Наши спящие желания

Ленивым летним вечером Жан возвращался из жуткого клуба, в который отнёс злополучный товар. Всё закончилось. Наконец-то! Клинику не закрыли, и Ривая ни в чём не обвинили. Да и сам Жан был цел и невредим, хотя он понимал, что опасность всё ещё может где-нибудь его подстерегать. Именно из-за этого Кирштайн опасался ехать к родителям – свою семью он уж точно не хотел подвергать никаким угрозам. Очередной телефонный разговор с мамой закончился не очень приятно: сколько бы Жан не извинялся, она не хотела слушать причины и лишь твердила, что волнуется и переживает за него. Не успел он спрятать телефон в карман, как тут же снова услышал звонок. Мелодия для незнакомых номеров: Жан насторожился и принял вызов. - Кирштайн, с кем ты там треплешься? Не дозвониться до тебя! Сейчас же чтоб поднимал свою задницу и был у нашего колледжа, понял? – из-за помех и искажения микрофоном голос Эрена не сразу узнавался. - Йегер, это ты? – удивился Жан, - Какого чёрта я куда-то должен подскакивать, скажи мне? И откуда у тебя мой номер? - У Армина крупные неприятности! И, между прочим, из-за тебя! – послышалось на том конце провода. - Что? – Жана резко заколотило. Он остановился посреди улицы, - Ты шутишь, Йегер? Что с ним случилось? - Я не знаю пока. Но я знаю, где он. Там от нашего колледжа на автобусе минут десять. Так что давай быстро сюда! - Я иду, жди на остановке! – крикнул Жан в трубку и бросился обратно в метро. В этот момент ему стало по-настоящему страшно. Не за себя, а за кого-то другого. Да ещё и за практически чужого человека. Жана сейчас посещали самые худшие предположения. Значит, его выследили в тот день, когда он был с Армином? Но ведь всё улеглось, кому ещё понадобилось идти такими окольными путями, чтобы добраться до них? А если так, то Кирштайн, получается, теперь виноват перед этим парнишкой. Нужно немедленно всё исправить. Про себя он уже тысячу раз пожалел о том, что так безответственно вовлёк в свои проблемы совершенно чужого человека. Время тянулось невыносимо медленно. Жану хотелось просто уничтожить расстояние, заставить двигаться быстрее всё вокруг: и эскалатор, и поезд, и меняющий цвета светофор. Он со всех ног вылетел из едва разъехавшихся стеклянных дверей станции и побежал в сторону остановки на противоположной стороне улицы. Эрен действительно ждал его в условленном месте, и, как только увидел Жана, то сразу скорчил недовольную физиономию: - Где тебя носило так долго, придурок? - Да я почти дома был, не умничай. Что там случилось? Я нифига тебя не понял! У Армина неприятности из-за меня? – спросил Жан, пытаясь отдышаться. - Не совсем из-за тебя, но ты причастен, - ответил Эрен. - Что? В смысле – «не совсем»? Хочешь сказать, что мои проблемы тут не причём? Эрен посмотрел на него с удивлением: - Ещё бы ты вовлёк его в свои проблемы! Я бы тогда не знаю, что с тобой сделал, только попробуй! Тут вся беда в самом Армине… Кирштайн не ожидал такого поворота. Он уже приготовился к встрече с какими-то опасными людьми, расспросам о Ривае, о Доуке, об их подпольном бизнесе. Он даже не почувствовал полноценного облегчения, когда удача вновь повернулась к нему лицом и избавила от мыслей о самом страшном. - Какого ж тогда хрена? – прокричал Жан, не обращая внимания на людей вокруг, - Почему я должен ему помогать, если я ни в чём не виноват, и меня это вообще не касается? Зачем ты меня вытащил, ещё и номер мой где-то достал! С одной стороны – гора с плеч, что опасность появилась не оттуда, откуда предполагал Кирштайн, а с другой – его начала раздражать эта всё ещё непонятная для него ситуация. - Успокойся! Вон автобус идёт – поехали, давай! - Я никуда не поеду, сами разбирайтесь, - Жан уже было развернулся, но Эрен схватил его за локоть и остановил. - Нет, поедешь! Армин последние мозги из-за тебя потерял, вот и вляпался! Он уже сам не ведает, что творит там. Скажи, ты ведь виделся с ним недавно, да? Что между вами произошло? - Ничего! – соврал Жан, но всё же посчитал нужным успокоиться и зашёл в автобус. Не то, чтобы он смирился с требованиями Эрена, скорей, поймал себя на мысли, что дома его всё равно не ждёт ничего интересного. - Врёшь! Армин ничего не хочет рассказывать, но я догадываюсь, что всё это не просто так. В последние пару дней он только про тебя и спрашивал, так что говори, что у вас было? - Я сказал тебе, ничего у нас не было, - скрывать было трудно. Жан снова вспомнил тот вечер. Слишком уж хорошо он отложился у него в памяти. Он как будто прямо сейчас слышал сказанные тогда слова, чувствовал те движения и прикосновения. Но не нужно, чтобы Эрен узнал об этом. Они опустились на свободные сидения, - лучше скажи, с чего ты вообще рванулся? Он позвонил тебе, или что? - Почти, - начал Эрен, - я сам ему позвонил. А трубку взял не он, а хмырь один. Они с ним тоже какое-то время встречались, мерзкий тип, я скажу. Ну и он сообщил, что Армин у него, и если я «тот самый Эрен», видимо, они обо мне говорили когда-то, то он хочет взглянуть на меня. Приступ ревности, вроде того. - Прекрасно! – подытожил Жан, - А меня ты для мебели взял, или один ссышь с ним встретиться? Эрен аж побагровел от ярости, которую не мог выплеснуть, находясь в салоне автобуса. Однако он и не удержался от того, чтобы пихнуть Жана локтем в бок. - Придурок, ничего я не ссу. Просто подумай, кто на самом деле виноват в том, что Армин охладел ко всем своим парням и даже ко мне? К кому по-настоящему надо ревновать? А? - Херни не неси, - огрызнулся Кирштайн. - Это не херня! А ты… я тебя вообще не понимаю! Армин никогда в жизни никого не любил. А тут вы встретились с ним пару раз – и он просто потерял голову. Ну как так? Знаешь, его чувства дорогого стоят, - Эрен вздохнул и посмотрел Жану в лицо, - и чего он в тебе нашёл только? - Ну и что ты мне предлагаешь? Прибежать и броситься к нему на шею? По-моему, в нашем возрасте уже каждый знает, что чувства далеко не всегда взаимны, и с этим дерьмом приходится мириться. - А Армин – не каждый! – перебил Эрен, - Сам подумай… - Заткнись, и не ори на весь автобус, - прошипел Жан и огляделся по сторонам. Действительно, некоторые пассажиры уже стали обращать на них внимание. Он старался говорить как можно тише, - Йегер, как тебе объяснить, что я нормальный? Я не люблю парней, я по девочкам! А ты сам, кстати, не лучше! Ты знаешь, да, что уж там, у нас вся группа знает, что Микаса по тебе не просто сохнет. Я представляю, как ей херово, я видел её истерики, а ты… - Наша следующая, - не дослушал Эрен, глянув в окно, и слегка пнул Жана коленкой в бедро, – поднимай свой зад. Перед ними показался обычный жилой район, каких по городу рассыпано много. Вокруг всё то же, что и везде: пара супермаркетов, аптека, школа неподалёку и ряды серых высоток, похожих друг на друга. Эрен пробормотал, вытащив из памяти, адрес. Попетляв немного по дворам, парни отыскали нужный дом и подъезд. - Это на шестом вроде, - прикинул Жан, вызывая лифт. - Угу, я очень надеюсь, что он там один будет. - Ссышь всё-таки? - Да? Я посмотрю на тебя, если нам сейчас дверь два каких-нибудь качка откроют. Жан только выдавил очередной смешок и покачал головой. А открыл им обычного вида парень в домашней одежде, немного взъерошенный, со злобной ухмылкой на лице и диковатым взглядом. Он осмотрел своих гостей и спросил: - Ну, и кто из вас Эрен? Кажется, он по тебе соскучился, судя по тому, сколько раз вы звонили друг другу за последние дни. Это ведь из-за тебя он стал таким недотрогой, да? Йегер зарычал и в гневе кинулся на так называемого соперника, но тот отошёл в сторону, и парень чуть не упал, влетев в квартиру. Хозяин хихикнул и перевёл взгляд на Жана. - А ты кто? Бесплатное приложение? Или тоже претендуешь на Армина? Кирштайн промолчал и, осторожно осматриваясь, вошёл в прихожую. Эрена там уже не было, а из дальней комнаты слышался его голос. - Что там? – крикнул Жан. - Сюда иди, быстрей! - Да, да, иди, посмотри, что я сделал с вашим милым мальчиком! – пропел хозяин квартиры. Жан пошёл на зов и остановился на пороге маленькой спальни, в которой были раскиданы вещи и разный хлам. У окна стояла старая односпальная кровать, на которой валялся внушительного размера и какого-то кислотно-зелёного цвета фаллоимитатор. Армин полностью раздетый и, очевидно, без сознания, лежал на полу, привязанный верёвкой за руки к ножке. Почти по всему худощавому телу были рассыпаны тёмные синяки. Местами в районе шеи и на плечах встречались красные пятна и фиолетовые дугообразные следы зубов, а кое-где – неглубокие царапины с уже засохшими кровоподтёками. Живот и бёдра были перепачканы липкой спермой и блестящей смазкой с каким-то приторным фруктовым запахом, который витал вокруг. Рядом валялся пустой тюбик от неё же. Удивляло то, что лицо Армина было не тронуто. Никаких следов побоев, никакой инородной дряни – всё такая же бледная и гладкая кожа, без единого дефекта. Эрен в панике пытался его растрясти и привести в чувство, что-то шепча про себя. -Что с ним? Он живой вообще? – Жан подошёл ближе и присел, - Что вот ты делаешь? Ты не помнишь, как первую помощь оказывать, Йегер? - Всё я помню, я не знаю, что с ним! Он дышит, но… - Ой, дай я! Руки ему, блин, развяжи, или так и будешь ныть сидеть? - Эй! Я не разрешал его освобождать, - послышался недовольный голос похитителя, - я хочу ещё с ним поиграть, когда он проснётся, а может, и с вами тоже. Оба повернули головы и посмотрели на него. Он стоял, спрятав руки за спину, и нагло ухмылялся, глядя на все попытки привести Армина в чувство. Эрен не выдержал, вскочил и бросился на него с кулаками. Жан тоже приподнялся и приготовился помочь, так как не был уверен в соотношении сил этих двоих. Увернувшись от удара Эрена, парень выкинул вперёд руку, в которой была какая-то мокрая тряпка. Жан, быстро сообразив, подскочил и перехватил его за запястье, после чего Эрен смог-таки нанести два удара и повалить насильника на пол, придавив ногой. - Ну и что это за набор юного химика? Прикинь, Йегер, он у нас, оказывается, в киношного злодея решил поиграть, - засмеялся Жан, изучая влажный кусок ткани и осторожно принюхиваясь к исходящим от него парам, - у него тут хлороформ. На тебя не попало? А то тоже свалишься, тебя я откачивать точно не буду. - Вот же сука! – прошипел Эрен, откашливаясь, и надавил на грудь мучителю, который теперь уже сам стал заложником, - Что ты сделал с Армином? Тот, прищурившись, взглянул на него, затем захрипел….Объедини лучше. Затем захрипел, оскалился и со скрипом в голосе ответил: -Ничего такого. Просто… просто я поставил на место эту маленькую шлюху! Мне и так было не очень-то классно делить его с вами, а тут он заявляет, что вообще отказывается со мной встречаться. А ведь у нас было почти расписание! - Ох, какая беда - не пережить просто! – съязвил Жан, подошёл, одарил его крепким пинком и указал большим пальцем в сторону Армина, - Йегер иди хоть одень его что ли. - Мало того, - продолжил «пострадавший», - он ещё и развизжался тут, вот и пришлось его успокоить. Эрен подскочил к Армину, в то время как Жан наклонился и приложил смоченную раствором тряпку к лицу их жертвы. - Теперь и ты отдохни немного. Надеюсь, у тебя нет никаких там индивидуальных непереносимостей, и ты не сдохнешь от этого. Парень пару раз дёрнулся, попытался протянуть руки и остановить Кирштайна, но через несколько секунд отключился и без чувств растянулся на полу. - Вот псих, - Жан, не церемонясь, сплюнул на пол, - эй, ну чего там с ним? - Да живой вроде. Еле дышит, у него отравление, но не сильное, - Эрен аккуратно натягивал одежду на бесчувственное тело, - надо вызвать полицию, пусть этого ублюдка заберут. - С ума сошёл? – Жан подскочил на месте, - Какая полиция, Йегер? Я не хочу в этом дерьме участвовать! Я только недавно был одной ногой за решёткой, не надо мне у них ещё светиться! Вообще, я домой пошёл. Этот чудик ещё долго не проснётся, с Армином, я надеюсь, ты и сам справишься. Эрен цокнул языком: - Стой ты, блин! Свалить хочешь? А если он очнётся? Или Армин наоборот, не очнётся? Что мне делать? Никогда не думал, конечно, что буду просить тебя помочь, но это не ради меня, - сейчас был, наверно, первый раз, когда Жана не раздражало лицо Эрена. Он увидел в нём здоровую решительность и искреннее желание просить о помощи без каких-либо угрызений или чувства унижения. Да и вид лежащего без сознания Армина тоже не давал всё бросить и уйти. Жан подошёл к окошку и открыл его. - Ему воздух свежий нужен, дыхание остановиться может. - Не должно. Смотри, думаю, тут даже вмешиваться не надо ничем, сам отойдёт, - Эрен закончил натягивать на Армина его джинсы и перенёс тело на кровать, швырнув лежащую на ней «игрушку» в её хозяина. Жан вышел в коридор и осмотрелся, затем прошёл на кухню. - Ну и куда ты попёрся? – тут же раздался из комнаты недовольный голос. - Я курить хочу, подожди немного. Жан окинул взглядом небольшое помещение и включил вытяжку. Судя по общему виду квартиры, человек, проживающий в ней, был совершенно обычным. Ничего здесь не указывало на то, что он может иметь какие-то нездоровые наклонности. До сих пор удивлялся Жан и тому, зачем этот тупица позвал сюда Эрена, а когда увидел, что он пришёл не один, всё равно позволил войти двум незнакомым людям. Он вернулся в комнату. Эрен стоял у открытого окна и смотрел на улицу. Прошло около четверти часа, за это время они не обмолвились друг с другом ни словом. Йегер всё больше нервничал: хватал и тут же бросал попадавшиеся под руку предметы, ходил из стороны в сторону, то садился на кровать, то вскакивал и снова начинал слоняться по комнате. Жан сидел на стуле и наблюдал за всем, едва выдерживая это мельтешение перед глазами. Когда со стороны кровати донёсся тихий хрип, оба рванулись с мест и подбежали к Армину. Он лежал, тяжело дыша, открыл затуманенные глаза, посмотрел на Жана с Эреном и очень удивился. - Вы что… тут делаете? – слабым голосом спросил он. - Армин! – закричал Эрен, - Всё хорошо, не бойся. Ты как себя чувствуешь? - Плохо, меня тошнит сильно, - он попытался приподняться, но Жан его остановил: - Лежи пока. Не вставай резко. И лучше перевернись на бок. Армин заворочался, но тут же дёрнулся от боли и издал отрывистый тихий стон. Ему удалось повернуть голову, и увидеть своего обидчика, который валялся на полу. - Что вы с ним сделали? – шёпотом спросил он. - То же, что и он с тобой - просто спит, - пояснил Жан, и заметил, как тот перевёл взгляд на искусственный член, которым Эрен запустил в насильника. - Чёрт, Жан отойди, быстрее, - предупредил Армин, и свесил голову с кровати. Едва Кирштайн успел отскочить, бедный парень тут же наклонился, и его стошнило прямо на пол. Глаза заслезились, он еле держался, упираясь дрожащими руками в край кровати. Только сейчас стало заметно, что его спина до крови расцарапана ногтями. Красные решётки покрывали всё от лопаток до поясницы. Эрен поддерживал его и вовремя успел убрать назад спутавшиеся волосы. Армин поднял голову и бросил виноватый взгляд, но тут же рвотный рефлекс вновь заставил его наклониться и продолжить избавляться от бурлящей внутри массы. Одышка усилилась. Армин закашлялся и закрыл рукой нос, откуда тоже сочились вязкие выделения. Он замер, склоняясь над неоднородной разбрызгавшейся лужей и пытаясь понять, что ещё сейчас выдаст его истерзанное тело. Жан сходил на кухню и принёс кружку воды. - Пей. Так лучше всё выполощется. Армин посмотрел на него испуганным взглядом, в котором читалась неуверенность. - Давай, давай, правильно он всё говорит, - сказал Эрен, всё ещё удерживающий в хвосте его густые волосы. После пары глотков Армин сделал глубокий вдох и широко распахнул глаза от очередного резкого позыва. Даже со стороны казалось, что его сейчас в прямом смысле вывернет наизнанку. Жан отошёл подальше, чтобы брызги не попали ему на ноги. - Вроде всё, - Армин поднял голову. Его тошнило около десяти минут. Дыхание совсем сбилось, но он старался не упасть в обморок вновь, однако, слёзы, бежавшие по щекам, остановить не мог. - Встать сможешь? – спросил Жан, - Нам надо уходить, пока этот дебил не очнулся. Тот кивнул и позволил Эрену взять себя за руку. - Всё хорошо? Что у тебя болит? – он, казалось, сейчас был расстроен и подавлен больше самого Армина. - Голова кружится, но мне уже лучше. Жан, почему ты тоже здесь? - Подождите, я в такси позвоню, - ответил Кирштайн и вышел в коридор, набирая номер. - Это я его позвал, - пояснил Эрен. - Зачем? – всхлипнул Армин, - А если бы… - Вот если бы не позвал, тогда бы случилось. И с тобой, и со мной. А так – всё хорошо, видишь. Что этот урод с тобой сделал? Он не ответил, а только сильнее разрыдался и уткнулся Эрену в плечо. Машину ждали достаточно долго. Время тянулось. Жан скурил на кухне ещё две сигареты. Армин за это время успел более-менее прийти в себя и перестать плакать, однако, полностью успокоиться так и не смог, как Эрен ни пытался его утешать. Его всё ещё сильно трясло, и он слабо держался на ногах. - Куда едем? – спросил водитель, - С вашим другом точно всё в порядке? - Да, извините, если что, я попрошу вас остановиться, - сказал Армин и продиктовал свой адрес. - Уууу, - протянул мужчина за рулём, - это вы, ребята, неудачно попали. - А что такое? – усталым голосом спросил Жан. - Да там почти на повороте на северную трассу авария крупная, пробка большая – допоздна простоим. Мне-то всё равно, у меня ночная смена, а вот вам бы, молодой человек, точно не желательно долго сидеть в машине. - Чёрт, Йегер, давай тогда к тебе его отвезём, там-то, дорога, должно быть, свободна. - Нельзя ко мне. У Микасы гости сегодня, какие-то её дальние родственники нарисовались, так не в тему. К тебе поедем. - Да какого ху… – громко воскликнул Жан, только после поняв, где находится и остановившись на полуслове, - извините. Ладно. Он сказал свой адрес, и таксист быстро довёз их до назначенного места. - Йегер, езжай сразу домой, или ты ко мне попрёшься? Эрен недоверчиво взглянул на него, потом на Армина, которому даже при таком тяжёлом состоянии было трудно скрыть радость от всей этой ситуации. При посторонних никому из них троих не хотелось высказываться в адрес друг друга, поэтому они просто обменялись многозначительными взглядами. Жан помог Армину выйти из машины, и они, отправив Эрена домой, пошли к подъезду. - Всё нормально? Сам можешь идти? - Да, правда, укачало немного. Чёрт, так всё… ужасно. Ты точно не против, чтобы я остался у тебя? – осторожно и с надеждой в голосе спросил Армин. - Разве у меня есть выбор? Я ж не ублюдок какой-нибудь, чтобы бросить тебя в таком состоянии, к тому же, я врач… будущий. Тебе надо кофе выпить, и отлежаться – такие меры. Эта сука траванул тебя хлороформом – детский сад, конечно, но исходы всякие бывают. На сердце и лёгкие слишком большая нагрузка. Да и вывернуло тебя здорово – желудок и печень тоже пострадали. Не тошнит больше? - Нет. Это меня… - Что? - Не из-за этого, мне кажется, тошнило, - Армин остановился у входной двери и посмотрел на Жана. - Чего ты несёшь? Заходи, давай. Из-за чего тебя ещё могло тошнить? Это обычная реакция организма. - Ну… - он медлил с ответом, зашёл в прихожую, разулся и проследовал в комнату. - Что «ну»? – спросил Жан, - Ляг лучше. Армин опустился на диван и опустил глаза в пол. - Он ведь… изнасиловал меня этой штукой! – с трудом выдавил он, и снова голос его задрожал. Жан как будто сам чувствовал ком в его горле, - он знал, что я этого боюсь, я всегда запрещал ему это делать и отказывался пробовать. Для меня это казалось отвратительным, а он… Мокрые капли снова покатились по бледным щекам. Армин весь съежился, закинул ноги на диван и обнял колени, уткнувшись в них носом. И что с ним сейчас делать? Жан мог оказывать только медицинскую помощь, но он не был ни психологом, ни даже его близким человеком, чтобы поддержать в этом случае. - Извини! Я… просто не могу… мне…. - Успокойся, - Жан осторожно положил руку ему на плечо, - тебе нельзя сейчас нервничать, у тебя вон одышка какая. - Жан, - Армин повернул к нему заплаканное лицо, - Жан, пожалуйста… - он не договорил и протянул руки. Кирштайн обречённо выдохнул и обнял его, легко прижав к себе – именно то, что, казалось, и нужно было несчастному больному в эту минуту. Посидев немного, Армин резко отстранился и попросился в душ. Сказал, что ему срочно нужно смыть с себя всю грязь, которую ещё помнило его тело. Хоть Эрен тогда и обтёр его наспех мокрым полотенцем, от неприятных ощущений нельзя было избавиться так просто. - Кипяток не включай и дверь оставь открытой, если что – зови меня, - предупредил Жан, - давай что ли, я шмотки твои в машинку закину заодно, а то все в блевотине. До утра высохнут, - он откопал в шкафу какие-то старые летние штаны и футболку, которые могли бы хоть как-то держаться на Армине, и отдал их ему. Пока тот мылся, Жан переоделся, приоткрыл окна, сварил кофе и разогрел себе ужин. Спустя несколько минут Армин, пошатываясь и опираясь на стены, вышел из ванной. - Всё нормально? - Так себе – ответил он, - всё ещё мутит. - Кофе выпей и ложись потом. Тебе покой нужен. Он быстро расправился с чашкой крепкого напитка. Жан покурил, убрался на кухне и зашёл в комнату. Сел на диван и раскрыл ноутбук. Армин улёгся на кровати, но не спал. Ворочался и всё ещё тяжело и громко дышал. - Жан, иди сюда, - позвал он. - Зачем? Я тут посплю сегодня. Ты лежи, отдыхай. - Ну, иди. Я хочу, чтобы ты был рядом, - голос его снова задрожал. Жан поднялся и пересел на кровать, Армин тут же сжал его руку своими холодными ладонями. - Спасибо. - Да было бы за что. Хотя, я всё ещё не понимаю, зачем мы принесли тебя ко мне. Надо было Йегеру тебя забрать. Потеснилась бы Микаса со своими родственниками, раз такое дело. - Не надо. Мне с тобой лучше. - Отстань! По-моему, кому-то было плохо. Откуда в тебе силы ещё ко мне клеиться? Как ты вообще сейчас можешь хотеть к кому-то прикасаться? Мне казалось, что это достаточно сильная травма, разве нет? Армин тихо вздохнул и перевернулся на спину. - Нет. Здесь не то. Я… не хочу объяснять, ты всё равно меня не услышишь. Поэтому, я просто прошу тебя делать что-то, не называя причины. - Странный ты. - Ничего странного. Разве что для тебя это так. - Что? – удивился Жан и повернулся к Армину лицом. Тот лежал, полузакрытыми глазами, смотрел на него и медленно поглаживал его руку и переплетал пальцы. Было трудно понять, ради чего он это делает. То ли действительно его это успокаивало, то ли он, пользуясь случаем, удовлетворял свои личные пристрастия. - Вот скажи, я тебе ведь неприятен? Да? Почему ты тогда меня не оттолкнёшь? Я сейчас лежу в твоей кровати и держу тебя за руку, почему ты на всё это соглашаешься? Ты из жалости это делаешь? Жан задумался. Уже в который раз. И сейчас, возможно, пришло время дать, наконец, ответ на этот вопрос и Армину и самому себе. И правда, почему? Он чувствовал его пальцы, слышал его дыхание, смотрел на его лицо и ничего не понимал. Он ведь просто ему помогает как врач больному. Но почему тогда вместе с этим позволяет себя обнимать? Почему не выдернет сейчас свою руку и не скажет, чтобы его неугомонный пациент просто ложился спать? Армин улыбнулся первый раз за этот вечер. - Не понимаешь, да? - Не понимаю, - сдался Жан, - правда, не понимаю. Может, это всё из-за того случая? Я после этого ничего не чувствовал особого, но, думаю, это не могло пройти для меня бесследно. - Пусть так, - ответил Армин, но тогда вспомни получше ту ночь. Ведь если бы я был тебе настолько отвратителен, ты бы не согласился? Разве нет? Я ведь тебя не держал, ты мог уйти, - его тон со спокойного переходил на отчаянный, - тогда почему? Почему ты не ушёл? Вы бы и так нашли выход! Я не думаю, что твой начальник бы не справился с вашими неурядицами. - Не знаю, - прервал его Жан, - правда, у меня даже не было времени подумать над этим. Оно как-то быстро пролетело, я как будто ничего и не понял толком. - Ну ладно, - вздохнул Армин, - по крайней мере, ты меня не отталкиваешь – уже хорошо. Можно тебя попросить? - Чего ещё? - Ляг сегодня со мной. Пожалуйста. Я не попрошу большего, я вообще без сил. Просто ляг, я… - Нет! – решительно отрезал Жан, - Я всё ещё не понимаю, как ты так можешь? Тебя только что отымели без твоего желания, а ты уже готов прыгнуть в кровать к кому-то другому! Ведь тебе сейчас только твоя слабость и мешает! - Нет. Я же… - он прервался, привстал и обнял Жана, уткнувшись ему носом в плечо и сжимая руки у него на груди. - Ну, вот что ты делаешь? – Кирштайн засмеялся и не стал сопротивляться, -Не об этом ли только что я тебе говорил? - Нет! – Армин продолжал спорить. Он слегка толкнул Жана, чтобы тот завалился на бок, - Это совсем не то. С тобой всё совсем по-другому. - Да как оно может быть по-другому? – Жан почувствовал, что сейчас еле-еле может сдерживаться, чтобы не начать ругань, которая может политься из него рекой. На слова он никогда не скупился, а уж то, что его раздражало, мог описать очень красочно и несколькими разными способами. Приставучего парня спасало только то, что он был болен, хотя и в этом Кирштайн уже начал сомневаться. Но так ли его это всё раздражало, - Знаешь, я-то могу сейчас лечь с тобой рядом, но не мне потом ныть и страдать от этого. Армин откинулся на подушку и снова положил свою руку в ладонь Жана, а тот закинул ноги на кровать и лёг поудобнее. -Скажи, зачем люди держаться за руки? А? Ты ведь хоть раз гулял за руку с девчонкой? - Ну, да, - ответил Жан, начиная уставать от этого разговора, - это вроде как обычное дело. Просто хочешь чувствовать человека, с которым идёшь рядом, оно как-то греет вроде бы. - А вот я никогда не понимал этой радости. Да я вообще ничего не понимал! – он, было, сорвался на крик, но закашлялся и продолжил в полголоса, - А сейчас я держу тебя за руку и мне просто невероятно хорошо. От чего бы? От простого соприкосновения пальцев. И даже кажется, что большего мне в данный момент не надо. Это совсем не то, что было раньше. Оба замолчали, а Армин лежал и старался не шевелиться, как будто боялся, что Жан его отпустит и уйдёт. Всё ещё было слышно его дыхание и чувствовалась дрожь, пронизывающая его покалеченное тело. Жан провёл большим пальцем по тыльной стороне и нащупал корочку, которой покрылась небольшая ранка. Не то жалость, не то что-то ещё заставило его окончательно остыть и принять всё как есть, всё, как Армин говорил. Он слегка пошевелил пальцами и почувствовал ответное движение. В немом диалоге раскрывалось нечто новое для них обоих. Армин придвинулся ближе и положил голову Жану на грудь, перекинул руку и крепко прижался всем телом, по-прежнему ничего не говоря. Он так и остался лежать, его уже почти не трясло. Можно было слышать, как выравнивается сбитое дыхание, и чувствовать стуки сердца. Жану стало не жалко для него и своих объятий, которые уж точно не были лишними. Каждый чувствовал тепло чужого тела и наслаждался этим моментом. Армин приподнял голову, посмотрел на Жана и прошептал: - Спасибо. Тот лишь молча провёл рукой по его спине и закрыл глаза, впуская мысли обо всём происходящем в свой мозг и давая им там свободно расположиться. Сейчас, когда Армин почти уснул, у Жана появилось много времени и самая подходящая ситуация для того, чтобы наконец подумать над всем ещё раз и как следует. Наутро отоспавшийся Армин отправился домой. Кирштайн старался убедить себя в том, что больше с этим проблемным парнем ничего не произойдёт, хотя наивно было полагать, что все неприятности могли вот так просто взять и испариться за одну ночь.