Мы могли бы остаться

- Знаешь, что действительно хорошо? То, что ты плачешь так тихо! Иначе не только я — все не спали бы. На часах около трех, а Джудит все не спит. У нее режутся сразу два зуба — симметрично, на нижней десне. Она только всхлипывает, стонет и хватает ртом резиновую соску на бутылочке, наполненной водой. Рик не помнит, каким был Карл, когда у него резались зубы. С ним почти все время была Лори. К тому же, это было так давно. В другой жизни, в другом мире. Карл был здесь до часу ночи — пытался успокоить сестру, а потом всё-таки не выдержал — ушел. Рик знает, куда именно. На часах почти три. Рик знает — стоит ему коснуться головой подушки, и он вырубится к чертям. Но девочка, похоже, не собирается успокаиваться. Граймс начинает подумывать о том, чтобы сплавить малышку одной из нянек. Точно не Бэт — Дэрил явно не будет счастлив, если он сейчас завалится к ним в комнату, но, может быть, Кэрол согласится? Она же была матерью, у Софии ведь резались зубы когда-то, да? На часах почти три. Дверь приоткрывается, и воздух колышет пламя маленькой свечки на прикроватной тумбочке. Она проскальзывает в комнату и замирает на пороге. Граймс может рассмотреть ее улыбку. - Когда Андре был таким маленьким, он вечно рыдал на весь дом. Когда у него резались зубы, он стал совсем невыносимым. - И что ты делала? - Я дала ему свой кистевой эспандер, — Мишонн смеется, — Он грыз его и молчал. Хотя бы полчаса. Но вот это лучше. Она вытаскивает из кармана маленький тюбик мази для десен, который Бэт вчера безуспешно искала почти весь день. - Где взяла? - Мой маленький секрет. Мишонн забирает у него хныкающую Джудит и происходит волшебство. Буквально пятнадцать минут — и девчушка засыпает, обхватив женщину за шею, распластавшись по ней, словно лягушка. - Ты лучшая, — бормочет Рик, потирая глаза, — Я не знаю, что я бы сейчас делал без тебя. - Ну еще бы! — довольно говорит Мишонн и укладывает Джудит на большое кресло, служащее девочке кроватью. Замирает возле нее и улыбается, разглядывая маленькое личико и светлые волосы. - Что это на тебе? — он кивает на ее стройное, подтянутое тело, и завязанную узлом на животе широкую голубую рубашку. - Мы с Диксоном нашли это во время вылазки. Он сказал мне, что только педик наденет на себя такую рубашку. Поэтому я ношу ее сама. Спать удобно, между прочим, — Мишонн тихо смеется. - В твоей комнате Карл, да? - Ага. - Ты оставайся здесь, ладно? Я пойду... - Да брось ты. Она садится на кровать рядом с ним, а потом откидывается на подушку, не отводя внимательного взгляда от его лица. - У тебя широкая кровать. И тогда напряжение отпускает, и Рик прыскает, глядя на ее улыбку. Они разговаривают, очень тихо, чтобы не разбудить Джудит. Обсуждают совет, что был неделю назад. На общем собрании все жители Терминуса единогласно проголосовали за то, чтобы остаться здесь. Если осенью у людей были сомнения, то теперь их не осталось. За зиму они укрепили заборы, привезли кучу полезных вещей, обустроили комнаты. У них есть дом. Настоящий, надежный дом. Они разговаривают, и Мишонн смотрит в его лицо, на его бороду с проседью, словно перец с солью. На его уставшие глаза, на напряженную складку между бровей. Ближе к утру она разворачивается во сне и утыкается в его плечо. А просыпается уже на сгибе руки. И не отодвигается. Да будет так.