Спасите меня, мистер Джонс

В Лондоне такого никогда не увидишь. Белая пелена снега застилает все вокруг. Сквозь кружащиеся в воздухе снежинки не видно практически ничего, и только ладонь старшего брата, крепко сжимающая мою руку, не дает окончательно потеряться в этом холодном белоснежном царстве. Тишина, прерываемая лишь хрустом снега под сапогами, казалось, окутывает все вокруг плотной пеленой абсолютного безмолвия. Идти трудно - ноги почти по колено проваливаются в сугробы, и каждый шаг требует неимоверных усилий. Я тяжело дышу, изо рта вырываются клубы пара, слегка согревающие заветрившиеся губы. А Скотт все тянет меня за руку дальше, туда, где за белой пеленой смутно виднеются яркие огни... Я резко распахиваю глаза и, откинув одеяло, сажусь на кровати, пытаясь отдышаться. Голова кружится, руки немного дрожат, а глаза заливает холодный пот. Я откидываю со лба влажную челку и сжимаю ладонями виски, чтобы хоть как-то унять головокружение. Небольшие лампы на потолке светят приглушенно, и из неосвещенных углов мне слышатся мерзкие голоса и издевательский смех темных тварей. Я прерывисто вздыхаю. Нет... слишком светло, они не решатся выползти из своих убежищ и напасть... Пока что я в безопасности... Еще раз вздохнув, я закутываюсь в тонкое одеяло и ложусь на смятую постель. До утра еще далеко, и нужно попытаться вновь уснуть, игнорируя все громче смеющихся тварей. А перед глазами все еще стоит занесенное снегом поле и яркие огни вдалеке... *** День у Джонса не задался с самого пробуждения. Маргарет с утра ужасно торопилась на важное совещание, и не успела приготовить Альфреду завтрак, из-за чего парню (который, к собственному стыду, смутно представлял как пользоваться микроволновкой и тостером, не говоря уже о других кулинарных приспособлениях) пришлось заехать в ближайший фаст-фуд перед работой. Пока Джонс стоял в длиннющей очереди и ждал выполнения своего заказа, оказалось, что он безнадежно опоздал на работу. Решив, что торопиться уже нет смысла, Альфред съел свой завтрак на уютной скамейке в находящемся неподалеку парке, а потом уж поехал в больницу. Оказавшись на пороге "Сент-Мэри", парень надеялся незаметно проскользнуть через широкий больничный холл к центральной лестнице и так же незаметно добраться до своего кабинета на втором этаже, дабы никто не засвидетельствовал факта его опоздания. Но не тут-то было: уже у самых ступеней лестницы Джонса окликнула молодая медсестра. - Мистер Джонс! Я как раз вас ищу! Тут пара молодых людей желает вас видеть! Альфред слегка поморщился и поправил сползающие очки, поворачиваясь к медсестре. Утренних посетителей он не любил: те, как правило, были самыми приставучими и умудрялись трепать и без того измотанному доктору нервы целые часы напролет. - Ох, а нельзя ли попросить их немного подождать? Видите ли... я только пришел, и вряд ли смогу ответить на все интересующие их вопросы прямо сейчас... Медсестра потупила взгляд. - Боюсь, что нет... Это братья Артура Киркланда, который из десятой палаты. Они очень настойчивы. Альфред вздохнул. - Умоляю вас, скажите им, что меня нет. На этой неделе мне и так хватило... всяких Киркландов. Джонс понимал, что поступает не очень хорошо, ведь наверняка братья Артура волнуются и желают узнать о судьбе своего родственника... Но, с другой стороны, если его братья окажутся хоть вполовину такими же противными, как он сам, то железные нервы Альфреда просто не выдержат. - Ну... хорошо, мистер Джонс, если вы просите... - нерешительно произнесла девушка. - Я передам им, что вас пока нет... - Спасибо большое, - кивнул парень и приветливо улыбнулся. - Вы меня просто спасаете. *** Ключ от кабинета все никак не желает находиться, и американец чуть ли не шипит от раздражения, в который раз обшаривая все карманы. В кабинете висит рабочий халат и лежат практически все нужные бумаги, а без этих обязательных атрибутов Джонс не может приступить к своим обязанностям. Наконец-то искомая связка ключей находится - находится валяющейся на полу посреди коридора. Альфред облегченно вздыхает, радуясь тому, что она не вывалилась раньше где-нибудь на дороге, и идет поднимать, мысленно коря себя за рассеянность. - Эй, парень! Ты тут доктора по фамилии Джонс не встречал? - вдруг раздается мужской голос с другого конца коридора. Так и не подняв ключи, Ал разворачивается и видит двух рыжих парней, стоящих у входа на лестничную клетку. - Я доктор Джонс. А вы кто? У вас ко мне какие-то вопросы? - опрометчиво спрашивает Альфред, поправляя вновь сползшие очки. - Ты? А нам сказали, что тебя нет, не зря мы решили на всякий случай проверить... Я почему-то думал, что тебе за семьдесят, и ты бородат, - фыркает один из парней, приглаживая рукой растрепанную рыжую шевелюру. - Меня зовут Скотт Киркланд, а это мой братишка Патрик. И мы к тебе насчет Арти. *** - Может, чаю? - предлагает Альфред со слабой надеждой завязать хоть какую-то приятную беседу. Но Скотт лишь отмахивается и поудобнее устраивается в кожаном кресле напротив рабочего стола Джонса. Патрик же вообще не обращает внимания на предложение американца, заинтересованно разглядывая стоящие на полках увесистые книги. - Ну... хорошо, мистер Киркланд, - сдается Ал, усаживаясь на свой крутящийся стул напротив кресла Скотта. - Что заставило вас прийти сюда? - Эй, очкарик, ты себя-то слышал? Нахрен такие витиеватые фразы? - вновь фыркает Скотт. - Я уже сказал: мы тут из-за Арти. Когда его выпишут? Мне уже надоело мыть посуду и пылесосить в гостиной за него. Альфред улыбается. Несмотря на показную грубость, этот Киркланд ему чем-то нравится. Но улыбка тут же исчезает с губ врача, стоит ему только вспомнить о том, что сейчас придется сообщить братьям. - Сожалею, но... вряд ли Артура скоро выпишут... Понимаете ли, диагноз еще не поставлен, но есть серьезные подозрения на шизофрению, а это, знаете ли, не шутки... Если мои подозрения подтвердятся, то ваш брат останется у нас надолго... Если не навсегда... - Что? Да какого хрена? - вскрикивает Скотт. - Он, конечно, всегда был немного того, но не на столько же! Патрик молча поджимает губы и с тревогой смотрит на брата. - Мистер Киркланд, успокойтесь, - осторожно просит Альфред. - Может, у него и не шизофрения вовсе. Я приложу все силы, чтобы помочь вашему брату, обещаю. - Знаем мы эти ваши "все силы", - ворчит рыжеволосый, складывая руки на груди, - Нихрена ты не приложишь. - Это дело чести, - серьезно произносит Джонс. - Если я пообещал, то выполню. Уж поверьте, в плане выполнения обещанного я настоящий герой. Киркланд, задумавшись, на минуту замолкает и принимается водить пальцами по чуть шероховатому подлокотнику кресла. - Самодовольства тебе не занимать, "герой". Хорошо, Джонс, я сделаю вид, что доверяю своего брата тебе, - в конце концов произносит он, глядя прямо в глаза Альфреду. - Спасибо, мистер Киркланд. У меня есть к вам маленькая просьба, если позволите, - учтиво произносит американец, вежливо улыбаясь. - Не могли бы вы рассказать о вашей семье? У меня уже есть некоторые сведения, но, возможно, вы сделаете акцент на наиболее важных моментах, и я смогу понять, что могло так пагубно повлиять на Артура. - Черт побери, очкарик, как ты такие мудреные фразы вообще придумываешь? Фильмов про суперагентов пересмотрел? У них тоже сплошные "некоторые сведения" и "акцент на наиболее важных моментах", - на этой фразе американец немного покраснел: он действительно копировал стиль разговора и многие фразочки из шпионских фильмов. - Хорошо, что именно ты хочешь услышать? Только на раскрытие грязных семейных секретов и массовое извлечение скелетов из шкафов не надейся. - Все, - вновь улыбнулся Ал, скрещивая руки на груди. - Расскажите как можно больше о вашей семье, о вашем прошлом и настоящем. Любая деталь может быть важна. - Хорошо, - кивает Скотт. - Патрик, иди сюда, будешь дополнять. Учтите, доктор, рассказ будет долгим...