Я человек

Арабэль, опьяненная столь великолепной победой, чинно ступала по красному ковру, которым были устланы полы коридоров дворца торгов. Разумеется, и три фужера шампанского, выпитого накануне, также внесли лепту в ее состояние, однако, она предпочитала списывать все на эйфорию. Так приятнее. По дороге то и дело попадались знакомые звероподобные вельможи, восхищавшиеся результатами ее «трудов», так что очень скоро павлинша начала подумывать над тем, как бы поскорее забрать причитающуюся сумму и вернуться в свое поместье. Порой вся эта церемонность жутко утомляла. Рабовладелица закусила губу. Алчность тихонько нашептывала ей, что можно было бы заработать куда больше, если бы удалось схватить всю компанию наглецов, посмевших бросить ей вызов в ее поместье. Однако птицеобразная стоически отметала ее намеки. Что потеряно, то не вернуть, но можно восполнить новым. На таком эмоциональном подъеме она добралась до аукционной казначейской и осторожно толкнула дверь. Кабинет Пойнтера, страшного скряги по натуре и казначея акуциона по совместительству встретил ее приглушенным мраком. Кресло у массивного рабочего стола пустовало. Арабэль смущенно переступила с ноги на ногу. Ее одолевали сомнения. С одной стороны, она могла узнать то, что не представлялось широкой огласке, с другой — могла быть поймана с поличным и потерять ценное членство в аукционе. Взвесив все «за» и «против», птицеобразная выглянула в коридор — ни души, и спешно направилась к ящикам стола. Однако ее ноги споткнулись о что-то массивное. Арабэль, обомлев, медленно опустила глаза к полу и зажала рот ладонью. У ее ног лежали связанные Владыка темных степей, ее партнер дроу и сам Пойнтер. И все трое без сознания, если не хуже… Не приметив явных следов ранений, павлиноперая склонилась к повязанным и проверила пульс каждого. Живы. С губ сорвался судорожный вздох — она и не заметила, как затаила дыхание в ожидании худшего. Рабовладелица поднялась на ноги, размышляя, кому понадобилось отключить эту троицу, и, что важнее, где может скрываться этот кто-то. Однако при осмотре кабинета никого не обнаружилось. Рассудив, что не так уж и важно знать личность нападавшего и его мотивы раз его здесь нет, и что это неплохой шанс, Арабэль двинулась к столу, намереваясь для начала отыскать ценные данные, а уж затем поднимать панику и звать на помощь. — Неужели ты, правда, считаешь, что подобная информация хранилась бы в столь доступном и очевидном месте? — пропели у нее над ухом. Арабэль в страхе развернулась лицом к подкравшемуся сзади и ахнула. Значит, слух, но подвел ее. Прямо перед ней был тот самый дроу. Но, как? Разве он только что не почивал на полу? Ее глаза опустились к низу, однако, там по-прежнему угадывалось три бессознательных тела. Лицо павлинши озарилось пониманием. — Ты!.. — девица даже задохнулась от возмущения. Нид улыбнулся шире. — Я. Прежде, чем Арабэль успела что-либо предпринять, заклятие дроу обездвижило ее и добавило к трем поверженным на полу. Вокруг них вспыхнуло темное пламя портала, однако сквозь его всполохи рабовладелица могла различить, как черты лица, а затем и весь образ дроу переменились. Владыка Темных Степей! Так вот почему она не могла отделаться от мысли, что он уж как-то слишком живо участвовал в торгах ее лота. Может статься, что истинный владыка так и не дошел до аукционного зала. Лже Владыка криво ухмыльнулся. — Приятного забвения в компании новых друзей, не поубивайте друг друга ненароком, вы мне еще понадобитесь. Арабэль и остальных поглотило портальное пламя, а новый Владыка со всех ног бросился на поиски помощи. Ведь пропало сразу несколько важных господ. Кто-то же должен пролить свет на происходящее! Хейт плохо помнил, как их с Алвой разделили, но обматерил он их знатно, за что не единожды схлопотал от обиженных. Если бы только тело не было настолько ослабленным! Уж он показал бы этим амбалам, где раки зимуют! Брюнет, прислонившись к холодной стене, поморщился от боли в спине, надеясь, что с ведьмаком ничего смертельного не случится. По крайней мере, до того, как он выберется из очередной ловушки и примчится к северянину на помощь. Дверь в камеру отворилась, впуская толпу рабов. Вместе с ними пришел и смрад пота, крови, окислившихся металлов, невыносимого зноя. Подневольные спешили занять твердые койки, переругиваясь, покрывая своего владельца целыми тирадами непечатных слов. Были даже те, кто был слишком слаб для самостоятельной ходьбы — их поддерживали или тащили на себе более выносливые. Но хуже всего пришлось девочке-подростку. Ее нога сильно пострадала, отчего рыжая не могла сдержать мучительных стонов. Еще плохо держась на ногах, Хейт слез со своего «насеста» и доковылял к пострадавшей. Рабы, не замечавшие нового сокамерника до этого момента, окинули его взглядами, преисполненными глубокого презрения. Брюнету даже стало не по себе. Такой мощный поток негатива… Направить бы его в нужное русло! В самом деле, когда же люди научатся стоять за себя.Стянув с себя подобие юбки и оставшись в одних шароварах, он принялся рвать его на лоскуты, при этом заглядывая людям в глаза.  — Я не игрушка для утех, и не изнеженный мальчишка. Я сын крестьянина, всю жизнь честно зарабатывавшего себе на хлеб. Милостью высших и он и вся моя семья теперь вынуждена укрываться в чужеземье. А я — искать способ обезопасить их возвращение домой. Хейт присел на корточки над девочкой, промокнув рану на ноге. Рыжая всхлипнула, но не закричала, хотя, в ее глазах безошибочно угадывалась боль. Одна из женщин дернулась в сторону пострадавшей, но мужчина грозного вида, остановил ее одним взмахом руки. Очевидно, он у них был за главного. Тогда Хейт заглянул в его усталые, изможденные, однако, не утратившие блеск силы, глаза. — Если хотите изменить свою страну, вновь наполнить реки водой, а города жизнью, опустошить угодья тех, кто наживается на ваших страданиях, то следуйте за мной. «Главный» одарил его испытующим взглядом. — Сколько тебе лет, пацан? — его голос оказался грубым и хриплым, точно бедолаге скормили наждачной бумаги. Что ж. Вполне ожидаемый вопрос, учитывая его не слишком убедительный внешний вид. Особенно, сейчас. — Я молод, - отозвался Хейт, вновь занявшись раненой, - но разве возраст важен, когда я предлагаю реальную помощь? Брюнет, отложив, пропитанную кровью тряпку, оглядел толпу в поисках того, чем можно было бы промыть рану во избежание нагноения. К счастью, неподалеку обнаружился стар ик с флягой в руках, и, судя по его осоловевшим глазам, жидкость внутри как раз должна была сгодиться в качестве антисептика. — Отдайте, пожалуйста, - парень протянул руку в его сторону. Старик смерил парня недовольным взглядом. — Ещ-ще ч-чего. Такое питье нужно самому, - он крепче сжал флягу в руках, демонстрируя отрицательный ответ на просьбу новичка. — Вы можете спасти ее, - Хейт повел рукой в сторону раненой. Из-за кровопотери девочка побледнела, но, все еще, пребывала в сознании. — И что дальше-то? Она снова что-нибудь себе поранит. Здесь такие, как она долго не живут, - старик, пожав плечами, вновь отхлебнул из горлышка, однако, почти тут же закашлялся - Хейт оказался прямо перед ним. Ловким движением он выхватил флягу из рук старика и вновь вернулся к девочке. Остальные пленные изумленно наблюдали за действиями новенького. Спасибо Ильриф за толковые учения, в противном случае, он валялся бы сейчас рядом с этой девчушкой не в состоянии шевельнуть и пальцем. Брюнет склонился над раненой и, заставив ее сделать несколько глотков крепленого пойла, как следует, продезинфицировал ее рану. Девочка громко всхлипнула сквозь плотно сжатые губы. Конечно, хорошо бы сначала зашить, но иглы с нитками под рукой не было. — Может, все дело, как раз, в отношении таких как вы, — произнес Хейт, туго перевязывая рану. — Че вякнул, сопляк? — старик поднялся на ноги, намереваясь поставить на место наглого новенького, но количество выпитого заставило его привалиться к стенке. — Я говорю, что ключ от всех наших бед нужно искать в нас самих. Брюнет поднял девочку на руки и уложил на койку. Та благодарно улыбнулась и закрыла глаза. Спустя пару мгновений, ее дыхание выровнялось. Она уже крепко спала. Хейт повернулся к невольникам, стараясь держаться ровно и не демонстрировать свою усталость. Это давалось нелегко. — И что же за реальная помощь, о которой ты говорил? — подал голос Главный. Хейт прошел к запертой двери и несколько секунд внимательно вглядывался в забранное решеткой оконце, затем обернулся через плечо. В его фиалковых глазах пылала решимость. — Я и мои друзья готовим для местных вельмож нечто особенное. Однако осуществление наших планов невозможно, если каждый из нас будет думать только о себе, — брюнет бросил выразительный взгляд на старика, а затем обвел глазами и других, убеждаясь, что внимание приковано к нему - только взаимопомощь и слаженность могут спасти эту страну от дальнейшего падения. Главный скрестил руки на груди и кивнул, признавая наличие рационального зерна в словах «мальчишки». — И каков план? — Мои друзья действуют снаружи, а мы - изнутри. Большего пока сказать пока не могу, здесь небезопасно. Главный криво усмехнулся. — Завтра я жду от тебя подробностей, пацан. И если в них мне хоть что-то не понравится, никто из нас и пальцем не пошевелит ради твоих замыслов. Хейт, улыбнувшись, чуть склонил голову, принимая условия. Невольники начали разбредаться по своим местам, а брюнет, занял мест на полу под стеной в надежде урвать хоть немного времени целительного сна. Однако усталый мозг отчаянно не желал отправляться на боковую, воскрешая в памяти картинки недавних событий. Парень испустил тяжкий вздох, надеясь, что с Алвой и остальными не произошло ничего смертельного и, что им хватит сил осуществить задуманное. Государство Радгарда Смертоносного славилось многим, а своей из года в год увеличивающейся территорией, в особенности. Оно и понятно — изначально страна предков златогривого правителя ограничивалась несколькими пустынями с парочкой оазисов. В последствии, поднаторев в работорговле и военном искусстве, нарастив военную мощь, достаточную для захвата соседних более плодородных земель, короли прошлого значительно расширили границы своего государства. Очевидно, и нынешний представитель королевского семейства, унаследовав захватническую жажду своих предшественников, не собирался останавливаться на достигнутом. Обо всем об этом Сивилла была наслышана еще от Ларимиля Беласского, вечная ему память. Теперь же, когда ее нога ступила на территорию знаменитого пустынного государства, она обрела возможность воочию убедиться в том, насколько опустошающей была власть златогривого правителя. Все три дня пути, что они уже успели преодолеть, пересекая земли этой страны, на глаза не попадалось ничего, кроме золотисто-рыжих песков, с то тут то там раскинутыми городками, подобно скелетам умерших пустынных животных, иссушенным зноем и засухой. По приглушенным звукам голосов, доносившимся из обветшалых глиняных жилищ, можно было догадаться, что жизнь еще теплится в сердцах этих полу-призрачных городков, однако, как долго это продлится… Великое Вселесье, и почему ни одно животное не смогло выдержать присутствия демона? Опять приходится топать на своих двоих. Сивилла стоически втянув носом горячий воздух, зашагала быстрее, чтобы догнать ушедших вперед демона и Рада. Что-то подозрительно быстро они сблизились за время их совместного путешествия…как бы синеволосый на сторону демона не переметнулся. С него станется. — О чем болтаете? - остроухая "вошла в режим дурочки", как только поравнялась с попутчиками. — Да так, о всяком, - отозвался Рад, так же как и его попутчик, закутанный в легкие черные ткани, подобные тем, что носили кочевники, - Абергрим вот говорит, что подобной концентрации нищеты и несчастий, сосредоточенных в одном месте не встречал давно. Такими темпами ему грозит пресыщение. — Если б почаще выбирался, ел бы понемножку, - фыркнула Сивилла, машинальным движением поправляя кожаную лямку сумки, перекинутой через грудь, и тем самым вызывая заинтересованные взгляды собеседников, - этого добра везде хватает. Но здесь случай запущенный, конечно. Мужчины, одновременно кивнули, не сводя взглядов с «глаз» Сивиллы. — Вы меня слушаете вообще? - девушка возмущенно остановилась на месте, и тут оба попутчика споткнулись, налетев друг на друга и не заметив поросль колючек перед собой. Взгляд эльфийки сделался жестким. — Я-ясно, - протянула она, скрестив руки на объекте их внимания, - так в головку напекло, что дынек захотелось. Разочарую вас - они ненастоящие. Сивилла повернулась к огненнокожему демону: - Я мужчина, знаешь ли. Так что прекращай слюноотделение до следующей таверны. Уж там на ком-нибудь отыграешься. Демон, едва успевший стряхнуть колючки с сапог, настолько опешил от подобной нагл ости, что даже не стал убивать остроухое нечто в отместку. — Была бы в своем истинном облике, так легко не отделалась бы, - шепнул эльфийке Рад, когда, наконец, нагнал ее - разгневанная девица оказалась довольно шустрой и успела отойти от них на порядочное расстояние за каких-то пару минут. Блондинка взглянула на него, чуть прищурившись. — А тебя, я смотрю, любой расклад устраивает, да? Рад только улыбнулся, пожав плечами. Сивилла, надув губки, сварливо пихнула его в грудь, и поспешила вперед. — Если заблудишься, искать не будем, — крикнул ей вдогонку синеволосый. Ответом девушки был очень неприличный жест, который она сложила из пальцев рук. Рад с улыбкой покачал головой, очевидно, находя подобную грубость умилительной. — И что ты нашел в этой светлой? — недоуменно протянул демон, поравнявшись с Радиэлем. — Приключение, — отозвался остроухий, смотря вслед стремительно удаляющейся фигуре эльфийки в дымчато-изумрудных одеяниях.