Женись на мне, Поттер!

Авантюра, авантюра чистой воды. Он ведет себя словно гриффиндорец, право слово. И хоть на лице словно приклеенная застыла доброжелательная улыбка, но в душе у Драко все дрожало. Импровизация была не его коньком, но как сказал Блейз - это же Поттер! С золотым мальчиком любой план пойдет наперекосяк, и совсем не важно насколько он был продуман. - Что ты несешь? - глаза молодого человека изумленно округлились, как и у всех присутствующих. Каждому хотелось узнать сплетню из первых рук. В обычной ситуации Драко давно бы наложил полог тишины, но сейчас ему наоборот требовалось привлечь чужое внимание.Чем больше людей увидят и услышат их взаимодействие, тем труднее Поттеру будет опровергнуть информацию. - Да брось, Гарри, мы можем больше не скрываться, - ощущать под рукой тепло главы авроарата было удивительно приятно. - Папа оказался совсем не против любви втроем. Сбоку раздался рваный выдох итальянца. К такому того судьба точно не готовила. А посвящать старшего Забини в план было очень рискованно. - Любовь втроем? - в голосе обычно сдержанного мулата слышался едва сдерживаемый гнев. Еще бы, ведь в Италии такие союзы считаются чуть ли не грехом и строго караются министерством. - Я придерживаюсь традиционного уклада семьи. Люциус не предупреждал меня о подобном, так что я прямо сейчас разрываю сделку. Мне жаль, Драко. Первая фаза плана прошла куда успешнее чем Драко надеялся. Осталось самое страшное - уговорить непредсказуемого Поттера. А это будет довольно затруднительно. С последней битвы отношения между школьными врагами не улучшились. Они не набрасывались друг на друга при редких встречах, но и приятелями не стали. - Малфой, что черт возьми ты творишь!? - пришел в себя главный аврор. Зеленые глаза за стеклами очков гневно сверкали. Казалось эти полыхающие изумруды могут превратить в кучку пепла любого. Любого, но только не блондина. Блондин лишь придвинулся еще ближе к Поттеру и почти издевательски произнес. - А ты что-то имеешь против, мой мальчик? Неизвестно какой реакции он добивался, но точно не произошедшего. В изумрудных глазах зажегся непонятный огонек, а на губах заиграла лукавая улыбка. Шедшая к паре Джинни предпочла сменить направление. Она достаточно хорошо знала друга и оказаться в эпицентре взрыва ей не хотелось. Парочка авроров и Кингсли тоже последовали к выходу из зала. Уж кому как не им было знать, что где находится Поттер, то там постоянно что-то случается. Мужчина будто притягивал к себе разнообразные приключения. Слава Мерлину теперь они были менее опасны, чем во времена войны с Воландемортом. Журналисты и фотографы наоборот навострили уши и придвинули колдокамеры. Событий, связанных с национальным героем за последние годы было катастрофически мало, а здесь такая сенсация. - Абсолютно ничего, Драко, - соблазнительно мурлыкнул брюнет и впился в манящие губы нежным, но настойчивым поцелуем. Он не отстранился. Он ответил на поцелуй. Не слишком страстно, не слишком чувственно, но ответил. К своему ужасу, Драко даже придвинулся ближе, чтобы прильнуть к дарующим наслаждение губам. Гарри решил, что нет ничего страшного в том, что они поцеловались. Почему бы нет? Он делал и более шокирующие вещи. Это несомненно было потрясение, но приятное. Очень приятное. Ему совсем не хотелось останавливаться, и это было так чертовски мило, но сделав усилие над собой, он прервался. - Шоу окончено, господа, - громко объявил Поттер и прижав к себе растерянного Драко, аппарировал. Оказавшись у места назначения он отпер дверь и повел блондина за собой. Ох и зря тот его раздразнил. Никто об этом не знал, но Гарри с шестого курса мечтал об одном слизеринце в своей постели. И раз уж выпал такой шанс, то он не собирается от него отказываться. Драко пристально смотрел на Поттера, пока он вел его за собой, глядя прямо перед собой и что-то неразборчиво шептал себе под нос. Они буквально взлетели на второй этаж по лестнице, забыв об осторожности, и наконец вошли в первую попавшуюся дверь. - Зачем... - хотел был спросить Малфой, но не успел. Поттер напоминал буйнопомешанного, но вряд ли сам задумывался об этом. С какой-то первобытной страстью, которую трудно было в нем заподозрить, он кинулся к нему, повалил на кровать и принялся целовать с такой нежностью, как будто, как будто... Но додумать он не смог, от поцелуев голова пошла кругом. Его затуманенный мозг отказывался воспринимать что-нибудь, кроме нависшего над ним горячего тела. И прежде чем Драко сообразил, что делает, он обхватил черноволосую голову руками и страстно ответил на поцелуй. Их языки не знали покоя. Горячее дыхание. Мягкие влажные губы. Малфой чувствовал себя на вершине блаженства. Поттер великолепно целовался. И обнимался не хуже. Это было потрясающе. Драко отвечал ему с восторгом и азартом, которого еще не было ни с одним другим партнером. И дело было вовсе не в плане, но ему этого знать не следовало. Он решил и докажет, что может быть с гриффиндорцем на равне хоть в чем-то. Драко ощущал жар кожи гриффиндорца, запустив пальцы в шелковый ежик волос, в то время как внутри у него все перевернулось. Член встал и болезненно пульсировал, дыхание сбилось. Гарри немного отстранился от него, совсем чуточку, но все естество тут же захотело вернуть его обратно. - Я уже не смогу остановиться, - благородно прошептал он. Он рыкнул и провел языком по его шее там, где находилась пульсирующая жилка. - И не надо. С этими словами он дернул его на себя, принуждая продолжить начатое. На самом деле это было вовсе не трудно. У него всегда был талант заставлять людей делать то, что он хочет. Оставалось надеяться, что Поттеру хватит ума это оценить. И вскоре Гарри доказал Драко, что да.