The First One

      Стефан наблюдал за Кэтрин, в то время как она ждала, пока кто-нибудь задаст вопрос. Почему раньше она никогда не рассказывала им об этом? Почему они раньше не догадались? Ведь тогда все имело смысл. Деймон был без ума от Кэтрин и хотел, чтобы она обратила его. Он умер с ее кровью в организме и посвятил сто сорок семь лет своей жизни погоне за ней по всему миру.       — Почему же у меня больше нет кровной связи с тобой? — спросил Деймон.       — Помнишь мое возвращение в Мистик Фоллс? Когда мы были вместе, у тебя дома? Я сказала, что никогда не любила тебя. Что мое сердце всегда принадлежало Стефану.       Руки Стефана рефлекторно сжались в кулаки, стоило ему услышать о том, что Кэтрин и его брат были вместе за его спиной. Представлять ее с кем-то другим было для младшего Сальваторе невыносимо. Он взглядом встретился с Еленой, зная, что она увидела его реакцию.       — Единственный способ разрушить кровную связь, — продолжила Пирс, — это оставить человека, связанного с тобой. Разбить его сердце. Заставить забыть о тебе. У тебя нет другого выбора, кроме как сделать это, потому что другого выхода нет, он все еще будет связан с тобой. Что бы ты ни предпринимал.       Елена взяла Деймона за руку, в то время как он в свою очередь отказался даже взглянуть на нее. Кэтрин заметила внутренний конфликт в его глазах. Внутри него шла ожесточенная борьба, все мысли смешались. Деймон никогда не умел хорошо скрывать свои чувства, эмоции.       — Тебе нужно немного времени, чтобы обдумать все, Деймон…       — Что? Нет! Не о чем тут думать! — Елена встала. — Мы вместе.       Стефан встал и, в последний раз взглянув на окружающую его компанию, вылетел из комнаты. Кэтрин посмотрела на Гилберт, а после нагнала его уже за дверью.       — Стефан, постой!       — Прошу, Кэтрин, мне нужно на воздух.       — Это из-за того, что сказала Елена? То, что они с Деймоном вместе? Но ты уже знал это!       Он остановился, из-за чего девушка чуть не врезалась в него.       — Услышать это из первых уст больнее. Мне больно, Кэтрин.       Она утешающее положила руку ему на плечо, но это не помогло. Его эмоции зашкаливали, и Стефан знал, что ему потребуется время, чтобы научиться их контролировать, снова находясь на питании человеческой кровью. Он стряхнул руку и удалился прочь. На этот раз Кэтрин не пыталась его остановить.

***

      — Ты можешь быть еще тупее? — спросила Пирс сердито, вернувшись обратно в гостиную, к Деймону и Елене.       — Не кричи на нее! — ответил старший Сальваторе, защищая свою возлюбленную.       Кэтрин издала горький смешок.       — Ну, ну, милый Деймон защищает свою маленькую подружку-шлюшку. Не забывайте, что я гораздо сильнее вас обоих. Не утруждай себя, Деймон. Я ухожу. У меня уже есть тот, кого нужно утешить. А ты, пожалуйста, подумай о том, что будешь делать дальше! — добавила она, прежде чем исчезнуть из виду.       Оставшись с девушкой наедине, Деймон обратил свой взгляд на Елену, так, что она могла прочесть все в его глазах, и Гилберт инстинктивно схватила его за руку. Она догадывалась, что он хотел сделать.       — Деймон, не надо.       — Елена…       — Мы счастливы. Разве нельзя оставить все как есть?       — А что потом? Я скажу тебе пробежать голой по улице, и ты побежишь? Какие это отношения, Елена? Я не могу…       — Ты бы никогда не сказал мне это сделать.       — Не в этом суть. У тебя кровная связь со мной. Мы не знаем, что может произойти. Мы даже не знаем, может, ты любишь меня только из-за этой чертовой кровной связи.       — Но Кэтрин сказала…       — Мне плевать, что она сказала! Прости. Я должен быть уверен, что твои чувства ко мне реальны, а не вынужденные.       — У меня были чувства к тебе еще до обращения.       — Да, а еще у тебя были чувства к Стефану, которые, кстати, полностью исчезли после того, как ты обратилась. Как думаешь, это нормально? Они должны были усилиться, Елена. Но они просто… исчезли. Из-за твоей кровной связи со мной.       Деймон чувствовал, как его сердце разрывалось снова и снова. Конечно же, он ожидал что-то подобное. Он, наконец, был с любимой девушкой, а теперь оказалось, что ее чувства были лишь из-за этой дерьмовой кровной связи. Разумеется, чего еще следовало ожидать?..       — Деймон, пожалуйста…       — Мне очень жаль, Елена. Я люблю тебя. Но тебе нужно забыть о «нас», забыть все, что между нами было. Я буду рад, если ты забудешь о том, что у тебя когда-либо были чувства ко мне.       Она изо всех сил пыталась не заплакать, но одинокая слеза все же стекла вниз по нежной девичьей щеке, и Елена в ту же секунду утерла ее большим пальцем.       — Я не могу забыть тебя, Деймон. Я не хочу…       — Меня не волнует, чего ты хочешь. Я хочу этого. Я – эгоистичный брат, забыла?       Деймон сделал глубокий вдох. Он помнил, как больно ему было, когда Кэтрин сказала ему, что никогда не любила его. Теперь он знал, что это была ложь, но тогда, после ее слов, его мир был разрушен. Он знал, что сломил Елену. Он знал, что она вечность будет ненавидеть его за это, но впервые в жизни Деймон чувствовал, что поступает правильно. Это было единственным выходом из положения.       — Мне не потребуется много времени, чтобы забыть о тебе, Елена. Я могу быть с тем, с кем хочу. Я хотел тебя, и я должен был заполучить тебя. Это было весело, но все закончилось. Сложившие обстоятельства – лишь доказательство того, что мы не созданы друг для друга. Забирай свои вещи и уходи. Я хочу больше никогда не видеть тебя снова.       Сразу после этих ужасных слов, Деймон отвернулся и приложил множество усилий, чтобы не посмотреть на девушку. Он чувствовал, что она не сдвинулась ни на дюйм, вероятно, находясь все еще в потрясенном состоянии после всего того, что сейчас прошло. Все кончено между ними. Теперь пути назад нет. Наконец, спустя почти час, Деймон очнулся, понимая, что остался один. Елена уехала.

***

      Кэтрин нашла Стефана в парке, сидящего на одинокой скамейке. Уже было поздно, и поблизости никого не было. Люди знали, что это не самый благополучный район после заката солнца, и безоговорочно верили в это. Кэтрин считала, что это из-за позднего времени. Тихо, она приблизилась к младшему Сальваторе и опустилась рядом с ним, на ту же скамейку. Девушка молчала и даже не пыталась прикоснуться к нему.       Спустя некоторое время, Стефан, наконец, сделал первый шаг. Сократив расстояние меж ними, он взял ее за руку. И Кэтрин позволила ему это сделать. Она по-прежнему не говорила ни слова, и мужчина был благодарен ей за это. Он не был уверен в том, что должен говорить. Ее присутствие, однако, действовало на него успокаивающе. Девушка сжала его руку, а ее голова нашла приют на его правом плече. Стефан поцеловал Катерину в макушку.       — Что случилось после того, как я ушел?       — Деймон освободил Елену от кровной связи. Она была очень потрясена. Признаться, я тоже. Честно, не ожидала от него такого. Похоже, он действительно захотел поступить правильно на этот раз.       — Я сожалею.       — О чем?       — О том, что сбежал. Я знаю, что поступил очень по-детски, и что тебе, должно быть, очень больно было видеть то, что меня так расстроила бывшая.       — Но я все понимаю. И вовсе не сержусь на тебя. Мой двойник – просто полная идиотка.       Улыбнувшись, Стефан встал, заставляя Кэтрин повторить то же действие за ним.       — Спасибо, что поддержала меня.       — Это одна из моих обязанностей, — правдиво ответила она.       Его серо-зеленые глаза не оставляли ее ни на секунду, после чего мужчина ворвался в ее личное пространство.       — Никогда не думал, что скажу это, но… ты нужна мне, Кэтрин. Мне нужно видеть тебя каждый день своей не такой уж и короткой нудной жизни. Никогда не оставляй меня.       — Я буду с тобой до тех пор, пока ты этого хочешь.       Стефан почувствовал тепло в своем сердце, то, чего он не чувствовал давно, и он прекрасно знал, что это. Это была любовь. Медленно, он наклонился так, что между губами остались считанные миллиметры. Она закрыла глаза, а он повторил за ней. Следующий же момент приводит в восторг их обоих. Внутри них разжегся пожар, который даже не собирался утихать, а исчезать и подавно. Стефан притянул ее за талию ближе к себе, с большей страстью целуя губы Пирс. Когда Кэтрин сжала волосы на его затылке, он почувствовал, что никогда еще не был так счастлив за все свое жалкое существование. Это казалось сном, грезами…