Злоключения не заставят долго ждать. А вы как хотели?
14 марта 2014 г., 14:44
- Хорошо, я заберу его из участка, но отмазывать не буду, даже не проси меня об этом, – Пауль разговаривал со своей бывшей по телефону, уже подъезжая к полицейскому управлению, чтобы забрать сына.
Как он и предполагал, мать Эмиля добилась своего. Выслушивание того, что он сам виноват и отец из него ни к черту, довело мужчину, и он решил посодействовать. В конце концов, ему и правда было жаль пацана, но если ему присудят работы на благо обществу, отработает по полной, тут уж он не уступит. Припарковав машину, он направился к дежурному.
– Здравствуйте, у меня тут сын, могу ли я его забрать? – начал он очень вежливо, понимая, что парня могут и не отпустить.
– Фамилия?
– Моя? – переспросил Пауль.
– Нет, сына вашего, а от вас паспорт.
Его попросили пройти и подождать, с ним хотела поговорить инспектор.
"Сейчас начнется промывка мозгов", – подумал Ландерс и облокотился о стену.
– Вы отец Эмиля? – спросила подошедшая к нему женщина в годах.
– Ага, – он смотрел на нее с вызовом и убрал почему-то руки в карманы, проигнорировав протянутую ладонь.
– Вы, конечно, знаменитость и наша гордость, но нельзя так опекать юношу. Я хотела вам напомнить, что у семи нянек...
– Четырнадцать сисек, – не дал ей закончить Пауль. – Где мой сын?
– Пройдемте, – она указала ему прямо по коридору. – Если бы я не была в курсе, кто вы, вас бы сейчас арестовали.
– За что? – удивился Пауль, не понимая, что он сделал противозаконного.
В комнатке для задержанных совершенно один сидел Эмиль, он посмотрел на вошедших.
– Папа, – кинулся он к нему и схватился за прутья решетки.
– А почему ты один? – округлил глаза Пауль. – Где остальные говнюки? Или ты, как полный лох, умудрился загреметь в каталажку, а подельники ноги унесли?
– Я не удивлена, что ваш сын – правонарушитель, с таким-то воспитанием, – инспектор отперла камеру и выпустила мальчишку.
– А что такого? Вас послушать, все, что есть хорошего в жизни, либо незаконно, либо аморально, либо ведет к ожирению. Я прав? – Пауль подмигнул сыну. – Валим отсюда, нам сейчас еще мать твоя вставит.
– Во вторник не забудьте явиться в суд, – им отдали документы и выпустили на улицу.
– Можно не напоминать об этом дерьме, – вместо прощанья бросил Пауль.
– Эй, а повежливее нельзя? – опешила инспектор.
– Можно не напоминать об этом дерьме, пожалуйста, – повторил Пауль и тише буркнул. – Мудила.
– Пап, это что сейчас такое было? – Эмиль забежал вперед него и встал, не давая пройти к машине.
– Не знаю, я странно себя чувствую, – Пауль скривил лицо. – Я, как обдолбанный, мне хочется движухи и бабу. Черт, я реально трахаться хочу! Чё за херня?
– Пап, ты в порядке?
– Все норм, – он подошел к машине и отпер дверь. – Я в бар, бухать. Хочешь со мной?
– Пап, я тебя не понимаю...
– Да потому что ты ебанько, – Пауль вырулил со стоянки, даже не оглянувшись на сына, который стоял, открыв рот, не зная, как себя вести.
"Сейчас начнет названивать матери и жаловаться. Сосунок! – больше не думая об Эмиле, он включил радио и попал на группу "Creedence". – Херасе, какое старье, а как, черт возьми, приятно!" Он сделал погромче музыку и поехал в любимый кабак, по пути набирая Рихарду. "Вот кто сейчас со мной оттянется по девочкам, это точно Круспе, и к гадалке не ходи".
Рихард очень удивился, когда средь бела дня от Пауля поступило предложение поехать в кабак и пуститься во все тяжкие со шлюхами.
– Поль, у меня тут кое-какие дела, – начал Рихард, – давай лучше к вечеру и ребят позовем.
– Слушай, Круспе, нет в мире проблем, которые нельзя было бы решить, нажравшись в хлам, так что не будь мудилой и выходи, я уже рядом с твоим домом.
Одевшись, Рихард вышел на улицу и по звуку определил, что это подъезжает Пауль – музыка орала на весь двор, так как окна в машине были открыты.
– Что с тобой? – он не смог сдержать улыбки. – Ты какой-то чудной.
– Садись, – перекрикнул музыку Пауль.
– Может, ты потише сделаешь? – Рихард потянулся к радио.
– Да ладно тебе, клево, – пережевывая жвачку во рту, Поль дергался в такт музыке.
– Слушай, ты ничего не принимал?
– Неа, а кстати, у тебя не осталось связей – дурь достать, я бы не отказался.
– Нет, – засмеялся Рихард, думая, что Пауль просто дурачится. – Давай без наркотиков.
– Ну ладно, как скажешь, – Пауль сделал все-таки радио тише и поехал в сторону клуба.
– Ты сына забрал?
– Ага, мать его мне весь мозг вынесла, но во вторник ему в суд.
– Будешь помогать?
– Неа, мне посрать, пусть пашет или сидит, как карта ляжет.
– Что значит, посрать?! Это твой ребенок.
– Ой, ну вот только не начинай, если бы я знал, что у меня родится такой сын, я бы не один гандон надел, а сразу два.
– Да, тебе точно выпить не мешает. Ты себя ведешь, как педофоб.
– Риха, только не пойми меня превратно, но ты сейчас говоришь, как долбанный задрот. Я нихера не знаю, кто такой педофоб, но мне почему-то кажется, что это жуть как обидно.
– А ты рассуждаешь, как идиот-малолетка. Педофоб – это тот, кто не любит детей, между прочим.
– О, барчик. Приехали, давай выгружайся, – резко сменил тему разговора Пауль и резвой походкой направился в заведение.
– Чего-то вы ребята рановато, – приветствовал их знакомый бармен. – Вам как обычно? Но у нас пока, извините, тихо.
– Давай бутылку виски, закуску и пару девок, – Пауль почесал нос и начал грызть ноготь.
– Эй, ты чего делаешь? – Рихард ударил его по руке, как привык со своими детьми.
– Отвали, – огрызнулся Пауль. – Сам, что ли, раньше этого не делал?
– Я раньше и в штаны ссался, а теперь бросил, как вырос.
– Это чё, оральная шутка такая?
– Ландерс, я ловлю себя на мысли, что я не с другом, а с сыном в период полового созревания беседую. Тебе не кажется странным твое поведение?
– А тебе не кажется странным твое занудство?
– Мальчики? – раздался щебет двух подошедших девиц.
– Эй, а помоложе нет никого? – Пауль недовольно скорчил лицо.
– Оу, – растерялся бармен, – девочки, сейчас здесь есть кто ещё?
– Найдем, – девушки с презрением посмотрели на мужчин и удалились, виляя попами.
– Чем они тебе, интересно, не угодили? – ткнул Пауля в бок Рихард.
– Слушай, я могу купить кого угодно, так почему товар должен быть подпорченный?
– Пауль, ты мне не нравишься.
– А я не телка, чтобы тебе нравиться. Пошли уже, вон бухло принесли.
Рихард в недоумении шел за Паулем, совершенно не узнавая в этом нахале парня, которого знал почти всю свою жизнь. "Пауль был добрый и веселый человек, а это просто хамло чистой воды. Может, он так из-за Эмиля расстроился и признаваться не хочет? Нужно его поддержать морально", – так он думал, усаживаясь за столик.
Подошли девчонки, именно девчонки – совсем юные, школьницы.
– Вам хоть шестнадцать есть? – спросил Рихард.
– А то! – одна из них надула пузырь из жвачки и лопнула, кусочек некрасиво повис у нее на кончике носа, и она, собрав глаза в кучу, начала снимать его пальцами.
– Ой, какие киски, – Пауль быстро притянул одну к себе на колени. – А ты к нему иди, – указал он второй.
Рихард только хотел открыть рот, чтобы отказаться от услуг малолетки, как она заявила, глядя с презрением на него:
– С этим я и за тройную плату не пойду, я себя не на помойке нашла. Подожду лучше, вечером еще клиенты будут.
Рихард потерял дар речи, он только моргал глазами, открывая и закрывая рот.
– Что!? – наконец смог произнести он. – Что ты сейчас сказала?
– Да ты полный лошара, я с тобой даже срать на одном поле не сяду.
Если бы Ландерс не стал ржать, захлебываясь смехом и похрюкивая, он бы просто взял и ушел из заведения.
– Это что, розыгрыш?
– Неееет, – резвился Пауль, утирая слезы. – Бляяя, я сейчас это сниму и всем покажу, как супер-Круспе отшила простая шалава, – он полез за телефоном, пытаясь справиться со смехом. – Повтори еще, пожалуйста, – попросил он девушку.
– Хер вам, платите бабки, – она развернулась и просто ушла.
– Это что? – Рихард посмотрел на оставшуюся девушку.
– Ты не обижайся, – она скривила лицо, – но я с тобой бы тоже не пошла. Фу, бррр, – она передернула плечами.
– Ландерс, это твои шуточки дебильные? – Рихард был очень зол в этот момент и уже сжал кулаки готовый вмазать Паулю в челюсть.
– Ты не кипятись, а лучше выпей, я тут не причем совершенно. Видать, тебя любят только дамы в возрасте.
– Да меня, блять, любые дамы любят, – крикнул Рихард. – И даже не дамы...
– Ох, взъерепенился, иди и закажи себе другую постарше.
Пока Пауль сосался с девицей и везде ее щупал, Рихард сидел злой и только раздувал ноздри от негодования. Не выдержав, он подошел к бармену и попросил пригласить пару дам, с которыми уже бывал раньше. "Эти точно не подведут, они текут при виде меня, и я даже за секс платить не стану".
– Ну чего, будет у тебя сегодня подружка или мне тебя пялить придется? – заржал Пауль и вместе с ним девица.
– Я тебе сейчас въебу, – Рихард не шутил.
– Да я прикалываюсь, – успокоил его Пауль и снова принялся за девку.
– Ну и кто у нас тут скучает? – к ним подошли две женщины, и Рихард, улыбнувшись, встал.
– Привет, мои хорошие.
– Ты кто? – они как-то с омерзением посмотрели на Рихарда.
– Что значит "кто"!? Вы чего, совсем уже?
– Нам сказали, что нас Круспе позвал, – они с упреком посмотрели на своего хозяина. – Это что за развод? У нас смена только через четыре часа.
– А это кто, по-вашему? – бармен выглядел совершенно обескуражено.
– Это чмо в лаптях, ну нет уж, если хотите, увольняйте... – они ушли, и было видно, что дамы жутко злятся.
– Пауль, это ты устроил?
– Да нет, – он пожал плечами. – Сам жутко удивляюсь.
– Точно?
– Да сдохнуть мне на месте!
– Ты так, кстати, никогда раньше не говорил.
– Чё?
– Ничё, пойду я лучше, – Рихард совершенно расстроенный собрался выйти из-за стола.
– Подумаешь, шлюхи ему не дают, сразу так друга и бросать?
– А чего здесь за хрень творится? – Рихард начал повышать на него голос.
– Эм, это Лаура, – подал голос бармен, и ребята повернулись в его сторону. Рядом с ним стояла прыщавая девица, ростом, дай бог, метр сорок и весом не меньше ста кило. Она со стеснением переступала с ноги на ногу и поглядывала на Рихарда. – У нас ее извращенцы только заказывают, – объяснил мужчина, – безотказная.
– Хозяин, пожалуйста, я бесплатно неделю отработаю, – начала она канючить, размазывая зеленую соплю по лицу, – я не хочу с ним.
Это был крах, такого унижения Рихард не испытывал никогда за всю свою жизнь.
– Знаешь что, Ландерс? Я тебя даже бить не стану, ты мразь и дерьмо, все – дружбе конец!
– А я-то тут причем? – взвился Пауль.
– Да меня так никто еще не унижал. Сука ты говенная!
– Я сука? Ты за базаром следи.
– Нахуй пошел! – Рихард бросил на стол купюры и быстро вышел из заведения. Больше всего на свете он хотел убить Пауля и самым болезненным способом. "Распилить его пилой, вот что этот говнюк заслуживает".
– Чего это он на тебя так взъелся? – спросила девица, так и сидевшая у Пауля на коленях.
– Я сам не воткну, – сказал он и повалил ее на кушетку. – Мурр, поехали ко мне?
– Поехали.
Рихард, выйдя на улицу, прикурил сигарету, пытаясь привести нервы в порядок. Постояв, он немного успокоился и направился на оживленный проспект, которого раньше избегал по причине назойливых фанатов. Но сейчас он желал внимания, как никогда.
– Рихард! – раздалось за спиной, он обернулся, к нему подбежала девушка и попросила автограф и фото.
Он чиркнул на протянутом листочке загогулину и, прижавшись к ней сам, нажал на спуск фотоаппарата. Она улыбалась и льнула к своему кумиру ровно до тех пор, пока он не стал ей оказывать знаки внимания.
– Простите, мне пора, – засуетилась девушка и быстро, отняв у него фотоаппарат, убежала.
Рихарда будто окатили холодной водой. Такого с ним не случалось еще ни разу. "Это точно не Пауль, это просто пиздец!"
Последнее, на что он надеялся, это была Марго – его жена. Уж она-то его точно не отошлет куда подальше, такая преданная, терпеливая, всепрощающая – просто мечта, а не женщина. Он набрал ее номер.
– Зайка, я так соскучился, я хочу к тебе, – елейным голосом начал Рихард.
– Так приезжай, ты ведь знаешь, я тебя всегда жду.
– Беру билет и лечу первым рейсом, – быстро ответил он, уже направляясь ловить такси.
– У вас же выступление на носу...
– Плевать, хочу тебя обнять и расцеловать, а потом обратно.
– Мы ждем тебя с Аляской... – она ненадолго замолчала. – Любимый мой.
– Жди меня, солнышко, – он уже садился в машину, говоря это жене. – В аэропорт!
***
– Какого хуя я не могу открыть дверь? – ругался пьяный Пауль, тыча ключом в замок. – Пап, – дверь открыл Эмиль, – ты чего? – Вали нах отсюда, – он потянул с собой проститутку. – Пап, ты чего? Ты же мне разрешил тут жить. – Ну, прости, ковбой, забираю фазенду назад. – А я? – А ты к маме иди. – Да с какой стати ты меня выставляешь за дверь? Ты мой отец. – Просто потому, что я так хочу. – Сам шлюху привел, а меня за дверь? Так родители не поступают, – он уже чуть не плакал, не веря, что его отец может так себя вести. – Слушай меня внимательно: у тебя нет дома, если я его тебе не дам, у тебя и денег нет, работы у тебя тоже нет, да ты нищеброд, сыночек. Пошел вон! – он просто взял и закрыл перед ним дверь, оставив несчастного парня на улице. – Папа... – он еще несколько раз нажал на звонок, но ничего не добившись, ушел к матери. – Мам, можно я домой вернусь? – всхлипывал он в трубку. – Конечно, зайка, я всегда тебе рада. – У нас папа сошел с ума... – Приходи скорей и расскажешь.***
Марго решила поехать встречать Рихарда, она уже заказала такси и одевала дочку, готовясь выйти на улицу. – Сейчас папа наш приедет, – говорила она Аляске, не веря такому внезапному счастью. – Папа? – Да, малыш, папа. В последнее время у них что-то не ладилось, она знала о его любовницах, догадывалась, что он ей все время врет, но ничего с собой поделать не могла. Марго любила этого мужчину и терпела, надеясь, что настанет время, и он перестанет гулять. Многие так живут, не она одна, просто нужно смириться. Она держала Аляску на руках и высматривала мужа в толпе прибывших. Он нес яркую большую коробку – подарок дочери – и улыбался, смотря на нее. Как странно, никто не пытался с ним заговорить и начать фотографироваться, он просто шел к ней как обычный человек, а не кумир миллионов. – Привет, мои дорогие, – он чмокнул дочку и хотел поцеловать жену, но она как-то вывернулась, и его губы коснулись только ее волос. – Что-то не так? – подозрение кольнуло его. – Нет, все нормально, – она натянуто улыбнулась. – Пойдем, нас такси ждет. Аляска попросилась к нему на руки и, вцепившись в отца, начала ему что-то говорить, но он практически не понимал ничего, другие мысли одолевали Рихарда. Он чувствовал, что неприятен Марго. В машине он хотел дотронуться до ее руки, но она аккуратно убрала ее и подвинула к нему дочь. – Марго, в чем дело? – Все хорошо. – Мне кажется, ты не рада меня видеть. – Да ты что?! Мы очень рады, что ты приехал. Да, малыш? – она старалась не смотреть на мужа, переключив все свое внимание на дочь. Дома холодность почувствовалась еще сильнее, Марго находила себе дела, только чтобы не быть с ним рядом. А когда он подошел к ней сзади и обнял за плечи, ее передернуло. – Риш, не трогай меня, пожалуйста. – Да почему? – Я не знаю, но тебе, наверное, лучше уехать, я устала от тебя. – Я дома всего пару часов, как это ты от меня устала? – Не знаю, я хочу, чтобы ты нас оставил. – Знаешь что... – он насупился. – Я летел к тебе через океан, а ты меня вот так просто выставляешь за дверь. Может, хоть приласкаешь? Я о супружеском долге, если ты не поняла... – Я не могу. – Почему? – У меня месячные. – Да когда нам это мешало? – У меня голова болит. – Не выдумывай. – Я просто не хочу, – она перешла на крик. – Оставь меня, я тебя больше не люблю! Рихард стоял просто как громом пораженный, ему было настолько плохо, что хотелось удавиться. "Что, черт возьми, происходит?" – Ладно, я сейчас уеду, но смотри потом, позовешь – я не приду. – Хорошо, – она обрадовалась, но старалась виду не показывать. И вздохнула с облегчением, когда закрыла за ним дверь. В Германию Рихард вернулся мрачнее тучи и сразу поехал к Паулю домой.
