Звездопад.

Естественно, ни Джон, ни Эвридика не поняли, о ком я говорила, так что я перевела тему. - Что дальше? - спросила я, пытаясь безуспешно успокоиться. Во мне бушевали разные чувства. Жалость к Захару, ненависть к Ясмин, удивление от роковых совпадений, желание помочь призраку и испуг. После того, что открыло мне Зеркало, я уже не была уверена в том, хочу ли я узнать свою тайну - вдруг поиск моих ответов приведет к чему-то ужасному? Поток моих мыслей прервала Эва, ответив на мой вопрос: - Теперь я отведу вас к Аглае. Фея пояснила нам, выйдя из комнаты, что Аглая - старейшая фея, никто не знает точное количество её лет. Сама она говорит, что она первая в мире фея, и родилась она вместе с первым растением на планете. Никто не смеет перечить Аглае, и никто не знает, сколько у неё знаний и могущества. Об этой фее ходят много легенд. В одних она может разрушить всю Солнечную Систему, в других оживить мертвых, третьи мифы уверенно гласят о том, что Аглая знает все тайны мироздания. Но абсолютно точно известно две вещи: Аглая родоначальница королевской семьи фей и она всегда предсказывает будущее тех, кому это необходимо. - Она, как и Зеркало, показывает необходимое гостям Столицы, - только не прошлое, а будущее, - пояснила Эва, поднимаясь по широкой лестнице. После этого мы повернули в длинный коридор с десятками дверей и сотнями картин. К счастью, мы повернули в первую дверь слева и оказались в музыкальной комнате. В центре стояло фортепиано, рядом - удобная софа голубого цвета и напротив большое мягкое кресло со стеклянным столиком. Тут же располагались и другие музыкальные инструменты: контрабас, арфа, флейта, кларнет, скрипка. На фортепиано играла грустную мелодию сидящая к нам спиной молодая девушка. Морковно-рыжие волосы густым водопадом струились по прямой спине. Очевидно, именно её я и видела на балконе. В кресле сидела женщина - но возраст её определить было трудно. На ней было надето черное, до пола, платье с длинными рукавами, седые серебристые волосы заплетены в косу и уложены в пучок. Стройная, с лицом, притягивающим взоры, с яркими глазами цвета неба, женщина не казалась старой, но морщинки вокруг уголков глаз и губ, сонная медлительность и стареющие руки говорили обратное. Она куталась в серебристую шаль, словно ей было холодно. Женщина слегка повернула голову, рассматривая нас. Затем тихо произнесла: - Доброго дня, Анна и Джон. Я очень рада вас видеть. - Джон, Аня, это Аглая, - представила женщину Эва. Аглая рукой указала на софу. - Устраивайтесь, мои дорогие. Сегодня вы видели прошлое. Готовы ли вы увидеть будущее? Кивнув, мы с Джоном присели на софу. Эва подошла к фортепиано. Девушка только что закончила играть и встала, обернувшись к нам. Я была права. Это та самая девушка, что смотрела на меня с балкона. - Мое имя Серена, - вежливо и сдержанно произнесла она. - Уже лет восемь никто не посещал Столицу. Как она вам? - Поистине удивительное место, - признал Джон, я лишь кивнула в согласии с ним - не могла же я признать, что Столица для меня слишком приторна. Аглая внимательно осмотрела нас и указала пальцем на Джона. - У тебя три слоя цветов в ауре. Первый слой, ближе всего к душе и характеру, красный. Он совсем тонкий, но необычайно крепкий и яркий. В твоем случае, это относится к определенному человеку – единственной девушке, ради которой сможешь горы свернуть. Средний, самый большой слой, зеленый с оттенками небесно-голубого. Это значит, что ты из надежных людей. И последний слой, желтый с чистым золотистым оттенком. Означает здоровье и благополучие. Так же это значит, что ты обладаешь живым умом, дружелюбен, готов оказать помощь. Надо же, ни одного изъяна, - едва заметно усмехнулась женщина. Джон слегка покраснел. - И кому же достанется такое счастье? - Ты ведь лучше всех нас знаешь ответ, - с мягкой улыбкой напомнила Серена. - Ведь будущее открыто только тебе. - Ты совершенно права, дорогуша, - тихо засмеялась Аглая. Затем она повернулась ко мне. Вглядевшись в меня, фея вдруг нахмурилась и перевела взгляд на мои глаза. Затем глаза её расширились, а рот приоткрылся: - Боже мой... - Что вы увидели, Аглая? - испуганно спросила я. Женщина действительно выглядела шокированной. Поняв, что пугает меня, она ободряюще улыбнулась, но улыбка вышла какой-то нервной. - Не пугайся так, дитя. Просто я очень давно не видела такой ауры, как у тебя. Человек с таким цветом рождается раз в тысячелетие... или больше. Я переглянулась с Джоном, посмотрела на Эву и Серену - но у них на лице было такое же недоумение, как у меня в душе. - У тебя серебристая аура. Не серая, а именно серебристая - и она переливается, словно тысяча драгоценных камней. - Что это значит? - спросила Серена. - У тебя могут развиться определенные способности - левитация, телепатия, телекинез и так далее, - пояснила Аглая. Я приподняла брови: - Такими способностями никто не обладает, даже ведьмы. Ведьмы черпали свою силу из природы - как и феи. Магия есть в нас, но никакой левитации, телепортации или телекинеза. Одни хорошие знахари, другие составляют удачные и сильные заклинания, третьи бесподобно гадают. Есть медиумы и ясновидящие - но настоящие таланты редки, как снег в Алжире. Некоторые, самые искусные из ведьм, обладают двумя и даже тремя талантами. - Ошибаешься, дитя, - покачала головой женщина. - Есть такие люди. Они выше вампиров, так как и живые, и бессмертные; они выше ведьм, так как могущественнее в тысячу раз. Они даже выше фей, ибо ближе к природе. Но не мне говорить о таких людях. Если хочешь узнать о себе, Аня, найди отца. Я вздохнула: - Честно говоря, мне уже не хочется искать его. Аглая понимающе улыбнулась. Джон за это время разговорился с Сереной и даже уговорил её сыграть на фортепиано еще раз. Они смеялись в другой части комнаты, Эва стояла у окна. - Из-за Габриэля? - тихо произнесла Аглая, пригладив седые волосы. Я хмуро кивнула. - Он хочет, чтобы я раскрыла смерть одного из его друзей-вампиров. Только так он согласен устроить встречу с Бальтазаром. Аглая умиротворенно покачала головой и, протянув ко мне худую бледную руку, потрепала по плечу. - Думаю, тебе стоит попытаться сделать это. Ты для себя узнаешь кое-что интересное, - закрыв на пару секунд глаза, фея заговорила: - Я вижу твое будущее. Серена! Девушка тут же отвлеклась от игры и, подскочив, быстро протянула Аглае блокнот и ручку. Пожилая женщина, все так же не открывая глаз, что-то быстро писала. Затем, перевернув лист блокнота, снова начала писать на другой стороне. - Чаще всего бабушка видит будущее таким, что пересказать может его только в стихотворениях, - пояснила Серена, даже не пытаясь подсмотреть в лист. - Это может продолжаться довольно долго, так что передохни, если хочешь. Я доброжелательно улыбнулась Серене и, поднявшись с софы, встала рядом с Эвой у окна. Её рыжеволосая дочь снова села за фортепиано, но теперь она объясняла Джону, как играть на инструменте. Они смеялись и переговаривались, Аглая сидела и уже медленнее писала. Никто нас не мог подслушать, и я тихо проговорила: - Оливия твоя дочь, верно?