лицо. Тот даже не смутился. - Дура. Мне уже давно пофиг на всё это. - Тогда чего ты выпендриваешься? - судя по голосу, девушка начинала злиться, - Вообще, по-моему, такому человеку как ты должно быть всё равно кому вставлять. - Плохо ж ты обо мне думаешь, - Жан почему-то рассмеялся, - хотя, в принципе, ты отчасти права: всё равно. Но ты сама должна понимать, что я уже давно за тобой не бегаю, и мне не нужно, чтобы эти жуткие чувства вновь вернулись. Я могу просто сделать это, но потом не буду успокаивать тебя в истериках и всё такое. - Я понимаю! И я даже понимаю то, что сейчас делаю всё это сгоряча, но я не стану ни о чём жалеть! Да даже если и стану – не твои это будут заботы. Они не заметили, как прошли пешком до следующей станции, но до дома Кирштайна было ещё далеко, поэтому им пришлось спуститься в подземку. Их разговор как-то плавно перелился в обсуждение учёбы, преподавателей и будущего распределения на более узкие специальности. - Кстати, знаешь, что я ещё решила? Не пойду я за ним дальше на кардиологию. Я вообще - то понимаю его желание: он говорит, что сердечные заболевания – одна из основных причин смерти среди населения, и он хочет помогать больным такими недугами. Пусть так, но пора бы мне подумать о чём-то своём, не всё за ним везде таскаться. Я пойду на стоматолога. Они сейчас востребованы и получают хорошо. Разойдёмся по разным направлениям – так лучше будет. А ты, кстати, куда собрался? - В хирургию, - ответил Жан, - я ещё с самого начала так решил, и сейчас ничего не поменялось. - Тебе что, и правда настолько интересно человеческое тело? - Очень. Давай-ка поторопимся и изучим твоё, раз ты так этого хочешь. А потом мне надо исправить эту сраную работу. Жан с сердитым видом стоял у приоткрытого окна и курил. - Чёрт. Ну, какого хера ты так сделала? Прости, но в умении устраивать подставы ты ничем не отличаешься от него! - Разве что-то поменялось? Я всё ещё не понимаю, какая тебе разница и почему ты так злишься? – Микаса лежала, кутаясь в одеяло, и с довольным видом смотрела на Жана. - Да есть разница, знаешь ли, просто встретиться с девушкой, или лишить её девственности! Почему ты не сказала мне сразу? – он сделал глубокую затяжку, выдохнул облако дыма, и сквозняк разнёс его по всей комнате. Микаса слегка закашлялась. - Успокойся ты. Я же обещала, что ни в чём не стану тебя обвинять. Да и разве всё было так уж плохо? Тебе же понравилось? Или мне показалось? Жан усмехнулся и потушил сигарету: - Женское тело не может быть неприятным. Но, по-моему, ты обольщаешься. И оденься уже, или ты целый вечер собралась тут у меня проваляться? - Выгоняешь? Не бойся, скоро пойду уже. Кстати, ты в своём реферате даты первых опытов указал? - Нет, а надо было? - Так и знала! Укажи, он именно из-за них всем и возвращал работы. - Вот же! Спасибо. Я-то думал, чего там не так. Микаса вела себя странно. Жану казалось, что должно произойти что-то ещё, о чём он сейчас и не догадывался. Она довольно улыбалась и косилась на него, а затем вдруг лицо её стало более серьёзным. - Что-то не так? – спросил он осторожно. - Да я всё думаю, стоит ли мне так поступать… Но раз уж я решилась, надо идти до конца. Сделай мне чаю, пожалуйста. Жан удивлялся с каждой минутой всё больше, но всё же поплёлся на кухню, включил чайник, достал заварку и высыпал на стол чудом обнаружившиеся в ящике конфеты. - Я уже вроде бы отошла, не стану закатывать истерик, но позволь мне ещё немного пожаловаться на него? - Ха-ха, ну от тебя слушать гадости про Йегера мне будет только в радость, - Жан разлил чай по кружкам и сел напротив Микасы. Только сейчас он понял, что это не она одна удовлетворила свою жажду мести. Он ведь тоже взял то, что ему не принадлежало, и нагло этим воспользовался. Мысль об этом грела душу. Он слегка улыбнулся куда-то в себя и посмотрел на девушку. Она немного злорадно скалилась. - Я всё-таки пришла к тебе, чтобы мстить. Думаю, если ты узнаешь о маленьком секрете Эрена, у тебя будет повод почувствовать себя эммм… выше что ли, не знаю, как сказать. - Маленький секрет? – удивился Жан и уже откровенно расплылся в улыбке. - Да ничерта он не маленький, я бы сказала. Дело в его этой так называемой девушке, с которой он недавно поссорился, ну вся группа об этом вроде гудит. - Что? Как я и говорил? Нет никакой девушки? Неужели, резиновая кукла? Или мягкая игрушка? – засмеялся Жан. - Нет, - ответила Микаса, - живой человек. Только не девушка, а парень. Эрен просто пидар вот и всё! Жалкий несчастный гомик! Жан остолбенел и чуть не выронил из рук чашку от такой информации. - Да ну нахер? Реально, что ли? - Нет, блин, шутки шучу, - сказала она и снова начала погружаться в какие-то свои неприятные воспоминания, - ещё как реально. Он постоянно водит к нам домой своего дружка. Такой мерзкий тип, на девку похож, и, самое обидное, ещё и со мной знаком. Мы все в школе вместе учились. Это чучело самым умным в классе было. И уже тогда вроде ему мальчики нравились. А Эрен ведь был нормальным, пока не стал с ним тесно общаться уже после окончания. Ну а ещё через годик дошло до того, что эта маленькая мразь стала приходить к нам домой и оставаться на ночь. И я ничего не могла им сказать! – голос Микасы начал дрожать, она нервно отпивала чай большими глотками. Жан испугался, что она снова сорвётся и начнёт плакать, но вместо горечи в ней больше просыпалась злость и какое-то удовлетворение от того, что она всё это ему сейчас рассказывает. – Эрен -то думал, что они встречаются, и у них всё замечательно, пока не узнал, что этот потаскун переспал мало того, что с кучей каких-то других парней, так ещё и с некоторыми своими преподами! Само собой, началась ругань, которая ещё больше действовала мне на нервы, чем их мирное существование. - С ума сойти… - протянул Жан, - и всё это время он строил из себя хер знает кого, а оказался обычным пидарасом! Вот так поворот. Ты знаешь, я даже не буду ничего про это в группе говорить, мне достаточно самому знать этот прикол. - Ладно, думаю, теперь я могу идти, - Микаса улыбнулась, - спасибо за всё, и извини уж, что так вышло. - Да брось, чего там, - это твоё тело и ты сама за него отвечаешь, разве нет? – сказал Жан. - Именно так. И, да, с тем, что я тебе рассказала, делай всё, что хочешь. Мне будет всё равно, если об этом узнает хоть весь колледж. После этого визита у Жана в голове творился какой-то сумбур. Слишком много всего навалилось на него сегодня. Мысли едва ли собрались воедино для исправления злополучного реферата. Спасибо, Микаса подсказала, что именно в нём не так. Ко всему прочему вечером позвонил Ривай и сказал, что завтра Жана ждёт хорошая работа. День заканчивался как-то медленно и бессмысленно, поэтому Кирштайн просто допечатал, закрыл ноутбук и лёг спать в ожидании того, что завтра его ждёт что-нибудь более спокойное и обыденное. «Ну, наконец-то, блять!» - обрадовался Жан, выходя из преподавательской. Он еле дождался окончания занятий, сдал ненавистный реферат и поспешил покинуть колледж, направившись в клинику. Там ему вручили лёгкий, но объёмный свёрток. - Трава, что ль, какая? - спросил он. - Ага, - кивнул Ривай, - осторожнее там будь, а то уж больно большой. И в этот раз тебе деньги передадут – наличкой платят, так что внимательнее. - Понял. Товар был доставлен успешно, как и деньги за него. Жан двинул домой, заскочив по пути в супермаркет и закупившись кое-чем для наполнения холодильника. В суете этого дня он почти позабыл о том, что случилось вчера. А когда вернулся домой, вдруг заметил, что в прихожей на полке лежал оставленный Микасой её красный шарф – подарок Эрена на какой-то день рождения. Она носила его почти всегда, не снимая, а тут вдруг взяла и так просто забыла в чужой квартире. Нарочно, или случайно, в порыве эмоций, - Жан предположить не мог. Но, вспомнив вчерашний день и рассказ Микасы, он вдруг подумал, что ему хочется воспользоваться этим случаем и имеющимися у него интересными сведениями. Бывать дома у этих двоих Кирштайну никогда не доводилось. Но сейчас стало интересно, как его встретят в этой квартире, и как Эрен отреагирует на то, что Жан сделал с Микасой. Он вошёл в подъезд и обрадовался, что в этот раз не придётся ехать на лифте. Его одногруппники жили на втором этаже. Вдруг сверху послышался шум и знакомые голоса. Жан притормозил и не стал подниматься, но слов было не расслышать. Тут же открылась и хлопнула дверь и раздались приближающиеся шаги. Кирштайн тоже было начал подниматься, но увидел спускающегося человека и замер на месте. - Да ну? – вырвалось у него, - Опять ты, блондиночка? Только не говори мне, что ты был у Йегера! «Старый знакомый» поднял глаза, тоже порядком удивлённый. - Только не говори мне, что ты его знаешь? Если да, то сочувствую, - он специально повысил голос, чтобы этажом выше было слышно его реплику, - редкостный наивный идиот! И да, он мне тоже никакой не любовник, как ты можешь сейчас думать. - Ничего я не думаю! А вообще, даже обидно, что у такой швали, как ты, вдруг со мной мнение совпало. Я тоже иду к Йегеру далеко не от большой любви. Парень взглянул на Жана исподлобья и улыбнулся. Кирштайн смотрел на него и пытался совместить информацию, сказанную вчера Микасой с тем, что видел сейчас перед собой. Было и в этой улыбке, и в этом взгляде «что-то блядское», но оно было не единственным, как ему показалось. Большие голубые глаза внимательно изучали его с ног до головы, уголки губ ползли наверх, эта ситуация была уж чересчур неоднозначной. - Слишком много пидаров на мою голову за последние несколько дней, - фыркнул Жан, развернулся и продолжил путь. Странный взгляд проводил его до поворота лестницы. Он позвонил и тут же услышал, что кто-то с топотом бежит открывать. - Решил вернуться? – спросил из-за двери знакомый раздражённый голос. Жан уже понял, что пришёл совсем не вовремя, но это даже грело: Йегер явно сейчас в расшатанном состоянии - ему это только на руку. Дверь резко распахнулась, и на пороге возник Эрен. Хотя Жан даже не сразу его узнал: наглые зелёные глаза заплыли и покраснели от слёз, на лице вместо ухмылки читались разочарование и злость. Увидев Жана, он застыл с раскрытым ртом, а всё его расстройство резко сменилось крайней степенью удивления и секундным ступором. - Кирштайн? – заикаясь, произнёс он, - Ты… ты хули тут делаешь? Зачем припёрся? Тебя ещё тут не хватало! Прекрасный сегодня день! Жан, прокрутив в голове всё произошедшее, вдруг громко засмеялся и посмотрел на Эрена самым надменным взглядом, какой только мог изобразить. - Йегер! Я, конечно, был удивлён, что ты у нас по мальчикам, но уж точно не думал, что ты ещё и рыдать из-за них можешь! Ушла твоя блондиночка? Жан не ожидал, что, будучи в таком состоянии, Эрен сможет его ударить. Надо сказать, достаточно сильно. - Я не знаю, зачем ты пришёл, но проваливай! Тебя мне уж точно сейчас ни видеть, ни слышать не хочется! Жан вытер кровь с разбитой губы и всё так же насмешливо продолжил смотреть на Эрена, как будто бы не обратив никакого внимания на эту жалкую попытку поставить его на место. - Микаса дома? Я вообще-то к ней. Эрен насторожился. - А чего тебе до неё? Я сказал, проваливай. К тому же, Микасы нет, она уже какой день живёт у Саши и тут не появляется. - Да так, - ответил Жан и достал из рюкзака тот самый красный шарф, - вчера она оставила у меня это. Хотел вернуть. - Откуда он у тебя? – спросил Эрен. Было видно, что он закипал, и этот переход от одного конфликта к другому становился для него невыносимым. - Я же говорю, она забыла его у меня дома. - Какого хера? – закричал уже окончательно взбешённый Йегер, затаскивая Жана в квартиру и громко хлопая дверью, - Что она делала у тебя? - Ну, как думаешь, что могут делать девушка и парень, когда приходят к кому-то домой? Ах, да, в твоём случае всё немного не так, ну да это не важно. И Жан, конечно, уже знал, что Эрен снова на него замахнётся, поэтому без труда перехватил и заломил его руку. - Успокойся. Если хочешь, мы поговорим, только прекрати орать. - Кирштайн, сука, отпусти меня и вали отсюда! Не о чем нам говорить. По силе эти двое были примерно равны. Слишком уж много они ругались, и частенько дело доходило до драки: не всегда находились слова, и хватало терпения, чтобы решить всё разговором. Но в тот момент Жан видел, что Эреном движут накатившие слабость и безумие, да и ему самому отстаивать было нечего. Он резко отшвырнул Эрена в сторону, тот ударился о стенку и зашипел от боли. - Йегер, я смотрю, тебя всё-таки волнует то, что происходит с твоей так называемой «сестрой». - Заткнись! Волнует меня, или нет – то не твоё дело! Что ты там с ней вытворял? - Если хочешь знать, она сама ко мне пришла. Я даже пытался её отговорить, но она настаивала, - развёл руками Жан и положил шарф на полку в прихожей, - так что тебе теперь стоит по-другому на всё это взглянуть. Ах, да! Она сказала, что очень злится на тебя… - Что? – перебил Эрен, - На меня злится? Да за что? Сама психанула, ушла, а я теперь виноват? У меня и без неё проблем хватает. - Твои проблемы – это, конечно, вообще пиздец, - усмехнулся Жан, - Микаса рассказала мне про тебя и этого парня. Сказать, что я охуел – ничего не сказать. - Да пошёл ты, - вздохнул Эрен, - пусть это звучит смешно, но он и правда был мне дорог. Не знаю, как так вышло. И почему я вообще сижу и говорю это всё тебе, какому-то грёбаному торчку? – ему явно не нравилась сложившаяся ситуация, но сил на какие-то протесты больше не осталось. Он закопался руками в волосы и с какой-то безысходной ненавистью посмотрел на Жана. - Ой, только не начинай рыдать опять! У вас это семейное что ли – лить слёзы из-за конченых людей? Микаса плакалась мне вчера из-за тебя, и теперь ты собрался изливать мне душу из-за какого-то педика? Я вам не жилетка. - Микаса плакала? – тихо спросил Эрен. - Ещё как. И плакала, и орала, и психовала. Я вообще тебя, Йегер, не понимаю. Она в принципе замечательная, и считай, уже твоя, вы живёте даже вместе! Какого хера тебе надо было искать настолько окольные пути в попытке организовать личную жизнь? И после этого всё ещё будешь кричать «Не называй меня придурком»? Да ты в сто раз хуже! - Может и так, я действительно идиот. - Оказывается, ты можешь разговаривать со мной нормально? Или это потому, что теперь я знаю о тебе нечто гадкое? -Ты всем об этом расскажешь, да? Это же отличный способ мне отомстить. - Не знаю. Это всё странно и мерзко. Я лучше пойду и постараюсь с тобой не сталкиваться, чтобы у меня не появился повод рассказывать это кому-то. Жан бросил на Эрена равнодушный взгляд и вышел за дверь. Хотелось ли Кирштайну спокойствия, или же его, наоборот, привлекали все эти нелепости, которые произошли за последние два дня – он не мог понять. Приближение весны само по себе заставляло просыпаться, куда-то идти, что-то делать, больше общаться с людьми. И теперь, сделав вроде бы все дела на сегодня, он всё ещё не знал, куда направится в этот вечер.