Часть пятая
1 апреля 2014 г., 21:50
Робин в расстроенных чувствах плелся к лесу, время от времени все еще прихрамывая. Дурацкая нога не зажила за один вечер, что и не мудрено, но этот факт очень злил парня.
Он бы с удовольствием сейчас побегал.
«Намотай сопли на кулак, а то ведешь себя, как девчонка» — выговорил сам себе парень, стараясь отрешиться от мыслей, которые вечно то и дело касались Марии, — «Извинишься, когда вернешься. А сейчас только попробуй перед ребятами слюни пускать!»
Углубившись в лес, парень, сунув пальцы в рот, несколько раз пронзительно свистнул, от чего парочка птиц с шумом слетели с ближайшего дерева. Пришлось ждать не слишком долго — от силы минут семь. Из-за деревьев стали один за другим появляться знакомые мальчишки в рваных кожаных одеждах, кирзах и поясах, к которым крепились ножны с ножами. Их было трое и все — до боли знакомы с детства Робину.
— Вы только посмотрите, кто соизволил появиться! — крикнул насмешливо темноволосый в причудливой шляпе-каске с шипами. От такого тона парню стало некомфортно. — Сам избранец Лунной принцессы! Как живется в замке, дружище? Когда уже сделаешь предложение малолетке?
— Когда повзрослеешь, Брук, — насмешливо отозвался Робин, сверкнув глазами, — а это случится явно нескоро!
— Беги, брат, — поддержал Брука Блейз, подмигивая своими черными глазами. У Робина уже руки давно чесались заткнуть ему рот его же косичкой, собирающий наиболее длинные волосы сзади, — беги, пока можешь! Из этих любовных игр чертовка точно выйдет победителем!
— Ладно-ладно, ребята, успокойтесь, — прервал его блондин в темной шляпе с широкими полями. — Видите, это уже безнадежно дело — парень по уши влюблен!.. Так чего ты хотел от нас, Робин? — обратился белобрысый к главарю. Робин благодарно посмотрел в его сторону, а затем обратился к остальным:
— Я, кажется, понял, как нам решить проблему с охотой. Поймаем медведя — и дело с концом.
Парни недоверчиво переглянулись, затем Брук обратился к Де Нуару:
— Тебе голову от сопливой любви снесло что ли, Робин?
— Потребуется огромная ловушка, — согласился Блейз, явно стараясь переубедить сына Кера Де Нуара, — ведь и сам этот медведь громадный!
Дон согласно закивал, потерев следы от когтей на куртке. Для него та встреча со зверем могла окончиться намного хуже.
— Но это ведь нас не остановит, верно? — глаза Робина азартно сверкнули, как и каждый раз, когда он рассказывал план очередной авантюры. — Я чувствую, что если поймаем медведя, то станем ближе к разгадке! Принцесса уже имеет представление, что происходит…
— Только не начинай опять про нее! — насмешливо заскулил Блейз. — Мы, конечно, все понимаем, ты таешь по этой малявке…
— Тихо, — Дон дал другу крепкий подзатыльник и взглядом попросил друга продолжить, отмахиваясь от ответных рукоприкладств Блейза. Как бы парни ни подтрунивали над Робином, а своего предводителя все же уважали.
— Так вот, — продолжил Де Нуар, — Мерривезер считает, что это, возможно, дело рук Матери-Природы. Она мстит нам за сожженный лес. Если поймаем медведя, то сможем наладить контакт. Девчонка проведет переговоры и все уладит…
Парни, казалось, засомневались ещё сильнее после оглашенной гипотезы, но над самой идеей задумались.
— План безумен, как всегда, но может сработать, — согласился, пожав плечами Блейз, посмотрев на парней. — Почему бы и нет?
— Тогда давайте делать ловушку, — согласился Дон, почесывая затылок. — Но обычная сеть здесь не пойдет. Придется где-нибудь разжиться прочными веревками.
— Я принесу! — вызвался Брук и без лишних слов ушел куда-то в лес. Все остальные парни разошлись кто куда, договорившись через четверть часа встретиться на том же месте, притащив все необходимое.
Спустя время, разбойники увлеченно плели сети для медведя на поляне, делясь последними новостями и распевая в полголоса грубого содержания песенки. Так и продолжалось почти до самого вечера.
***
Мария сидела за пианино, наигрывая до боли знакомую мелодию. Пианино само ей подыгрывало, словно чувствуя грусть в ее сердце, делая звуки более мягкими и спокойными, точно колыбельная. Звуки музыки отражались от стен, разносясь по всей комнате. Девушка настолько была погружена в собственные мысли, что даже не услышала звуков приближающихся шагов. Робин стоял на пороге, небрежно облокотившись о дверную раму и вслушиваясь в красивую музыку. — Не знал, что ты умеешь играть, — заметил неловко разбойник, когда та недовольно подняла на него глаза. Музыка остановилась на какое-то мгновение, но возобновилась снова. Мария не хотела видеть Робина, даже несмотря на то, что за окном уже потемнело. Какая-то обида съедала все внутри после той глупой ссоры в библиотеке, не отпуская сердца принцессы. Робин, вздохнув, приблизился и сел рядом с девушкой за рояль, немного склонившись вперед, чтобы было удобно наблюдать за тем, как принцесса играет на инструменте. Тонкие пальчики девушки проворно порхали с одной клавиши на другую, на что инструмент отзывался красивыми мелодичными звуками, от которых трепетало сердце. Де Нуару ничего не хотелось говорить, он просто слушал, разглядывая Марию, которая с непреклонным выражением лица все играла…и играла…и играла… — Наверное, мне стоит извиниться, — пробормотал себе под нос парень. Мария даже бровью не повела в ответ, продолжая сосредотачиваться на игре. Пусть попробует попросить прощения и поймет, как это трудно. — Ну…так прости меня, принцесса. Это ничего не меняет, но все-таки я повел тогда себя несколько грубо. — Это так, — кивнула Мария, проведя в последний раз по клавишам и, резко оборвав музыку, развернулась к нему лицом. — Но ведь ты не настолько наивен, чтобы решить, что я тебя сразу возьму и прощу? — Ты подумаешь, — ответил Робин. Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение. Мария нахмурилась, захлопнув крышку пианино и поставив на нее локти, подперев голову руками: — Вполне возможно. Де Нуар, закатив глаза, посмотрел на нее, чувствуя, как внутри сворачивается обида. Он больше ничего не добьется сейчас. Самоуверенная девчонка, вечно думает, что все с ней станут носиться. Что ж, для нее он всегда был и будет исключением. — Тогда я пойду, — парень, поднявшись, ушел из комнаты. Мария, опустив глаза, снова открыла рояль, проведя по клавишам пальцами уже без особого желания. Несколько грустных мелодичных звуков замерло в воздухе.***
Это был слишком тихий ужин. За столом царило непонятное для окружающих напряжение, делающее неловким даже короткий диалог, лишая какого-либо смысла даже самый простой вопрос. Все — миссис Хелиотроп, сэр Бенджамин, Лавдей, даже Догвуд пытались как следует разговорить Марию и Робина, завязать между ними хоть какую-то беседу, но те даже смотреть в сторону друг друга не хотели. Они были слишком разочарованы друг в друге, чтобы даже обменяться ничего не значащими взглядами. Первой из-за стола ушла Мария, так как есть совершенно не хотелось, поэтому она сразу же направилась в свою комнату, откуда не выходила до самого вечера. Робин, непривычно чувствуя себя, тоже вскоре покинул кухню, так как кусок в горло не лез. Он не переставал думать об этой рыжеволосой принцессе, даже когда поднимался на второй этаж по лестнице. Он настолько глубоко ушел в свои мысли, что даже не заметил, как едва не влетел в спускающегося Догвуда. — О, простите, мистер Робин, — тут же начал извиняться слуга поместья Мерривезеров, пропуская юношу наверх. Тот лишь пробормотал себе под нос что, мол, со всеми бывает, продолжая в отстраненном состоянии подниматься наверх, пока мужчина не окликнул его: — к вам, стало быть, сэр, пришла почта. Почтовый ястреб у вас в комнате. Робин кивнул и, преодолевая волнение, уже более воодушевленно стал подниматься наверх. Кто мог послать ему ястреба? Отец? Нет, навряд ли. Если только не случилось что-нибудь по-настоящему важное… Или, может, Брук со своими ребятами решили позабавиться?.. Вполне возможно, вот только они уже так делали, пока им Кер Де Нуар уши не надрал за то, что без повода гоняют птицу и переводят бумагу. Ворвавшись вихрем в комнату, Робин сразу же заметил ястреба, важно расхаживающего по подоконнику, постукивая своими когтями. Птица заверещала, забив крыльями, когда парень стал отвязывать от ее лапки записку. Усевшись на подоконник, парень дрожащими от волнения пальцами кое-как развернул послание, которое было написано косым крупным почерком:«Сегодня пропали еще двое. Оставайся у Мерривезеров. Не смей соваться в лес без повода»
В самом углу стояла подпись:«Кер Де Нуар» Птица истошно закричала, поворачивая голову так и эдак, не спуская с получателя своих янтарных глаз. Робин почти с минуту сидел неподвижно, словно громом пораженный. Но затем гнев затуманил зрение и парень, вскочив на ноги, зло смял бумагу, с силой швырнув на пол: — Ну почему?! — громко рявкнул он, мечась по комнате, в которой, к сожалению, не на чем было выместить гнев, так что парень вложил его в крик: — Почему именно сейчас? Почему именно тогда, когда не надо?! Ненавижу! . — он пнул скомканный листок в самый дальний угол, с размаху усевшись на кровать, от чего та заходила ходуном. Почему?! Почему отец именно сейчас вспомнил вдруг, что у него есть сын? Почему запрещает соваться в лес, когда он так близок к разгадке?! Он же всю жизнь считал его никем и тут, когда все готово, он вдруг решает проявить отцовские чувства, которые до этого у него были только к Лавдей? Сокол неосторожно заверещал, чем только еще сильнее вывел из себя Робина: — Убирайся! — рявкнул он, замахав на птицу руками и настежь распахнув окно. Та, в последний раз пронзительно крикнув, выпорхнула в окно, почти сразу же скрывшись в вечерних сумерках. Де Нуар долго смотрел ей вслед, опираясь об оконную раму. Жаль, что он не мог вот так же взять и улететь от всей ответственности, которая так неожиданно навалилась на него тяжелым грузом. Теперь, как главарь банды, он несет ответственность не только за свою команду, но и вообще за эту идею. Но как сообщить парням, что их затея все еще в силе, если он имел недальновидность прогнать сокола? Внезапно разбойника осенило, от чего он подпрыгнул на месте, ударившись головой о раму, да так, что искры из глаз посыпались. — Даже чертов дом меня ненавидит, — пробормотал себе под нос парень, усевшись на кровать и потирая затылок. Сама мысль была предельно проста: ведь его сестра как-то связывалась с отцом, верно? Значит, у Мерривезеров наверняка найдется почтовая птица. Никто даже и не заметит, если он ее одолжит. «Но утром» — решил Де Нуар, стянув сапоги и куртку, которую небрежно бросил на спинку кровати. Завалившись в постель прямо в одежде, он закрыл глаза, не имея большого желания противиться сну, поэтому через пару минут уже погрузился в мир грез.***
Мария, надувшись от обиды, сидела, зарывшись ногами в одеяло, и листала «Старинные Хроники Долины Мунакра», что лежала у нее на коленях. Время от времени девушка поднимала глаза на Серену, что спала в излюбленной шляпке хозяйки, иногда дергая задними лапками, словно во сне спасаясь от преследования лисы. «Почему у нас вечно все идет наперекосяк?» — думала Мария, снова поворачиваясь к книге. — «Порой возникает такое ощущение, что мы друг друга недопонимаем. Может, дело в этом. Или мы слишком разные…но это его не оправдывает! Пусть привыкает, что не весь мир крутится вокруг его персоны!» «Но задумайся на мгновение, глупышка», — проговорил мягкий внутренний голос, так сильно похожий на голос ее отца. — «Задумайся, что он в этот раз сделал не так. Он извинился, хоть и с большим усилием. Ты видела, как он переступил через свои принципы, и все ради тебя. А твоя гордыня вновь его оттолкнула. Думаешь, не она, случайно, и стоит между вами?» Нравоучения внутреннего голоса прервала громкая брань этажом ниже. Марии не до конца удалось разобрать, что там так громко орал Робин, но и так поняла очевидное: Де Нуар явно был не в духе. Девушка прислушалась изо всех сил, но парень больше ничего не выкрикивал, лишь с шумом метался по комнате. Интересно, что же могло так вывести его из себя. — Я скоро вернусь, Сирена, — пообещала девушка спящей питомице, осторожно потрепав по ушам. Запахнув понадежнее легкую розовую кофточку поверх ночного платья, Мария осторожно выглянула за дверь. Никого. Задрав полы платья, Мерривезер стала осторожно и бесшумно красться вниз, стараясь не думать о том, какое лицо будет у Робина, когда он увидит ее в таком виде. «Так уже видел» — напомнила себе она, выглянув на лестничную площадку второго этажа. Убедившись, что там никого нет, свернула и заспешила в нужном направлении. — «И не только в ночном платье, так еще и в панталонах, так что не жди, что он очень-то удивится». С этими мыслями девушка остановилась у нужной двери из черного дерева (и морально подготовившись к соответствующей реакции), несколько раз громко постучала. Но никто ей, правда, не ответил. «Неужели ушел?» — удивилась про себя Мария, все еще ожидая перед дверью. Не мог же разбойник быть настолько огорчен, чтобы уйти посреди ночи? Особенно в лес, где, как он знает, теперь куда опаснее, чем прежде. Поток мыслей девушки прервали приближающиеся шаги и голоса сэра Бенджамина и Лавдей. Святые угодники, нет! Они не должны ее тут видеть. Только не в таком виде и не в такое время! Девушке ничего не оставалось, как быстро юркнуть в комнату, бесшумно прикрыв за собой дверь. Ее дядя и сестра Робина, как на зло, остановились совсем неподалеку, продолжая что-то обсуждать, время от времени смеясь, так что Мария покорно смирилась с тем, что ей придется подождать, пока они не наговорятся вдоволь и не уйдут. Отвернулась от двери, она быстро пробежавшись взглядом по комнате — помещению не слишком просторному, но с высоким потолком. Обстановка была довольно скудная, разве что внимание привлекал крупный черный шкаф, копия того, что стоял в библиотеке. На голых стенах висели лампы, но горела из них только одна — та, что покачивалась над кроватью, освещала лицо спящего без задних ног Робина. Мария почувствовала толику облегчения от того, что все же у парня есть голова на плечах, раз тот не поддался дурному настроению совершить что-нибудь опрометчивое. Принцесса осторожно приблизилась к спящему Де Нуару, присев на краешек кровати и стараясь не потревожить его больную ногу. Но опасения были напрасны — тот слишком крепко спал, чтобы заподозрить присутствие неожиданной ночной гостьи. Мария лишь догадывалась, что ему снится что-то приятное: уголки губ парня время от времени слегка приподнимались вверх, точно в улыбке, само же лицо было непривычно спокойным и расслабленным. Счастливым. Мария усмехнулась, когда от вздоха парня приподнялась одна из кудряшек со лба, упав на закрытые веки. Во сне Робин выглядел довольно мило и мирно. Совсем не то, что в обычной жизни!.. Зато мгновение спустя Мария едва не взвизгнула от неожиданности, когда пальцы парня случайно скользнули по ее руке, сомкнувшись на запястье. Нет, он даже во сне способен ее напугать! Однако желание вырваться постепенно сошло на нет, как и испуг. Она лишь, усмехнувшись, положила свою и Робина руку себе на колени, развернула запястье парня тыльной стороной, разглядывая почти заживший шрам с их самой первой встречи… Да, как часто любил повторять парень, он больше никогда не будет грабить карету, в которой будет сидеть она, а то вдруг ей опять вздумается заняться «классическим французским стежком»! Мария снова посмотрела на спокойное лицо парня, не понимая, что совсем недавно могло так вывести его из себя. Но вот взгляд девушки, скользя по комнате, остановился на скомканной бумаге в самом темном углу. Опачливо оглянувшись на спящего, она освободила руку из захвата, в несколько шагов приблизившись к комку пергамента. Подобрав его, она развернула смявшийся лист, где было выведено всего несколько строк, предположительно, отцом Робина. Мария задумчиво закусила губу, с сомнением посмотрев на спящего Де Нуара, чья шляпа свалилась на пол, когда тот удобнее устроил кудрявую голову на подушке, а затем снова глянула на подпись. И это так сильно вывело Робина из себя? Приказ не соваться в лес? Нет, она определенно запуталась: со слов разбойника, отец никогда не обращал на него внимания. Но разве это письмо — не доказательство обратного? Того, что он все же дорог отцу, что тот за него беспокоится?.. Или, может, дело было в том, что ему просто не хочется оставаться здесь, особенно когда он в ссоре с ней, Марией? Голосов за дверью не было слышно, как и шагов. Похоже, дядюшка и Лавдей уже давно покинули этот коридор, но Мария почему-то медлила. Ей так хотелось во всем разобраться! Понять, наконец, Робина, что ей до сих пор так и не удавалось. Но нужно было уходить, пока есть такая возможность. — Ты такой глупый, — усмехнулась Мария, приблизившись к кровати парня и неожиданно для самой себя наклонившись и осторожно поцеловав его в щеку, от чего кровь мгновенно прилила к коже, а сердце внутри пропустило удар. С хитрой улыбкой на губах девушка, в последний раз оглянувшись на спящего друга, бесшумно выбравшись наружу и сминая в руке записку. Все-таки это был не такой уж плохой день! .***
Робин проснулся совсем рано, не в силах больше уснуть. По-быстрому одевшись, разбойник решил привести в действие свой вечерний план, а именно — стащить почтовую птицу. Наверное, есть смысл задаться вопросом, почему именно стащить? На самом деле, Робину просто не хотелось выслушивать вопросы и новых нотации от Лавдей. Сестра порой могла быть еще более надоедливой, чем младшая Мерривезер. Мария… Робин устало вздохнул. Ему ночью приснился такой замечательный сон, словно кто-то сидел рядом, разговаривая с ним о чем-то, и он мог поклясться, что этим «кем-то» была она! Хотя, конечно, это просто плод его воображения, ведь эта девчонка, которая и по сей день злится на него за принятое решение, в жизни его не поцелует! .Ха, больно и хотелось! Тоскливый мечтательный вздох. А может, все же и хотелось… Парень даже не заметил, как ноги сами привели его к кабинету сэра Бенджамина. Остановившись перед двойными дверями, Робин всерьез задумался: а стоит ли это того? Все же сэр Бенджамин был будущим мужем его сестры, дядей Марии…впрочем, с каких пор он вообще задумывается о том, что делает? Если душа просит немного понарушать правила, то почему бы и нет? . Парень толкнул двери. Разумеется, закрыто. Робин, не долго думая, достал из кармана кусок металлической проволоки и набор отмычек, что так часто позволяли ему решать вопрос запертых дверей. Пришлось немного повозиться с замысловатым замком, но парень не слишком огорчался — так было даже интереснее. Наконец, замок пораженно щелкнул и Робин, спрятав отмычки, без препятствий проскользнул в кабинет. При всей своей неприязни к дяди Марии, Робин признал, что у того есть вкус: роскошная мебель, украшенная резным деревом. Было опять же много полок в шкафу, что стоял за большим дорогим столом из темного дерева. На его поверхности лежало много каких-то бумаг, книг. А так же стояла заветная клетка, на жердочке в которой, спрятав голову под крыло, дремал обыкновенный почтовый голубь. Позаимствовав чернильницу, перо и листок бумаги, Де Нуар вывел несколько корявое: «Наша затея в силе. Встречаемся сегодня днем на том же месте. Достану приманку и, если потребуется, силком притащу принцессу». При последних словах Робин усмехнулся. Давненько он не похищал ее, но что поделать со старыми привычками. — Иди-ка сюда, — пробормотал он, осторожно просунув руку в клетку и сняв птицу с жердочки, кое-как привязав к хрупкой лапке послание. Подойдя к окну, Робин открыл его и выпустил птицу… …как внезапно услышал приближающиеся шаги. Черт! Черт!.. Ну зачем только дядюшку Мерривезер принесло в такую рань?! Парень закрыл окно, хоть первой мыслью было спрыгнуть оттуда. Нет, слишком высоко, он себе все ноги переломает! Оставался только один вариант — за занавески. Не успел юноша толком скрыться за черным бархатом, как внутрь вошел сэр Бенджамин, при этом повезло, что он за что-то отчитывал Догвуда, заходя в кабинет спиной назад, а то непременно заметил бы, как шевелятся занавески. Робин зажал себе рот рукой, дабы дядя Марии не слышал, как он судорожно дышит. Как и ожидал разбойник, дядя девушки даже не заметил пропажи голубя, погрузившись с головой в бумаги. Он что-то усиленно писал, а именно — приглашения на свадьбу (это понял Де Нуар, осторожно выглянув через щель между тяжелыми шторами). Работы у Бенджамина было много, так что Робин, подавив тяжкий вздох, облокотился о стенку, приготовившись ждать, сколько потребуется. К тому моменту, как кто-то постучал в дверь кабинета, у него уже начала затекать шея. Мерривезер же громко отозвался, приглашая войти гостя. К полнейшему удивлению Робина он узнал голос Марии, которая, кажется, была чем-то взволнована: — Дядюшка, ты, случайно не видел Робина? Я нигде не могу его найти, он как сквозь землю провалился! Де Нуар почувствовал, как у него душа в пятки едва не ушла. Мерривезер, что ты вытворяешь?! Бенджамин пожал плечами, с явным безразличием ответив: — Как видишь, Мария, его здесь нет. Может быть, ты плохо искала? — Мне так не кажется… — прохладно отозвалась принцесса, немного огорченная (но не удивлённая) равнодушным ответом дяди. Она все никак не могла смириться с тем, что тот недолюбливал младшего Де Нуара. — Ох, Мария, — вздохнул сэр Бенджамин, с силой вернув перо в чернильницу, — почему ты вечно только и думаешь об этом мальчишке? Неужели ты никого не нашла в Лондоне, раз так хватаешься за первого встречного в лесу? Де Нуар нахмурился не меньше девушки при этих словах. Ему не в первый раз захотелось выйти и лично высказать все, что он думает о дяде Марии, но не было желания ухудшать положение: все-таки хозяину кабинета едва ли понравится, если он обнаружит его здесь… — Он не первый встречный! — бросилась с жаром заступаться девушка, чем с приятной стороны удивила Де Нуара. — Если вы забыли, дядя, то это он помог мне найти Лунный Жемчуг, пусть ради этого ему и пришлось пойти против собственного отца. А еще он не единожды спас мне жизнь, между прочим!.. Сэр Бенджамин только покачал головой, явно устав от этого разговора. — Мария, может, он и хороший человек, но я имею в виду, что тебе не стоит останавливаться на нем. Ты обязательно еще встретишь какого-нибудь состоятельного, благовоспитанного юношу, выйдешь замуж… — Я не хочу выходить сейчас замуж, дядя! — скривила личико в гримассе девушка. — Я живу и буду жить в Мунакре. Ты сам говорил, что я — Мерривезер, и что мое место здесь! — последние слова Мария произнесла с таким достоинством, что в этот момент не оставалось сомнений, что эта четырнадцатилетняя девчонка — самая настоящая принцесса. Дядя с большим терпением посмотрел на нее, поднимаясь из-за стола, от чего сердце Робина бешено заколотилось в груди. Бенджамин собирался подойти к окну. — Возможно, ты и права, Мария, — с явным усилием согласился Мерривезер, — но я просто не одобряю твоей дружбы с этим Робином. От него можно ожидать чего угодно. Ты должна быть осторожна, — мужчина взялся за занавески, приготовившись их отдернуть, а Робин забился подальше в самый темный угол. Бенджамин же словно нарочно медлил, продливая его мучения и добавляя уже более беззаботным тоном: — но не будем о плохом, дорогая. Сегодня такая хорошая погода, тебе бы не помешало прогуляться в саду. Он отдернул одну занавеску. Робин еще сильнее вжался в угол, зажмурившись и приготовившись к крикам и обвинениям. Но удача сопутствовала ему в это утро: сэр Бенджамин обернулся на племянницу, отдернув не глядя вторую занавеску. Мария едва не ахнула от ужаса и удивления, увидев прижавшегося к окну ошарашенного Робина. С большим усилием взяв себя в руки, девушка шагнула вперед, стараясь не глядеть на парня, взяв за руки мужчину и проговорив: — Знаете, дядюшка, а вы правы: сегодня такой замечательный день для прогулки! Может, вам с Лавдей тоже стоит прогуляться? Мне кажется, она будет в восторге!.. Робин медленно вышел из-за занавески, бесшумно обходя сэра Бенджамина со спины, Мария же и дальше продолжала нести всякую ерунду: — …и дядюшка, по-моему вы с Лавдей не так много стали проводить времени вместе! Мне кажется, она огорчена этим. Она сама мне говорила, что вы стали менее романтичным… — Мне некогда, Мария, — утомленно признался дядя, отпуская руки Марии и разворачиваясь к столу. Робину ничего не оставалось как, пригнувшись, залезть под стол и затаиться. — Мне столько приглашений для свадьбы предстоит написать! Неудивительно, что я стал менее романтичным. Представляешь, сколько гостей будет на свадьбе? А сколько приглашений!.. — Знаете, вы и в самом деле выглядите очень усталым, — согласилась Мария, всеми силами отвлекая дядюшку: она не могла позволить ему сесть за стол (Робин едва там помещался, так что дядя слишком скоро обнаружит его, как только сядет). — Я могу написать оставшиеся приглашения! А вы пойдете в такой прекрасный день и погуляете с Лавдей. Кажется, ее крик отчаяния был услышан. Хотя в душе она надеялась, что нет. — Мария, — то ли строго, то ли изумленно посмотрел Бенджамин на племянницу, — ты же ненавидишь писать. Откуда такое рвение? Их осталось не меньше сотни! — Все ради тебя и Лавдей, — уже заметно тише произнесла девушка после последних слов. Больше сотни приглашений! Она даже столько людей-то не знает! — Я же люблю вас! Поэтому идите, а я пока начну и после завтрака продолжу. — Ох, моя милая, ну что бы я без тебя делал! — с явным облегчением в голосе обратился к девушке дядя, сжав ее в объятиях. Он любил эту свалившуюся на голову, как снег, работу не больше, чем сама Мария. Поцеловав племянницу в щеки, довольный и счастливый Бенджамин покинул кабинет, негромко хлопнув дверью. Выждав ещё пару минут для уверенности, Мария, облегченно обратилась к Робину, свернувшемуся в три погибели под столом: — Можешь вылезать, он ушел. — О, я тебя просто обожаю, принцесса, — пробормотал парень, с явным облегчением вылезая из-под стола и держась за спину, — ну ты и изобретательная! Ведь до вечера будешь с этими приглашениями сидеть! Понятно, почему твой дядюшка такой довольный ушел. — А ты мне поможешь, — ответила девушка, посмотрев на вытянувшееся от удивление лицо Робина, — да-да, ты! Я тут одна никогда не справлюсь. К тому же, ты мой должник! — Но Мария, — проныл парень, смешно надув нижнюю губу, — я же совсем плохо пишу! — Вот заодно и потренируешься! — сурово отрезала девушка, пододвинув к столу дяди еще один стул и жестом пригласив парня сесть. Тот зафыркал, подойдя к злополучному столу и, когда Мария собралась сесть, галантливо придержал его с насмешливыми словами «прошу, принцесса!». Мария закатила глаза, посмотрев на разбойника: — Да ты в сердце джентльмен, Робин! Жаль, что тебя это не спасет! — она хохотнула, как ребенок, когда тот без труда пододвинул ее к столу, сев рядом и с мрачным лицом взяв листок и перо, всматриваясь в буквы на образце приглашения. Мария, достав из ящика стола еще одну чернильницу, тоже с не менее располагающим настроем взялась за работу.
